Похоже, фраза, некогда сказанная Дмитрием Анатольевичем Медведевым и ставшая крылатой: «Денег нет, но вы держитесь!», — может стать естественным дополнением к известной сентенции Наполеона о том, что для войны нужны три вещи: деньги, деньги и деньги. Во всяком случае, глубинная волна именно этой диалектической мудрости на наших глазах накрывает Соединённые Штаты, которые при президентстве Дональда Трампа занялись, вдобавок к поддержке киевского режима, ещё установлением «мира через силу» в Латинской Америке (Венесуэла, Эквадор, на очереди Куба, далее — видимо, везде в Западном полушарии), на Ближнем и Среднем Востоке (Сирия, Иран, Пакистан, Афганистан), и по всему миру. Разумеется, на всё это необходимы деньги. Много денег. Очень много денег. А с ними у нынешних США, мягко говоря, не очень.
Нет, тамошний Минфин, судя по всему, выделил под уничтожение «режима аятолл» и ожидаемые от того грядущие дивиденды целых 100 миллиардов долларов или что-то около того, соответственно, увеличив размер федерального долга, и без того близкий к 39 триллионам. Поскольку расходы на нынешнюю иранскую компанию сейчас сами американские источники оценивают на уровне «миллиард в день» (он может и существенно увеличиться — например, за счёт третьей АУГ, «Джордж Буш», или большего количества самолётов, переброшенных в ближневосточный регион), этих денег может хватить примерно на три месяца, до конца нынешней весны. А что там дальше — Бог весть или, используя более дипломатичный язык, «возможны варианты». Но ещё больше, чем в финансовом (доллары, в конце концов, согласно распространённому мнению, «можно просто напечатать») США ныне ограничены в своём реальном силовом ресурсе: самолётах, ракетах, средствах ПВО и прочем. Но самый острый дефицит, который испытывает Америка Трампа, — причём не только на международной арене, но и внутри страны это — дефицит доверия.…
Не знаю, получилось ли так случайно или заранее кем-то планировалось, но ситуация с американо-израильскими ударами по Ирану (под шум Израиль заодно атаковал Ливан как базу поддержавшей Иран «Хезболлы») во многих отношениях выглядит почти идеальной калькой российской СВО по демилитаризации и денацификации Украины. Одна из причин начала боевых действий — желание страны, уже использующей «мирный атом», обладать ядерным оружием (в случае «незалежной» — заявленное, в случае Исламской Республики — официально отрицаемое). В том и другом случае мы имеем дело не с войной, а с «военной операцией». Теперь Россия в условиях иранского конфликта получила уникальную возможность «зеркалить» поведение и действия США, Европы, всего коллективного Запада с начала СВО, включая поставки вооружений, предоставление разведывательной информации, энергетические санкции и так далее. Уже факт, что реакция «цивилизованного сообщества» на два формально почти идентичных конфликта — прямо противоположная: Украина с США/Израилем — «свои» и «хорошие», а вот Иран с Россией — «чужие» и «плохие», в этом качестве против последних вводятся различные санкции, первым же оказывается различная поддержка и помощь. То есть аналогичные действия оцениваются совершенно по-разному. Здесь не просто «двойные стандарты» или «это другое, понимать надо» — здесь вообще отказ признавать субъектность тех, кого Запад считает своими противниками, их права на существование. Что лишний раз было более чем наглядно продемонстрировано в ходе самих американо-израильских ракетных атак на Иран, с уничтожением аятоллы Хаменеи и многих представителей высшего политического руководства Исламской Республики. Кстати, то же самое отношение демонстрирует Трамп в отношении своих недавних сторонников, не поддержавших те или иные его шаги: такие уже бывшие видные фигуры в лагере MAGA-республиканцев как Марджори Тейлор Грин или Такер Карлсон, в этом списке появляются и, вероятно, будут появляться всё новые фамилии — могут сказать кое-что существенное по данному поводу.
В итоге приходится так или иначе констатировать, что Америка, так и не достигшая цели быстрой капитуляции Ирана, фактически сдаёт свой статус «глобального лидера», передавая его единственному из современных «центров силы», ещё не вступившему в реальный масштабный вооружённый конфликт, в «капкан войны» — Китаю. Ранее автором уже высказывалось мнение о том, что реальным содержанием второго срока президентских полномочий Дональда Трампа, даже независимо от его собственных установок, но в соответствии с «логикой обстоятельств», должна оказаться продажа глобального лидерства США. Не исключено, что ныне мы являемся свидетелями того, каким образом эта продажа будет оформляться. Разумеется, на сколько-нибудь достоверные данные о цене покупки, о размере «комиссионных» для 47-го президента США и прочих условиях сделки («сделка» — любимое слово Трампа) рассчитывать не приходится, — тем более, накануне запланированного на 31 марта—2 апреля визита «Большого Дональда» в КНР. Но если всё действительно согласовано — этот визит состоится.
