Среди всех рассуждений о том, как главкомом ВСУ был Сырский, а теперь — Драпатый (а именно отставка одного главкома ВСУ и назначение другого стали чуть ли не главной темой недели) часто приводятся рассуждения о том, насколько одарён тот или иной командир, насколько он эффективен, насколько его методики ведения войны соответствуют видению начальства и требованиям современности. Все эти рассуждения здесь приводиться не будут. Во-первых, потому что я не военный эксперт и никогда таковым не притворялся. Во-вторых, потому что применимы разговоры о военной плоскости лишь к нему, уже отправленному в отставку, как бы перешедшему в разряд потерявших актуальность. Пришедший к нему на смену Михаил Драпатый в военном плане едва ли представляет собой что-то впечатляющее, насколько я видел в разборах экспертов: серьёзной школы он не проходил, а военные аналитики с обеих сторон конфликта (не считая облобызавших его тех российских военкоров, которые обожают насаждать своей аудитории отчаяние) отмечают у него отсутствие крупных успехов и больших профессиональных прорывов, которые сделали бы такое повышение неизбежным. Но мы говорим об Украине — стране победивших медиа, где «четвёртая ветвь власти» заместила собой все остальные. Именно в свете новостных образов и следует рассматривать главный украинский сюжет года.
Итак, началось всё с того, что Зеленский, до того успешно превративший парламентскую республику в президентскую, надёжно зацементировав своей партией большинство в Раде и отменив выборы, 14 июля в очередной раз сменил правительство. Много раз на примерах самых разных новостей мы видели, как в пустых пространствах, образовывающихся между всё время меняющимися долями акционеров в киевском синдикате, цветёт самая настоящая украинская независимость. Не претендующая на великие свершения, не старающаяся прыгать выше головы, эта структура пытается выжить и выжать из своего бедственного положения как можно больше, в чём ей активно мешает не только наша армия, но и целая толпа тех самых акционеров, постоянно чего-то требующих в ответ на поток денег, впитывающийся в сухую землю украинской ненасытности. Даже тот факт, что в украинском проекте становится всё больше североевропейского влияния и что Зеленский вынужден пуделем прыгать перед разнообразными Карлами-Густавами, последнее время катающимися на Украину как к себе домой, не меняет этого факта: он пытается оборвать поводок на своей шее.
Одной из самых интересных трактовок курской операции ВСУ — которую не объяснить средствами здравого смысла и общепринятой военной стратегии — является взгляд на всю эту идиотию как на попытку Киева сжечь в заведомо провальном предприятии самые лояльные внешним силам войска во избежание военного мятежа. Так это или нет, сказать наверняка нельзя, но факт необыкновенной устойчивости киевской вертикали в условиях частой анархии на местах отмечали даже сочувствующие Украине СМИ. Беда всё это время была в том, что внешняя агентура — а речь, напомню, идёт об излишне требовательных союзниках — просачивается всюду как эпоксидная смола, поэтому надёжных людей, структур и групп влияния в окружении Зеленского нет. По крайней мере, теперь, после увольнения Сырского. К этому увольнению как раз привела очередная очистка правительства от внешней агентуры: ровесник украинской государственности Михаил Фёдоров, что с января работал министром обороны, был неприкрытым проводником влияния коллективного Давоса. Что характерно, в обычном, не коллективном, Давосе он тоже выступал. В остальном же, не считая периодических участий в каких-то инфоцыганских проектах, это был стандартный гомункул из давосской колбы: там и образование в учебном центре натовских медийщиков, и стажировки на деньги Фонда Аденауэра*, и поездки в Йель, и подработка в каком-то отделении «Фейсбука»* — короче, не хватает только татуировки с Хиллари Клинтон (хотя кто его знает). Этого достойнейшего товарища ткнули на должность министра обороны в январе, когда пришлось снимать с должности почётного западенца Шмыгаля, дабы поставить того на пост вице-премьера и министра энергетики. Назначение Фёдорова тогда можно было трактовать как уступку давившим на Киев союзникам: зимой положение Зеленского казалось хрупким в связи с атакой на Ермака и суетой вокруг Миндича, так что на должность ключевого из министров ткнули молодого-перспективного лоббиста западных высокотехнологичных производств. И здесь мы вновь обращаемся к образу, созданному глобальной прессой как внутри Украины, так и вне её. Фёдоров в соответствии с этим образом — гений цифровизации, мастер внедрения новых технологий и визионер, близко знакомый со всеми передовыми достижениями западного «Биг Тех», все эти ИИ, блокчейны и прочий суп из семи гиперлуп. Отсюда и зацикленность на всех тех липких словечках, странно напоминающих написанные ИИ презентации очередного инфомусора: «горизонтальные системы боя», «аджайл-структура командования», «гибридные доктрины интеграции бизнеса», «сетецентричная война» и особенно любимая Фёдоровым и повторяемая им на каждом углу «асимметричная победа». Комбинируя эти слова в пустую словесную окрошку, как у Камалы Харрис, можно добиться в среде лопоухих миллениалов очень многого. Нет ничего удивительного, что уже к весне СМИ вовсю принялись раскручивать тему конфликта всего этого стильного-модного-молодёжного будущего с закостенелым и устаревшим прошлым, идеальной иллюстрацией которого стало обманчиво глупое с виду лицо Сырского. Дескать, смелые инноваторы и дерзкие провидцы давно бы победили в войне, если бы не совковые идиоты, висящие гирями на ногах со своими доисторическими доктринами. Очень скоро подогреваемые прессой конфликты между министерством обороны и военным командованием перешли в публичную плоскость: если поначалу это были перебранки по вопросам закупок дронов у конкретных компаний (которые лоббировало министерство, но не желало видеть командование), то потом в силу высочайшего уровня культуры дискуссии стали перерастать во взаимные наезды в духе «не учите меня жить» и «иди сам в ворота встань, балабол».
Уже к июлю эта несовместимость стала причиной того, что все контакты между гражданским руководством военного ведомства и военной верхушкой страны шли исключительно через президента, что — если верить его словам по ходу разворачивания всей этой истории — того совершенно не устраивало. И вот 14 июля Зеленский (строго говоря, это было голосование в Раде, но все всё поняли) отправил назначенное год назад правительство Юлии Свириденко в отставку, причём такое массовое увольнение было фактически лишь прикрытием для отставки одного только министра обороны — именно Фёдорова показательно не вернули на свой пост, при том, что несмотря на назначение на пост премьера какого-то кабанчика из «Нафтогаза», перестановку массы безымянных чиновников, расформирование и переформатирование нескольких министерств и учреждение ряда новых постов, замена министра обороны смотрелась очень загадочно в свете повторяемых особенно активно в последние месяцы мантр про перелом на фронте, большую контратаку и грядущее наступление на Крым.
Претензии к уволенному министру лежали главным образом в плоскости его лояльности тому центру силы, что постепенно теряет в украинском проекте влияние: тому самому, что не описать простым ярлыком вроде «американцы» или «британцы» — это всемирная либеральная элита, которую с одной стороны шпыняет трампизм вместе с американскими «олд мани», а с другой — старая европейская аристократия, которой тесно в раковине Евросоюза.
Сбросив с корабля собственной государственности чужого агента, Зеленский рассчитывал попасть в момент небольшого шока: тут и новый премьер в Англии, и очередное обострение в Иране с повышением ставок на красноморском театре перекрытия проливов, и посланный вашингтонским «старым деньгам» привет от североевропейских новых хозяев Украины в виде «внезапно скончавшегося» после визита в Киев американского сенатора, экстремиста и террориста Грэма — думалось, что в такой момент до какой-то там перестановки в каком-то там Киеве никому дела не будет. Но, видимо, планы на Фёдорова были куда больше, чем предполагал киевский президент: 16 июля в крупных городах страны начались митинги с требованием вернуть бывшего министра на пост, а заодно — чтобы два раза не вставать — уволить главкома ВСУ. Всё это было ровно так же, как год назад — разве что куда масштабнее. Напомню, в прошлом июле облачённая в картонки украинская молодёжь требовала отменить ограничение полномочий триады «антикоррупционных» органов, находящихся под внешним управлением — та попытка Зеленского перекусить поводок увенчалась неудачей, хотя и пережил он это всё с куда меньшими потерями, чем ожидалось: вроде бы пойдя на поводу у уличного протеста, он не дал разгуляться его аппетиту, так что требовавшаяся тогда не боящимися мобилизации городскими мажорами отставка того же Ермака случилась спустя долгое время. Повторение того, что принято называть «айдентикой» протеста — узнаваемые символы и вновь возникающие ассоциации — здесь нужно было не только для доставания с пыльных складов поношенных картонок, но и ради закрепления эффекта: ту историю с НАБУ и САП, несмотря на её, в сущности, неоднозначный итог, западные обозреватели вывернули как победу сил добра, любви и демократии. И вот вся эта толпа с лозунгами разной степени унылости принялась требовать двух описанных выше вещей. К вечеру понедельника пошли новости о том, что Сырского-таки уволят и несмотря на срочное опровержение со стороны Генштаба, Сырского действительно уволили, но во вторник. Удивительное дело, но ровно так же, как это происходит абсолютно всегда, второстепенное требование протестующих, выполненное властью, ни разу не успокаивает толпу, а напротив, убеждает её в действенности её методов, так что за отставку военачальника советской закалки Зеленского, конечно, поблагодарили, но вот просить вернуть агента Клинтон не перестали — несмотря на разговоры о победе в прошлогоднем раунде, все прекрасно помнят, каким упорным оказался президент, так что прогнуть его в этот раз оказалось делом принципа. Дали, стало быть, время на подумать до выходных: на деле — из-за того, что большая часть участников всё же не является профессиональными провокаторами и ходит на работу, а без них «картонный майдан» выглядел непривычно жидко и жалко.
Пока же принялись всеми силами демаскировать кинутого агента: то еврокомиссар по обороне Кубилюс что-то протявкает про то, что нельзя таких людей увольнять, то германский агент Кличко в воскресенье вбросит в германские же СМИ реплику о том, что Зеленский просто боится всех, кто популярнее его, то матёрый львовский мэр Садовой — тот самый, что встречал упоминавшегося выше Карла-Густава титулом «ваше чрезвычайшество» — тоже потребует вернуть министра. Для тех, кто привык мыслить в рамках навязанной прессой дихотомии «Сырский против Фёдорова», «старое против нового», «Волдеморт против Гарри Поттера» и тому подобных чёрно-белых сюжетов, отставка Сырского как бы сама по себе подразумевает победу Фёдорова. Но вмешательство в события иностранной агентуры, защищающей ценный актив максимально прямолинейно и спешно, лишний раз доказывает, что вынужденное избавление от костыля-Сырского, на которого, что ни говори, украинская власть могла опереться как на своего, лишний раз доказывает верность предположения, что актёр пытается двигаться к независимости.
В рамках описанного выше сюжета большое значение имеет поколенческий раскол. В этом незрелом обществе проблема несоответствия доктрин отцов амбициям детей становится причиной конфликта. Несмотря на то, что наша пресса смотрит в толпу картонных укров и видит там тех, кто не попадает под мобилизацию в силу возраста, это не совсем так: массы людей полны также и мужчин в конце своих 20-х и начале 30-х — то есть тех, кому по реалиям положения тотальной войны и стремления государства выжить положено быть в рядах армии. Но верхний слой городского среднего класса вся эта суета с мобилизацией пока что обходит стороной: если помните, недавний «бунт против ТЦК» во Львове, который у нас много где описали как «народ начал подниматься», был не тем, чем казалось наивным идеалистам: просто этой самой среде на западе страны вдруг очень не понравилось такое же отношение, какое они требовали и продолжают требовать в отношении жителей востока страны. Вот и здесь: «картонный майдан» скачет в том числе и за усиление работы ТЦК, но не против них, разумеется.
Здесь бы посмеяться над наивностью тех украинцев, кто так уверен, что до них страшная жатва не дойдёт, но дело в другом: требования тотальной мобилизации всех остальных соседствуют у этих людей с верой в одерживаемую прямо сейчас победу малой кровью и высокими технологиями, с переломом в войне, движением фронта вспять и контрнаступлением.
Вместе с этим зацикленность всей этой публики на Фёдорове и его околовоенном инфоцыганстве обусловлена не только тем, что заводилам «картонного майдана» платят наниматели Фёдорова. Нет, это ещё и искренняя вера в те самые доктрины «асимметричной победы», уверенность в достижении военных целей исключительно высокотехнологичным оружием, упование на то, что образы пожаров в российских городах приближают сладкий миг триумфа, убеждённость в существовании волшебной кнопки, позволяющей одним простым решением свести на нет все проблемы. Вместе с этим ненавидимая этими людьми «старая Украина» — та самая, которую под их улюлюканье запихивают в окопы — опирается на страшную максиму, которую понимал писавший учебные пособия для командиров старой школы советский Генштаб и которую не забывали у нас: войну выигрывает пехота, а не вспомогательные средства. Быть пехотой городские миллениалы украинских городов не хотят — особенно по жизни привыкшие, что за них всё делает кто-то другой. Вот и образуется вокруг министра религиозный культ.
В этом смысле интересно то, как себя поведёт новый главком Драпатый. Говорящая фамилия командира, сошедшая то ли со страниц Салтыкова-Щедрина, то ли из катсцен Хидео Кодзимы, служит лишь кирпичиком в его медиаобразе. Другие кирпичики — постоянные напоминания прессы о работе на «самых сложных участках фронта» (которые, как говорят некоторые эксперты — к примеру, канал «Пролив Сталина» — становились сложными главным образом из-за назначения туда Драпатого), хорошие отношения с западными партнёрами (это он вставал на колени перед носатой послицей Британии), видео с прорывом в Мариуполь на БМП 9 мая 2014-го и истории с убийством гражданских, «победа» под Херсоном в ноябре 2022-го (про неё злые языки говорят, что будущий главком умудрился, идя по следу отступающей российской армии, потерять кучу народу в не предполагавших это обстоятельствах) и, наконец, уже после назначения командующим сухопутными войсками ВСУ, ответная атака на Купянск. С ней всё ещё интереснее в свете того, что по всем канонам стратегии за потерянный город Украине цепляться было незачем, но бои были завязаны после доклада главы нашего Генштаба Путину об освобождении города — дескать, вот вам назло. Некоторые антифанаты Драпатого с той стороны инфополя злобно приписывают ему в заслугу сжигание резервов и прозёвывание прорывов под Покровском, а также отвод войск от Сум, благодаря чему в том числе наши войска стоят сейчас в 20 километрах от города.
Только время покажет, какие изменения привнесёт замена главкома и поменяется ли что-то вообще — но тот факт, что назначение популярного и свободного от советского и российского фона командира было медийным шагом, ориентированным на гул одобрения в среде тех самых картонных рыцарей, не вызывает сомнений. Вместе с ними восторг испытывают некоторые российские горе-военкоры, но как раз от таких очень ожидаемо слюноотделение по поводу высокого назначения коллеги по инфоцыганству с его асимметрично-гибридной-аджайл-горизонтальностью сетецентричной киллзоны.
Сам главком с первого дня в должности принялся играть в знакомую игру: к ахам и охам российских СМИ, которые за много лет не привыкли к такому неизобретательному хамству: было показано интервью 2023 года, где он что-то дежурно хрюкнул про отсутствие права на существование у России. Едва ли фронт под управлением подобного персонажа и назначенного вместе с ним главы Генштаба ВСУ Игоря Скибюка, ещё одного феерического персонажа — если им действительно дадут чем-то порулить, конечно — приведёт к немедленным проблемам, но сам факт назначения под давлением толпы миллениала-медиакрата вместо скучного, но эффективного выпускника Московского общевойскового командного училища — очень хороший знак.
В сетецентричную аджайл-гибридную войну можно играть вдвоём, причём в ней — вот так сюрприз! — никуда не деваются обстоятельства, сопутствующие войне обычной, наподобие несоответствия запасов прочности и веса сторон. Часто можно услышать мнение о том, что удары ВСУ по России нацелены на раскачивание недовольства в нашем обществе. Но это не совсем так: гнев публики является лишь побочным эффектом, радикальность настроений граждан направлена вовсе не в ту сторону, в которую хотелось бы направить её Киеву, а после многочисленных свинств первых лет войны поразить чем-то новым сложно. Нет, основная задача — соорудить привлекательный образ, вытягивающий из инвесторов новые деньги и разработки. Столбы дыма над Москвой, вой воздушной сирены в Сочи, вспышки в петербургском небе — всё это выманивает из спонсоров так нужные Киеву ресурсы. Проблема этого подхода в том, что он открывает уязвимость для точно таких же действий с нашей стороны. Систематическая работа по уничтожению заправок в Харьковской, Сумской и Днепропетровской области очень быстро заткнула злорадство западной прессы по поводу отсутствия бензина на заправках российских. Кадры горящих складов «Новой почты» и вторичной, третичной и сорокапятичной детонации, громыхавшей много часов на «складе детского питания» в Киеве — и почему-то не так смешны шутки про сгоревшие склады «Вайлдберриз». Наконец, живописный чад над одесским морем после того, как наши войска за неделю вынесли всю морскую логистику — отличное противодействие хохмочкам про разгромленный Черноморский флот. В условиях, когда гибридная информационная медиацентричная сетегоризонтальность не работает и яркие картинки из России сами по себе перекрываются куда более яркими и многочисленными картинками с Украины, из-под грима аджайл-асимметричности сама по себе прорывается сущность истеричной сельской бабы: например, министр иностранных дел страны, открыто признавшейся в атаках на наши танкеры, завопил о нелегитимности атак на продовольственные сухогрузы, которые везли в Одессу вкусную и питательную… бронетехнику. Причём что интересно: работа по уничтожению одесского транзита — а 22 июля через этот грузовой коридор не прошло ни одного судна — идёт при полном отсутствии возражений со стороны Турции — видимо, всё же довели дорогие соседи своими минами и атаками на суда и газопроводы в их водах. Попытки накляузничать Совбезу ООН, подать жалобу в Еврокомиссию и написать в Спортлото — неизбежный исход попыток играть в высокотехнологичное общество в стране, где в сферу айти записали онлайн-проституцию и телефонное мошенничество.
Илл. Геннадий Животов «Меч праведный».
*нежелательная в РФ организация и соцсеть компании «Мета», признанной в РФ экстремистской и запрещённой.
