В середине октября 2026 года стало известно, что у Папы Льва XIV диагностировали рак легких. Уже через неделю стало известно, что операция полностью удалила рак, и ему не потребуется дальнейшее лечение.
Ещё совсем недавно диагноз «рак лёгких» автоматически означал смертный приговор. Он по-прежнему смертельно опасен. Но скрининг и революция в лечении рака радикально снизили смертность. Во всём мире раком заболевает примерно каждый пятый человек.
Катрин Беннхолд из The New York Times 22 октября 2026 обсудила с коллегой Ниной Агравал, журналисткой, пишущей на темы здравоохранения и внимательно следящей за открытиями в медицине, множество вопросов, в том числе заманчивую перспективу создания вакцины от рака.
Нина, Папа Римский восстанавливается после операции по удалению рака легких. Рак легких – это особенно страшно. Но это совсем не тот диагноз, который ставили бы раньше.
Безусловно. Достигнут значительный прогресс. Смертность от рака легких снизилась, а пятилетняя выживаемость — доля людей, которые остаются в живых через пять лет после постановки диагноза, — в Соединенных Штатах удвоилась: с примерно 15 процентов в конце 1990-х годов до около 30 процентов сейчас. Тем не менее, это все еще не очень хорошо по сравнению с другими видами рака; рак легких остается основной причиной смерти от рака.
Так что же изменилось в лечении рака?
Прогресс в лечении рака различен. Например, при раке легких одним из важных достижений является таргетная терапия. У многих пациентов обнаруживается специфическая мутация — часто в гене EGFR — и препараты, нацеленные на эту мутацию, неуклонно совершенствовались в течение последних 20 лет. Это стало настоящим прорывом. Таргетная терапия, как следует из названия, воздействует непосредственно на раковые клетки и в основном не затрагивает здоровые клетки, в то время как традиционная химиотерапия токсична для большинства клеток, включая здоровые.
Рак молочной железы — еще один вид рака, который выигрывает от таргетной терапии. Это самый распространенный вид рака среди женщин; им болеет примерно каждая восьмая американка. Но показатели выживаемости сейчас намного выше. Это связано с улучшением методов скрининга и лечения: помимо таргетной терапии, появились новые иммунотерапевтические препараты, которые активируют иммунную систему пациента для борьбы с раком. 15 лет назад таких препаратов не существовало.
Почему мы наблюдаем все эти прорывы именно сейчас?
Произошли два важных события. Во-первых, это генетическое секвенирование. Врачи могут секвенировать конкретную опухоль, обнаружить мутации и затем подобрать лечение, которое будет целенаправленно воздействовать на эти мутации. Для некоторых видов рака, например, для некоторых типов рака молочной железы, это также может показать, получит ли пациент пользу от химиотерапии, что может избавить многих от токсического воздействия.
Ещё одним важным фактором стало понимание того, как можно использовать иммунную систему для борьбы с раком. Исследователи выяснили, как лучше использовать нашу собственную иммунную систему для атаки раковых клеток. Они разработали препараты, которые, по сути, снимают ограничения с определённых клеток иммунной системы. Например, запущенная меланома раньше была почти повсеместно смертельной. С момента первого одобрения этого класса иммунотерапии в 2011 году ситуация кардинально изменилась.
И насколько широко доступны эти новые методы лечения?
В США, где проводится большая часть этих исследований, одобренные методы лечения, как правило, в той или иной степени покрываются страховкой. Но даже застрахованные пациенты могут столкнуться с долгами, которые приведут их к банкротству. Кроме того, существуют более экспериментальные методы лечения, которые еще не одобрены и которые сложнее достать.
Например, новый препарат от рака поджелудочной железы, нацеленный на мутацию, распространенную во многих видах рака, теперь покрывается страховкой в США, хотя цепочка поставок все еще находится в стадии разработки. Препараты следующего поколения доступны только в рамках клинических испытаний.
А что насчет других регионов мира?
В глобальном масштабе ситуация различается. Целевые методы лечения рака легких более доступны в странах Азии с высоким уровнем дохода, таких как Тайвань, но в более бедных странах смертность от рака выше, отчасти из-за ограниченного доступа к лекарствам. Фармацевтические компании сами решают, в каких странах запрашивать разрешение на применение препаратов, и часто не подают заявки в страны, где, по их мнению, они не получат большой прибыли.
Вы писали о некоторых неожиданных последствиях того, что люди, у которых диагностирован рак, теперь живут намного дольше. В основном это положительные последствия, но иногда и сложные.
Все пациенты, с которыми я разговаривала, благодарны за прошедшее время. Раньше рак молочной железы или легких 4-й стадии означал максимум несколько лет жизни. Сейчас некоторые люди живут с таким диагнозом 10 или 12 лет. Но это также значительно затрудняет планирование.
У одной женщины, с которой я разговаривала, около шести лет назад диагностировали рак легких 4-й стадии. В первый год она жила, откладывая дела на 12 недель, до следующего обследования. Очень сложно планировать свою жизнь на три или даже шесть месяцев вперед. Тратить деньги или копить? Бросить работу и путешествовать?
Нина, будет ли когда-нибудь найдено лекарство от рака?
До этого еще далеко. Но исследователи сейчас говорят о лекарстве так, как раньше не говорили, — и некоторые виды рака все больше становятся похожими на хронические заболевания. Однако для многих запущенных форм рака методы лечения по-прежнему ограничены.
Сейчас многие с интересом следят за разработкой персонализированных вакцин против рака, которые могут помочь предотвратить рецидивы. Мы уже можем вакцинировать людей против инфекций, вызывающих рак, таких как ВПЧ. Но теперь мы провели первое крупное исследование вакцины, предотвращающей рецидив рака у пациентов с меланомой, которым были хирургически удалены опухоли. Полные результаты были объявлены 21 октября 2026 года. Вакцина обучает иммунную систему распознавать раковые клетки и затем атаковать их. Конечно, есть надежда, что эти вакцины можно будет применять и при других видах рака. Но пока мы до этого не дошли.
