Авторский блог Андрей Фефелов 03:00 29 января 2008

«Русь — внутри нас»

Принцип троичности известен каждому. Дух—душа—тело — вот троическая иерархия в человеческой сущности. Расстройте её, отрекитесь от духа — и вы получите двоичное существо, по сути своей ничем не отличное от животного. Священники-воины-труженики — вот сословная троическая иерархия народа. Разрушьте её — и вы получите современные инерционные народы или даже псевдо-народы, которые отличаются друг от друга только степенью и глубиной своей иерархической деградации.

Помимо видимой нами, земной России, непрерывно пребывающей в нестроениях, кризисах и катастрофах, существует Россия невидимая, потаенная, небесная... Настоящему русскому человеку одинаково мила и та, и другая.
"Любить Россию тяжело и опасно. Не нам, природным русским, любящим и знающим её легко и беззаветно с наслаждением вплоть до издевательства, не нам, но другим, окраинным людям, либеральным западным или радикальным южным, возлюбить Россию в сложившихся условиях уже практически невозможно. Они не находят в ней красоты, этого первого условия привлекательности и залога влюблённости, той самой нерусской красоты, что одинаково привлекает как рассудочных и холодных людей Запада, так и страстных и горячных людей Юга (называемого без понимания "Востоком")...

Россия определённо не курорт. Не курорт для тела, зато и не тюрьма для духа. Здесь мало свободы, но вдоволь воли. Страна наша имеет самоназвание Святая Русь, отличаясь этим от "милой Франции", "старой доброй Англии" или "Страны Восходящего Солнца". Святую современному человеку полюбить нелегко и, повторим ещё раз, — практически невозможно, особенно учитывая тот лёгкий смысл, который в наши последние времена люди вкладывают в слово "любовь". А мы любим. И случайных людишек отгоняем непостижимыми для них условиями нашего русского таинства любви, прекрасно выраженными в народных пословицах и поговорках о любви к Родине, эзотерических и парадоксальных: "чем хуже — тем лучше", или "не жили никогда хорошо, не стоит и начинать".

Артур Беляев в какой-то момент из моряка, путешественника, литератора и предпринимателя превратился в отшельника, философа — обитателя запечатанных подвалов и отдаленных мастерских. В прошлом у него остались сухие донецкие степи, шахтерский городок, якутская тайга и море… Оно — вещее и вечное — больше не терзает его ум и душу. Больше не стремится он к литературной славе — хотя старт его был весьма успешным.
"Я начал идти к чему-то новому. Я вознамерился восстановить православное царство…"
Слово "символ" — если перевести с греческого — это "бросание сети". Беляев попался в сети Провидения, став выразителем идеи восстановления царств.
Ко всему прочему, он формулирует свою доктрину во всемирной сети. Его книги и мысли можно найти по ссылке: http://artur_belyaev.livejournal.com.

"ЗАВТРА". Артур Владимирович, в "Манифесте Коммунистической партии" 1848 года Карл Маркс дал чеканную формулу: "История всех обществ была историей борьбы классов". И эта вот формула до сих пор так или иначе господствует в сознании подавляющего большинства людей, независимо от их отношения к Марксу. Ровно через полтора века, в 1998 году, в книге "Восстановление Царств" вы дали другую, не менее чеканную формулу: "История всех обществ была историей иерархических катастроф". Но она до сих пор остается не слишком известной и, более того, непризнанной, невостребованной обществом. Нет у вас ощущения, что вся ваша работа пока идет вхолостую?
Артур БЕЛЯЕВ. Что делать, историческая инерция велика, люди живут прошлыми смыслами. От них же и кормятся. Уже довольно давно меня интересует не художественное творчество или литературный процесс, даже не сила слова и её влияние на общество, но сама природа силы слова, то таинственное небылое, откуда происходят и слова, и мысли, и художественные образы, и политические смыслы. Поэтому на ваш вопрос о работе вхолостую я не могу ответить просто. Деятельность моя — иного уровня, значительная часть которой заключается в том, чтобы ничего не делать, буквально не работать. Я не работаю над книгой — скорее, книга работает надо мной. Я познаю природу силы слова и наслаждаюсь этим, а в познании и наслаждении имею книгу. Учитывая, что "книга" и "княгиня" этимологически здесь происходят из одного семени слова и в инобытии там составляют неразделимую силу слова, в которую оно облачается, можно сказать, что я не только не работаю, но даже не работаю вхолостую, поскольку имею в себе, как в книге, княгиню, имея, я её познаю, как вы познаете ваших жен, а познавая — наслаждаюсь. Имея такое и такую, нельзя быть холостым. Впрочем, и женатым тоже.
Так что спрашивайте правильно — я буду правильно отвечать.

"ЗАВТРА". Попытаемся. Проблемы, которыми вы занимаетесь, — их ведь, по сути, еще только предстоит поставить и утвердить как проблемы для большинства наших современников, которые хорошо знают, что есть проблемы экологии, проблемы исчерпания энергоносителей, финансовый кризис и так далее. А что такое, например, те же проблемы троичности, воинской инициации, иерархического устройства общества и связанных с этим иерархических катастроф?
Артур БЕЛЯЕВ. Троичность — это принцип, а не проблема. Иерархия — тоже принцип, а не проблема. Проблемами эти принципы становятся только для тех, кто их не знает. Хотя бы на уровне знания-называния. Ведь эти принципы в силу своей божественной сверхъестественности проникают всю систему мира — независимо от того, воспринимаем мы их или нет, признаем их существование или нет. Давно известно: тайна сама себя хранит. И просто объяснять другим людям, как "такое" вообще может быть, бесполезно. С их стороны нужны не усилия даже, а сверх-усилия, чтобы понять и принять очевидные для меня вещи.
Троичность есть системное проявление божественности в нашем мире, в обществе и человеке.
Когда вы говорите о невостребованности моих книг, видимо, это связано с неготовностью общества восстановить в себе троичность, поскольку деяние это закончится смертью современного общества. К тому же троичность, как обобществленную божественность, трудно передавать словами, удерживать в словах. Познание троичности — это удерживание её в себе, это инициатическое состояние, а не форма, не формулировка. Троичность есть божественность, которая сама оформляет общество, но никак не общество формулирует её. Чтобы удерживать в себе троичность и эманировать её вовне, необходимо в значительной мере быть не связанным с современным обществом.

Принцип троичности известен каждому. Дух—душа—тело — вот троическая иерархия в человеческой сущности. Расстройте её, отрекитесь от духа — и вы получите двоичное существо, по сути своей ничем не отличное от животного. Священники-воины-труженики — вот сословная троическая иерархия народа. Разрушьте её — и вы получите современные инерционные народы или даже псевдо-народы, которые отличаются друг от друга только степенью и глубиной своей иерархической деградации.

"ЗАВТРА". Все мы прошли через школу, советскую или уже российскую, поэтому привыкли к определенным стереотипам мышления, к каким-то опорным формулировкам: дважды два — четыре, действие равно противодействию и так далее. Вы говорите об иерархических катастрофах человеческих сообществ, народов. Что это за понятие — иерархическая катастрофа?
Артур БЕЛЯЕВ.Исследуя принципы троичности в себе и мире, по мере необходимости облекая их в идеологические формы, я обнаружил следующее, будущее, определение человека и народа. Говоря кратко: человек есть божественное троическое существо, а народ есть ангелическое троическое сверхсущество. Как сверхсущество, народ выступает в отношении человека сверхчеловеком, инициирует в низшем человеке сверхъестественные познавательные процессы, но как божественное существо человек выше ангелического сверхсущества народа, поскольку божественность выше ангеличности. На определенной степени иерархического восхождения уже некий человек становится инициатором народа, руководителем его сверхсущества. Смысл и цель жизни человека — в обожении, возвращении своей утраченной божественности. Народ, как троическая система, предназначен поддерживать человека в этом великом деянии посредством своих сословных инициатических организаций. Когда обожение человека и инициатическая поддержка народа взаимно ослабевают, начинается деградация системы, выражаемея в ирархических катастрофах. С какого момента это происходит, трудно определить конкретно; для меня иерархические катастрофы — это прежде всего таинство, в котором Бог проверяет народы и людей на предмет их полноценности, троичности.
Если же говорить простыми словами, иерархические катастрофы — это проявление всеобщего процесса деградации нашего тварного мира в человеческом народном сообществе, когда смысл его деятельности и бытия сначала из духовной, религиозной сферы перемещается в душевную, военно-политическую, затем — в плотскую, экономическую, и, наконец, в сферу инстинктивную, хаотическую. Соответственно, осуществляется переход власти по нисходящей: от сословного триединства к духовному сословию священников, затем к душевному сословию воинов, затем к материальному, телесному сословию тружеников, затем — ко лже-сословию изгоев, живущих даже не потребностями тела, но инстинктами и подсознанием. Применительно к русской истории иерархические катастрофы условно соответствуют периодам: от крещения Руси до Петра I, от Петра I — до 1917 года, от 1917 года — до 1993 года; последний, четвёртый период цикла иерархических катастроф соответствует нашему времени и началу власти над русским народом лже-сословия изгоев-дегенератов, которые являются таковыми по отношению к троическому принципу бытия.
Деградация есть следствие контр-инициации, зачастую неосознанной, контр-инициация же основывается на кровосмешении и на половых извращениях вообще. Тем не менее она дает познавательную силу "от падших ангелов", хотя и кратковременную, как кратковременны и те сообщества, псевдо-народы, — американцы, австралийцы, канадцы и прочие, — которые исторически были созданы на основе контр-инициации.

"ЗАВТРА". Русские, по-вашему, тоже стали псевдо-народом?
Артур БЕЛЯЕВ. В этих категориях русские — инерционный народ, который сохраняет внешние признаки и глубинные принципы народа по инерции. Американцы же народом никогда не были и не будут, поскольку изначально создавались деятелями контр-инициации для своего прикрытия, как внешний псевдо-народ. Отличие народа, даже инерционного, от прочих человеческих сообществ, — племен, родов, общин, тейпов, кланов и псевдо-народов, — в том, что ранее, в своей истории, он соответствовал двум основным критериям настоящего народа: наличию в его сверхсуществе сословной троической инициатической системы и наличию в нем священного государя. Таким образом, многие современные народы являются инерционными, а многие народами не являются, но только иерархически более низкими племенами: финны, швейцарцы, чечены и многие другие, не имевшие никогда полноценных государей или сословных систем.
Русский народ прошел через те же иерархические катастрофы, что и другие народы мира, но он прошел их как царский, троический народ, отступая последним. В рамках официальной науки, диктующей правила и смыслы обыденному сознанию, это обстоятельство — несомненный признак отсталости России и русского народа от других, "цивилизованных", государств и народов мира, ушедших далеко вперёд по дороге исторического прогресса. А с позиций троического сознания оно же — величайшее достоинство русского народа, который упорнее всех сопротивляется общему ходу деградации и до сих пор не утратил возможности восстановить своё сословное триединство и народное Царство. Для других же народов мира этот Путь, если и не закрыт сегодня, то возможен исключительно через Россию, как то и утверждено нашими духовными отцами. Но сегодня мы являемся народом по инерции, поскольку настоящий народ есть народ троический, цельный, состоящий из священников, воинов и тружеников. Уничижение священного сословия и уничтожение воинского сословия перевело русских людей из состояния народа в состояние сброда — русского сброда, находящегося даже не в состоянии, а в хаотическом блуждании.

"ЗАВТРА". Не чересчур ли жёсткое определение?
Артур БЕЛЯЕВ. Что делать, любовь зла. Подобно тому, как в творчестве меня интересует только то, что стоит за силой слова, так и при изучении земных троических систем меня интересует только та изначальная, из которой происходят все прочие. Такой первичной и высшей троической системой является народ. Государственные, религиозные, общественно-экономические системы оказываются в разной степени его сословными производными. У нас есть глава государства, предстоятель Церкви, руководители экономики и общества, есть соответствующие системы. Но системы народа, как троического сврхсущества нет. Нет главы народа, нет хребта сословной инициатической системы. Есть общество, но это лишь конечности. Современный русский народ — бесхребетное существо. Какое-то головоногое. Впрочем, раз нет главы, то и безмозглое.
Это определение, может быть, жёсткое, жестокое и даже несправедливое — особенно если сравнивать наш народ с другими народными сообществами Земли, давно завершившими свои дегенеративные процессы и пребывающими в состоянии полного расстройства и хаоса, зато не лживое. Быть рожденным русским в России — само по себе великое счастье и доверие к человеку. Но этому великому счастью и доверию надо соответствовать в принципе, в системе.
Для современных историков происхождение русского народа — загадка. Есть множество гипотез по этому поводу, и все они представляют собой низшие профанические точки зрения. До сих пор спорят, что есть "Русь" — отряд, местность, звание, племя или нечто другое. Однако с иерархической точки зрения всё это представляет собой вторичные качества более высокой системы, а именно — воинской инициатической системы, силой которой из славянских племен был создан русский народ, который хранит эту "Русь" в себе, как принцип, как инициатическую "ра-систему", готовую ожить при определенных, приложенных к ней, подобное к подобному, сверх-усилиях.
Говоря о русском народе, как изначальной миссии, принципе и системе, то есть о том, чего нет, но живет в нас, как сверхъестественная возможность, наша судьба заключается в том, чтобы стать царями и восстановить народные Царства во всём мире.

"ЗАВТРА". А как же остальные?
Артур БЕЛЯЕВ. Остальные народы, племена и общины — по мере их троической превращенности в людей.

"ЗАВТРА". Это что же получается — разжигание межнациональной дружбы? Или службы? Ведь так, "Служба народов", и называется одна из глав вашей книги "Восстановление Царств"?
Артур БЕЛЯЕВ. Народы, будучи троическими ангелическими сверхсуществами, по своей природе суть существа служебные. И они по той же природе своей не могут не служить. Но, соответственно, служат они, как служебные инициатические системы, будучи троическими народами, — Богу, а оказываясь народами расстроенными — врагу рода человеческого, сатане, отчасти им, как система: кривое к лукавому, — и являясь.
Наши предки, Русь: священники, воины, труженики, — сотни и тысячи лет, каждый на своем месте, совершали духовные, политические и физические сверх-усилия, чтобы мы стали и были русским народом, чтобы смогли перед концом света в свою троическую народную систему принять, вместить и познать высокие цареобразующие чины небесной троической иерархии, создав тем самым свое Царство как переходную, систему с земли на Небо, — самое лучшее, что может случиться с любым народом на земле.

"ЗАВТРА". Получается, вы — закоренелый реакционер, консерватор и монархист?
Артур БЕЛЯЕВ. Слово "монархия" может быть переведено на русский язык как "единоначалие". Это вполне современный принцип. Единоначалие, как принцип, утверждено, например, в Воинском Уставе РФ, там все скрытые монархисты. Он инициатически воздействует на руководителя уже на познавательном уровне начал и властей, то есть третьего и четвертого ангелических чинов, по Дионисию Ареопагиту. А истинно монархический чин в военно-политической иерархии, устроенной подобно иерархии ангелической, — это седьмой чин, чин Престолов и выше. Поэтому я утверждаю, что истинных царей в России еще не было, поскольку не было соответствующей седмеричной воинской инициатической системы, — а такое утверждение заведомо неприемлемо для любого из "православных русских монархистов". Речь идет о том, что среди князей Рюриковичей, среди бояр Романовых и во всей отечественной истории были люди, исполнявшие царские функции, но никого из них по воинским инициатическим качествам царем назвать нельзя. Помазание на царство, "по чину Мелхиседекову", по чину царя-первосвященника, совершалось нашими церковными иерархами над людьми, не способными, по совокупности своих наследственных и сущностных качеств, в себя его вместить. Это касается и Николая II, и ЛжеДимитрия Гришки Отрепьева, и такого парадоксального, если не казусного, руководившего и церковью, и государством, царя-первосвященника Елизаветъ, бывшего от рождения дочерью Петра Первого.

"ЗАВТРА". Но тогда получается более чем странно: вы утверждаете, что русские были царским народом, а царей в нем — не было. Что же это за парадоксальное царство без царя?
Артур БЕЛЯЕВ. Мы, русские — царский народ не потому, что у нас было царство и были цари, а потому что способны восходить в своих воинских служителях и воинском служении Небесному царю до иерархического уровня Престола, стремились воссоздать его в себе. Превращение русских великих князей в царей не было опосредовано их воинскими, цареобразующими качествами, но было инициировано, даже спровоцировано гипертрофированной политической активностью церковных деятелей: не только русской Церкви, но всего вселенского Православия — во многом как реакцию, неосознанную цепную реакцию на аналогичные политические действия католицизма.
Русское Царство — дело не прошлого, а будущего. И человек, взыскующий Царства, не может привязывать себя к какой-то прошлой форме военно-политического устройства, к какому-то образу "золотого века", будь то языческая Русь, Великое княжество Московское, Российская империя или Советский Союз, что мы сегодня видим сплошь и рядом. Мы не можем не понимать, что живём в последние времена этого мира, что антихрист "близ есть, при дверех", что пути назад у нас нет, а всякие попытки найти и утвердить державу на примерах несостоявшегося прошлого лишь препятствуют реально совершающемуся движению истории. Будучи православными, а значит в принципе своем троическими христианами, мы не можем жаждать только личного спасения. Мы должны дерзать о спасении народов, и прежде всего — своего, русского народа, восстанавливая его системную троичность.

"ЗАВТРА". Но ведь православная Церковь, кажется, ничего не говорит о спасении народов, предусматривая только личное спасение? "Во Христе несть ни еллина, ни иудея"…
Артур БЕЛЯЕВ. Спасение народов — действительно, дело не Церкви, а царей, возглавляющих не священническую, а воинскую иерархию. Вернее, возглавляющих некогда обе эти иерархии по чину царя-первосвященника Мелхиседека. Но воинская иерархия сегодня разрушена и тем самым извращена во всех народах мира. Возможно ли восстановить её, не впадая в хаос, ересь и прямой сатанизм контр-иерархии? И если возможно, то каким образом? Ведь иерархия строится на инициации низшего высшим, на вхождении высшего в низшее и преобразовании низшего в высшее.
Учитывая циклическую природу истории, три народных сословия и антисословие дегенератов-изгоев не вполне исчерпывают собой троическое устройство общества. Как гласят Веды, которые уместно считать проторусским текстом, запечатлевшим многие троические принципы народного бытия, должна существовать еще одна анти-каста, только расположенная не под народом, на современной генетической помойке, но над народом и так же не связанная с ним естественными правами и обязанностями. В известной человеческой истории эта сверх-каста никогда не существовала, но отмечена Ведами как принцип, без которого цикл развития человечества оставался бы незавершенным. Эта каста связана с корнем "хмс", и является не просто синтезом или симфонией двух сословий, воинского и священнического, но представляет собой своего рода людей "золотого века", существующих в райских пропорциях бытия, установленных ещё до сущностного и сословного деления человеков и народов. В моменты кризисов, в предчувствии страшных иерархических катастроф были случаи, когда эту сверх-касту пытались воссоздать, — как правило, хаотично и диспропорционально, механически соединяя в одно общество воинские и священнические инициатические начала, о чём можно судить на примерах военно-монашеских орденов Запада, русского опричного братства или организаций СС. Все эти инстинктивные попытки закончились плачевно, поскольку цикл человечества ещё не изжил себя. Теперь же, в наши последние времена, приход таких "сверх-людей", царей-первосвященников, предтечий истинного Царя Мира, оживших воинских принципов-принцепсов, которые явятся как бы ниоткуда, а на деле — из райского начала нового бытия, "нового Неба и новой Земли", из ближайшего циклического настоящего, вполне возможен.

"ЗАВТРА". Эта возможность связана с инициацией? Что вообще означает инициация? Уж слишком это слово несет негативный, пугающий оттенок. Каковы её внешние проявления?
Артур БЕЛЯЕВ. Инициация — это градационное обожение, говоря словами отцов церкви — "стяжание Святого Духа", но в узком сословном аспекте, поскольку это "стяжание" возможно и в нецерковных формах, в специфических сословных ситуациях. Мы, православные, все можем приобщиться к священнической инициации, участвуя в доступных нам церковных таинствах, посредством исповеди и причастия. Это низшая, материальная степень священнической инициации, высшие ее степени открываются членам священного сословия в тайне от мира в келиях, пустынях, пещерах. Старцы-затворники годами не участвуют в общецерковных таинствах, но, тем не менее, становятся носителями Святого Духа.
Но всё, что относится к сфере воинской инициации, несёт в себе исторический негативный оттенок и в общем известно как "масонство". Негативная воинская инициация, то есть контр-инициация, возникла на Западе как воинская реакция на неполноценную, поcт-православную инициацию католической церкви и выразилась в феноменах тамплиеров, катаров, алхимиков, трубадуров. В русской традиции воинская контр-инициация появилась только во времена Петра I, а дотоле вполне замещалась в народе полноценной православной инициацией. На следующей стадии деградации западной церкви, протестантизме, возникли воинские инициатические феномены розенкрейцерства, иллюминатства и собственно масонства. Имея в нашем народе сохранившуюся православную традицию и отталкиваясь от западных образцов контр-инициации, мы вполне, при надлежащем к этому отношении, можем реставрировать и русскую воинскую инициацию, а с ней — и троическую иерархию в народе и мире. По своей внутренней структуре инициация троична и в низшей воинской форме, например, познаваема и в настоящее время в бою, под огнем, в состоянии близкой смерти. Это тот случай, о котором говорят "при бомбёжке не бывает атеистов". Но это низшее инициатическое состояние кратковременно и, хотя его закрепляют в соответствующих организациях спецназа или этнических обществ военной демократии, выхода на высшую степень инициации, в общественно-политическую сферу, оно не имеет.

"ЗАВТРА". Возможно какое-либо действенное приложение этих инициатических методов уже сейчас, в современной общественно-политической сфере?
Артур БЕЛЯЕВ. Да, это возможно, и прежде всего — в сфере идеологии. Сейчас весь мир парализован, зомбирован или поражен, как высшим оружием, и вместе с этим — инициирован западной демократической идеологией и словом "демократия" вообще, истинного смысла которого уже никто не понимает. Слово "демос" отсылает нас к понятиям "земля", "темное", "черное" и означает людей, трудящихся на земле, материально, сельскую общину, "чёрных людишек" в терминах русской истории. Соответственно, "демократия" означает власть в сельской общине, клане или тейпе и представляет собой низшую, естественную иерархию власти. Поскольку народы суть троические существа, власть в которых восходящим образом делится на власть демократическую, аристократическую и монархическую, то преобладание над народом нижней власти приводит к деструкции всего народа, как троического сверхсущества. Целью тех черных сил, которые стоят за Западом, является уничтожение народов, как троических существ, поскольку, в силу своей ангеличности, народы препятствуют демонической контр-инициации и деградации отдельного человека, а "демократия" является методом уничтожения народов. "Аристократия" же является следующим, более высоким уровнем "демократии", как системы власти, и сама замена демократической политической риторики на аристократическую, особенно если это будет поддержано аристократическими инициатическими усилиями, приведет к идеологическому ступору: Запад попросту онемеет, поскольку будет обозван низшим и опосредован высшим в его же идеологических терминах и будет вынужден реагировать на это. Реакции эти предсказуемы. Весьма скоро обнаружится, что в недрах западной внешней демократии скрывается внутренняя контр-инициатическая аристократическая система — "принцы Сиона", "султаны Нила" и прочее. Вычленение из народов Запада здоровых племенных остатков и оживление в них властных аристократических начал с последующим противопоставлением "демократии" и "черной аристократии" — это хотя и великое, но дело техники, то есть малозатратных политтехнологий. В самом ближайшем приближении это выглядит так: вы строите демократию, а мы — аристократию, как качественно лучшую форму демократии и заботимся не только о правах человека, но и о правах сверхчеловека в человеке: что делать, прыгаем сразу "из феодализма в социализм", из авторитарного общества — в аристократическое. А там и до царства недалеко.

Беседу вёл Андрей Фефелов

1.0x