Людская психика — один из самых удивительных механизмов нашего выживания. Человек способен адаптироваться к любому кошмару, если за этим кошмаром видны система, ясность и предсказуемость. И к началу четвёртой недели американо-израильской операции против Ирана регион, живущий под постоянно пролетающими и прилетающими ракетами, авиабомбами и дронами, адаптировался и привык к происходящему. Титаны мысли из небольших стран Персидского залива сложили в уме два и два и стали открыто и настойчиво требовать у Израиля и США перестать бить по персидской энергетике, так как прилетает в ответ не только по иудеям, но и по катарцам-бахрейнцам-эмиратцам. Но конфликт, начатый Трампом и его друзьями, разгорается всё дальше, и с каждой новой волной сметаются всё новые и новые табу, запреты и приличия. На прошлой неделе в «Завтра» рассказывалось, как блокировка Ормузского пролива вызвала рост цен на нефть по всему миру. И пока журнал «Экономист»* удивляется, что рост цен на топливо ведёт к росту цен на всё остальное, а опешившие от ненадёжности своей крыши европейские руководители вслух раздумывают о введении системы распределения бензина по карточкам, страшный кистень ближневосточной войны раскручивается всё сильнее и калечит всё больнее, открывая искалеченному региону всё новые страшные привычки.
17 марта был убит воин-философ Али Лариджани, секретарь совета по нацбезопасности Ирана, фактически вставший во главе страны после убийства Хаменеи в первый же день конфликта. Его убийство стало следствием как извечной и очевидно неэффективной тактики Израиля устранять лидеров враждебных структур — и сколько бы они ни устраняли глав ХАМАС, лидеров «Хезболлы» или руководителей Ирана, новые почему-то не провоцируют перемен, гражданских войн или унизительных перемирий — так и волны слухов о том, что израильский премьер Биби Нетаньяху сам отправился к Бен-Гуриону под воздействием иранского ракетного удара, якобы наведённого нечаянными усилиями индийского стрингера, фанатично бегавшего за Биби. Ни выпущенная пресс-службой запись выступления Нетаньяху, где тот грозит сухопутной операцией и хулит Христа, ни видео с его похода в кофейню никого не убедили — уж слишком подозрительно выглядит отсутствие премьера уже на семи заседаниях военного кабинета подряд. Но убийство лидера — тем более неформального — в рамках этого конфликта, начавшегося с убийства лидера формального, не является нарушенным на пути к эскалации запретом.
Таковым является, скажем, удар по месторождению Южный Парс, совершённый Израилем 18 марта. На этот удар даже глобалистские СМИ, прекрасно понимающие возможные последствия, отреагировали осуждением. Бить по газодобыче — подло и низко, это способствует ещё большему шатанию рынка топлива и вызывает справедливое недоумение у союзников США. Поэтому стремящийся смягчить это недоумение инициатор конфликта – Трамп совершил ход, достойный детсадовца: в своей соцсети заявил, что этот удар наносили не США, а Израиль, об ударе американцы не знали, американцы ни при чём, но удар был справедливый, а вот ответ персов 19 марта по крупнейшему заводу СПГ в мире, расположенному в Катаре, — подло, мерзко, немотивированно, фу! Это он ещё не видел атаки на НПЗ в Хайфе! Как и удары по бахрейнским НПЗ и по нефтехранилищу в защищённом американскими ПВО по самую макушку Эр-Рияде. Всё это было совершено за следующие два дня, в результате чего цены на нефть поднялись на уровень, достаточный для покрытия нашего бюджетного дефицита (при условии сохранения такой цены достаточно долго).
Но не только в ударах по нефти было дело. Атака сионистов на атомные объекты — в том числе и нанесённый вечером 17 марта удар по АЭС «Бушер», где работают наши специалисты, — стала переводом конфликта в новую плоскость. Не повредившее реактор попадание ракеты тоже поначалу пытались списать на художественную самодеятельность израильтян — дескать, какой с них спрос, пусть себе развлекаются, жертвам холокоста можно, — но уже очень скоро в районе Бушера с неба мистическим образом стали падать американские разведывательные беспилотники под названием «Рипер», что намекает на как минимум вспомогательную роль США в атаке. 21 марта персы атаковали израильский ядерный исследовательский центр в городе Димона, где вроде бы и вырабатывался плутоний для той самой бомбы, которой у Израиля нет, но применить которую он готов. Вопли про ядерный терроризм и неспровоцированную агрессию плохо маскируют тот факт, что повышать ставки от взаимных атак по ядерным объектам можно лишь в одном направлении, думать о котором совершенно не хочется.
Зато о чём думать легко и приятно, так это о громком позоре впавшего в маразм мирового жандарма. Крёстным отцом американской государственности, вопреки собственному желанию, стал король Георг III, который под конец жизни командовал цветами в своём саду. Цветы, надо думать, хотя бы в фантазиях престарелого дегенерата слушались приказов, отдавали лепестками воинские приветствия и маршировали стебельками в нужном направлении — чего не скажешь о прекрасных растениях из цветущего сада подконтрольной Штатам Европы. Британцы и французы отказались помогать Штатам разблокировать Ормузский пролив, испанцы обидно обозвали (из-за чего премьер-левак Санчес стал героем, внезапно, в Турции), только Литва (или Латвия, не заметил) выразила решимость отправить весь свой флот, все четыре байдарки, ловить жвалами персидские ракеты.
На фоне разброда на внешних фронтах и показательного отсутствия субординации в товарищах и вассалах внутри страны тоже творится не пойми что: рейтинги падают, демократы злорадствуют, а десятки популистов — будь то с радикальных демократических позиций или с точек зрения «рассерженных патриотов», недовольных Трампом, — напитываются вниманием публики. При этом информационный мейнстрим железно захвачен сионистами, чей двухпартийный консенсус сейчас процветает впервые со времён вторжения в Ирак. Так, к примеру, в «Вашингтон пост»* написали, что о международном праве нужно забывать, когда дело касается Израиля, а на «Си-эн-эн»* израильский околовоенный инвестор Шломо Крамер заявил, что во имя интересов Израиля Америке лучше бы отказаться от свободы слова. Нет ничего удивительного, что в такой информационной среде цветёт уверенность в разгроме Ирана как в уже свершившемся факте: министр финансов Бессент заявил, что Иран уже мёртв и что никакой единой структуры командования там просто не осталось, Трамп призвал забыть про уничтоженный Иран и обратить внимание на врагов народа из Демократической партии, и один только вице-президент Вэнс помалкивал. Выступая с позиции сдержанного одобрения и не взваливая на себя ответственности за затягивание операции, он как может пытается отстраниться от этого позора — даже поехал в Европу рассказывать местным евроскептикам, что не все американцы словили весеннее обострение.
В российской прессе несправедливо мало внимания уделяется бывшей любимице этой самой прессы Тулси Габбард, ныне занимающей пост Директора национальной разведки — формальной руководительнице всех разведывательных ведомств США. Она на неделе выдала тихую забастовку на слушаниях в Конгрессе, заявив, что у Ирана, конечно, теоретически могло быть угрожавшее Америке оружие, но практических сведений об этом у США нет — это перекликается с признанием Трампа о принятии решений на основании ощущений и подсказок ИИ. Но ярче всех поступил коллега Габбард Джо Кент — глава контртеррористического центра США и бывший вояка — он объявил об уходе в отставку в связи с несогласием с развязанной израильским лобби войной, на что президент обозвал его тупицей и предателем, мол, ты нам больше не Кент. 20-го числа над Ираном был впервые подбит драгоценный (буквально — от 86 до 136 миллионов долларов за штуку) F-35: пускай американцы, по обыкновению, наплели про «дружественный огонь», которым маскируются все потери в этой войне, самолёт чудом дотянул до базы и, по данным сразу нескольких источников, оказался списан в утиль. В тот же день в Конгресс пришёл даже самый ярый апологет войны, министр этой самой войны Пит Хегсет — он вдруг объявил, что Пентагон нащупал дно у своих бездонных арсеналов, в чём, несомненно, виноват Байден, так что «отстегни-ка, дорогой Конгресс, ещё 200 миллиардов к нашему и так рекордному военному бюджету в 1,1 триллиона».
Дорогой Конгресс, однако, начал тихо бастовать и деньги выделять отказался – сионистскому консенсусу операция без целей и перспектив перестала быть интересна, а для лево-правого клуба неожиданных союзников тычок в адрес Трампа стал делом принципа. Пожав плечами, 23 марта Дональд объявил о перемирии на 5 дней, рассказав, как его об этом умоляли персы в ходе крайне тайных и чрезвычайно секретных переговоров (которые во избежание утечек информации проводились прямо в воображении американского президента). Иран сразу отреагировал прямо: вместе с намекающими на односторонний характер перемирия ударами по Дубаю сказал, что никаких переговоров с Трампом никто не вёл, его отступление стало результатом его поражения, а его резкий переход к миролюбию является лишь попыткой манипуляции рынками, где растёт цена на топливо. О том, насколько успешными будут эти попытки и не пересилит ли обычное вероломство американцев (вспомните, как в том году они атаковали Иран на третий день после ультиматума со сроком в две недели) – покажут ближайшие несколько дней.
