По результатам минувшего года множество раз описывался механизм создания иллюзии роста американской экономики. Друг президента Ларри передаёт другу президента Сэму триллион выделенных государством долларов за какую-нибудь виртуальную услугу, после чего друг президента Сэм передаёт оный триллион за сильно отложенную во времени услугу другу президента Питеру, который, в свою очередь, передаёт этот триллион другу президента Ларри за некий зыбкий актив. В результате этого все участники схемы, усиленно передающие друг другу виртуальные деньги, остаются при своём, раздувают свою капитализацию, привлекая новых инвесторов с реальными деньгами, а также увеличивают ВВП страны на триллионы долларов — прямо как в том анекдоте про ковбоев. Данный круговорот может включать в себя самое разное количество самых разных компаний, управляемых самыми разными людьми, но неизменно одно — эти люди входят в сословие «вторых сыновей», что к концу 2010-х посчитали себя несправедливо обделёнными при разделе большого айти-рынка между существовавшей тогда олигополией из всех этих «майкрософтов», «гуглов» и прочих «эпплов» с «фейсбуками»*. Результатом их усилий в начале 2020х стало переформатирование айти-рынка, избрание лояльного им Трампа, перспективы становления президентом ученика упомянутого выше Питера, вице-президента Джеймса Вэнса, а также надутый их совместными усилиями описанным ранее способом грандиозных размеров рыночный пузырь, строящийся на технологиях ИИ. Без учёта вызванного этим пузырём роста экономики — которым, кстати, генпрокурор США Пэм Бонди однажды прямым текстом оправдала процессуальное бездействие вокруг суеты с Эпштейном, — проценты прибавки к американскому ВВП болтаются где-то между статистической погрешностью и неумело замаскированной рецессией, то есть вся описанная выше схема перекладывания выдуманных денег из кармана в карман является ещё и блестящим медиатрюком в духе Трампа. И всем были бы хороши рыночные пузыри, и «Компания Южных морей» торговала бы в Голландии турецкими тюльпанами, но вот беда — их свойство лопаться периодически наносит экономике огромный урон (примеры 1929 и 2008 годов соврать не дадут). Большому кораблю — большое кораблекрушение, поэтому пузырь ИИ по возможности пытаются сдуть, пока не рвануло.
Признаком этого стал комплекс историй, развернувшихся вокруг флагмана ИИ-пузыря, компании «Оупен эй ай». Друг президента Сэм из начала текста — Сэм Альтман, глава этой компании, иудей и гей (последнее, кстати, не помешало ему в подростковые годы снасильничать свою младшую сестру, согласно её словам). «Оупен эй ай» известна своим главным продуктом — текстовой нейросетью «Чат джи-пи-ти», которая с начала прошлого года даёт советы американским госструктурам за счёт большого контракта, подписанного между Альтманом и Вашингтоном. В конце февраля сотрудничество Сэма и Дяди Сэма углубилось за счёт разрыва правительственных контрактов с одним из конкурентов «Оупен» — компанией «Антропик», чья нейросеть «Клод» так блестяще разработала американцам план атаки на Иран.
Так вот, повышение «Чат джи-пи-ти» до ранга советника президента привлекло к компании – разработчику киберидиота ненужное внимание, в результате чего оказалось, что король — голый, а «Оупен эй ай» — коммерчески неэффективна. Не поймите неправильно: в коммерческой неэффективности состоит конечная цель любой монополии или стремящейся к таковой олигополии. «АвтоВАЗ» выражает надежды ввести платные подписки на свои авто, попутно лоббируя выгодные для себя законопроекты, заодно высасывая из государства десятки миллиардов рублей субсидий. Обожавшаяся в 2015 году российскими хипстерами и в 2026 году украинскими патриотами «Тесла» была коммерчески успешной лишь год-два из всей своей истории (и то — лишь из-за переноса почти всех своих производств в Шанхай), в остальном же полагаясь на иссякший лишь прошлым летом щедрый поток государственной поддержки. Даже обитающий в земле жесточайшей конкуренции «Хуавэй» сконцентрировал в своих руках слишком много технически незаменимых мощностей, чем плотно привязал к себе родное государство. Вот и с «Оупен эй ай» не было бы никаких проблем, если бы не неадекватно огромный размер и невменяемая алчность: Альтман принялся спекулировать собственными акциями, вдруг пообещав инвесторам колоссальные 17,5% доходности с купленных бумаг конторы. Всё это было сделано в рамках борьбы со впавшей в опалу, но вполне живой компанией «Антропик», изначально предложившей чуть меньше, но с ними-то как раз всё понятно: выискивание частных денег обусловлено отрыванием «Антропик» от государственной кормушки. Обещания же высокой доходности «Оупен эй ай» показывают как отчаяние Альтмана в поисках новых денег частных инвесторов, так и его искреннюю уверенность в том, что благодаря описанной в начале текста схемы рынок и дальше продолжит расти за счёт государственных вливаний.
Вместе с этим слишком многие косвенные признаки показывают, что рынок ИИ переполнен и что расти ему больше некуда — а ведь именно ожидания постоянного роста вращают колесо капиталистической сансары. Несмотря на в целом удачную кампанию по подсаживанию широкой публики на нейросеть — а именно «Чат джи-пи-ти» является флагманом новых, но плотно укоренившихся привычек беседовать с компьютером, обращаться к виртуальному собеседнику за ответами на вопросы, что раньше задавались бы «Гуглу», и даже искать поддержки и сочувствия у куска кремния, — несмотря на то, что в корне всего этого лежал именно продукт компании Альтмана (в которую, кстати, на её первых порах, когда разработка «Оупен эй ай» была действительно «оупен», вкладывался Илон Маск), её доля на рынке, бывшая в лучшие времена под 90%, за последний год снизилась чуть ли не до 60%. Это, конечно, всё ещё много, но маловато, чтобы считаться безальтернативным монополистом, способным ставить условия Белому дому.
Беды Альтмана на этом только начались. 24 марта его компания объявила об остановке работы своего сервиса, позволявшего создавать видео, а сразу после этого последовали новости об отмене сделки с «Диснеем» на миллиард долларов, поскольку в центре этой сделки стояла как раз закрытая нейросеть. По неподтверждённым данным, «Оупен» ещё и вышла из сделки на 71 миллиард долларов, по условиям которой компания зарезервировала под себя около 40% мирового предложения оперативной памяти — из-за этого цены на ОЗУ прошлой осенью взлетели до небес. На эти проблемы наложилась политическая ситуация в мире. После того, как американский сектор венчурных инвестиций был основательно пропылесошен в поисках свободных денег, Альтман обратил свой взор туда, где «дураков, поди, много, а зайцев, поди, мало», — в страны Персидского залива. В декабре просвистела череда громких новостей о решениях эмиратских шейхов ещё более плотно вложиться в американские ИИ-конторы, нежели раньше. И это при том, что весь прошлый год арабские богатеи объявляли о строительстве новых дата-центров (что забавно, потому что для охлаждения огромных вычислительных объёмов нужно много пресной воды), а саудовский принц бен Сальман в порыве запоздалого ИИ-хайпа вообще отменил свой мегапроект «Неом» ради другого — строительства кучи дата-центров. Альтман воспринимал приток арабских денег как прибыль, но вот его близкий партнёр (в деловом плане) и инвестор Ларри Эллисон (он упоминался в самом начале) видел в инвестициях из Залива спасительную соломинку для своей компании «Оракл», что понастроила по всей Америке своих компьютерных кластеров, набрав под их создание и обслуживание тонну долгов. Из тех немногих денег, что у Ларри всё же были, он вложил 300 миллиардов в компанию Сэма, но тот живо обратил их в пыль — «Оупен эй ай» не просто убыточна, она суперубыточна, только официально признаваемые потери капитала составляют под 4 миллиарда в месяц, слухи же говорят о совершенно кошмарных убытках в десятки миллиардов. И вот на фоне этой надежды американских семитов на деньги семитов ближневосточных в самом конце февраля добрый друг Ларри и Сэма по имени Дональд запустил череду событий, в результате которых арабским шейхам стало резко не до инвестиций в чужие пузыри.
Аналитики, кого ни почитай, на разные голоса утверждают, что крах «Оракл» и «Оупен эй ай», если он всё же случится, может обрушить всю американскую экономику и ввергнуть её в такой «отрицательный рост», что ипотечный пузырь 2008 года покажется скромным бульком на поверхности болота. Тем не менее проблемы этих двух контор, как и явный спад других ИИ-гигантов, выглядят сознательной политикой. Нет, не федеральных регуляторов или Белого дома — к этим слова «сознательная политика» вообще с трудом применимы. Запуск процесса, которому некоторые голоса с Уолл-стрит пророчат гибельное влияние на экономику в виде роста безработицы до 5% уже к концу года, видится результатом деятельности айти-великанов, тех самых «первых сыновей», впереди которых так нагло и бесцеремонно пролезли всякие Альтманы, назначив своего президента. Сдувание пузыря ударит и по ним — так, к примеру, третья неделя марта принесла новости о постепенном сворачивании «Майкрософтом» агрессивного навязывания своего ИИ-ассистента «Копайлот»: на нём потеряли около 50 миллиардов долларов, что вызвало у пользователей лишь раздражение неумелым киберсекретарём, в честь которого даже переименовали знаменитый «Офис». Но там, где сохнет толстый конгломерат, обросший жирком развитых экосистем, клиентских баз и десятилетиями истории лоббизма и отжирания долей рынка, сдохнет надутый фантомными деньгами худой стартап, ухвативший за хвост синюю птицу сиюминутных субсидий.
*соцсекть компании «Мета», признанной экстремистской и запрещённой в РФ
