Варварская агрессия США и Израиля против Ирана и героическое сопротивление иранского народа заслонили другую катастрофу в регионе — кровопролитную гражданскую войну в Судане, трёхлетняя годовщина которой пришлась на 15 апреля. Судан является одной из крупнейших по площади стран Африканского континента. Обладая плодородными сельскохозяйственными угодьями и значительными запасами полезных ископаемых, страна могла бы стать центром притяжения для всей Африки, но хроническая нестабильность и постоянные войны превратили Судан в несостоявшееся государство.
Трёхлетняя война в Судане принесла его народу неисчислимые бедствия. 14 миллионов суданцев вынуждены были покинуть свои дома. Из них 4,4 миллиона бежали в соседние страны, остальные являются внутренне перемещёнными лицами. Из 53 миллионов суданцев 21 миллион недоедает, а 6,3 миллиона нуждается в срочной гуманитарной помощи. Военные действия привели к полному развалу системы здравоохранения. Насилие в ходе войны в наивысшей степени было проявлено в Дарфуре, Кордофане, Хартуме и Эль-Гезире (наиболее плодородном сельскохозяйственном штате страны). Около 40 тысяч жителей страны были убиты, из них 6 тысяч — в одном только городе Эль-Фашере в октябре прошлого года после его взятия военизированной организацией Силы быстрого реагирования (СБР). Боевики этих вооружённых формирований печально известны массовыми изнасилованиями женщин.
Целесообразно кратко коснуться истории этой многострадальной страны. Ещё до получения Суданом независимости в 1956 году, в 1955-м в стране разгорелась война между арабским Севером и африканским Югом. На севере страны проживают мусульмане, а основное население на юге составляют негритянские племена нилотской группы, исповедующие христианство либо язычество. В XVIII–XIX веках южане часто становились жертвами работорговли со стороны северян, поэтому большой любви к своим соседям они не испытывали. Вооружённая борьба южан искусно подогревалась США и Израилем. Известно, что транспортировкой вооружений в Южный Судан для повстанческой группировки "Анья-Нья" занимался по контракту с ЦРУ США в 1960-е годы нацистский преступник Отто Скорцени. Многолетняя война Севера и Юга привела в 2005 году к подписанию федеративного соглашения, а в 2011 году — к провозглашению независимости Южного Судана. Впрочем, долгожданная свобода не принесла южным суданцам счастья. Южный Судан остаётся дисфункциональным государством, самым бедным в Африке и раздираемым внутренними противоречиями. В 2013–2018 годах здесь шла гражданская война между племенами динка и нуэр.
В 1969 году после военного переворота к власти в Судане пришло левое правительство Джафара Нимейри, устанавливать контакты с которым приехал молодой арабист Евгений Примаков. Первое время Нимейри занимал просоветскую позицию, но после неудачного мятежа коммунистов в 1971 году переориентировался на США и Саудовскую Аравию, видимо, ожидая большой экономической помощи. В 1989 году в результате очередного переворота к власти в Хартуме пришли исламисты. Был взят курс на силовое решение проблемы Юга. Духовным наставником и серым кардиналом диктатора Омара аль-Башира стал доктор Хасан ат-Тураби, развивавший идеологию "Братьев-мусульман"* и прозванный за свой интеллект и пламенную революционность "Лениным из Хартума". В это время Судан попал под санкции США за "поддержку терроризма", что ещё больше усугубило проблемы и без того бедной страны.
В 1999 году Омар аль-Башир вышел из-под опеки Тураби, арестовав его, и взял курс на выход из изоляции. Первое время он заигрывал с Исламской Республикой Иран, но затем решил переориентироваться на Саудовскую Аравию, рассчитывая получить кредиты. В начале XXI века Судан пережил короткий экономический подъём (по местным меркам, конечно) из-за увеличения нефтяного экспорта, но затем снижение мировых цен на чёрное золото и плохое управление вновь привели к стагнации. В 2018 году президент Омар аль-Башир сделал ещё один "кульбит", переметнувшись от Эр-Рияда к коалиции Турции и Катара. В Хартуме с официальным визитом побывал Реджеп Тайип Эрдоган, пообещавший финансовую помощь и развитие острова Суакин.
Встревоженные этим, Саудовская Аравия и ОАЭ помогли в 2019 году организовать в стране очередной военный переворот, который отстранил от власти "Братьев-мусульман". Власть стали делить два боевых генерала: командующий суданской армией Абдель Фаттах аль-Бурхан и командующий Силами быстрого реагирования Мухаммед Хамдан Дагало (Хамидти). Последнего поддерживают главным образом дарфурские арабы.
В позднем Средневековье процветал независимый Дарфурский султанат, поэтому присоединение к британской колонии Судан местные жители встретили без энтузиазма. В 2003 году в Дарфуре разгорелся кризис, вызванный межэтническими столкновениями оседлых африканских племён фур и загава с кочевыми арабами. В Африке идёт опустынивание, и кочевники в поисках пастбищ вторгаются на территорию оседлых народов, что, естественно, вызывает сопротивление последних. Для подавления мятежей диктатор Омар аль-Башир не нашёл ничего лучше, чем создать из кочевников вооружённое формирование "Джанджавид", отличавшееся особой жестокостью. Оно совершало расправы, но спланированного геноцида дарфурцев не было.
Между тем Международный уголовный суд выдал ордер на арест аль-Башира за массовое истребление жителей Дарфура. Позже генерал Хамидти переехал в Хартум, где возглавил СБР. Омар аль-Башир хотел сделать эти силы своей преторианской гвардией, но Хамидти вероломно предал своего покровителя. Командир СБР в своё время был замечен в связях с российской ЧВК "Вагнер" Евгения Пригожина. Журналисты портала "Миддл-Ист ай" полагают, что общим интересом здесь была продажа суданского золота, прибыль от которой является основным источником доходов Хамидти.
Война, вспыхнувшая между двумя генералами, не имеет ни идеологической, ни религиозной подоплёки. Она ведётся за власть и финансовые потоки. Конфликт в Судане является войной между двумя фракциями компрадорских капиталистов. Такое мнение выразил в интервью газете "Аль-Ахбар" суданский учёный, доктор Сидки Кабалло, являющийся одним из руководителей местной Компартии. За доступ к природным ресурсам этой страны соперничают Саудовская Аравия и ОАЭ. Судан интересен аравийским монархиям прежде всего своим золотом, которое контрабандой вывозится из страны. На втором месте находятся порты на Красном море и сельскохозяйственный потенциал Судана. Судан является крупным производителем пшеницы, арахиса, кунжута и мяса. Монархии Персидского залива за бесценок арендуют в этой стране сельскохозяйственные угодья. Саудовская Аравия в 2010 году приобрела 100 тыс. акров земли, а в 2016 году арендовала на 99 лет ещё миллион акров. В 2015 году агрохолдинг "Аль-Дахра" (ОАЭ) арендовал 2,4 млн акров земли.
Что касается интересов США в этой африканской стране, то, по мнению Кабалло, они носят геополитический характер. Вашингтон не хочет допустить российского военного присутствия на Красном море. Дело в том, что ещё Омар аль-Башир в 2017 году обещал Российской Федерации за политическую поддержку военно-морскую базу в Порт-Судане. В 2024 году с аналогичными предложениями выступил Абдель Фаттах аль-Бурхан. В декабре 2022 года правительство Судана подписало с Эмиратами протокол о намерениях касательно передачи заброшенного порта Абу-Амама. Компании из ОАЭ планировали построить здесь морской порт, аэропорт, создать зону свободной торговли, освоить 400 тыс. акров сельхозугодий и построить 450 км дорог до житницы Судана — штата Голубой Нил. Борьба за раздел прибылей от этого проекта и стала, по мнению Кабалло, причиной гражданской войны.
Американская агрессия против Ирана и ответные атаки иранцев на объекты в аравийских монархиях, в частности в ОАЭ, существенно уменьшили уровень эмиратской поддержки СБР. Российский востоковед А.А. Быстров отмечает: "В регионе Ближнего Востока, Северной и Восточной Африки наблюдается ситуация уменьшения безопасности и усиления геополитической нестабильности, поскольку региональные кризисы пересекаются в рамках единого стратегического ландшафта, в котором сходятся военные интересы и глобальные торговые коридоры. В центре этой сцены война в Судане выделяется как один из конфликтов, наиболее затронутых этими преобразованиями, поскольку её последствия больше не ограничиваются суданскими границами, а стали органично связаны с балансом сил в регионе, простирающемся от Персидского залива до Африканского Рога. Недавние события в суданском конфликте совпали с резкими волнами военной эскалации в Персидском заливе и регионе Красного моря в результате военной деятельности Ирана и последующей международной реакции, что привело к появлению нового стратегического фактора, заключающегося в невозможности доставки военных припасов СБР в результате нарушения безопасности на жизненно важных морских путях".
Перебои с военными поставками, вызванные геополитическими волнениями в регионе, в свою очередь, приводят к активации острых механизмов внутренней сортировки, которые перерисовывают карту лояльности внутри СБР по этническим или узкорегиональным признакам. Учитывая нехватку ресурсов, процесс распределения снаряжения и формирования вооружённых сил превращается из технического и логистического процесса в инструмент борьбы за выживание между племенными компонентами, что ускоряет темпы организационной эрозии в СБР. Здесь подчёркивается централизация "дарфурских арабов" как твёрдого ядра СБР и исторического гаранта, при которой оставшиеся крохи передовой техники и качественной амуниции направляются в первую очередь группам, происходящим из Дарфура, что ставит боевиков региона Кордофан и другие компоненты на второй план. Это создаёт ощущение целенаправленной маргинализации среди полевых командиров на осях Кордофана, которые оказываются вынужденными вести изнурительные бои с применением обычного оружия, в то время как их товарищи в Дарфуре являются абсолютным приоритетом. Результатом стал переход некоторых племенных шейхов на сторону генерала Бурхана.
Впрочем, этот фактор не гарантирует скорого окончания междоусобной войны в Судане. Соперничество нескольких региональных игроков и отсутствие целенаправленной работы ослабевшей и потерявшей авторитет ООН по урегулированию суданского конфликта делают его трудноразрешимым. Вероятно, тенденцией XXI века станет уменьшение количества суверенных государств в мире. Несостоявшимся, разорванным на части государством в настоящее время является Сомали, расположенное по соседству в регионе Африканского Рога. Более чем туманны перспективы урегулирования конфликтов в Ливии и в Йемене. Во второй половине XX века в ходе деколонизации в Африке и на Ближнем Востоке появились новые независимые государства. И тогда их путь не был беспроблемным, но в целом присутствовало оптимистическое видение будущего. Неслучайно их называли "развивающимися" странами. Сейчас количество несостоявшихся государств и зон хаоса растёт. Похоже, наше столетие действительно станет началом новых Тёмных веков.
На фото: боец суданских Сил быстрого реагирования
*запрещённая в РФ террористическая организация
