Сообщество «Посольский приказ» 09:11 20 июля 2022

Проклятие Зеленского

старательно выращивавшиеся под мирное время грядки технократов оказались не нужны

В западном интернет-фольклоре существует такой феномен, как «проклятие Асада». Если вкратце, то любой политический лидер, когда-либо утверждавший, что президенту Сирии место на свалке истории, сам рано или поздно отправлялся на эту свалку самым унизительным способом. Начиная с Николя Саркози и Дэвида Кэмерона, продолжая Клинтон и Обамой, заканчивая Борисом Джонсоном и Синдзо Абэ — все они утверждали, что Асад должен уйти в отставку или вовсе повторить судьбу Каддафи, все они оказывались ни с чем, умирая или видя крах всего, за что они стояли. «Проклятие Асада» известно давно и прославилось далеко за пределами интернет-пространства — возможно, с этим (ну или с победой Дамаска в гражданской войне) связано отсутствие подобных заявлений от западных лидеров в последнюю пару лет. «Проклятию Асада» на смену пришла новая напасть. Чума, шагающая по Европе, косит правящие головы, ещё недавно катавшиеся в Киев или горячо поддерживавшие Зеленского. На позапрошлой неделе в грязь шлёпнулась блондинистая голова британского премьера, бывшего главным ястребом всего Запада в отношении украинского вопроса. Но прошлая неделя принесла целую череду новостей, которые трудно назвать иначе, чем мистикой.

Знаете, почему имя итальянского премьера многие узнали только из новостей о его совместной поездке в Киев вместе с германским канцлером Шольцем и французским президентом Макроном? Дело не только в том, что Италия находится на периферии европейской политики и происходящее в баталиях между бесконечными "Лигами Севера" и "Вива Италиями" не имеет никакого значения за пределами Апеннин. Дело и в том, что пока ещё действующий премьер Марио Драги является компромиссом в квадрате. Для того, чтобы понять, как он пришёл к власти в Италии, нужно вспомнить, что именно предшествовало периоду его премьерства. Предшествовал ему триумвират из Маттео Сальвини, Луиджи Ди Майо и Джузеппе Конте, где последний был премьером-компромиссом, уравновешивающим первых двух — вечно грызшихся не в меру амбициозных замов. Заместители, один другого краше, изображались европейской прессой как фашисты, причём националист Сальвини, наслаждавшийся медийностью, сознательно заигрывал с этими настроениями прессы, постоянно давая ей новые поводы говорить о том, что в Италии власть взяли безумные расисты. Ди Майо, напротив, старался держаться в тени, напрасно надеясь, что это ему поможет. Разумеется, вся эта хрупкая конструкции не пережила и первого парламентского кризиса в 2019 — Сальвини оказался выкинут на мороз, Ди Майо, несмотря на полученный пост министра иностранных дел, затаился ещё глубже, а Конте попытался окружить себя людьми, устраивавшими вообще всех. Конте пал жертвой интриг своего предшественника, Маттео Ренци, в момент наибольшего падения рейтингов правительства. Тогда, на рубеже 2020 и 2021 годов, ковид наносил очередной удар, а телеэксперты на разные голоса рассуждали о неутешительных перспективах пост-ковидного восстановления и без того не самой могучей итальянской экономики. В результате нехитрой интриги, связанной с разрушением правящей коалиции, Конте ушёл в отставку, а новое правительство сформировал Марио Драги — непростой человек. Даже киевский визит европейских лидеров ясно показывалпоказал, кто есть кто. На фоне провинциального немецкого простачка и столичного французского метросексуала Марио Драги выглядел единственным серьёзным человеком. На то были свои причины: итальянский премьер, в отличие от многих других европейских бюрократов нынешнего поколения, не появился из ниоткуда. В 1980-х он был представителем Италии в совете директоров Всемирного банка. В 1990-х он руководил итальянским казначейством, а в нулевых пошёл на повышение, заняв должность вице-председателя Goldman Sachs. В 2005-м он отправился руководить Банком Италии, а оттуда в 2011-м рванул в Европейский центральный банк. Марио Драги и по сей день поминают недобрым словом жители таких стран, как Греция, Португалия и Испания, — политика европейского банковского регулятора выкручивала руки странам, на которых висят огромные долги, что не очень способствует выплате этих долгов. Иронично, что сам Драги представляет страну, имеющую полторы сотни процентов долга относительно ВВП. Став премьер-министром Италии, Драги оказался главным континентальным ястребом, отметившимся наиболее жёсткой антироссийской позицией среди лидеров европейских стран (если считать настоящие страны, а не восточноевропейские филиалы Вашингтона). За его спиной стояла коалиция из родной Демократической партии и "Движения пяти звёзд", а пресса называла правительство «технократическим» (клише, использующееся для общеевропейских политиков без явных идеологических устремлений). Но вот в июле 2022 демократы и «пятизвёздочники» переругались, под впечатлением от чего более мелкие члены коалиции решили, что им и по отдельности неплохо живётся, а от "Пяти звёзд" и вовсе откололась крупная группа депутатов во главе с министром Ди Майо. Пресса считает виновником разлада... кого бы вы думали? Бывшего премьера Джузеппе Конте. Коалиция развалилась, а Драги подал в отставку. Президент Италии Серджо Маттарелла отставку не принял, прекрасно понимая, что другого компромиссного варианта ему не найти, а сам Драги пообещал уйти в отставку уже на этой неделе даже вопреки решению президента, ведь удерживать вместе клоповник итальянского парламента — задача непосильная даже для топ-банкира с тридцатилетним стажем. В произошедшем обвинили некоего Владимира из Москвы — именно ему, по словам знакомого нам министра иностранных дел Ди Майо, выгоднее всего оказалось падение очередного западного правительства и временная недееспособность итальянской власти в вопросах снабжения Украины.

Олаф Шольц, тот самый провинциальный простофиля, катавшийся в Киев с Драги и Макроном, не стоит на ногах так крепко, как можно подумать. Меркель, павшая жертвой «проклятия Асада», ушла по собственному желанию, но в течение полугода после своего ухода увидела крах всего, что выстраивала долгие 16 лет своего руководства Германией. Главной жертвой загребущих рук Шольца стали «особые отношения» ФРГ с Москвой — конечно, не такие «особые», как давшие название этому тропу международной политики, но всё же ставившие Берлин на ступень выше остальной Европы в глазах российских властей. Достаточно сказать, что именно этот авторитет стал причиной нынешнего кризиса —: вера Януковича в гарантии Штайнмайера привела к победе Евромайдана, вера Москвы в гарантии Германией Минских соглашений привела к долгой и жестокой войне, а вера всей Европы в то, что Германия с Россией найдут способ договориться, привела к тому, что отдача от санкций стала для Запада полной неожиданностью. Первым звоночком для Олафа, увлечённо ломающего наследие Меркель, стало поражение на местных выборах в мае. Выборы в Вестфалии показали, что федеральное правительство делает что-то не так. Федеральное правительство почесало лысый затылок и решило, что проблема состоит в слишком малых объёмах помощи Украине, в связи с чемпоэтому эти самые объёмы было решено увеличить, о чём и было торжественно объявлено на саммите НАТО. От электоральных намёков перешли к прямым действиям: полторы недели назад издание Der Tagesspiegel написало, что в начале июля на закрытой вечеринке в берлинской канцелярии, где присутствовали депутаты и сотрудники бундестага, как минимум восьмерым женщинам подмешали в напитки специальные вещества, именуемые «наркотиками для изнасилования». Скандал, к которому Шольц имел самое косвенное отношение, пресса немедленно развернула против него — куда уж понятнее могут быть намёки от германских элит, недовольных стараниями Шольца по возвращению Германии во времена Арминия и Сегимера. Наконец, чтоб закрепить результат, вышло расследование издания Redaktionsnetzwerk Deutschland. В нём Шольцу припомнили работу на посту министра финансов в 2018–2021 годахгоды. Нынешний премьер тогда от великого ума навыдавал всем подряд облигаций, в которые был вписан пункт о поправке на инфляцию. Разумеется, в 2018 никто и слова-то такого не знал, но концепция изменилась, и в сегодняшней экономической ситуации недальновидность Шольца, граничащая с наивностью и прямой некомпетентностью, будет стоить Германии как минимум 30 миллиардов евро выплат по этим облигациям. Словом, под Олафом Шольцем вовсю шатается кресло, а европейские журналисты (к примеру, Дэниел Джонсон из The Telegraph) и эксперты по РФ (такие, как Густав Грессель из Европейского совета по международным отношениям) винят в манипуляциях Шольцем и раскрутке скандалов с облигациями и отравлениями на берлинской вечеринке некоего гражданина России по имени Владимир — кому ещё может быть выгодно падение германского правительства?

Не нужно думать, что Макрон, героически одолевший в минувшем марте бумажного тигра по имени Марин Ле Пен, забетонировал своё могущество. Да, пост главы государства остаётся за ним до самого 2027 года. Разумеется, это исключает околофантастические случаи вроде добровольной отставки, импичмента или слишком сильной пощёчины очередного недовольного избирателя. Но Макрон, на днях принимавший праздничный парад в честь Дня взятия Бастилии, находится сейчас в наиболее уязвимом положении за всё время своего президентства. Впервые с 1997 года президент Франции не имеет парламентского большинства. Причиной тому стал успех левого Жан-Люка Меланшона и его партии "Непокорённая Франция". Меланшон противостоял Макрону и на президентских выборах, но занял там лишь третье место. Сейчас французским левоцентристам предстоит сформировать коалицию и избежать ошибок итальянцев, постаравшись не поубивать друг друга в процессе. В случае успеха Макрон до конца своего срока станет «хромой уткой» — узником Елисейского дворца, неспособным проводить в жизнь нужные законодательные инициативы. Пресса, обычно очень лояльная к этому Юпитеру Иль-де-Франкского уезда, не так давно начала кампанию против него. Формальной причиной стал слив документов Uber — приложения для вызова такси. Там прямо указывалось, что главным лоббистом интересов американской корпорации во Франции оказался — какая неожиданность — главный лоббист интересов американской внешней политики во Франции. Макрон, помогший Uber захватить европейский рынок такси, стал косвенным виновником и других бед, постигших Францию за последнее время - роста цен, дефицита энергии и инфляции. Косвенным — потому что прямым виновником, разумеется, был назначен житель Москвы по имени Владимир.

Этот же Владимир, по утверждениям самых разных людей, обладающих полномочиями и информационным влиянием, несёт ответственность за вотум недоверия правительству Болгарии, за отставку премьер-министра Эстонии Каи Каллас, за парламентский кризис (шестой за последние два года) в Израиле, за жару в Испании, за неурожай в Нидерландах, за бузину в огороде и за дядьку в Киеве. Иные склонны искать причину всего означенного в мистике — визиты к Зеленскому или поддержка Украины действуют, по их словам, так же, как нападки на сирийского президента. Реальность проста и скучна — старательно выращивавшиеся под мирное время грядки технократов оказались не нужны. Сейчас есть спрос на игроков, ясно понимающих, за что стоит Запад, очевидно осознающих допустимую степень гибкости и жёсткости в отношениях с врагом. Вот только не вытравили ли таких людей из коридоров европейских парламентов десятилетия отрицательной селекции? Всеобъемлющий и принципиально неразрешимый кризис, в который Европа увлечённо бросилась головой вниз, намекает, что за исключением миллиардов вашингтонских болванчиков с брюссельской прошивкой и пары десятков травимых изгоев где-то на периферии (типа Орбана или знакомого нам Сальвини), в европейской политике не осталось никого.

31 августа 2022
Cообщество
«Посольский приказ»
2
Cообщество
«Посольский приказ»
2
Cообщество
«Посольский приказ»
6
Комментарии Написать свой комментарий

К этой статье пока нет комментариев, но вы можете оставить свой

1.0x