Авторский блог Андрей Фефелов 00:00 7 января 2004

Чечня тревоги нашей

рассказывает командующий Объединенной группировкой войск в Чечне, генерал-полковник Валерий Баранов

В последнее время все реже и реже российские СМИ обращаются к чеченской теме. О том, что происходит в Чечне, мы узнаем только в период выборов или после очередного громкого теракта. Но ситуация в Чеченской республике в целом далека от нормальной: там продолжают гибнуть российские воины и мирное население; существует огромное количество нерешенных проблем социального и политического характера. О своем видении обстановки в республике рассказывает командующий Объединенной группировкой войск в Чечне, генерал-полковник Валерий БАРАНОВ.
— Валерий Петрович, расскажите о ситуация в республике. Что из себя представляет на сегодня противник? Какую тактику он применяет? Какова численность бандформирований?
— Я бы не стал употреблять термин "бандформирования". Речь идет о бандгруппах, которые формируются вокруг иностранных наемников, через которых идет финансовая подпитка боевиков…
Число бандитов на сегодня установить невозможно, потому что оно непостоянно. Все зависит от поступления денежных средств из заграницы. Число наемников известно: оно колеблется от 250 до 300 человек. Это профессионалы высокого класса. Вокруг них собираются отщепенцы, желающие получить деньги за террор. На данный момент можно утверждать: население республики отошло от борьбы.
Что касается тактики. Тактика простая: проведение диверсий против федеральных сил и мирных жителей. Ведь одна из задач террористов — выбить из строя тех, кто решает вопросы мирной жизни: глав администраций, учителей, местную интеллигенцию, мулл и старейшин. По сути, боевиками осуществляется террор против собственного народа.
Можно утверждать, что так называемое "чеченское сопротивление" переживает сегодня и моральный, и финансовый кризис. Денег стало меньше. На территории Ингушетии печатались фальшивые доллары, которыми командиры бандитов расплачивались с подчиненными и таким образом "экономили" в свой карман крупные средства.

— Верны ли слухи о том, что лидеры боевиков покинули Чечню и находятся за границей, в Турции, например?
Гелаев, как известно, находится в Грузии, власти которой, по сути, не предпринимают никаких мер по его задержанию. Масхадов, Басаев и Абу Валит находятся здесь, на территории Чечни. Правда, на зимний период часть бандитов может быть переправлена за границу на отдых.
Касательно конкретно Турции, можно сказать только одно: двойные стандарты властей Турции в отношении чеченской проблемы привели к тем трагическим последствиям, которые вы видели на улицах Стамбула.
Но деньги чеченским бандитам идут не только из заграницы. Ни для кого не секрет, что часть чеченской диаспоры в других регионах России задействована в незаконном бизнесе. Вполне логично предположить, что чеченский криминал там и здесь связан между собой.
Помощь из России тоже идет, и определенные группировки заинтересованы в том, чтобы расшатать ситуацию. Кому-то это выгодно в политическом, кому-то в экономическом плане.

— В чем специфика действий наших войск в горах и на равнинных территориях Чечни?
— В горах наши подразделения работают в основном по поиску бандитских баз и схронов. Сейчас бандгруппы стараются не вступать в открытые столкновения с нашим спецназом, но делают основной упор на подрывную работу на равнинных территориях. Прежде всего в Грозном, Гудермесе, Аргуне. Они стараются в горах не воевать. Политическая конъюнктура такова, что большего эффекта бандиты добиваются, осуществляя террор на равнине. Такие действия, кстати, и более оценены в денежном эквиваленте. Бандитами активно применяются управляемые фугасы на дорогах. Сегодня основная задача подразделений внутренних войск в Чечне — это разведка и разминирование транспортных коммуникаций. Войска охраняют и проверяют дороги республики.

— Помимо федеральных сил и сил боевиков в Чечне действуют укомплектованные чеченцами подразделения МВД Чеченской республики. Существует также довольно многочисленная "президентская гвардия", подчиненная лично Кадырову. Какие проблемы связаны с существованием этих структур?
— Когда говорят "президентская гвардия", имеется в виду Служба безопасности президента Ахмата Кадырова, у которого сегодня немало врагов. Что касается чеченской милиции, то не забывайте: МВД любой республики — это федеральная структура. Чечня — не исключение. У меня как командующего ОГВ есть заместитель, отвечающий за милицию. Ему подчинено МВД Чечни, оно оперативно связано с группировкой. Я имею право руководить и руковожу действиями чеченской милиции через своего зама. Так что чеченская милиция есть часть федеральных сил. Проблема в другом: с 1991 года сменились поколения, старые кадры уже не восстановить. Сейчас подразделения МВД Чечни укомплектованы полностью, но для того, чтобы они нормально функционировали, нужно подготовить профессиональные кадры. Для этого нужно время, как минимум несколько лет. Сотрудники МВД должны приобрести теоретические и практические знания. Сегодня им опыта явно не хватает. Для решения этой проблемы в Чечне создан Центр подготовки младшего начальствующего состава МВД. Действующие офицеры чеченской милиции отправлены на обучение в высшие учебные заведения России. Чеченцы были вне российского законодательства столько лет, что для нормализации работы республиканского МВД требуется тяжелый кропотливый труд, который займет годы…

— По итогам последней переписи населения, получается, что Чечня переживает демографический взрыв. Через несколько лет мы будем иметь дело с армией молодых людей, не имеющих ни работы, ни специальности. Но знающих только о войне. Не приведет ли это к новому кризису?
— Демографический взрыв. А есть ли он? Может быть, он только на бумаге… Да, проблема занятости в Чечне существует и стоит крайне остро. Но сегодня в республике функционируют все высшие учебные заведения, которые существовали здесь до 1991 года. Возможность получить работу и образование у чеченцев есть. По решению Министерства образования РФ в вузах страны выделены квоты для чеченской молодежи. По линии Министерства обороны и МВД тоже выделили определенные квоты в военных высших учебных заведениях. Для той молодежи, которая способна продолжать учиться, сделано все. На сегодняшний день сельское хозяйство Чечни по своему уровню и обороту достигло уровня 1990 года. Занятость людей в сельскохозяйственной сфере растет. Это не колхозы и совхозы, но частные угодья. Развивается животноводство. Энергокомплекс Чечни пока не восстановлен. И понятно почему: 70 % инженерного состава нефтяной отрасли в советское время — это русские, русскоязычные. Квалифицированных специалистов на сегодняшний день в республике нет, и нет условий для того, чтобы они приехали сюда из других регионов.

— Валерий Петрович, есть ощущение, что подразделения федеральных сил, дислоцированных в Чечне, и собственно население республики — это две вселенные, два мира враждебных и несоединимых друг с другом. Чеченские села живут своей жизнью, а военные городки отгорожены от внешней среды линиями, укрепзонами. Существуют ли примеры позитивного взаимодействия местного населения и военных?
— Военные комендатуры федеральных сил стоят не в чистом поле, а внутри населенных пунктов Чечни. Мы живем бок о бок с чеченским народом. Меры безопасности при этом принимаются в обязательном порядке. Но по нынешним временам по-другому и быть не может. В ряде случаев местные жители помогали федеральным силам обнаружить и обезвредить террористов. С другой стороны, воины ОГВ все это время помогали налаживать мирную жизнь. Для каждой бригады, занятой восстановлением электроснабжения, охрану выделяла ОГВ. Над всеми школами Чечни было взято шефство МВД или МО. При помощи военных газ был проведен даже в горные села республики. В этом смысле в Чечне положение лучше, чем в 60 км от Москвы.

Что, на ваш взгляд, является главным достижением военных за прошлый год?
— За прошлый год были созданы сносные условия жизни личного и офицерского составов. Сегодня офицеры сюда едут с семьями. В гарнизонах построены школы и детские сады. Это огромное достижение. С другой стороны, ОГВ за прошлый год, год выборов президента Чечни, обеспечила стабильность и относительную безопасность в республике.

28 марта 2024
24 марта 2024
1.0x