Сообщество «Оборонное сознание» 00:00 25 января 2012

Я не согласен!

<div><p><img src="/media/uploads/04/surig_small.jpg" /></p><p>«Военная реформа» глазами разведчика</p></div><p>Продолжение. Начало&#160;— в №№&#160;1-3</p>
0

Фото В. Александрова

Реформа в армии России проводится уже не одно десятилетие. С изменением и нарастанием военных угроз изменялась частично структура, боевые возможности, система управления и комплектования, совершенствовались системы вооружения, способы ведения боевых действий, в том числе и при локализации вооруженных конфликтов. Армия пыталась перейти на контрактный способ комплектования, пыталась изменить структуру управления. Эти попытки, в большинстве своём, к сожалению, не приводили к серьёзным положительным изменениям в армии, недостаточно готовили её к новым вызовам и угрозам, но не наносили урона боеготовности войск. Главная проблема предыдущих попыток проведения реформы была одна — отсутствие необходимых для этого средств.

Упразднение дивизионной и полковой структуры в Российской армии разрушило систему подготовки и воспитания командных кадров и последовательность прохождение и освоения ими служебных обязанностей, лишило Сухопутные войска исторической преемствен- ности, а командиров — воинского опыта и кругозора.

Перевод войск на бригадную структуру на порядок снизил боевые возможности Сухопутных войск, лишил их основной структуры боевой организации — соединения, так как бригада является только частью, несмотря на то, что в её интересах могут действовать все остальные структуры армии. Сейчас бригада «нового облика», образно говоря, представляет собой «упавшую с дерева грушу», то есть вкусный, но переспевший плод. Хвостик (боевые подразделения) еле дышит, вершина (подразделения боевого обеспечения) дышит через раз, побитые бока донышка (подразделения обеспечения) сокращаются полностью, а аутсорсинг от малейшего прикосновения сдуется и растечётся по плоскости, оставив боевые части без возможности к сопротивлению.

Провозглашен принцип постоянной готовности соединений («часовой готовности», по требованию НГШ). Но что это значит? Неужели господин Макаров тем самым признаёт, что разведка фактически деградировала до полного распада? Неужели всё разведывательное сообщество России в состоянии доложить президенту страны о готовящейся агрессии только за час до её начала?

А какой материальный урон, исчисляющийся триллионами рублей, нанесен государству этим решением НГШ после передачи имущества со специально подготовленных складов на технику, в войска, в большинстве своём хранящуюся в неприспособленных для этого местах?

Разрушена система управления войсками, не позволяющая эффективно, на протяжении длительного времени (больше, чем пять суток) управлять войсками. В чем заключается «новая система управления», в чем ее мобильность и современность? Почему, со слов зампреда комитета Госдумы по обороне единоросса Игоря Баринова, при переходе армии на новую систему управления произошла «временная частичная потеря управляемости»? Почему за это никто не понес ответственности? Ведь такое может произойти только при нанесении по войскам ядерного удара. Других причин не должно быть.

Господин Макаров утверждает, что «к 2015 году в Вооруженных Силах будет создана новая система управления, „близкая к искусственному интеллекту“. Она будет управлять не только армией, но и всеми силовыми ведомствами». Это что, прямой обман или преднамеренный ввод в заблуждение деятелей Общественной палаты РФ и руководства страны?

Мне как военному руководителю до 2010 года были известны две автоматизированные системы управления: АСУ «Акация» и АСУ разведки. Обе системы начали разрабатывать в конце 90-х годов. Первая — общевойсковая, а вторая предназначена для нас. разведчиков.

В ходе учений «Восток-2010» в Сибирском военном округе все пользовались АСУ разведки, так как АСУ «Акация» так и не смогла справиться с задачей. При этом на нее уже потрачен не один десяток миллиардов рублей, а сдвигов нет, да и не будет по одной простой причине: промышленности для ее разработки военные в нужном ракурсе должны поставить задачу, а если сказать простыми словами, то осуществить описание постановки задачи всех уровней управления. Для вывода ее на «близкий к искусственному интеллекту» уровень только для армии, не говоря о других силовых структурах, за такой короткий промежуток време- ни, нужен гений, каким господин Макаров не устаёт удивлять слушателей: «раньше Вооруженные Силы управлялись так называемым стволом управления, то есть в каждом виде и роде войск была своя вертикальная связь. Нам такая система не нужна, её техническое состояние не выдерживает критики», — напомнил генерал. Сути новой системы он, впрочем, не объяснил.

Что такое вертикальная связь и что такое техническое состояние? В этих высказываниях НГШ снова всё смешано в кучу, видимо, чтобы люди, далёкие от армии, не могли разобраться. Суть же сказанного сводится к простому пониманию, что в Советской Армии и в Российской до «нового облика» основное внимание уделялось способности связи противостоять системам радиоэлектронной разведки и радиоэлектронной борьбы противника, что обозначалось термином «устойчивость управления».

Что увидел плохого НГШ в том, что у меня как у начальника разведки была своя «вертикаль связи», полностью не зависимая от его вертикали, и эта связь обеспечивала устойчивое и скрытое управление во всех звеньях, во всех направлениях и при всех условиях обстановки, в том числе ею пользовались и в ходе ОСУ «Восток-2010»! И в случае поражения одного из таких «стволов» всегда можно было задействовать параллельный или резервный.

Вместо ответов на все эти вопросы окружение господина Макарова непрерывно генерирует некие мифы о военной реформе, которые требуют их публичного развенчания.

Мифы и реальность реформы

Миф № 1 — о профессионализме.

Для проведения любых мероприятий должен составляться план действий, в котором видны конечная цель и промежуточные результаты с обозначением сроков их выполнения. Любой план строится на основе анализа угроз и замысла, в котором отражается, на чем сосредоточить основные усилия, как и какими силами выполнить поставленную задачу.

В нашем случае, случае с реформой армии, должны были быть определены конкретные цели и задачи, сроки их выполнения и ясно указаны результаты, к которым должны выйти в ходе реформы. Однако мы имеем в действительности сплошное невыполнение всех, имеющихся и не имеющихся планов, что ставит на грань невыполнения самой идеи придания армии «нового облика» и повышение ее боеготовности и способности отразить любую агрессию. Что мы имеем в итоге.

До настоящего времени в Министерстве обороны программа реформ «нового облика» армии не отвечает реальным угрозам и вызовам и не учитывает развитие перспективных угроз.

Не разработаны и не утверждены руководящие документы, уставы, наставления, руководства на всех уровнях, которые должны были пройти апробацию в ходе различных — не показных, а настоящих исследовательских учений и тренировок, а весь материал по ним должен быть проанализирован военными учеными и выданы рекомендации по их совершенствованию.

Не определена оптимальная структура органов управления, позволяющая функционировать как длительное время в боевом режиме, так решать вопросы по усилению других направлений, без ущерба для своей деятельности, да и просто учитывать повседневную нагрузку боевой подготовки и отдыха офицеров.

Созданные новые органы управления в настоящее время не в состоянии решать боевые задачи, особенно в ходе длительных (более 2-3 месяцев) мероприятий. Не в состоянии заниматься той боевой и оперативной подготовкой, которая требуется в новых условиях.

Не определена структура дислокации войск и подходы к развитию этого вопроса с учетом уже существующих и перспективных вызовов и угроз.

Не соответствует действительности организационно-штатная структура практически всех органов управления и войск, особенно это касается бригадной структуры Сухопутных войск.

Оперативное оборудование стратегических направлений, и прежде всего аэродромная сеть, не соответствует потребности базирования авиации в ходе отражения агрессии или локализации вооруженных конфликтов. Говорить о возможностях ведения широкомасштабных боевых действиях просто неприлично.

Не соответствует действительности положение о прохождении службы офицерами, сержантами контрактной службы, а также военнослужащими по контракту.

Подписанный Президентом РФ указ о введении в действие нового денежного довольствия военнослужащих с 1 января 2012 года не учитывает тех требований, которые уже сейчас существуют, и является, к сожалению, уже вчерашним днем.

Все руководства по боевой подготовке требуют переработки. И это основывается на изменении (а не декларировании изменений), взглядов на способы ведения боевых действий, на пространственно-временные нормативы.

Принята программа вооружения до 2020 года, но на чем она основана, на каких доктринальных взглядах, где там учтены новые виды угроз и соответственно требования к новым видам вооружений и техники? Как можно осуществлять заказ вооружений, длительность срока разработки, испытаний и принятия которых на вооружение может растянуться на годы, не зная, как и какими способами будем его применять? Здесь можно вполне согласиться с экспертами, утверждающими, что программа рассчитана не на вооружение, а на разоружение и распил госбюджета.

Концепция размещения, строительства и дальнейшего развития военных баз не в полной мере соответствует современным требованиям, мировой тенденции их развития с учетом всех составляющих.

Проведено сокращение десятков полигонов, а войскам негде заниматься. Практически все полигоны, при огромной территории страны, не соответствуют заявленным нормативам. Невозможно отрабатывать в полном объеме вопросы боевой и оперативной подготовки, включающей вопросы тылового и технического обеспечения, передача которых в настоящее время осуществлена на аутсорсинг. Только единственный полигон Капустин Яр с натяжкой может соответствовать тем требованиям по площади, которые необходимы, но полностью не соответствует составу и возможностям оборудования полигона. Да оно и понятно. Ведь денежные средства должны выделяться под конкретные проекты, а они отсутствуют.

Министром обороны подписано соглашение об оборудовании на полигоне Мулино (Гороховецкий полигон) учебных мест для обучения бригад нового облика, стоимостью более 3 млрд. руб. каждый комплект, а закуплены они будут в Германии. Это может быть в какой-то степени и хорошо. Но для определения оценки действий каждого звена управления бригады, каждого солдата будут использоваться немецкие технологии и программы. Для функционирования этого комплекса необходимо передать разработчикам, а это страна НАТО, являющаяся официально в руководящих документах нашим противником. Так вот, этой стране необходимо передать всю секретную техническую документацию и тактико-технические характеристики имеющегося и перспективного вооружения, средств связи, все секретные руководящие документы, секретные боевые уставы, раскрыть секретную систему управления и связи. А это значит, что мы останемся голыми, и у нас не останется военных и государственных тайн от блока НАТО. Как и с какой позиции это оценивать?

Почему озвучиваются недостоверные данные об итогах всех проводимых мероприятий в армии начиная с 2008 года? Не соответствуют заявленным итогам и итоги учения с 74 омсбр (Юрга), проведенные в 2009 году и призванные показать, насколько верно решение по переводу Сухопутных войск на бригадную структуру. Здесь упрекать министра обороны нет оснований. То, что ему доложил руководитель учений (НГШ), уничтожив по своему приказу все итоговые документы в течение 5 дней после учения, то он и доложил Президенту РФ.

Полностью не соответствуют действительности итоги разрекламированного «стратегического» учения «Восток 2010», после которых было принято решение сократить два военных округа из семи. Также не соответствуют действительности и итоги «стратегических» учений «Центр 2011». И здесь непонятно, чего больше: незнания теории и практики, не владения ею со стороны руководства учениями, или стремление любыми путями понравиться Президенту РФ. Главное больше шума, дыма и огня.

Возможно, причина кроется в руководстве Вооруженными Силами РФ. Менталитет русского человека нельзя сравнивать с американцем, в России армией должны руководить военные профессионалы. А сейчас в руководстве Министерства обороны сконцентрированы в основном выходцы из Федеральной налоговой службы. Прошу прощения, ни в коем случае не хочу кого-то обидеть недоверием или упрекнуть в чём-то. Но неужели это самые преданные люди в стране, самые подготовленные в военном отношении, знающие военное искусство на уровне Жукова, Василевского или Рокоссовского представители элиты России, что им, по сути дела, Президент и Премьер вручили не только саму страну в целом, а жизни как граждан России, так и свои? Или здесь другой, нам непонятный замысел?

Реформу Вооруженных Сил РФ проводили и ранее, при министре обороны С. Иванове, под общим руководством генерала армии, Героя России А. Квашнина и генерала армии Ю. Балуевского. Были у каждого положительные и отрицательные успехи, были и недостатки, однако не мне их судить. Одно могу сказать.

Министру обороны С. Иванову я благодарен за то, что впервые за многие годы отсутствия строительства и обустройства в армии, при прямой поддержке Владимира Владимировича Путина, были построены и реконструированы казармы для личного состава, появились приемлемые, а в некоторых случаях и отличные условия для жизни и быта российского солдата. Наконец появилась в казармах солдат горячая вода.

Анатолию Васильевичу Квашнину я благодарен за заботу о разведке, о ГРУ, за огромную помощь, оказанную моим разведчикам не только в годы нахождения на должности начальника Генерального штаба ВС РФ, а и в дальнейшем, в должности полномочного Представителя Президента РФ по Сибирскому Федеральному округу.

Юрию Балуевскому я благодарен за вдумчивое решение и упорство в проведении эксперимента, направленного на поиск путей решения военной реформы, без нанесения армии непоправимого ущерба, от которого она, если не прекратить вчера, уже не оправится. До этого эксперимента, да и сейчас, при новом руководстве ВС РФ, в решениях командиров всех уровней практически не учитывалась угроза со стороны иррегулярных вооруженных формирований, диверсионно-разведывательных групп (ранение командующего 58-й армией в районе Цхинвала), незаконных вооруженных формирований и просто бандформирований, что ставило на грань провала все принимаемые решения.

Миф № 2 — о необходимости оптимизации и доведения численности армии до 1 млн. человек.

Численность Вооруженных Сил РФ должна учитывать существующие и перспективные угрозы и гарантированно отразить агрессию вероятного противника в первую очередь в крупномасштабной войне с привлечением всего мобилизационного ресурса страны. Во вторую очередь,выйти победителем в локальной или региональной войне наличествующим составом регулярных войск, в крайнем случае с привлечением части мобилизационного компонента, дислоцированного на данном стратегическом направлении. И только потом, выделенными ограниченными силами и в первую очередь ССО и ВДВ, решить задачи борьбы с террористической угрозой.

При противоположном рассмотрении данной структуры возможностей Вооруженных Сил по нейтрализации угроз, предусмотренной «новым обликом», страна будет гарантированно поставлена уже в начале возникновения любого конфликта в безнадежно проигрышное положение. И сроки его будут зависеть только от интенсивности операции. У Правительства России нет сейчас четкого понимания, в какой сложной военно-политической ситуации оказалась страна в результате реформы «нового облика» армии.

Правительство США, учитывая и прогнозируя развитие обстановки в мире, не сокращает, несмотря на запредельный долг, оцениваемый более чем в 14 трлн. долларов, свою армию, а наоборот, увеличивает их на 22 тыс. военнослужащих. Так, регулярная армия США сейчас насчитывает более 1,5 млн. военнослужащих. Дополнительно усиливается частями Национальной гвардии, общая численность которых около 500 тыс. человек. А в составе частей резерва, созданных более 100 лет назад, еще насчитывается более 370 тыс. военнослу- жащих. Мобилизационные резервы в этих расчетах не учитываются — они проходят отдельной строкой. Таким образом, общая численность армии США насчитывает около 2,4 млн. военнослужащих.

В НОАК Китая общая численность регулярных вооруженных сил приблизительно находится на уровне США, за исключением резервной компоненты, в десятки раз превосходящей численность резерва США. Здесь мы также не учитываем мобилизационные резервы НОАК, насчитывающие от 6 до 36 млн. человек.

Эти передовые по своей численности и структуре вооруженные организации двух государств (США и Китая) в своей потребности к численности Вооруженных Сил исходят, прежде всего из необходимости отразить сначала крупную агрессию, а после этого мелкую отразить всегда возможно.

Реформаторы «нового облика», создавая миф о необходимости оптимизации армии и доведения ее численности до 1 млн. военнослужащих, пытаются апеллировать к различным надуманным причинам, решение которых в основном и зависит от них самих.

Почему поднимается проблема демографической ямы в стране и невозможность комплектования армии достойными призывниками? Почему необходимость повышения благосостояния военнослужащих, а значит, и обороноспособности страны, возможна только за счет сокращения численности армии? Почему отсутствует анализ реальных угроз? Почему сначала сокращают офицеров, прапорщиков, военнослужащих по контракту, в большинстве своем имеющих боевой опыт, а по истечении непродолжительного времени выдвигают просьбу Президенту страны на увеличение численности офицеров на 75 тысяч и объявляют о новом наборе военнослужащих по контракту? Сейчас в строю Вооруженных Сил, если и наберется 250-300 действующих генералов, то это успех, больше смахивающий на «банановую армию». В Генеральном штабе есть главные управления, где действующих генералов можно пересчитать по пальцам на одной руке. К этому стремились в ходе реформ?

Как это расценивать? Если с политической точки зрения, то это выглядит, как стремление избавиться от советского прошлого, потому что все сокращаемые офицеры, прапорщики прошли обучение еще в советской военной школе. Если с военной — подрывом боеготовности армии и обороноспособности страны.

Повышение благосостояния военнослужащих, как и боеготовность армии, это неотъемлемые части одного организма, именуемого Вооруженными Силами. Но боеготовность и мощь Вооруженных Сил не может взяться ниоткуда — она рождается постепенно, при наличии достаточного количества профессионалов своего дела в лице офицеров, прапорщиков, сержантов, солдат и наличии современной боевой техники. Первую составляющую этого процесса, касающуюся офицеров и прапорщиков, уничтожили одним росчерком пера, сократив численность офицерского корпуса и ликвидировав институт прапорщиков, а вторую (новую технику и вооружение), с нашими руководителями, мы не дождемся никогда.

К этому можно добавить и принудительное сокращение военнослужащих по контракту, проведенное по прямому указанию министра обороны полтора года назад. А снова привлечь эту категорию граждан в состав армии просто нереально. Вот и получается: ранее в армии, при численности в 1,4 млн. военнослужащих, эта цифра реально соответствовала численности личного состава, сегодня же, при численности в 1 млн. человек, реальная укомплектованность армии находится на уровне 70 — 80%. С такой укомплектованностью армия — небоеготовая!

Выходит, что сокращение армии до 1 млн. военнослужащих привело в реальности не к повышению, а к резкому снижению ее боеготовности до минимума, после которого она просто не может противостоять внешней и с очень большим трудом — внутренней угрозе.

Совершенно очевидно, что численность российских Вооруженных Сил, исходя из мирового опыта, должна рассчитываться из прогноза развития военно-политической обстановки в мире и непосредственного развития ее по периметру границ России и должна соответствовать не менее 1,6 млн. военнослужащих. Эта цифра не раз и не два была научно обснована экспертами, проверена учениями и соответствует реальным вызовам и угрозам.

Миф № 3 — о необходимости сокращения военных округов и трехуровневой системе управления.

Геостратегическое деление территории страны в советское время и уже в новое российское всегда проводилось, исходя из основных угроз, которые могут возникнуть, и из необходимых возможностей Вооруженных Сил по их нейтрализации. Здесь важно не путать имеющиеся и необходимые возможности. После оценки угроз происходило административное и оперативное деление территории, строилась система управления, включающая в себя пункты и органы управления, систему связи как стационарного, так и мобильного компонентов. Развертывалась в соответствии с возможностями страны и степенью угроз группировка войск на избранных направлениях.

Опыт США и КНР подтверждает данный тезис, но США имеют еще и свою особенность в виде отдельного континента и отсутствия на континенте угроз военного характера, что не относится к РФ.

Это относится и к Китаю, который после известных договоренностей о 300 км демилитаризованной зоне на российско-китайской границе разумно основную массу войск отвел значительно дальше от границы, расположив их в комфортных со всех сторон условиях (экономических, климатических, демографических). Одновременно в ходе экономического развития регионов обеспечил им возможность совершения маневра в любом направлении, любыми силами за необходимое и достаточное для этого время.

К этому еще необходимо добавить и информационно-психологическое, патриотическое воспитание как граждан стран в целом, так и военнослужащих. Не зря ведь все без исключения, когда заходит разговор о службе в Советской, а и затем Российской армии, перечисляют, что я служил в Дальневосточном военном округе или в Забайкальском, для которого военные юмористы придумали слоган: «забудь вернуться обратно».

Почему сократили два основных округа? Реальные итоги учения «Восток — 2010», задекларированные НГШ как проверка «нового облика» в системе военного управления, показали всю несостоятельность этого тезиса, но политическое руководство страны было введено в заблуждение и с реальными итогами этих учений не ознакомлено. А ведь если исходить из того, что это действительно прорыв в военной науке и в системе управления, то как раз эти документы должны были быть размножены и на их опыте все остальные должны учиться. Но чтобы скрыть истинное положение дел, все документы по учениям было приказано уничтожить.

Возникает вопрос к Совету безопасности РФ. Почему ни разу не было проверено качество управления вновь созданными органами военного управлениями? Не проверка Минобороны самих себя, а независимыми экспертами Совета безопасности РФ во взаимодействии с депутатами Государственной думы? Однозначно можно сказать, что при такой проверке будут вскрыты все недостатки данной системы управления с военной точки зрения. И чем быстрее это произойдет, тем лучше для страны и меньше средств будет затрачено на восстановление.

Названия военных округов, или, как их именуют, стратегических командований с политической и идеологической стороны не несут никакой нагрузки. Что для простого российского солдата или офицера означает Восточный или Западный округ, привязанный к сторонам света, а не к территории страны, во имя которой и на территории которой он служит? В какой это стране? Получается, что такие округа могут быть в любой стране, а их названия предназначены не для российских солдат, а для наемников из других стран, чтобы не теряли ориентацию в пространстве. Или снова безграмотно берем пример с США, где их командования привязаны по названиям именно к террито- риям, на которых они находятся за пределами своей страны, поэтому и могут именоваться как «Африканское командование вооружённых сил США» или АФРИКОМ (англ. United States Africa Command, USAFRICOM, AFRICOM), но постоянная штаб-квартира командования располагается в en:Kelley Barracks (Штутгарт, Германия).

О трехуровневой системе управления говорить просто бессмысленно! Это разговор ни о чем. В чем преимущество данной системы, о которой с таким упоением докладывает военное руководство? Возможно, в прохождении информации или в управлении войсками и оружием? Но прохождение информации зависит от системы связи и ее пропускной способности и устойчивости, а не от структуры управления. Если система связи аналоговая, то информация может вовсе не дойти до потребителя; если цифровая, то противник, используя средства РЭБ, может воспрепятствовать ее прохождению. Или в декларировании, что все теперь подчиняется одному командующему? Так и раньше войска, находящиеся на одной территории или участвующие в одной операции, всегда подчинялись одному командующему, особенно в боевой обстановке. Где здесь логика в высказываниях, что это позволяет улучшить систему управления? Или управление заключается сейчас в недопущении пневмонии, так казармы все равно переполнены, а боевой подготовкой по 18-20 часов в сутки заниматься нельзя — все вымерзнут, особенно зимой. Посмотрите на ход совещаний или военных советов в Восточном округе. Там темная масса моряков сидит по одну сторону, а зеленая по другую. А между ними огромная пропасть в виде широченного прохода. В настоящей системе командующий армией будет сидеть рядом с командующим флотилией для постоянного и непрерывного взаимодействия. Или, может быть, мы в чем-то неправы? Ведь такое впечатление, что военную науку никто из реформаторов по-настоящему не изучал. Другой мысли я не допускаю, иначе просто страшно становится...

До «нового облика армии» существовала проверенная временем и утвержденная кровью солдат и командиров система управления: округ — армия — дивизия, а в дивизии: дивизия — полк — батальон. Система управления базировалась именно на органах управления, именуемых штабами, которые отвечали за планирование и применение подчиненных войск. Зачем нужно было ломать устоявшуюся систему — её нужно было модернизировать, оснастив современными средствами связи, новой техникой, обучить работе на новой технике личный состав и сохранить боеготовность и, возможно, самое главное — устойчивость системы военного управления. Учить войска и штабы не заниматься показухой, а управлять войсками при самом интенсивном противодействии во всех сферах. И здесь снова закрадываются страшные мысли. Ведь поломать — это не построить. А кому это выгодно?

В системе управления «нового облика» осуществлен отказ от устойчивости системы управления, и прежде всего по причине сокращения должностей офицеров, а значит, и количества пунктов управления. Вооруженные Силы РФ при применении современных высокоточных средств поражения — как пример, типа Х-51А — подвергаются риску в первые минуты и часы лишиться полностью всей системы управления.

Таким образом:

— названия военных округов в современной России с политической и идеологической точки зрения не соответствуют ни традициям, ни своей сути, и относятся к непонятной виртуальной стране, возможно предназначенной для других;
— созданные конгломераты, особенно это видно по Восточному и Центральному округам, не способны в полной мере управлять войсками в повседневной жизни и полностью не способны будут управлять ими во время возможных вооруженных конфликтов;
— сокращение численности личного состава в органах управления привело к неспособности добиться устойчивого и непрерывного управления, особенно это касается жесткого регламента в ходе длительного процесса боевой обстановки. Здесь нарушается весь принцип управления войсками.
— более подробный, а не поверхностный подход, диктуемый данной публикацией, требует углубленного и досконального рассмотрения вне рамок данной статьи, с показом всего негатива, который реализован в концепции «нового облика» на примере проведения настоящих стратегических учений непосредственно и под личным руководством Президента РФ.

Продолжение следует

Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен!

Нажмите «Подписаться на канал», чтобы читать «Завтра» в ленте «Яндекса»

Cообщество
«Оборонное сознание»
18
Cообщество
«Оборонное сознание»
5
Cообщество
«Оборонное сознание»
14
Комментарии Написать свой комментарий

К этой статье пока нет комментариев, но вы можете оставить свой

1.0x