Сообщество «Салон» 00:00 22 января 2015

Простофильм

"Левиафан" Андрея Звягинцева

"Левиафан" (Россия, 2014, режиссер — Андрей Звягинцев, в ролях — Алексей Серебряков, Елена Лядова, Владимир Вдовиченков, Роман Мадянов, Сергей Походаев, Анна Уколова, Алексей Розин)

На днях российский фильм "Левиафан" Андрея Звягинцева получил "Золотой глобус" и гарантированную путевку на церемонию "Оскар". По странному совпадению картина тут же оказалась в Интернете, откуда ее смог скачать каждый желающий, задолго до выхода фильма в российский прокат. Обсуждение фильма встало в один ряд полемик, уже год лихорадящих социальные сети. Аккурат после бурного разделения общества на "я шарли" и "я не шарли" пришла очередь ругаться из-за Звягинцева. Как и синдром Навального в либеральной среде, существует ещё один фетиш, по которому сектантски узнают "своих". Это режиссёр Звягинцев и отношение к его работам.

Принято считать, что своим предыдущим фильмом "Елена" режиссёр сорвал путинский покров со счастливо пребывающей в неведении биомассы и показал, как на Руси плохо жить. Правда жизни выплеснулась с экрана и должна была открыть многим глаза на то, "что что-то происходит в России". С приходом в наш мир "Левиафана" ситуация приобрела уже статус не поступка, но подвига. Кто-то из критиков сравнил режиссёрскую смелость с действиями "Пусси Райот". Кто-то продолжал надрывно вещать о преемственности Тарковскому. И те, и другие сходились на том, что если "Левиафан" оставит кого-нибудь равнодушным, или — не дай Бог — вызовет активное неприятие — так только тех, кто засыпает, поцеловав на ночь фотокарточку президента.

Из лагеря национал-патриотов прокатилась другая волна. Кости древнему библейскому зверю перемывали защитники русской жизни, видящей в беспросветности провинциального быта шукшинское умиление загадочной нестоличной душой. Их раздражала и водка из горла, употребляемая героями картины, и безрадостность пейзажей русского севера, и фабула сюжета, взятая Звягинцевым (как и в случае с "Еленой") из зарубежного источника. Создавалось впечатление, что "Левиафан" — это чрезвычайно смелый фильм, очерняющий нашу жизнь, вызывающий шквал эмоций, пусть и полярных, но истинных и берущих зрителя за те самые "фаберже", за которые так и не удалось схватить злодейское государство главным героям нашумевшей ленты.

Работа критика — смотреть кино. Даже если накануне просмотра он получает ёмкое смс "Лучше сохнуть по "Динамо", чем смотреть "Левиафана".

Главный российский фильм последнего времени начинается с того, как под тревожную музыку Филипа Гласса медленно плывут в кадре голые земли упаднической мурманской глубинки. Баренцево море, что воды Стикса, омывает северное безмолвие. На берегу, с красивым видом на залив, стоит дом. Там живёт Николай (Алексей Серебряков) с новой женой, хмурой женщиной Лилей (Елена Лядова) и подрастающим сыном. У Николая нехороший мэр (Роман Мадянов) хочет отобрать дом и землю. Чтобы в очередной раз проиграть это дело в суде, на помощь другу приезжает из Москвы красавец-адвокат Дмитрий (Владимир Вдовиченков) с заветной папкой подмышкой. В папке компромат на мэра, в голове — надежда забрать у властей положенные Николаю деньги. Но идти против городской администрации у бравых, жёстко настроенных мужчин, нет никаких шансов. К тому же в борьбу с государственной машиной вклиниваются личные отношения. Героев засасывает бессмысленность русского бытия, оставляющая на поверхности лишь редкие пузыри бессилия перед всепоглощающим монстром.

За всей этой историей очередного поражения стоит сила, чьи слуги — мэр, прокурор, начальник-мент — вершат беззаконие на земле, по мнению многих никогда закона не знавшей. Это Русская православная церковь и её неправедные адепты. Именно храм возводят на месте разрушенного дома несчастного Николая, и именно там одурманивают населению мозги лицемерными проповедями. Если в "Елене" зритель тревожно замирал в ужасе перед "русскими варварами", для которых в жизни не осталось ничего святого, то "Левиафан" бьёт под дых самой сутью нравственного воспитания варваров как таковых. Для этого в кадре отлично микшируются песни Михаила Круга и лики святых. Здесь Звягинцев модно выступает этаким кинокарикатуристом, низвергая с пьедестала ложь, активно маскирующуюся под правду. Если раньше отсутствие Бога в душе было одним из главных компонентов современного отечественного артхауса, то теперь сделан шаг на территорию тотального отрицания Бога в стране, где условия жизни настолько немыслимы, что остаётся верить — подобно герою Вдовиченкова — только в факты. Бог, от имени которого творит бесчинство погрязшее в бесовщине духовенство, согласно авторской и, отнюдь не новаторской, логике оказывается также преступен, коль допускает крах маленького человека пред сильными мира сего.

И здесь отнюдь не идёт речь о сознательном решении показать ад, чтобы очернить реальность. Звягинцев честно живописует ту Россию, которую он мыслит и видит перед собой. То, что видение это поневоле преломлено призмой европейского фестивального успеха, уже не столь очевидно для него самого. Вместе с ним так воспринимают действительность многие узники свободы, чью, пусть и болотную, но освящённую праведным гневом водицу, выпил до последней капли непобедимый левиафан. Для этих людей показанное на экране — чистейшая правда. Для других — поклёп на "духовные скрепы". На деле же "Левиафан" — это просто фильм. А кино давно уже не является у нас важнейшим из искусств.

25 июня 2024
Cообщество
«Салон»
Cообщество
«Салон»
Cообщество
«Салон»
1.0x