В пятницу, 15 мая, респектабельная, уважаемая и никогда-никогда не замеченная в распространении лжи и дезинформации американская газета «Нью-Йорк таймс»* в который уже раз объявила, что боевые действия между США и Ираном вот-вот возобновятся. Вопреки угрожающему тону, ссылкам на авторитетные анонимные источники и точным датам (предполагалось возобновление войны чуть ли не в понедельник), этому никто не поверил. Рынки почти не уронили цену на нефть, эксперты с высокими морщинистыми лбами не приняли этот прогноз, а схематоз имени Барака Равида, описанный у нас в прошлом номере (объявляешь о скором соглашении — на падении цен скупаешь контракты на поставку нефти — дожидаешься опровержения — продаёшь подорожавшие контракты), дал сбой. Поэтому дежурно участившимся к концу недели разговорам о том, как американцы собираются вот-вот ударить, сопутствовали отвод части флота из региона и видимые даже проамериканскому глазу признаки бесперспективности продолжения блокады (которая и без того не работала как положено). На фоне этого противоречия всю прошлую неделю только и ходили слухи о том, что либо американцы ударят по персам во время визита Трампа в Китай (для укрепления собственных позиций), либо же персы припасли для незваных гостей пару неприятных мелочей, дабы удружить помогающим Тегерану китайцам.
На деле же поездка Трампа, состоявшаяся на той неделе, ни к чему такому не привела и была, казалось, сухой данью обещаниям, сделанным при более благоприятных обстоятельствах (причём, что интересно, как одной, так и другой стороной). Видите ли, про американцев всё понятно: их оранжевый президент рассчитывал по-быстрому разделаться с Ираном, чтобы отрезать от нефтяного экспорта в Китай ещё один ломоть, что позволило бы Америке выламывать китайцам руки и требовать в обмен на живительную нефть металлы, необходимые военной промышленности (не скрывающей, что накопление вооружений нужно для войны с Китаем). Но всё вышло так, как вышло: операция «Тегеран за три дня» затянулась на двенадцать недель, запасы оружия истощились, репутация вертухая с дубинкой превратилась в образ бессильного вертухая, неспособного поднять дубинку, а союзники по региону — включая того самого, ради которого всё и затевалось, — не испытывают жгучей благодарности и страстного желания платить Вашингтону за размещение его военных на своей земле. Поездку в Пекин Трамп откладывал сначала с марта на апрель, а потом с апреля на май — и, когда стало совсем уж неприлично, всё же поехал. Но обязательство провести встречу глав государств давило и на китайцев: склонные разбрасываться общими фразами и обозначать новые периоды двусторонних отношений, рассуждать об их влиянии на мир и строить совместные долгосрочные планы, они на примере иранской авантюры увидели, как современный Вашингтон ведёт дела — абы как, имея в виду лишь перспективу ближайших дней и колебания рынков. То есть на самых разных примерах это было ясно и ранее, но именно иранский кризис продемонстрировал всю беспечность и хаотичный оппортунизм американского руководства в данный момент и в отношении наболевших за многие годы вопросов.
К приезду дорогого гостя, притащившегося с огромной свитой друзей из айти-сферы, китайцы подготовили целый ряд речей о стратегическом партнёрстве и глобальном сотрудничестве. Трампу же никакие перезагрузки отношений не нужны: даже с учётом персидского фиаско его устраивает нынешнее положение дел, а в Пекин он, стиснув зубы, поехал с расчётом выудить из Си что-то, что отдалённо напоминало бы большую сделку, пиар-победу и повод для улыбок на фотографиях. В итоге ни одна из сторон не получила того, чего хотела: американцы остались глухи к речам о партнёрстве и предостережениям от попадания в «ловушку Фукидида» (принцип, согласно которому доминирующая сверхдержава на волне паранойи от возвышения конкурента начинает с ним глобальный конфликт — как это было описано у древнегреческого историка, воспевшего Пелопоннесскую войну), а в ответ на упрёки в паранойе выбросили все сделанные китайцами подарки — потому что вдруг Пекин захотел поступить с американцами так, как те поступают со всем миром, и воткнул всюду жучки; китайцы же не дали гостям ничего, за что можно было бы зацепиться — кроме контрактов на поставку мяса и обещаний возобновить закупку американской сои когда-то в будущем, которые явно не тянут на большую победу.
Помимо того факта, что разрыв соевых отношений в том году стал довольно большим сюжетом, — а страна-соеколонка поставляла любителям соевого соуса 27 миллионов тонн этой культуры ежегодно, но на фоне тарифных войн это число сократилось до нескольких миллионов (источники называют разные цифры, но больше 10 млн тонн не приводит почти никто), так что китайцы живо заместили недостающие объёмы сырьём из Бразилии, и американская продукция им может пригодиться лишь со скидкой, — минувшая поездка стала иллюстрацией к ещё одному новостному сценарию. Мы отмечали, что пресса США принялась списывать внешнеполитические неудачи на личные недостатки Трампа, что стало заметным отходом от оппозиционного, но всё же умеренно скептического подхода «президент хороший, советники плохие», утвердившегося без малого полтора года назад. Теперь лично Трамп виноват в том, что он повёлся на королевский приём, устроенный ему китайским председателем, что он ни в чём не смог убедить Си, что он не знает, кто такой Фукидид, и что он не привёз из Китая никаких больших прорывов. Издание «Атлантик»* и вовсе написало, что Си играл на Трампе, как на скрипке.
Включившаяся машина демократической пропаганды оставляет очень мало пространства для интерпретаций поступков президента, но есть среди вопросов, поднятых обеими сторонами тех сумбурных переговоров, казалось, на разных языках, один, по сути которого удалось добиться какого-то продвижения. Это Тайвань. Закупки китайскими сепаратистами американского оружия — давний и уже не особо смешной рассказ о наивности одних и жадности других: обещанного и, что важно, уже оплаченного на мятежном острове ждут не три года, а с конца прошлого десятилетия; поставки новых образцов вооружения, если не считать отдельных партий мусора типа одноразовых гранатомётов, постоянно сдвигаются всё дальше по временной шкале (ведь после байденовского аттракциона околоукраинской щедрости самим не хватает, а в списке приоритетных внешних направлений поставок Тайвань стоит далеко не на первом месте), зато деньги стабильно списываются. И вот только в этом году до островитян дошла некоторая неправильность схемы обмена денег на обещания — результатом этого стал отказ от выделения новых средств и поездка главы ключевой оппозиционной партии Гоминьдан (той самой) в Пекин. В ответ на это, а также на высказанные американским гостям требования КНР держать руки подальше от Тайваня, сам Дональд повёл себя исключительно кротко: он вслух смирился с упомянутыми условиями, а также заявил, что не признаёт независимости Тайваня. Сам собой напрашивается вывод о том, что Трамп уступил китайцам как бы западный форпост у восточных берегов в обмен на как бы восточный форпост у западных берегов. Так в новостях сама собой вновь всплыла тема Острова свободы.
Последний раз столь активные обсуждения вокруг Кубы кипели в середине марта — тогда американцы отключениями света и морской блокадой спровоцировали гуманитарный кризис. Нельзя сказать, что с тех пор там стало жить особенно хорошо, — просто кубинцы приспособились к ещё большему, чем обычно, дефициту, а внешний мир — к блокаде, что привело к периодическим нарушениям этих ограничений и привычно парадоксальным потокам ворчания из Вашингтона в духе «Наша блокада работает безупречно, но нарушители ответят за всё!»
И вот теперь как по заказу (хотя почему «как»?) в их прессе, начиная с упоминавшегося «Атлантика» и заканчивая «Аксиосом»*, где неделя за неделей разыгрывался описанный ранее схематоз Барака Равида, поднялась волна. Первые просто дежурно поворчали про опасность нахождения у американских берегов такого злющего и могучего врага, а вот вторые — «Аксиос» — поступили куда интереснее: они поведали читателям о целых трёхстах беспилотниках, которые поставили на Кубу коварные русские и злые персы. Речь идёт о перспективе атаки кубинцами военных объектов как у себя в Гуантанамо, так и на территории США: во Флориде, к примеру, очень близко к Кубе расположена авиабаза, откуда американские самолёты вылетают угрожающе наматывать круги в облачном от дыма сигар небе. На фоне примирительной риторики Гаваны, которая то призывает к благоразумию, то обещает в обмен на снятие блокады устроить у себя перестройку, новости о кровожадных кубинцах, готовых иранскими БПЛА уничтожить Флориду, выглядят особенно фантастично. Но вне зависимости от того, насколько они соответствуют реальности, функция у них совершенно иная: они призваны вызывать в Вашингтоне, имеющем с «Аксиосом» плотные связи, панику и спешку. О том, зачем американцам Куба, можно рассуждать долго, но ни незакрытые гештальты поколения бумеров, ни острая потребность уязвлённого Ираном общества в «маленькой победоносной», ни личные амбиции госсекретаря Рубио не объясняют этого в полной мере. Зато вброшенный в американскую прессу фейк легко может стать самосбывающимся пророчеством: в силу малого расстояния и фактического бессилия могучих военных объектов перед копеечными «Шахедами» удушаемой Гаване достаточно лишь намекнуть, что любая попытка военной интервенции если и не будет обречена на провал, то по крайней мере обойдётся слишком дорого для критериев «маленькой» и «победоносной». Заметьте, что в материале «Аксиоса» среди обычных деятелей оси зла не упоминается Китай — а уж его-то обязательно следовало бы вспомнить по всем канонам западных эксклюзивных инсайдов. Это отсутствие упоминания служит косвенным признаком сигнала не встревать для Пекина, у которого заведомо невозвратные кубинские инвестиции сейчас повисли на ногах обязательствами вкладывать в остров всё больше и больше (к примеру, мартовские планы выделить 80 миллионов долларов на зелёную энергетику Кубы).
Обратили ли вы внимание, что на фоне еженедельного обмена переговорными предложениями и дерзкими угрозами между Ираном и США с повестки дня как-то совсем соскользнул предмет их жарких противоречий — Израиль? Персы напоказ восстанавливают разрушенные мосты (которые, согласно Трампу, разбиты в крошку), перебрасывают войска (те самые, чьим уничтожением так хвалился Трамп), таскают что-то между своими подземными хранилищами (замуровыванием входов в которые так гордится Трамп) и восполняют иссякшие арсеналы (хотя Трамп вроде бы лишил их сил для этого), а также запускают государственный сервис покупки безопасного транзита через Ормузский пролив и подумывают о том, как бы распространить взимание платы на интернет-кабели, проложенные по его дну, — об этом написал «Си-эн-эн»*. В это время Израиль затаился. Новостей о том, что происходит внутри страны, почти нет — если только не считать новостью очередной (бывший до октября 2023 года ежемесячной традицией в стране хумуса и мацы) парламентский кризис. Правящая коалиция в Кнессете разругалась между собой, когда какие-то ортодоксы в шляпах заявили, что не доверяют Нетаньяху. В итоге все партии предложили распустить Кнессет и объявить досрочные выборы. Но сейчас парламентские дрязги вызывают ещё меньший интерес, чем обычно, из-за особенностей чрезвычайного положения — на фоне аппарата премьера и обладающего широчайшими полномочиями «военного кабинета» Кнессет почти не имеет влияния. Да, этот военный кабинет формально упразднили летом 2024 года, а потом ещё раз закрыли летом 2025-го, но всякий раз упорно пересобирали под новым названием и с прежней функцией — перекрыть чрезвычайными правами конкретных людей обычные полномочия толпы депутатов. Закрывший своим уходом первый извод военного кабинета Бени Ганц, бывший союзник Нетаньяху, стремительно теряет влияние, и из его партии разбегаются последние депутаты, а бывшие премьеры Беннет и Лапид решили объединить силы, дабы свалить титана по имени Биби. Тот, в свою очередь, сдаваться не планирует и упорно бьётся лбом о Южный Ливан, где «Хезболла» продолжает давать отпор силам ЦАХАЛ.
Но куда интереснее, чем дежурное бодание со страной кедров и древних финикийцев, видится здесь большая игра Нетаньяху в одной команде с Эмиратами. В минувшие три недели именно Абу-Даби превратился в центр сопротивления возмутительному факту существования Ирана. Нет, эмиратцы и до этого постоянно нудели по поводу неприятного для них соседства, но именно с начала мая они перешли к каким-никаким действиям. Сначала они вышли из всех возможных объединений стран – экспортёров нефти: нежелание принимать участие в объединениях показывало не только неуступчивость и обиду на арабских соседей, но и то, что время игр по правилам рынка прошло, ведь со всеми этими ударами по добыче и переработке вместе с закрытиями пролива стало вообще не до жиру. Потом они тончайшей медиаигрой (по ближневосточным понятиям, разумеется: не хватало разве что пробежек с криками и пальбы из автомата в воздух) разогнали через легкоподкупные западные СМИ сюжет о том, что эмиратский слон — младший брат американского слона и что в период ракетных атак США на Иран Эмираты активно помогали и даже сами нанесли несколько ударов. Результатом столь блестяще продуманной медиакампании стало полное отсутствие возмущения со стороны соседей по Персидскому заливу после отдельных случаев беспилотных атак на эмиратские объекты — мол, а чего вы ждали после такого?
Наконец, финальным этапом самопозиционирования ОАЭ стал загадочный дипломатический казус. Евреи объявили, что в марте Нетаньяху летал в Абу-Даби — приземлился, получил королевский приём, поговорил о чём-то, улетел через шесть часов после посадки. Утверждения администрации израильского премьера и щедро насыпанные прессе вкусные подробности вызвали опровержение представителей ОАЭ: там заявили, что ничего не было, это прилетал не Нетаньяху и вообще он пробыл там недолго. Это тянуло бы на полноценный дипломатический скандал — где это видано, чтобы власти одной страны подтверждали информацию, а власти другой усиленно её отрицали? — но здесь стоит предположить заинтересованность Эмиратов в понимании всеми соседями факта тесных отношений Абу и Тель, Даби и Авива. Это особенно важно в свете того, что Саудовская Аравия под чутким руководством Китая (потому что кому ещё это может быть нужно?) принялась вести с Ираном переговоры о заключении соглашения о взаимном ненападении (что, надо думать, подразумевает запрет на американские атаки с территории суверенного государства). Новость об этом появилась в американском издании «Файнэншиал таймс»* в аккурат на второй день трамповского визита в Китай, что добавило этой поездке остроты. Аравия, если верить этому источнику, намерена привлечь к соглашению и других соседей — с этим может быть связана раскрутка Эмиратами своей театрализованной ссоры с болтливыми иудеями, чтобы показать, где эмиратские шейхи видели шейхов саудовских со всеми их предложениями.
Громкие шевеления вокруг Персидского залива и постоянно проговариваемая всеми неизбежность скорого возобновления боевых действий с каждым новым днём всё больше убеждают в фантомности происходящего. Ситуация патовая, и каждый новый шаг, каждое следующее обострение и каждая повышающая градус резкость могут стоить большого поражения. Только вот если Америка, пускай и понеся ещё большие репутационные потери, всё же может отступить, неправдоподобно объявить о своей победе (в который уж раз?) и уплыть кошмарить голодающую Кубу, то Ирану отступать некуда.
