Авторский блог Галина Иванкина 12:15 24 декабря 2013

Магия веера

Говоря о веере, этом старинном орудии дамского кокетства, авторы часто убеждают читателей, что мода на веера прошла из-за огрубения и упрощения нравов – новой современной женщине, фемине века двадцатого, стало попросту незачем и - негде поигрывать веером, изысканно обмахиваясь и красиво флиртуя.
0

«Над нею веера стрекоз –

как опахала изумрудные…»

Игорь Северянин.

Говоря о веере, этом старинном орудии дамского кокетства, авторы часто убеждают читателей, что мода на веера прошла из-за огрубения и упрощения нравов – новой современной женщине, фемине века двадцатого, стало попросту незачем и - негде поигрывать веером, изысканно обмахиваясь и красиво флиртуя. В 1910 году один из парижских журналов напечатал «жалобы веера»: «Очаровательные непринуждённые беседы ушли в прошлое, как и галантность, как и двор со своей знатью, как и игры, которым я служил. Моё время прошло! Без сомнения, мною пользуются ещё, но я более не царствую!»  Однако же дело, как мне кажется, вовсе не в женщинах и не в их нравах. Более того, моду на веера, по большому счёту, уничтожили даже не войны и революции, а…электричество. Веками опахало служило даме, вынужденной пребывать в освещённых тысячами горящих свечей, гостиных и залах. Попробуйте стойко вынести весь этот жар! По мере того, как в жизнь человека вторгался неумолимый прогресс, а бальные залы озарялись электрическим светом, утрачивалась и потребность в опахалах. Современные светские женщины, увы, преспокойно обходятся без эффектных вееров…

…Почему же мы сегодня вновь заговорили на эту тему? В пушкинском музее на Пречистенке открылась великолепная выставка, устроенная при участии историка моды Александра Васильева, коллекционера, писателя и – настоящего денди… Человека, без которого невозможна современная культурная жизнь. В центре внимания – роскошные веера, это изящное и – обязательное дополнение к старинным дамским нарядам. Веер пришёл с Востока, но сделался важной деталью цивилизации Запада. В своё время, читая знаменитые «Записки у изголовья» Сэй-Сёнагон, я поразилась, настолько японская эпоха Хэйан (датировка написания «Записок» - конец X века) по ощущениям напоминает французскую эпоху рококо, то есть век осьмнадцатый. А вот и отрывок о веере, как о предмете изысканного флирта: «Может быть, и не следовало писать о таких безделицах как о чем-то значительном, но разговор их, право, был очень мил. Мужчина придвигает своим веером веер дамы и нагибается, чтобы его поднять, но дама пугается, как бы он не приблизился к ней. С сильно бьющимся сердцем она поспешно прячется в глубине покоя. Мужчина поднимает веер и разглядывает его. — От вас веет холодом, — бросает он с лёгким оттенком досады». Диссонирует только одна деталь – опахало не только у дамы, но и у мужчины – да, японская традиция предписывала самураю носить боевой (sic!) веер. А в остальном – впечатление, что мы имеем дело с версальскими графинями и маркизами… Веер, как символ Востока и Запада, как символ Евразии. Раскрытый веер похож на полукружье солнечного диска в рассветную или в закатную пору. А что есть Солнце, как не объект поклонения всех племён и народов? Впрочем, с чем только не сравнивали веер… Вспомним стихи Гавриила Державина:

«Когда б владел я целым миром,

Хотел бы веером сим быть;

Всех прохлаждал бы я зефиром

И был бы всей вселенной щит;

 

А ты, махаясь, Хлоя, мною,

От жара сильного дыша,

Как солнце бы цвела красою,

Моей быв тенью хороша».

 

В XVII веке, при дворе Людовика-Солнце, возник так называемый «язык веера» - система жестов, позволявшая признаваться в любви или отказывать во взаимности, не прибегая к словам или к письменным заверениям. (Впрочем, некоторые исследователи утверждают, что во Францию сия мода проникла из Италии, а при Людовике XIV лишь получила свою отточенную завершённость). Этот своеобразный «дамский телеграф» постоянно менялся и дополнялся новыми значениями, но суть его оставалась прежней – с помощью «лепестков» своего веера благовоспитанная женщина могла сообщить мужчине гораздо больше, чем позволила бы себе сказать при беседе. В XIX веке стали появляться и пособия, обучавшие юных девиц умению обращаться с важнейшим для светской жизни аксессуаром. В последний раз такая методичка появилась буквально накануне Первой Мировой войны… Если дама подавала собеседнику закрытый веер верхним концом, это означало не только симпатию, но и любовь. Если же веер подавался ручкой, то есть нижним концом, то это символизировало презрение, неприязнь или же – разрыв отношений. Анна Ахматова писала:

«Сквозь опущенные веки

Вижу, вижу, ты со мной -

И в руке твоей навеки

Неоткрытый веер мой».

Веер – символ тайны, загадки, им, как маской, можно прикрыться от назойливых взглядов. Дама, чьё лицо закрыто веером, заинтриговывала гораздо больше, чем женщина, являвшая миру свою красоту без всяких ухищрений. Недаром Черубина де Габриак, претенциозная поэтесса, создавшая миф о самой себе, упоминает веер в ряду «высоких» символов: «кинжал и веер, цветы, камеи…». Между створок можно было спрятать и любовную записку, и - шпионское донесение. В XVIII столетии дамы-лазутчицы, коими была наводнена постоянно воюющая Европа, имели навык в тайнописи на веерах. Нанести на уголок экрана пару цифр, означающих дату наступления прусской армии и жеманно поиграть таким раскрытым веером…

Немного теории. По сути, все веера можно разделить на три основных типа – plié, brisé и pliant. Итак, самый популярный и знакомый всем вариант – это plié. Он состоит из веерного станка (платин) и плиссированного веерного экрана с красивой картинкой, на которой в зависимости от моды, могли быть изображены розы с купидонами или же, например, древнеримские профили. Можно было не просто украсить экран, но и зашифровать, обозначить, указать нечто важное. «-Не правда ли прелесть? На нём моё имя и дата», - сообщает уайльдовская леди Уиндермир, показывая лорду Дарлингтону свой веер… Следующий тип – это brisé, который не имел единого экрана и состоял только из пластин, соединённых между собой кусочками разрезанной ленты. Ну, и наконец, pliant – это известный читателю страусовый и вообще перьевой веер. Так что, когда вы будете читать стихотворение  Игоря Северянина о том, как «...графиня ударила веером страусовым опешенного шевалье», можно вспомнить, что этот тип опахала относится к типу pliant.  На выставке мы можем встретить все три типа вееров. В литературе, посвящённой опахалам, иной раз можно отыскать очаровательное название «фантази» - это не тип конструкции, а тип оформления, когда для создания веера использовались яркие пёрышки экзотических птиц, к примеру …попугаев.

Разглядывая веера, можно изучать не только историю костюма и быта, но и вехи развития человечества, его художественно-эстетические предпочтения и пристрастия. Так, в эпоху рококо были популярны галантные сценки и пасторали, которые разыгрывались и профессиональными актёрами, и прекрасными маркизами в придворных театриках. Эстетизированный мир на фоне такой же чарующей природы, где цветочные гирлянды оплетают беседки, где облака похожи на взбитые сливки, а персонажи – изнеженно-розовы и легки, как статуэтки Севрского фарфора. Взгляните на веерные экраны середины XVIII века  - перед вами предстанут всё те же незамысловатые сюжеты игры и флирта – дамы, кавалеры, несуществующие цветы, идеальные беседки. Но, как только в моду вошла природная естественность и лозунг Жан-Жака Руссо «Назад, к природе!», сразу же  изменилась и картинка веера – одинокая романтическая фигурка на фоне заброшенного парка. В моде античность и подражание римским матронам? Тут же возникает сюжет для веерного экрана – фрески Геркуланума и Помпей. Но мода на антик прошла, как и всякая другая. Помните, граф Нулин вёз из-за границы целый воз импортного барахла? «С запасом фраков и жилетов, шляп, вееров, плащей, корсетов, булавок, запонок, лорнетов…» ну и так далее. Веера – непременно. Как же могли выглядеть опахала, которые вёз пушкинский герой? На выставке вы увидите большую коллекцию образцов 1820-1830-х годов. Скажу одно – веерные экраны чаще всего украшались тогда цветами, причём лидировали нежные розы.

На рубеже XIX и XX веков, в эпоху Модерн, в моду вошли текучие линии, формы лиан, как бы оплетающих окна, книжные страницы, театральные программки и – веерные экраны. Популярный цветок – печальный и изысканный ирис - также часто используется мастерами. Популярный цвет времени – траурно-чёрный, загадочный, ночной. Излюбленный веерный мотив – цветы на чёрном фоне. «Я разглядела на чёрном веере лиловость фиалок», - вспоминала сестра великой поэтессы - Анастасия Цветаева. А когда Поль Пуаре – вслед за Бакстом - ввёл в моду сочный ориентальный колорит, тут же актуальными сделались «гаремные» опахала в турецком стиле, пропитанные благовониями. Что интересно, последним «аккордом» в истории вееров были 1920-е годы, так называемая «эпоха джаза». Правда, популярен был только один вариант – громадное страусовое опахало, которое великолепно сочеталось с вечерним платьем, где «…каскады драгоценностей и немножко шёлку». Так аксессуары всегда «следуют» за общим строем и эстетикой костюма.

Немаловажная деталь для исследователя костюма - величина веера напрямую зависела от величины дамского наряда и высоты фигуры в целом. Поясню на примерах – когда в моду входили высокие каблуки и / или громоздкие причёски, размеры веерных пластин тут же увеличивались, но стоило дамам облюбовать туфельки на плоской подошве и предпочесть небольшие куафюры, веер тут же становился маленьким и скромным. Сравните большие веера 1770-х (35 см.) и крошечные опахала эпохи ампир (18-19 см.). Большие веера 1920-х – прямо следствие моды …на очень высоких женщин. Вывод прост – чем выше и значительнее модный силуэт, тем крупнее должен быть веер, дабы не нарушать общий ритм костюма.

Примерно до середины XIX столетия веер являлся сугубо статусной вещью – умение «играть» опахалом отличало изысканных аристократок от «неотёсанных» обитательниц буржуазных кварталов. Этому учили с детства, как и танцевальным па, иностранным языкам и тонкостям эпистолярного жанра. Знаменитой острячке Жермене де Сталь, которую ненавидел и побаивался сам Наполеон, приписывают следующее высказывание: «По манере держать веер можно отличить княгиню от графини, а дворянку - от представительницы третьего сословия». В русском журнале «Смесь» за 1769 год была даже целая статья, посвящённая искусству владеть опахалом.  «Знающие свет женщины умеют опахалом изображать разные страсти: ревность, держа в руках свёрнутое опахало, не говорит ни слова, непристойное любопытство, сохраняя стыдливость, закрывает лицо развёрнутым опахалом и смотрит на то сквозь кости опахала, на что стыдно смотреть простым глазом; а любовь играет опахалом, как младенцы с игрушками, и делает из него всё, что хочет». Веерные экраны иной раз расписывают знаменитые художники, такие, как Буше и Фрагонар. Разумеется, стоит такая игрушка невероятно дорого. В комедии Гольдони «Веер», где вся интрига закручивается из-за дамского опахала, звучит риторический вопрос: «Уж не Рафаэль ли из Урбино либо самТицианегораскрашивал?» С какой, мол, стати, такой ажиотаж?

…К концу XIX века веер окончательно покидает пределы светских салонов и входит в обиход практически каждой модной горожанки. Почему так происходит? Всё просто – к этому времени мода становится индустрией. Всё – кринолины, корсеты, кружева шантильи, воротнички и манжеты делаются фабричным способом. Прогресс неумолим. Веера – не исключение. Их стало много и – на любой достаток. «Что такое мода?» - задавалась вопросом обозревательница старинного дамского журнала «Модный магазин». «Сегодня они (модные новинки – Авт.) служат нарядом самых высокопоставленных женщин – завтра становятся достоянием горничных».

Ещё вчера шикарный шёлковый веер с пластинами из слоновой кости все видели в руках императрицы, а сегодня дешёвые бумажные опахала с тем же рисунком можно заметить у жены лавочника средней руки. Но есть нюанс – императрица носит наряд от Ворта, а веер у неё создан в мастерской Дювельруа. Тогда как модницы попроще имели и вещи, созданные поточным способом. «Ах, оставьте меня в покое! Дайте мне поэзии, восторгов!Махайте,махайте...»,- томно, деланно произносит разодетая мещанка Змеюкина из комедии «Свадьба». Веер её шикарен, манеры её ужасны. Читаем вещи Ги де Мопассана, блистательного бытописателя нескромных красавиц и фривольных желаний  «Брюнетка, приветливо кивнув Дюруа, слегка  ударила  его  веером по плечу. — Спасибо, котик, — сказала она. — Жаль только, что из тебя слова не вытянешь. И, покачивая бедрами, они пошли к выходу». Ударить веером – позволить лишнее, дать понять, что всё возможно…

Кстати, в русском лексиконе XVIII столетия был в ходу интереснейший термин – «маханье» - именно в значении флирт. В английском языке также имелось устойчивое выражение 'to flirt a fan’ – крутить, играть веером, кокетничать при помощи опахала. В пьесе «Именины госпожи Ворчалкиной», принадлежащей перу самой Екатерины Великой, есть такая реплика: «Я знаю, что она глазеет на Таларикина. Я знаю, что у них великое маханье». Это вовсе не означало, что дама и кавалер зашли слишком далеко в своём галантном общении – оттого-то оно, собственно, и «великое». Маханье – это лишь игра, перебрасывание репликами, взгляды, улыбки. Сие понятие вышло из употребления уже в первой трети XIX столетия, ибо…и оно стало считаться непристойным. Времена изменились – смелое кокетство  отныне признавалось предосудительным. Закрыться веером – скрыть волнение, растерянность, смятение…, ужас. Помните? «Услыхав это, Анна быстроселаизакрыла лицо веером. Алексей Александрович видел, что она плакала и не могла удержать не только слез, но и рыданий, которые поднимали её грудь».

В современной жизни веер не играет никакой самостоятельно роли – это всего лишь красивая, чарующая деталь из прошлой жизни, когда течение времён было неспешным, дамы – обворожительны, а кавалеры – галантны. Впрочем, возможно, что через пятьсот лет будущие историки скажут, что наши SMS-ки были вершиной эпистолярной куртуазности. Кто знает?

***

Государственный музей А. С. Пушкина, ул. Пречистенка, 12/2 (ст.м. «Кропоткинская»).

Музей открыт: ежедневно с 10.00 до 18.00 (касса до 17.30); по четвергам – с 12.00 до 21.00 (касса – до 20.30).

Выходные: понедельник, последняя пятница месяца.

Выставочный проект «Искусство навевать прохладу».

Работает по 07 апреля 2014.

100 вееров из собрания Государственного музея А.С. Пушкина

При участии Александра Васильева и культурного фонда «Национальный музей моды», Музея «Московский дом фотографии», Музейного объединения «Музей Москвы».

Фотографии взяты с сайта музея.

http://www.pushkinmuseum.ru/?q=exhibition/vystavka-iskusstvo-navevat-prohladu-100-veerov-iz-sobraniya-gosudarstvennogo-muzeya

 

Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен!

Нажмите «Подписаться на канал», чтобы читать «Завтра» в ленте «Яндекса»

Комментарии Написать свой комментарий

К этой статье пока нет комментариев, но вы можете оставить свой