Авторский блог Екатерина Глушик 21:57 18 ноября 2020

Желание быть русским наказуемо

на вопросы «Завтра» отвечает писатель Юрий Поляков 
5

«ЗАВТРА». Юрий Михайлович, вы недавно переболели ковидом и, слава богу, оправились. Для писателя любое пережитое событие, полученный опыт, особенно событие экстремальное, это взнос в творческую копилку. Вы уже осмыслили пережитое? 

Юрий ПОЛЯКОВ. Когда лежишь в больнице и у тебя много свободного времени, конечно, что-то обдумываешь, строишь творческие, жизненные, организационные планы. Но сказать, что я стал каким-то другим… Человечество пережило чуму, которая выкосила 80% населения Европы, чудовищную испанку, и это переживём. 

Я взял с собой в больницу работы православного философа, мыслителя Виктора Тростникова, к сожалению, несколько лет назад ушедшего из жизни. В своих книгах он говорит с людьми, которые хотят приобщиться к вере, но воспитаны на советском атеизме и позитивизме. У нас, воспитанных в атеистической среде, свой взгляд на вещи, мироощущение иное, чем у тех, кто вырос в религиозных семьях, с детства приобщаясь к вере. И Тростников очень убедительно говорит именно с такими людьми. Замечательный православный просветитель. Всем советую! 

Также я взял с собой «Факультет ненужных вещей» Юрия Домбровского. У меня осталось ощущение, что в конце 80-х я не всё понял в этом романе. В больнице я даже не перечитал, а прочитал вещь заново. И мне стало ясно, почему эту выдающуюся книгу после перестроечного восторга стали замалчивать. Дело в том, что Домбровский – это в известной степени анти-Солженицын. Он показывает, что террор – это не плод паранойи Сталина, Берии, Ежова, а результат состояния и настроя всего общества сверху донизу. И этот взгляд резко расходится с дежурным либеральным мифом о сталинской эпохе. А начинается всё с уверенности, что за лучшее борются, уничтожая худшее. Именно – уничтожая, а не преодолевая. 

«ЗАВТРА». В недавнем интервью вы говорили о том, что режиссёры мало читают. А писатели? Вот рассказали, что читали, будучи в больнице, ну а помимо? И что читаете? 

Юрий ПОЛЯКОВ. Я читаю гораздо меньше, чем в молодости и зрелости. Замечали, наверное, как переполняется мусорное ведро, и туда все труднее втромбовать что-то новое. Похожее состояние. Но читаю и перечитываю – привычка. И читаю сразу несколько книг. Так, у меня на столе и прикроватной тумбочке лежат рассказы Лескова, Бунина, стихи лучшего поэта моего поколения Николая Дмитриева и Евгения Винокурова, к сожалению, полузабытого ныне поэта. А ведь он был очень интересный поэтический мыслитель, хотя не уровня Юрия Кузнецова, ему не хватало парадоксальности мышления. Читаю монографию по истории архитектурного модерна. А вот современную прозу читать не могу. Тошно. Мне говорят: «Читай наискосок…» А я не могу наискосок. Если на первой странице в одном предложении встречаю четыре «которых», я бросаю чтение. Физически не могу, как музыкант не стерпит, если певец фальшивит. Музыкант вам никогда не скажет: «Подумаешь, трёх петухов дал, возможно, дальше будет лучше…» Не будет. И в литературе точно так же. 

«ЗАВТРА». У меня сейчас даже в выборе чтения идёт мнение от обратного: если какой-то книге присудили либеральную литературную премию, то значит, читать книгу не надо. Потому что это обязательно клевета, как на прошлое, так и на настоящее. Это обязательно очень плохой русский язык. Причём недавно «Книгой года» было названо произведение, которое сначала получило совершенно разгромные рецензии. Даже приведённые цитаты из него свидетельствуют о том, что автор не владеет русским языком. Как вы считаете, в таких вот награждениях чем руководствуется жюри? Это равнодушие к языку, литературе, кумовство или умышленная дезориентация читателя: мол, это и есть хорошее?.. Сбивают прицел? 

Юрий ПОЛЯКОВ. Думаю, что это болезнь не только либеральных, но и многих патриотических премий, где тоже к художественной стороне текста относятся без особой щепетильности. Сегодня премия стала своего рода дипломом, который свидетельствует о том, что ты принят в закрытое литературное сообщество. Закрытое как раз по идеологическому, а не эстетическому принципу. Возьмите ту же Людмилу Улицкую. Ну какой она постмодернист? Она – унылый, кондовый реалист. Но по идеологии она, конечно, либералка, причём оголтелая. Именно за это, думаю, она скоро получит Нобелевку, так как в России накануне «транзита власти» появилась необходимость в собственной Светлане Алексиевич как неприкасаемой «мамке» оппозиции. С другой стороны, возьмите нашего с вами старшего товарища Александра Андреевича Проханова. Его проза насыщена постмодернистскими приёмами и смыслами, но в «Большой книге» с распростёртыми объятиями его никто не ждёт, потому что по взглядам он – патриот, государственник, человек с имперским сознанием. А это табу для наших либералов, которые настойчиво и целенаправленно формируют горластый литературный пул для будущих схваток за власть. И пока побеждают нас.  

По просьбе редакции газеты «Культура» для номера, что был посвящён современной литературной ситуации, я написал статью. Основная мысль – графоманизация современной российской словесности, когда даже не идёт речь о… 

«ЗАВТРА». Качестве текста… 

Юрий ПОЛЯКОВ. Да. Поразительно. Профессионализм вообще уходит из нашей жизни, в том числе из литературы. Помню, как на репетиции моей пьесы в убиенном ныне МХАТе им. Горького Татьяна Васильевна Доронина с горечью обратила внимание на то, что молодых актёров, недавних выпускников училищ, не слышно из середины зала. Просит: «Громче!». Не могут… Такая вот теперь сценическая речь. Очень похоже на ситуацию в литературе… 

«ЗАВТРА». И их приняли, они окончили, получили диплом… 

Юрий ПОЛЯКОВ. Прежде такое «мастерство» считалось профнепригодностью. Автору говорили: «Вы слово не чувствуете, не воспринимаете оттенков. Что вам в прозе делать? Поищите себя в другом деле…». 

«ЗАВТРА». Вы остроумно как-то сравнили, что если жонглёр будет ронять предметы, которыми он жонглирует, а выйдет критик и начнёт объяснять публике, что это новый стиль жонглирования, это будет не очень убедительно. 

Юрий ПОЛЯКОВ. Ну да… Я написал статью, где для примера привёл дурацкие цитаты, взятые с первых страниц двух романов, которые получили: один – «Большую книгу», другой стал «Книгой года». Называть имена авторов не стал из сочувствия к ним, подумав, что они сами себя узнают, а для читателей это просто примеры, какие в лауреатской литературе встречаются ляпы, недопустимые даже для школьника. Но один из процитированных авторов себя узнал и в своём телеграмм-канале возмутился… Уж молчал бы. 

«ЗАВТРА». Как говорила Ахматова: «Если на улице громко крикнули “дурак!” необязательно оглядываться». Тут вот оглянулись… Вы – писатель и драматург. Спектакли по вашим пьесам идут по всей стране, вы бываете на всех премьерах. Каково положение современного театра? 

Юрий ПОЛЯКОВ. В принципе средств театрам на общефедеральном уровне стали выделять больше. Но, как и везде: у одних густо, у других пусто… 

«ЗАВТРА». На федеральном только или и на региональном уровне? 

Юрий ПОЛЯКОВ. Столичным театрам всегда больше перепадает. В регионе важно, как к театру, к театральному искусству относится губернатор. Иногда приезжаешь в какой-то город и смотришь: театр «с иголочки». «Как у вас хорошо!». Мне с гордостью в ответ: «У нас губернатор любит театральное искусство. На все премьеры ходит, бизнес подтягивает…». В другом городе: театр никакой, из кресел пружины торчат… Недоумеваешь: как же так? «Да у нас губернатор второй срок досиживает, но ни разу в Областном драматическом театре не был». Это что касается материальной стороны. Конечно, сейчас в связи с COVID театры сильно «просели». Слышно о компенсации со стороны государства бизнесу, банкам, алмазной отрасли… А вот про театры как-то помалкивают. Может, я просто невнимательно слушаю или нынешний министр культуры редко с нами разговаривает? Не пойму… 

Что же касается театрального репертуара, здесь ничего не изменилось, и это серьёзная проблема: у нас фактически нет современной российской качественной драмы. В репертуарах её присутствие ничтожно. Такого в истории нашего театра никогда не было. Никогда! А «новая драма», которую яро поддерживает Министерство культуры, не держится в репертуаре: играют в залах полсезона, пока все друзья-приятели не пересмотрят, и снимают: зритель-то не идёт. Именно это происходит во МХАТе имени Горького после изгнания оттуда Дорониной. 

«ЗАВТРА». Но ведь вы организовали конкурс молодых драматургов «Автора – на сцену!» именно для того, чтобы выявлять новых авторов. То есть вы этим целенаправленно как раз и занимаетесь. И вы подключили к этому хлопотному делу вашу дочь Алину, и люди, которые участвуют в проекте, называют её своим «ангелом-хранителем» и «рабочей пчёлкой». 

Юрий ПОЛЯКОВ. Мы, Национальная ассоциация драматургов (НАД) и ООО «Театральный агент», организовали этот конкурс, чтобы дать возможность нормальным авторам заявить о себе, помочь их пьесам попасть на сцену. Профессиональные авторы есть. Они хорошие и очень разные. Но преодолеть монополию «Золотой маски», поддерживаемую Минкультом, очень трудно. Как организован конкурс? Авторы присылают пьесы (в третьем сезоне их больше трёхсот), жюри отбирает 10 лучших. И каждому победителю «Театральный агент», а не государство, прошу отметить, даёт финансовый документ на полмиллиона рублей – на постановку. Для Москвы, конечно, полмиллиона – небольшие деньги, а для Подмосковья, для российских городов – очень приличные. Сейчас третий сезон конкурса, несколько спектаклей наших победителей поставлены на сценах страны. Театрам это удобно: риск при постановке молодого или нераскрученного автора сведён к минимуму. 

«ЗАВТРА». Удалось новые имена открыть? 

Юрий ПОЛЯКОВ. Да. Кому интересны подробности, могут заглянуть на сайт конкурса «Автора – на сцену!». Наш опыт уникален. А ведь Национальная ассоциация драматургов существует всего три года. Три года назад в стране не было ни одного общефедерального объединения драматургов. Прежний министр культуры Владимир Мединский с большим интересом воспринял мою идею создать такую структуру и выделил под «союз драматургов» помещение в доме писателей на Комсомольском проспекте. На плечи Алины, моей дочери, легла вся организационная работа. Почему на неё? А потому что взять кого-то на зарплату мы возможности не имели. И вдруг из Общества охраны памятников, которому принадлежит этот дом, приходит распоряжение: «Очистить помещение. Указание нового министра». Говорю: «Как так? Нам же выделило Министерство культуры. Мы партнёры, у нас общие мероприятия. В конце концов, я три года был председателем Общественного совета Минкульта!». «Ничего не знаем! Нам сказали, мы теперь должны извлекать коммерческую выгоду из этих памятников культуры. Мединский никаких документов, распоряжений на ваш счёт, не оставил, а новый министр Любимова… Ну сами понимаете…». Нет, не понимаю, хотя догадываюсь… Вы можете представить, чтобы, скажем, так поступили с каким-то подразделением «Золотой маски» или «Новой драмы»? 

«ЗАВТРА». Я не могу представить, но и те люди, которые могут дать эти распоряжения, не могут себе представить, что они такую смелость себе позволят. 

Юрий ПОЛЯКОВ. А что нам теперь делать, общефедеральной организации драматургов, в орбите которой так или иначе около 1000 авторов со всей страны, русского зарубежья? Как мы это должны воспринимать? Конечно, как откровенное пренебрежение нашим традиционным направлением. Добавил бы слово «русским», но это и так понятно. 

«ЗАВТРА». Юрий Михайлович, на встречах с читателями таким писателям, как Александр Андреевич Проханов, вы, Вера Галактионова, Лидия Сычёва, то есть писателям с ясной гражданской позицией, задают вопросы, к сожалению, может быть, не столько о творчестве, сколько о политической ситуации, об отношении к тем или иным событиям и решениям властей. Как вы считаете, почему? Потому что писателю верят, а политикам не верят? И уж политикам, во всяком случае, вопросы о литературе не задают. Или просто люди нуждаются в слове утешения, которое может дать писатель. 

Юрий ПОЛЯКОВ. У нас так сложилось. Во-первых, писатель в нашей культурной традиции всегда воспринимался как общественный мыслитель, а то и пророк. В России аполитичный писатель – это как генерал на пуантах. Во-вторых, задают подобные вопросы тем, от кого ждут честности и откровенности. Донцовой или Марининой не задают. Постмодернистскому приспособленцу, дрожащему над местом в «длинном списке», тоже не задают. Если тебе такие вопросы задают, значит, считают тебя настоящим писателем в нашем русском понимании этой профессии. В-третьих, люди спрашивают, так как часто действительно не понимают, что происходит в нашем Отечестве, куда мы идём, как всё будет. Почему власть, даже заранее предупреждённая, всегда опаздывает? Я до выхода в свет моей книги «Желание быть русским» довольно часто участвовал в толковищах Владимира Соловьёва и прекрасно помню, как Семён Багдасаров года три назад в студии один в один предсказывал то, что сегодня творится в Нагорном Карабахе. Значит, наша военная аналитика власть предупреждала. Так в чём дело? То же самое в других сферах. В культуре, например. Помните, у Маяковского про «вихрь от мысли до курка»? Вихря, возможно, и не надо. Но улиткой государственная мысль и воля ползать не должны… 

«ЗАВТРА». Наш с вами хороший знакомый, даже можно сказать, друг Джульетто Кьеза, итальянский публицист, который, к сожалению, недавно ушёл из жизни, ещё несколько лет назад говорил на страницах возглавляемой вами тогда «Литературной газеты» и нашей газеты «Завтра» о том, как будут развиваться события. И рассуждал о том, что властелинам мира не нужны уступки России, им нужна вся Россия. Что они будут всё время щипать, ослаблять Россию, что будут провокации против России, что будут брать её в кольцо. Советовал, что нужно делать. То, о чём он говорил, сейчас и происходит. И можно было бы воспользоваться его анализом и как-то подготовиться. Этого не было сделано.  

А что касается вашей книги, её уже заметило общество. Вы помимо того что драматург, писатель, ещё и публицист, не боитесь острые темы затрагивать. Книга «Желание быть русским» удостоена премии. И видимо, она всё-таки услышана не только обществом, но и властью, если вас не пускают на передачи, которые как раз призваны улучшить положение народа. Книга «Желание быть русским» вашу жизнь как-то изменила? 

Юрий ПОЛЯКОВ. Я бы не сказал, что меня «совсем не пускают», но отношение изменилось, стало осторожнее. После выхода в 2018 году первого издания «Желания быть русским» меня попросили «на выход» из президентского Совета по культуре. Видимо, обеспокоились: вдруг я подниму русскую темы на совете? Варламов-то с Водолазкиным точно не поднимут. Но я знал, на что иду. Зато книга выдержала несколько изданий. Недавно вышла новая редакция – плод моего карантинного уединения. Когда я стал готовить том публицистики для 9-го тома моего собрания сочинений, которое выходит в АСТ, решил пройтись по тексту «Желания быть русским». В итоге добавилось 10 новых глав. Появился кусок, связанный с поправками в Конституцию и скандалом, который разразился по поводу того, надо ли упоминать русских в Основном законе. 

Отношение к русскому вопросу отражает нечёткость самой концепции национальной политики в нашей стране. Что-то подобное уже было в нашей истории и обошлось очень дорого. В СССР не был прописан механизм выхода из Союза республик. Если бы было чётко сказано: республика выходит из Советского Союза в тех же границах, в которых она вошла в него, то судьба СССР сложилась бы абсолютно по-другому. Уверен, многие республики крепко бы задумались, остаться или выйти, но с уполовиненной территорией. Украина, например. И не было бы ни крымской, ни донбасской, ни приднестровской, ни карабахской проблем… А кто мешал прописать? Никто… 

А сейчас? Вот не стало в паспорте графы «национальность», мол, для государства этническая принадлежность гражданина не важна, её как бы нет. Это внутрисемейные заморочки каждого отдельного индивидуума. «Мама, а мы кто?». – «Мы – русские, сынок…». – «А почему?». – «Бабушка так сказала…». Тогда откуда у нас национальные автономии? Тоже бабушка сказала? Вы понимаете, каким кошмаром эта невнятица может обернуться в пору очередного кризиса нашей государственности! А он неизбежен по определению. Как можно в стране, где на своих родовых землях живёт более сотни народов со своими наречиями и обычаями, счесть национальность фактором, недостойным упоминания в паспорте? Бред… 

«ЗАВТРА». Юрий Михайлович, сейчас пол упраздняют, а вы хотите, чтобы национальность оставили. 

Юрий ПОЛЯКОВ. Пол, конечно, тоже можно отменить, но дети всё равно пока появляются от встречи яйцеклетки со сперматозоидом. 

«ЗАВТРА». Творческие люди порой говорят, что они вне политики и в общественной жизни не участвуют. Но очень активным в общественной жизни страны был, к сожалению, ушедший из жизни Николай Николаевич Губенко. Газета «Завтра» первая выступила с инициативой, чтобы театр «Содружество актёров Таганки», который он образовал и был его руководителем, назвали его именем. На прощании с Губенко эту мысль высказал и депутат Мосгордумы Евгений Герасимов. Как вы относитесь к этой инициативе? 

Юрий ПОЛЯКОВ. Это было бы справедливо, но боюсь, что «Содружество актёров Таганки» постараются ликвидировать, а имя Николая Губенко задвинуть, как задвинули Свиридова. Не любит наша власть созидателей от культуры. Почему? Не понимаю… Если человек болел за Россию, то в лучшем случае более-менее приличное место на кладбище выделят. А назвать его именем театр или улицу… Никогда. 

«ЗАВТРА». Не обойдём тему недавнего вручения Нобелевской премии по литературе. До того, как был объявлен лауреат, знали ли вы эту поэтессу – Луизу Глюк? Я думала, обязательно вручат афроамериканке или лесбиянке, или трансгендеру. Каковы сейчас критерии вручения Нобелевской премии? Причём сказано, что «поэтесса получила премию за её безошибочный поэтический голос, который своей строгой красотой делает индивидуальное существование универсальным…». Это можно сказать про любого поэта. 

Юрий ПОЛЯКОВ. Бессмысленный набор слов, как и большинство определений Нобелевского комитета в области литературы. Напоминает текст плохого рецензента, когда вроде складно сказано, а начинаешь вдумываться – ничего на самом деле не сказано. Когда я был редактором «ЛГ», то возвращал подобные тексты авторам с вопросом: «Сам-то понял, что хотел сказать?». Поэтессу Глюк я не знаю. Возможно, она очень хорошая поэтесса, но понять это можно, только зная оригинал. Я не знаю. Помните, Межиров сказал про поэзию, что она «вовеки непереводима, родному языку верна». Выбор меня не смущает, давеча вообще дали Светлане Алексиевич за скверную русофобскую публицистику. Конечно, Луиза Глюк не афроамериканка и, похоже, не лесбиянка, но все биографические справки о ней начинаются с того, что она из семьи евреев, эмигрировавших в Штаты из Венгрии. А это, согласитесь, тоже немало! 

«ЗАВТРА». Вручение премии Алексиевич было, мне кажется, подготовкой к нынешней ситуации в Белоруссии. Вот – нобелевский лауреат, она на стороне свободы и прогресса. 

Юрий ПОЛЯКОВ. Думаю, следующей станет Улицкая. Пора. 

«ЗАВТРА». Русскоговорящим через год не дадут. 

Юрий ПОЛЯКОВ. Я тоже так всегда считал, но у нас грядёт «транзит власти», а политика для Запада превыше правил и традиций. Дадут – вот увидите! Улицкая – дама политически активная, откровенно антипутинская. Став нобелиаткой, то есть неприкасаемой, она может объединить вокруг себя разрозненные либеральные силы… Если даже домохозяйка Тихановская пытается «строить» Лукашенко: вообразите, что сможет себе позволить Улицкая! Посмотрим. 

«ЗАВТРА». Юрий Михайлович, банально-традиционный вопрос: творческие планы? 

Юрий ПОЛЯКОВ. Планов – громадьё. Пишу книгу прозы о советском детстве. Мне хочется подробно воссоздать то время. Жутко надоели злобные фэнтези о советских временах вроде ивановского «Пищеблока». Стыдобище! Я заметил закономерность: тот, кто не любит советскую власть, он и Россию не любит. Советская власть – часть российской истории. И без этой части теперь Россия непредставима. Даже мудрые эмигранты первой волны это понимали. 

Что ещё? Начал новую пьесу. А также набросал первые главы повести, где главные события происходят на телевидении: у меня же большой опыт работы на ТВ. Вот уж простор моему «гротескному реализму»… Но не факт, что всё получится. Как говаривали Серапионовы братья: «Писать, брат, трудно…». 

«ЗАВТРА». Кто-то сказал: «Нет никаких антисоветчиков, есть русофобы». 

Юрий ПОЛЯКОВ. Так и есть. Для большинства людей советская эпоха при всех её проблемах и недостатках – это высочайший взлёт нашей государственности во всех смыслах. И Победа в войне, и культурная революция, и образование, и космос. Кто-то из писателей-почвенников сказал, что если бы при советской власти не было создано атомное оружие, нас уже не было бы. Только благодаря этому российская государственность уцелела в 1990-е и сейчас имеет возможность мирить Азербайджан и Армению. 

«ЗАВТРА». Юрий Михайлович, спасибо за беседу. Будем ждать ваших новых работ и выступлений по телевидению. 

Фото: на Байкале, 2010 год

Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен!

Нажмите «Подписаться на канал», чтобы читать «Завтра» в ленте «Яндекса»

Комментарии Написать свой комментарий
18 ноября 2020 в 22:02

Спасибо огромнейшее Юрий Михайловичу за его "Литературку"! Которую всегда хотелось читать. Нынешняя - убожество.

18 ноября 2020 в 22:37

Спасибо за интервью с Ю.М.
После его отставки Литературку не читаю - изменилась в худшую сторону.

18 ноября 2020 в 22:58

Спасибо Юрию Полякову за попытку возвращения Максима Горького!

19 ноября 2020 в 00:34

Интересно, зачем уважаемый писатель так откровенно сочиняет про МХАТ? Как будто репертуар театра сложно посмотреть. "Последний срок" по Распутину, реконструкция постановки Немировича "Три сестры", "Пётр и Февронья", "Синяя птица" - это что новая драма? Или новая вариация пьесы самого Полякова «36 часов из жизни мужчины». В "убиенном" театре в 2019-м была поставлена. Или всё плохо, потому что всего одна пьеса?

19 ноября 2020 в 02:17

"зачем уважаемый писатель так откровенно сочиняет"?
- На  самом деле к автору можно задать много вопросов. Вот почему он считает, что Украина должна бы "остаться или выйти, но с уполовиненной территорией"? На самом деле Украина осталась с той территорией, которую ей уверенно назначила РСФСР! Или он же как-то уж очень по-совковски голословно считает, что Нобелевскую премию "дали Светлане Алексиевич за скверную русофобскую публицистику"! Уж не за ту ли, за которую она была удостоена советских премий?

1.0x