Сообщество «Геоэнергетика» 09:06 13 октября 2022

Дело трубы

Взрывы "Северных потоков". Расследование

Обратимся снова к так называемой энергетической международной панораме — слишком уж беспрецедентны взрывы всех четырёх ниток обоих «Северных потоков». Согласно отчёту береговой охраны Дании, произошли два взрыва, мощностью, эквивалентной 500 кг тротила каждый. Глубина моря в районе, где произошли взрывы, составляет около 70–80 метров. Двух этих фактов вполне достаточно, чтобы даже не пытаться оспаривать очевидное: без участия какого-либо из государств организовать эти террористические акты было невозможно. Чуть ранее датчан своё сообщение о взрывах сделала шведская служба сейсмического контроля: эквивалент взрыва в 100 кг тротила, что на аппаратуре сейсмических станций отобразилось как землетрясение магнитудой 2,5 балла. Если 500 кг — там наверняка была бы серьёзная волна, а через краткое время после её прохождения начались выбросы метана. Человеческие жертвы были бы просто гарантированы, так что тут либо изрядно повезло, либо время взрывов было выбрано именно таким — чтобы в этот момент никаких морских судов в окрестностях не было.

Впрочем, рано или поздно на дно и трубы смогут взглянуть специальные товарищи, от которых, если повезёт, мы и узнаем все подробности. Почему «если повезёт»? Да потому что никто ведь никакие односторонние дискриминационные меры с России и наших компаний снимать и не думал. И если с компанией Nord Stream AG, которая владеет и управляет первым «Северным потоком», всё относительно в порядке, то с Nord Stream 2 AG совсем невесело. После того, как по политическим причинам, то есть по прямому распоряжению Олафа Шольца, который считает себя канцлером Германии, Федеральное сетевое агентство этой страны прервало процедуру лицензирования газовой магистрали, швейцарская Nord Stream 2 AG находится в предбанкротном состоянии, потому не является членом всевозможных специализированных организаций, к помощи которых можно обращаться для того, чтобы разобраться с объёмом полученных разрешений, и для того, чтобы разработать проект восстановления. Совершенно логичное продолжение этого размышления: пока мы не слышали от Газпрома, единственного владельца Nord Stream 2 AG и владельца контрольного пакета акций Nord Stream AG, ни одного слова о том, будет ли наш концерн заниматься восстановительными работами. О том, что будет сложно, дорого, а срок ремонта назвать вообще нельзя, — заявления были.

Почему дорого? Природный газ в настоящее время из труб больше не вырывается — значит, давление внутри трубы сравнялось с давлением на дне моря. В результате морская вода получила возможность спокойно затекать в трубы, со всеми втекающими в эту внутреннюю ёмкость последствиями. Внутренняя поверхность газопровода — небольшенькое такое произведение инженерного искусства. То, что эта внутренняя поверхность должна гарантированно не вступать ни в какую химическую реакцию с природным газом, давление которого достигает 300 атмосфер, — понятно. При таком давлении большое значение приобретает сила трения, сила трения молекул газа о ту самую внутреннюю поверхность — не только материал и газ могут начать нагреваться, но и часть мощности компрессорной станции на российском берегу Балтики будет уходить на преодоление этого паразитического сопротивления. Инженеры об этом прекрасно осведомлены, потому поверхность трубы не только максимально гладкая, но ещё и покрыта специальным полимерным покрытием. Покрытие, разумеется, рассчитано на то, что вдоль него движется именно природный газ, который на 90 с лишним процентов состоит из метана с его химической формулой CH4. Если вместо метана это покрытие будет вынуждено взаимодействовать с морской водой, то ждать последствий долго не придётся — разрушение полимерного покрытия, окисление металла и прочие прелести. Можно этого избежать? Теоретически да, но не по всей продолжительности труб.

Две трубы СП-2, давление газа в котором обеспечивала компрессорная станция Усть-Луга — первый вариант. Не использовать природный газ, закачать, к примеру, азот под давлением, которое не пропустит в трубу морскую воду — вполне реально. Две трубы СП-2 от места разрыва до берега Германии — никаких вариантов, они однозначно окажутся заполнены водой. Компрессорные станции «Портовая» и «Усть-Луга» тем и уникальны, что в одиночку обеспечивают транспортировку на 1200 км, то есть никакой подстраховки, никаких компрессоров на немецком берегу нет.

Переходим к СП-1. От места разрыва до немецкого берега — ровно те же соображения, то есть тоже дело — труба. А вот от КС «Портовой» до места разрыва всё далеко не однозначно. СП-1 не работал по известной причине — немецкая компания «Сименс», которая по сервисному договору обязана была обеспечивать техническое обслуживание газотурбинного агрегата (ГТА), со своими обязанностями в санкционной кутерьме справиться не смогла. На «Портовой» остался в живых ГТА мощностью 27,5 МВт — вот на него и вся надежда. Хватит его мощи, чтобы не пустить морскую воду в трубы, или не хватит? Будем надеяться, что Газпром обо всём рано или поздно расскажет.

Но если по СП-1 от нашего берега до места разрыва вопрос действительно неоднозначный, то со всеми четырьмя нитками от места разрыва до берега Германии всё уже достаточно ясно: с большой вероятностью можно считать, что их придётся менять. Общая продолжительность, насколько можно судить по имеющимся открытым данным — около 500 км. Согласитесь, что, с учётом необходимости ликвидировать непосредственные последствия взрывов, — это уже само по себе весьма дорогостоящее мероприятие. И очень хлопотное, поскольку наверняка потребуется новая экологическая экспертиза на все эти работы, которые предстоит согласовывать с Данией и со Швецией.

Снова вспоминаем, как выглядят отношения России с Евросоюзом, вспоминаем о том, что Дания входит ещё и в состав НАТО, а Швеция туда стремится всеми фибрами своей антироссийской души.

И, задав сакраментальный вопрос «Сколько стоит?», задумаемся ещё над одним: а какими такими способами Газпром сможет вернуть себе эти дополнительные инвестиции? СП-2 просто не был сертифицирован — кто даст гарантии, что после всех этих приключений на дне морском господа европцы возьмут, да и сертифицируют? Правильно — никто. Не будет поставок, как их, собственно, не было и до взрыва, — не будет и возврата инвестиций. Труд ради радости труда? Это, простите, не к Газпрому.

Итак, что случилось, мы более-менее понимаем, подробности — авось будут, но только в том случае, если заокеанские хозяева позволят своим европейским вассалам заняться расследованием, а не пуститься во все тяжкие с публикацией убойного количества вранья и бурно имитировать деятельность.

С нашей стороны основная версия ответа на вопрос «Кто виноват?» — Штаты. Мария Захарова первой напомнила зимние клятвы бодрого Джо о том, что он 7 февраля этого года на брифинге произнёс теперь уже ставшую знаменитой фразу: «Если Россия вторгнется на Украину, США покончат с СП-2».

Белый дом, само собой, уже придумал, как правильно толковать это изречение, но для меня занимательно, что ни сама Мария Захарова, ни Байден и компания не обращают внимания на то, что про СП-1 мистер президент даже не мяукнул. Я про то, что причины произошедшего куда как глубже, да и появились далеко не в 2021 году. Но об этом чуть позже. Обоснование версии, изложенной госпожой Захаровой, тоже прозвучало неоднократно: не допуская российский трубопроводный газ к европейским потребителям, Штаты освободили себе рынок для своего СПГ и заработают на этом невиданные сверхприбыли.

Поверим алгеброй гармонию — привычка у нас, технарей, такая. По данным МЭА, в 2021-м страны ЕС импортировали 388 млрд кубометров природного газа — совокупно, и по трубопроводам, и в виде СПГ. Из них доля России — около 160 млрд кубометров, из которых 150 млрд кубов пришло по трубам, остальное — в виде СПГ. За тот же год американские производители СПГ в Европу отправили 25,5 млрд кубометров в виде СПГ. Из этого объёма вычёркиваем поставки в Турцию и Англию — эти страны просто не входят в состав ЕС, чистый объём поставок именно в Евросоюз у американских производителей — 18 млрд кубометров. Арифметика подсказывает, что для замещения российского трубопроводного газа Штатам предстоит нарастить объём поставок на те самые 150 млрд кубов, причём сделать это надо в сжатые сроки. Но, если перебрать, пересчитать, учесть все заявленные в США новые СПГ проекты, то к концу 2025 года объём производства вырастет только до 190 млрд кубометров. При этом держим в уме, что такое произойдёт только при стечении немалого количества положительных моментов. Известно, что наращивание объёмов производства СПГ в Штатах в настоящее время идёт с громким скрипом — благодаря зелёной демагогии Демократической партии во главе с Джо Байденом не идёт инвестирование в строительство новых газопроводов — от месторождений в сторону СПГ-заводов. Статистика неумолима: даже при сверхпремиальности европейского газового рынка СПГ-заводы в США работают не на проектных мощностях, а только на 70% от них. Нет трубы — нет СПГ, нехитрый такой алгоритм. Но предположим, что с этой проблемой Штаты возьмут, да и справятся — изменится текущее законодательство, тамошние банки прекратят воротить нос от углеводородных проектов и так далее. Почему? Да потому что нам ведь нужно найти наиболее оптимистичное развитие событий для Штатов и наиболее пессимистичный для России. Однако вообразить, что весь этот объём, 190 млрд кубометров в год, будет отправлен именно в ЕС, где газовый рынок действительно стал самым выгодным на планете, можно только при крайне невероятном допущении: Штаты должны будут прекратить поставки по долгосрочным контрактам в ЮВА и в Латинскую Америку. Для такого развития событий придётся делать ещё одно допущение — все компании, владеющие СПГ-проектами в Штатах, должны коллективно сойти с ума. В том числе владельцы индийских и южнокорейских фирм, имеющие на руках долгосрочные контракты на поставку СПГ в свои страны, где у них имеются целые сети конечных потребителей.

Так что, извините, не вытанцовывается эта версия, которую можно описать коротко: Штаты готовы на любые преступления только ради того, чтобы их производители СПГ заняли на европейском рынке нишу России. Не вытанцовывается ещё и потому, что государство США никогда не принимало, не принимает и не будет принимать участия в добыче и транспортировке природного газа и в производстве СПГ — законодательство не позволяет. Международный террористический акт во славу и пользу для частных компаний? Как-то не очень верится — это ведь не предприятия ОПК, чтобы власть за них шла на грубые, в общем-то, преступления.

Производители СПГ — это молодые выскочки, причём ещё не успевшие выскочить из банковских кредитов, на которые строили свои предприятия, ещё не выскочившие из долгосрочных контрактов с трейдинговыми международными компаниями и компаниями из других стран, а эти контракты в своё время были обоснованиями для получения кредитов.

Версию «вытеснить из ЕС российский газ, чтобы нарастить собственные поставки СПГ» можно пытаться прилепить к любому государству, способному нарастить объёмы добычи газа и производства из него СПГ. Израиль, Египет, ОАЭ, Катар, Кувейт... Длинноват список, не находите? И ставка мелковато выглядит — выстелить откровенным преступлением красную дорожку для каких-то там частников.

И не говорил Байден ни слова про СП-1. Не говорил — в феврале. А вот в марте неуловимый Джо примчался в славный град Варшаву, где произнёс речь, которую в западной прессе окрестили «главным выступлением по Украине». И вот тут всё куда как нагляднее, отчётливее, нежели в той фразе, которую припомнила мадам Захарова, цитирую: «Европа должна покончить с зависимостью от российских углеводородов. В рамках энергетической независимости Европы от России не только СП-2 не должен вступить в строй, но и первая, давно действующая нить СП-1 должна прекратить работать. Это будет нелегко, но за это придётся заплатить». Произнесена 25 марта, если что, то есть уже после того, как началась СВО.

Предлагаю очередной детский вопрос: а что, Штатам вот только сейчас, в последние годы, перестало нравиться то, что в ЕС идёт российский газ? Раньше такого никогда не было? А давайте-ка перенесёмся в 1981 год, после того как очередным президентом США был избран Рональд Рейган. Вот, кстати, его главный предвыборный лозунг, который помог ему в первом же туре раскрошить позиции Джимми Картера: «Let's make America great again!»

В январе 1981 года прошла инаугурация Рейгана, а уже в марте того же года на стол новому президенту лёг доклад ЦРУ с бесхитростным названием «СССР — Западная Европа: последствия газопровода из Сибири в Европу». Секретным этот доклад перестал быть давным-давно, так что процитирую. «Вероятность того, что Советы попробуют тонко эксплуатировать развитие газовых отношений с Западной Европой, велика. СССР, возможно, будет ссылаться на газовый бизнес, напоминая западным европейцам о преимуществах экономического сотрудничества, и делать упор на необходимость избегать антисоветских действий. Играя на различиях между Западной Европой и США, а также между самими западноевропейскими странами, Советы таким образом могут ухудшить политический климат в Западной Европе. Европейцам придётся считаться с наличием крупных поставок газа из Советского Союза при рассмотрении вопроса о поддержке действующих и будущих экономических санкций со стороны США. Кроме того, развивая экономическое сотрудничество с СССР, страны Западной Европы могут счесть необязательными большие расходы на проекты в рамках НАТО».

Глава ЦРУ Уильям Кейси, меморандум «О сибирском газопроводе», цитирую: «США должны отговорить европейцев от доведения этого соглашения до логического конца. Как минимум, союзники должны отложить принятие окончательного решения вплоть до проведения совместного исследования их энергетической безопасности в меняющейся экономической и политической обстановке 80-х».

Согласитесь, риторика знакома до скрежета зубовного, поскольку она и сейчас звучит из каждого западного СМИ. СПГ в Штатах тогда не производили, за исключением экспериментального проекта на Аляске, поэтому в качестве альтернативы советскому природному газу Рейган на встрече «Большой семёрки» чего только не предлагал — сейчас без улыбки и не прочитаешь. Поставки угля из США и из Австралии, увеличение объёмов поставок газа из британского сектора Северного моря, СПГ из Алжира и Нигерии, ускоренное строительство АЭС американскими компаниями по всей Западной Европе. Вот только на собрании «Большой семёрки» Рейган был один, а охмурять ему пришлось разом Гельмута Шмидта и Франсуа Миттерана. Это сейчас в Европе кто не Шольц, тот Макрон, а тогда... В общем, послали большие европейцы бывшего актёра куда подальше с этим бредом. Через три дня после саммита консорциум немецких банков подписал с СССР рамочное соглашение по кредитованию строительства газопровода Уренгой — Помары — Ужгород.

Но совсем без уступок Рейгану не обошлось: европейцы взяли на себя обязательства ограничить долю советского газа до 30%, результатом чего, между прочим, стало сворачивание проекта строительства второй нитки газовой магистрали. Европа на тот момент имела лидеров, которые были способны думать и действовать в интересах своих государств, а не молча выполнять приказы заокеанского хозяина.

Хозяин, кстати, и не думал останавливаться. 1981 год — волнения в Польше, профсоюз «Солидарность» с Лехом Валенсой. Штаты рассчитывали, что СССР сорвётся на ввод войск, заранее приготовили список санкций по этому поводу. Войцех Ярузельский, однако, ввёл военное положение в своей стране, потому вместо пресловутого советского вторжения результатом стало восстановление конституционного порядка усилиями законно избранного правительства. Но такие мелочи Рейгана нисколько не смутили: в декабре 1981-го санкции были успешно введены. Ограничение на поставки продовольствия, прекращение полётов Аэрофлота в США, запрет на кредиты Советскому Союзу и… барабанная дробь... полный запрет на продажу любого оборудования для нефтегазовой промышленности СССР. Ярузельский и военное положение в Польше с одной стороны, с другой — запрет на поставки оборудования для транспортировки и переработки нефти и газа, строительной техники для укладки трубопроводов. Логика? Нет, не слышали, это что-то антидемократическое и против прав человека. В американском санкционном списке значились ГТА, газовые компрессоры, компоненты для газовых турбин и далее по всем секторам нефтегазовой индустрии.

Дело было в начале 1980-х, то есть СССР был жив и здоров, но с, как теперь принято говорить, импортозамещением не справился. Да, помогли европейцы и японцы, но факт — отсутствие у нас таких технологий имело место ещё 40 лет тому назад.

Ответ Западной Европы на новые санкции был всё тот же — шёл бы ты, Рональд. Тот останавливаться отказался — указом президента США в июне 1982 года появился запрет на экспорт/реэкспорт товаров для нефтегазового сектора, произведённых за пределами США дочерними компаниями американских корпораций, на территории США любыми иностранными корпорациями и за пределами США в том случае, если оборудование произведено на основе американских запатентованных технологий… Вот дочка американской компании где-то в Западной Европе, вот пару лет назад подписанный контракт с СССР, а вот запрет от Рейгана — и денег не получить, и штраф заплатить.

Дальше нечто, сейчас невообразимое в принципе: до конца лета о незаконности американских санкций заявили... Нет, не СССР и страны СЭВ. Заявили ФРГ, Франция, Италия и Великобритания. Да-да, та самая Англия и та самая Маргарет Тэтчер взяли, да и отказались гробить собственные компании, зарабатывавшие на поставках оборудования в Советский Союз. Американский «Катерпиллер» пролетел мимо всех контрактов по поставкам трубоукладчиков, экскаваторов и бульдозеров, что зело порадовало японскую «Коматсу». В 1982 году японцы отхватили контракт на 760 трубоукладчиков на 300 млн долларов, и на ту же сумму — бульдозеры и экскаваторы. Маргарет Тэтчер в сентябре 1982-го заявила: «Я никогда не верила в стабилизацию обстановки в Польше с помощью санкций, зато верю в скорое банкротство четырёх или пяти крупных британских компаний, если мы поддержим санкции мистера Рейгана». Циничное времечко было, однако. В 1982 году Штаты начали отменять свои же санкции — одну за другой, причём в качестве повода был выбран факт смерти Леонида Ильича Брежнева. Итог всей этой возни: европейско-советские газопроводы были построены, СССР стал ведущим поставщиком газа на европейский рынок, вместо американских производителей на поставках оборудования и техники уверенно заработали европейские и японские компании. Но был и второй итог: мне кажется, что именно тогда Штаты взяли курс на жёсткое переформатирование европейской элиты, поскольку такие глыбы, как Шмидт, Миттеран, Тэтчер, никак не подходили на роль послушных и безропотных подчинённых. Именно тогда был дан старт программе деградации политической Европы, которая за минувшие годы прошагала от Шмидта до ничтожества Шольца, от Тэтчер до откровенно тупой Трасс, от Миттерана до недоразумения Макрона.

США ещё не успели сообразить, что делать с Европой, а тут уже, видишь ли, началась творческая самодеятельность: газ в обмен на трубы с перспективой снижения спроса на нефть и нефтепродукты в энергетической отрасли. И ведь что удумали-то — отдавать Советскому Союзу европейские технологии, подписывать 20-, а то и 30-летние соглашения по газу!

Демарш европейских лидеров 40 лет назад остановить не удалось — Штатам пришлось мириться с ростом самостоятельности и даже независимости европейских вассалов. Игра пошла вдолгую, в том числе и на совершенно новом поле, новом направлении: с середины 70-х государство США вело бюджетное финансирование освоения технологии добычи углеводородов методом гидроразрыва пласта. В нулевые годы досужие журналисты, падкие на звонкие названия, изобрели термин «сланцевая революция», только какая уж тут революция, если развитие технологии до экономически оправданного уровня шло три десятка лет? Остаётся отметить, что именно в годы правления Рейгана начало происходить то, что мы наблюдаем в наше время: даже самые крупные, ведущие нефтегазовые компании США вынуждены были смириться с тем, что политики могут принимать решения, затрагивающие их экономические интересы, не советуясь с ними. От попыток Рейгана остановить советские газопроводы пострадал не только «Катерпиллер», но и «Дженерал моторс», и ещё с десяток компаний — казавшееся непобедимым лобби промышленников потерпело серьёзное поражение, которое оказалось первым, но далеко не последним. После антироссийской истерии из России действительно ушли американские компании, потеряв при этом деньги — миллиарды долларов.

Американские буржуи вряд ли рады этому обстоятельству, но установка всё та же: это для вас, проклятые капиталисты, Россия кажется выгодным партнёром, а вот для нас, выдающихся политиков, Россия была и остаётся врагом, и совершенно не важно, как в данный момент Россия именуется — империей, Советским Союзом или Федерацией. Россия — враг, который потенциально может довести Европу до непослушания, вот и вся американская политическая логика. Логика, поддерживаемая совсем другим лобби — ВПК, оружейными компаниями. Кризис в Югославии — новые заказы для компаний из ВПК, кризис в Ираке — новые заказы для ВПК, кризис в Ливии, в Сирии, теперь вот на территории бывшей УССР — новые и новые заказы оружейным компаниям. Конечно, это моё личное мнение, но я остаюсь именно при нём: выбор между нефтяниками-газовиками и оружейниками американские политики делают в пользу последних.

Игра вдолгую по переформатированию европейской элиты — это двери американских университетов для европейских студентов настежь, дабы они именно в США изучали экономику с политологией, чтобы в будущем стать правильной по американским меркам европейской элитой. Делать всё, что только возможно, но не допустить симбиоза Европы и СССР, не давать двигаться по нащупанному нами и европейцами пути — энергоресурсы в обмен на технологии к взаимной выгоде. После 1991 года слабое звено было обнаружено быстро и называлось это звено Украина. География подсказывает, что кратчайший маршрут из СССР в Западную Европу шёл через территории Белорусской ССР и ПНР. Но вот дальше — идеологическое, политическое табу для ФРГ и для Австрии, основных партнёров СССР. Табу — территория ныне оккупированного и уничтоженного государства с гордым именем ГДР. Европейские партнёры буквально требовали: трубы через ГДР идти не должны. И советское руководство пошло на исполнение этой прихоти.

После 1991 года новая Россия обнаружила, что в газовой торговле с Европой целиком и полностью зависит от Украины. К этому времени транзитная мощность ГТСУ была нарощена до 140 млрд кубометров — невероятная величина, да ещё и эксклюзивно-монопольная. И Ельцин Борис Николаевич, с либерально-бандитской вольницей, со святыми 90-ми и прочим. Слабая Россия, а по ту сторону границы — несостоявшееся государство на территории бывшей УССР с жадностью, наглостью и тотальной коррупцией её верхов, с тщательно продуманной работой Соединённых Штатов по превращению нашей соседки в Антироссию. И медленное, в силу имевшихся возможностей, сопротивление России, отказ потакать обнаглевшему Киеву в газовом вопросе.

Хронологию помните? 1996 — начало строительства МГП Ямал — Европа, первой газовой трассы мимо территории Украины, годовая мощность 33 млрд кубометров. 2005 — начало строительства МГП «Голубой поток», вторая газовая трасса в обход Украины, ещё 17 млрд кубов в год в Турцию. 2007 — решение о строительстве первого «Северного потока», а это ещё 55 млрд кубометров в год и снова мимо Украины. Синхронно — проект «Южного потока», транзитная мощность которого планировалась вообще в 63 млрд кубометров. 2012 год — появление проекта СП-2, ещё 55 млрд кубометров. Что говорит калькулятор? Два раза по 55 млрд кубов, 33 и 63, и 17 сверху — итого 220 млрд кубометров, то есть уже больше потенциальных рекордов по украинскому маршруту, и уже Украина не монополист и царь горы, а одна из, которая ничего России диктовать не способна, которая вынуждена будет упрашивать Россию и ЕС не выбрасывать её из газового бизнеса.

Вот мы и подошли к 2014 году. К этому времени Штаты закончили переформатирование европейских лидеров, втиснули в состав ЕС всяческие Прибалтику, Польшу и прочих красавцев — гордых, да нищих, готовых за толику малую служить не столько Брюсселю, сколько Вашингтону. Безумный текст ТЭП (технико-экономических показателей), от которого шарахнулась Старая Европа — вколочен в законодательства стран — членов ЕС судебным молотком: первый и последний раз ЕК подала в суд на 18 государств, откровенно тормозивших внедрение положений ТЭП в своё законодательство. Дважды безумная Директива о ВИЭ — государственные субсидии, налоговые льготы и субсидируемые кредиты на строительство объектов альтернативной прерывистой генерации.

Первый серьёзный успех — торпедирование государством по кличке «Болгария» проекта Южного потока, замена его на «Турецкий поток», мощность которого в два раза меньше. Титанические усилия, если объективно, но результат-то налицо: за 2022 год российский газ не пошёл по СП-2, перестал идти по Ямал — Европе и вот теперь по СП-1.

И что осталось от российско-европейского плана удаления из газового бизнеса Украины? «Голубой поток» и «Турецкий поток», 15 млрд кубометров и 31,5 млрд кубометров. Ямал — Европа упёрлась в пещерную русофобию польской властной элиты, оба СП взорваны, да и до этого не работали. Стоимость газа в Евросоюзе — что-то около 2000 долларов за тысячу кубов, в США на сегодня — 240 за тот же объём. Зарабатывают американские производители СПГ на европейцах, которые продолжают не вымирать? Зарабатывают. Жертва тоже имеет место — год назад газ в Штатах стоил меньше 100 долларов за 1000 кубов, подорожание в два с лишним раза. Но европейских промышленников это вполне устраивает, они уже всё активнее эвакуируют свои заводы в Соединённые Штаты, что логично. Газ — дешевле, зависимость от импортных поставок равна нулю, уголь — дешевле, зависимость от импортных поставок равна нулю. Нефтепродукты и те дешевле — Байден с бешеным напором расторговывает государственный резерв, лишь бы получить хоть какую-то надежду удачно проскочить демократам в Сенат и Конгресс. Но даже если после выборов галлон бензина снова станет стоить 5 долларов, это в пересчёте на литр 1,30 доллара, то есть на 50–60% дешевле, чем в Евросоюзе. Штаты к началу осени поймали все необходимые им балансы. Цены на энергоресурсы в этой стране в разы ниже, чем в ЕС, — это гарантирует рост темпа переноса европейских заводов и фабрик в Штаты, что спасёт эту страну от рецессии. Цена в ЕС такая, что и американские производители СПГ заработают, сколько смогут, сколько получится.

ЕС исчезает с карты как экономический конкурент, перед смертью перекачивая капиталы в США — раз. Два — Россия вынуждена начинать поиск новых рынков сбыта. Три — Китай слегка оторопел от того, что его Шёлковый путь через несколько лет будет вести в никуда, поскольку ЕС как рынок сбыта для китайских товаров скукожится до неприличия. Россию вынудили начать СВО, завершить которую быстро явно не удастся, для циников из Штатов это хороший результат — и Россия, и ЕС снова пляски пляшут вокруг Киева, который снова получил шанс стать знаковой, решающей величиной на российско-европейских газовых караванных тропах. Довольных нет. Европа мёрзнет, сидит в темноте и машет платочком уезжающим в дальние дали «Фольксвагенам» и прочим «Мерседесам». Китай задумчиво чешет в затылке, ну а у нас чиновники правительства уже осмелели настолько, что начинают вслух проговаривать мантру: «Европа помёрзнет, да и одумается, и снова начнётся наше взаимовыгодное сотрудничество». Правда, время от времени вся эта благополучная публика внезапно чувствует холодную испарину на лбу: как бы кто не вспомнил, что частичная мобилизация, сражения за новые территории России — это намёк на то, что и нам нужно переходить на военные рельсы!

Взрывы «Северных потоков» — это торжество той самой теории управляемого хаоса. Для того, чтобы хоть как-то смягчать последствия ухода российского газа, Европа будет дёргаться в разные стороны. Закупать дорогой СПГ любого происхождения, возвращать не только угольную, но и мазутную генерацию. Уговаривать Штаты приструнить киевский режим, чтобы получить шансы на рост поставок через ГТСУ — может, и получится, но это точно будет дорого. Взрывы «Северных потоков» — это наглядное доказательство, что казавшиеся раньше самыми безопасными морские газопроводы безопасными быть перестали. Следствие по этому ЧП уже договариваются вести Германия, Дания и Швеция — без участия России, без участия Газпрома. Я не исключаю, что этими расследованиями займутся профессионалы, но предсказать результаты... Европейцы понимают, что могут найти доказательства того, что диверсию совершили США — и что? Скандал ведь не поднимут, изобретут сказку про НЛО, про сбежавшую из Шотландии Несси, которая вот как раз трубопроводами питается, но против сюзерена не пойдут. Недопуск к расследованию России — на мой взгляд, гарантия того, что Газпром и думать о восстановлении «Потоков» не станет.

Разумеется, будет много слов уже от наших политиков: беспрецедентный случай, откровенный теракт и так далее. Но вся эта ситуация ни на йоту не меняет вывод, озвученный Владимиром Путиным ещё в апреле этого года: в среднесрочной перспективе европейский рынок для наших энергоресурсов будет иметь вторичное значение. Какая нам разница — быстро или медленно Евросоюз закончит своё самоубийство, по большому-то счёту? Задача у нас всё та же: успеть до 2030 года найти новые рынки для наших энергетических ресурсов, но при этом в разы нарастить объёмы их переработки у себя дома, чтобы не упереться в сложности логистики для миллионов тонн нефти, угля и газа, чтобы перейти на более маржинальную продукцию, чтобы создать у себя дома десятки, сотни тысяч рабочих мест в реальном секторе экономики. ИТ-отрасль, бариста с брадобреями, тик-токеры и прочие представители «креативных отраслей» — вторичны и третичны. В России должна настать совсем другая эпоха: время судостроителей, сталеваров, нефте- и газохимиков, строителей новых железных дорог, новых портов, новых электростанций такого технологического уровня, при котором они станут экспортным товаром. Избитая фраза, но что поделать, если обстоятельства заставляют её повторять: «Промедление смерти подобно». Время расслабухи кончилось, и это касается не только фронта, но и всего остального нашего уклада жизни — в экономике, в сельском хозяйстве, в транспортной отрасли, в образовании и даже в информационной политике.

1.0x