Сообщество «Салон» 00:00 4 апреля 2013

Апостроф

Майор Черток взялся за дело почти непосильное для обыденного человека: вернуть жизнь не только маршу, но и самой жизни. Опасной. Построенной у воина по определенным канонам, исполняемой в определенном темпе. И если первая книга посвящена в основном истории духовых оркестров и "Прощанию славянки", то вторая в огромной степени погружает нас в философию марша, как понимает ее автор
0

Михаил ЧЕРТОК. Русский военный марш: К 100-летию марша "Прощание славянки" — М.: "Канон+" РОИИ "Реабилитация", 2012, 280 с.; Михаил ЧЕРТОК. Военные марши России: К 200-летию Отечественной войны 1812 года — М.: "Канон+" РОИИ "Реабилитация", 2013. — 368 с.

Счастьем для романа является его совпадение с ожиданиями читателя: хорошая книга должна быть самосогласованной, т.е. не противоречить себе внутренне, а внутренняя "правда" не должна противоречить опыту читателя. Тогда возникает то, что называется типичностью: вот знаем, что именно так не было, но ведь иначе — верим! — не могло быть.
Иную судьбу имеют работы, не относящиеся к беллетристике. Однако и в их случае требуется, чтобы читатель "отозвался".
Имеющий за плечами нелегкий, но полезный опыт закрытых учебных заведений с их неизменными муштрой и насилием знает, какую роль играют ноты в формировании мировоззрения. Как и то, что музыка всюду имеет воспитательное значение, но, в зависимости от целей, привлекается разная.
Опыт говорит, что нотная грамота не чужда физикам и математикам. При этом профильный интернат имеет большую вероятность собрать несколько классических квартетов и фортепианных дуэтов, чем хотя бы один диксиленд или пару комбо.
Для гуманитариев интернатов не припомню, но случись таковые, звучать и там симфоническим опусам, ибо музыка лежит в основе гармоничного мироздания, а университетское как классическое, так и естественное образование направлено на миропонимание.
Неорганизованный школяр мог тяготеть к джаз-банду или "русскому року", т.е. жить без нот, и его судьба была в интеллектуальном плане незавидна.
Проще всего складывалась жизнь ученика обычного, т.е. военизированного пансиона: такому не оставалось ничего, кроме духовых инструментов и духа агрессии.
Культ духового оркестра не обошел меня стороной. Поэтому рецензируемые книги я прочел с огромным интересом. Не только тема оказалась близкой мне, но и сам автор — военный дирижер, имеющий опыт работы в реальных боевых действиях, вызвал чувство внутреннего родства. Служил? Следовательно, знает, о чем пишет. Рисковал? Следовательно, может предупредить.


Майор Черток предостерегает: если вам кажется, что духовая музыка безобидна, вспомните печальный пример Марсия. Именно этих слов вы не найдете в книге, но смысл будет близким: военный марш — музыка, несущая в себе одновременно и смертельную опасность, и презрение к смерти.
Мысль воодушевляет. При этом труд автора имеет не только мобилизационную, но и исследовательскую составляющую: он внимательнейшим образом разыскивает следы маршей в архивах и книгохранилищах и натыкается порой на целые культурные пласты, отброшенные за ненадобностью изнеженным поколением.
В награду находит ноты. Правда, письменные знаки несут еще мало радости дерзкому и бодрому, но — подождите! — со временем все марши будут сыграны. В городские сады возвратятся люди в мундирах и касках, с начищенной медью в руках. Мальчишек будут снова делить на пажей и кадетов, гимназистов и реалистов...
Ждать! Или умереть, ибо жить без утверждающего марша незачем!
Но правильнее — собрать друзей, вооружиться нотами и разных строев — или каких там? — медными горнами, построиться и — марш!
Майор Черток взялся за дело почти непосильное для обыденного человека: вернуть жизнь не только маршу, но и самой жизни. Опасной. Построенной у воина по определенным канонам, исполняемой в определенном темпе. И если первая книга посвящена в основном истории духовых оркестров и "Прощанию славянки", то вторая в огромной степени погружает нас в философию марша, как понимает ее автор.
Факты и размышления интересны. Например, не сразу соображаешь, что было время, когда даже военные духовые оркестры использовали только деревянные инструменты. Другой была эпоха — другой была и война. Медь принесла истинную ярость — неслыханный гуманизм и невиданную в природе жестокость. Тутти! — и за кучным узором бомбометания следует ковровая бомбардировка.
Или: книга первая — каталоги Германии. Сравниваем с каталогами Дерфельдта. И узнаем то, о чем знает любой солдат: воинская каста неделима в принципе; один из маршей лейб-гвардии Преображенского полка имел официальный статус в Третьем рейхе; марши, принятые русской армией, звучат в фильмах Лени Риффеншталь.
Автор не раз говорит о сохранении памяти. В его терминологии память — не только каталоги, не только знание, но и сила. Действие, дух музыки, возбуждение бодрой агрессии — вот что такое марш для военного дирижера, взявшего на себя смелость философски обосновать "дело величавое войны" через ее музыку — марш, соразмерный не какому-то настроению, но всему миру. Миру насилия. Реальной планете Земля.

 

Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен!

Нажмите «Подписаться на канал», чтобы читать «Завтра» в ленте «Яндекса»

4 сентября 2020
Cообщество
«Салон»
11 сентября 2020
Cообщество
«Салон»
3
25 сентября 2020
Cообщество
«Салон»
36
Комментарии Написать свой комментарий

К этой статье пока нет комментариев, но вы можете оставить свой

1.0x