Сообщество «Салон» 10:22 12 сентября 2022

В бушующем море войн и бедствий

о документальной программе 44-го Московского международного кинофестиваля
2

Наши 2020-е годы не перестают удивлять своего зрителя. Тем, кто уже насмотрелся на крупнейшие кинофестивали в формате онлайн и миллион одинаковых фильмов, снятых на вебку, представилась уникальная возможность наблюдать за международным фестивалем класса А в условиях международной изоляции. Нет, Феллини не приехал и не получил главный приз. Это главное, что стоило бы знать о современном кинопроцессе, но есть ещё несколько вопросов, которые можно пока обсуждать, не забывая между делом посматривать на часы Судного дня.

Программа ожидаемая: Иран, Китай, Корея, Индия, Латинская Америка, Россия, Россия, Россия, Россия… И если наши товарищи из дружественных стран лишний раз доказывают, что не европейским кино единым будет сыт разноцветный прихожанин кинотеатров многополярного мира, то что в данном случае утверждаем мы, пока не очень понятно.

Моё счастье, что я делаю обзор документальной программы и могу оставить львиную долю скепсиса, например, критикам программы “Русские премьеры”. Тем более что в документальном кино Россия очевидно показывает себя не с худшей стороны.

Итак. Международная обстановка сделала то, чего долгие годы не удавалось отборщикам фестиваля: внеконкурсная программа лауреатов лучших документальных смотров "Свободная мысль", имеющая свою отдельную преданную аудиторию, оказалась беднее конкурсной. Нет, не слабее, но уж точно она была менее разнообразной и менее посещаемой. Очевидно, часть аудитории тоже покинула фестиваль либо окончательно запуталась в датах его проведения.

Конкурс же был и интересным, и в целом качественным. Хотя местами казался неигровой версией программы "Русский след", в том смысле что в конкурсе было аж шесть (!) русских и «отчасти» русских документальных фильмов. Не знаю, по задумке ли организаторов или просто такая картина получилась по итогам предварительного отбора, но одной из главных тем документальной программы оказалась война. А если точнее, социально-политические конфликты. Хотя военные фильмы, как и сами войны, неизменно сопровождают нас на протяжении последнего столетия, и, возможно, этот год просто обострил их восприятие. Но всё же кажется, что их получилось немного больше, чем обычно.

Два иранских документальных фильма о войне в Сирии: мощнейшие "18 тысяч футов" (мой безусловный фаворит в конкурсе) и участник “Свободной мысли” – “Дождь и пули”.

"18 тысяч футов" – фильм о многолетней блокаде боевиками "Ан-Нусры"* сирийского города Фуа. Чтобы примерно понимать эффект от картины, представьте, что жители блокадного Ленинграда могли бы снимать свой быт на протяжении всех 900 дней. Только вместо русской зимы тут голая пустыня. И единственный способ передать умирающим в заблокированном городе еду, топливо и боеприпасы – сбрасывать их с высоты не ниже 18 000 футов, где самолёты недосягаемы для орудий боевиков. В центре повествования – история главного героя Ахмета, который каждый день помогает городу, где осталась половина его семьи. И хронику блокады мы видим через семейную хронику героя. Самый страшный момент в фильме – не просто страшный, абсолютно чудовищный, – когда выезжающим из города детям после трёх лет голода террористы выкатывают заминированный грузовик с чипсами. Вот где ад. Фильм – действительно большая профессиональная работа и важное документальное свидетельство о сирийской войне. Хоть и веры документальным свидетельствам такого рода с каждым днём все меньше: военная хроника неизбежно льёт воду на мельницу пропаганды. Но если весь мир игнорирует детей Фуа, то, значит, хотя бы здесь российские площадки могут что-то сделать.

Фильм "Дождь и пули" уже больше про кино, чем про конкретную войну в конкретном месте и времени. Режиссёр раздает камеры трём солдатам и на час делает зрителя полноценным участником боёв, в дождь ползущим под пулями, переживающим ранение, ожидающим смерти и радующимся пришедшей подмоге. Такой ультрареалистичный «шутер»…

Не могло не быть российского фильма о Донбассе – ещё одной теме, которую можно обсуждать только в этой части мира. Повестка дня требует, но главный вопрос в том, хороший фильм или плохой. "Квартет" – хороший. Тем лучше, что он студенческий (комплименты и режиссёру, и его мастерам). Тем сложнее, что фильм не просто о Донбассе, а о детях Донбасса, которые, к сожалению, порой становятся общим местом пропаганды и на которых наконец можно посмотреть вблизи, гораздо ближе, чем на плакатах у литовского посольства.

Донецк. Скрипичный квартет детей – три девочки и один мальчик – под руководством преподавателя готовится к своему последнему выступлению в Москве таким составом. Уже почти подростки, «уже не дети, но ещё не люди», под аккомпанемент постоянных обстрелов пытаются нащупать, куда им двигаться дальше: продолжать многолетние занятия музыкой или посвятить свою жизнь чему-то ещё, оставаться в непризнанной республике (фильм снимался в 2021 году) или уезжать. Здесь есть замечательный портрет преподавателя-идеалиста, глядя на которую даже начинаешь верить, что усилия человека по насаждению добра в этом мире чего-то стоят. Здесь есть множество живых моментов, в частности извечных мучений маленьких музыкантов в борьбе со своими инструментами и с самими собой. Здесь есть, наконец, хороший портрет детей в самом начале жизненного перелома. Портрет, который действительно чем-то неуловимо отличается от портретов детей, на домах которых нет надписи "Бомбоубежище".

двойной клик - редактировать изображение

Ещё один фильм о жертвах войны – корейский фильм "206: раскопки". Тоже важное, на этот раз для самих корейцев, социальное высказывание, в центре которого – раскопки мест массовых расстрелов времён Корейской войны. В картине, кстати, здорово поработали со звуком. Разговор о смерти, несправедливой, страшной и никем не обсуждаемой, практически полностью сделан на интершумах, если музыка где-то и звучит, то только в нескольких акцентных сценах. Авторы фильма прекрасно понимают, что действительно серьёзные разговоры требуют тишины.

Фильм о протестах в Гонконге – "Расёмон Гонконг". Антиколониальная "Эами" – о жертвах народа айорео в бессильной борьбе с белыми поселенцами. Тема Второй мировой войны отголосками звучит и в "Рок-баритоне", и занимает важное место в "Голубоглазом японце" – документальном байопике о русской легенде японского бейсбола Викторе Старухине, таком классическом зрительском фильме, вполне достойном шорт-листа "Оскара", с совершенно фантастической сюжетной линией.

А если полирнуть всё это фильмами о стихийных бедствиях – "Белой ночью" о жертвах извержения вулкана в Мексике и сокрушительной "Природой" Артавазда Пелешяна, совсем не потерявшего форму на девятом десятке, о неподвластной человеку силе стихий в целом, ну и поставить вишенкой на торте "Святой архипелаг" с его апокалиптическим пафосом, то мы получим полную оптимизма и жизнерадостности картину мира, который летит в чёрную дыру под зычный смех весёлого Джастаса.

Собственно, Джастас – герой российского фильма "Земля больших возможностей", практически единственного фильма в программе, далёкого от острых социальных конфликтов. Честно говоря, казалось, что снять что-то интересное про фермера Джастаса Уолкера – переселенца из США в Россию и популярного героя интернет-мемов – к 2022 году будет нереально, да и подобные названия уже скрипят на зубах. Но нет, хороший фильм с внятной историей о человеке, который на пустом месте возделывает свой сад, и конфликте менталитетов на пути к этому саду.

Достаточно мирным кажется и фильм "Кого люблю" – тоже российская студенческая работа, на этот раз уроженки Финляндии. Вроде бы второе комедийное кино в программе, но одно описание происходящего на экране придаёт фильму вкупе с его названием, взятым из заглавной песни, привкус неизбывной тоски. Финляндия, XXI век. Двое рабочих из Украины и Литвы восстанавливают финну дом, построенный ещё при Российской империи, ведя между собой разговоры на русском языке обо всём на свете… Все идут в баню, потом плачут, занавес.

А где же, спросите вы, ковчег, на котором можно спастись в бушующем море бесконечных войн и бедствий? Где отдохнуть душою всем нам, странникам в этом мире? «Правильно, – отвечает Сергей Дебижев, – на Соловках». «А что же нам делать?» – «Молиться, конечно (не забывая поглядывать на часы Судного дня)». И мы с ним совершенно солидарны, если говорить об эсхатологически-религиозной стороне вопроса. Только вот кино и его качество тут, к сожалению, ни при чём.

двойной клик - редактировать изображение

Победителем 44-го ММКФ стал фильм Сергея Дебижева "Святой архипелаг". И надо бы без иронии объяснить, что с этой победой не так. Ещё раз подчеркнём, что дело не в тематике фильма: его тема благодатная во всех смыслах, дело в том, как он сделан, а точнее, не сделан. Само описание картины укладывается в пару строчек, которые практически полностью отражают суть проблемы. "Святой архипелаг" – это клип, состоящий в основном из пейзажей Соловков, на музыку Вячеслава Бутусова, перемежающийся цитатами из Священного Писания, прочитанными закадровым голосом, и короткими фрагментами интервью монахов о монашестве и погибающем мире. Всё. Раньше это называлось «видовой фильм».

Музыка не прекращается ни на минуту, нет ни одного живого куска на интершуме Соловков, ни одного непостановочного разговора, вообще атмосферы монастыря, где мы просто посидели бы в тишине и подумали бы о вечном – нет. Всё забито музыкой. Притом что она не то чтобы плохая (Вячеслав Геннадьевич, не столько к вам претензия), её просто катастрофически много. Не мне рассказывать, как важен воздух в кино, а в документальном кино особенно.

В фильме отсутствует драматургия. Нет ни явной, ни каких-либо «подводных течений» – просто ничего. Хотя монастырь – то место, где невидимо ведётся постоянная борьба, и пространства для драматургии тут хоть отбавляй. А задача режиссёра и оператора – эту невидимую на первый взгляд борьбу сделать для зрителя видимой. На то это и фильм – визуальное произведение. Но нет, мы поговорим в закадровом тексте о борьбе абстрактно, даже не расскажем каких-то личных историй, а в кадре будем пасторально кормить чаек и синичек, мирно косить сено, печь просфорки, плавать на лодочке и гулять на природе. Тишь да гладь да Божья благодать. Хотя в самом ежедневном монашеском труде можно было найти столько визуального материала…

Бесконечные пейзажи с коптера и таймлапсы Соловков. По ощущениям, они составляют примерно 50 процентов фильма. Да, качественные съёмки, да, эффектные. Ну и что? Они бессодержательные. Это самое очевидное, что можно было наснимать, и снять это мог любой более-менее профессиональный видеограф, приехавший на Соловки в сезон, в хорошую погоду. Содержательный пейзаж – это вообще большая редкость, поэтому ими стараются не злоупотреблять. Не случайно преподаватели фотографии просят учеников «не снимать красивое», потому что передать красоту неповерхностно – очень сложно. Получается просто, простите, видеофиксация.

За молитвенный труд тут отвечают постановочно посаженные за ночную молитву монахи и немного заснятых богослужений. Причём крупных портретов на этих богослужениях тоже нет. Есть сцена пострига. Да, это хорошо, что она есть, её мало кто видел. Но опять же, где портреты людей, принимающих постриг? Что отражается на лице человека, который в этот момент полностью отказывается от себя вплоть до изменения имени?

В зале, полном восторженных зрителей, раздавались поздравления с тем, что впервые в истории кино сняли сцену пострига. Во-первых, мало чего не сняли за столетие существования кино. А во-вторых, недавно вышел прекрасный фильм "Где ты, Адам?" о монастыре Дохиар на Афоне. Там есть замечательно снятая сцена пострига и вообще всё, чего нет в фильме "Святой архипелаг", да и всё, что в нём есть, в "Адаме" тоже имеется, кроме Соловков, конечно. Настоятельно рекомендуется к просмотру всей съёмочной группе и зрителям для сравнения.

А ещё есть лось, утки, чайки, белухи и сцены покоса ламинарии. Тоже то, что снял бы любой человек, который первый раз видит Соловки и северную природу. Режиссёр с удивлением рассказывает в 2022 году о невероятном опыте использования камеры GoPro на съёмках. Серьёзно? «Гоупро» и коптеры успели уже набить оскомину за последнее десятилетие, их только ленивый не использовал. И вот ещё один фильм, рекомендуемый к просмотру, – "Собиратели морской травы" Марии Мурашовой об артели собирателей ламинарии на Соловках. Там уже были подводные съёмки покоса «морской капусты», хотя этот фильм начал сниматься как раз лет десять назад.

И да, есть эсхатологический пафос, к которому в последнее время мы все действительно стали восприимчивее, и одна сцена, которая немного будит заворожённых пейзажами зрителей столкновением кадров мегаполиса и безмятежного архипелага, давая нам понять, куда мы все катимся.

На самом деле "Святой архипелаг" – это не то чтобы прям плохо. Это эффектно. В конце концов, режиссёр прав: все три показа прошли при аншлагах. Любит народ наш смотреть на соловецкие пейзажи, невиданных зверей и слушать Слово Божие. И это, наверное, хорошо. Только, ещё раз, кино здесь ни при чём. Всё это делают сами Соловки, сама, если угодно, благодать этого места.

"Святой архипелаг" похож на работу возрастного ученика киношколы, который ещё не научился до конца пользоваться выразительными средствами кино. Но мы-то на международном кинофестивале, самом престижном в стране и одном из крупнейших в мире, и призы здесь выдаются не за тему, а за то, как сделано кино, за мастерство и профессионализм. И если видовое кино средней руки получает высшую награду, то тогда не очень понятно, зачем сто лет развивался киноязык, зачем старались и местами даже рисковали жизнью остальные участники конкурса, зачем нам обучение в киношколах, если можно просто выбрать богоугодную тему, наснимать пейзажей и подложить музыку.

Я надеюсь, что если кто-то из съёмочной группы прочтёт отзыв, то не воспримет его как личное оскорбление. Мы всё-таки за хорошее кино, и надо было обо всём об этом обязательно сказать. Потому что поток восторженных отзывов средним картинам очень снижает планку кино в целом и требования режиссёров к самим себе. Давайте снимать кино про добро, свет и Церковь, как призывает Дебижев, — пожалуйста, только пусть кино при этом будет хорошим.

Что ж, будем ждать следующего фестиваля в стремительно меняющемся мире. И всё-таки, неужели нельзя человечеству взять и научиться на своих ошибках? Как сказал один мой друг, нет ни одного человека, который научился бы совсем не повторять собственных ошибок, чего уж тогда говорить о человечестве.

Загл. фото. Кадр из фильма "18 тысяч футов"

* Запрещённая в РФ террористическая организация

23 ноября 2022
Cообщество
«Салон»
1
Cообщество
«Салон»
3
Cообщество
«Салон»
1
Комментарии Написать свой комментарий
16 сентября 2022 в 13:55

Ну что же,не имея возможности все посмотреть, доверимся Анне Амелиной. Хорошо!
Что же касается просмотров чего-то при анншлагах или при отсутствии оных - это ведь не показатель для нас,людей.
Мы, люди,живем во времени. Посмотрим,оценим,отреагируем, когда- нибудь на что- нибудь как-нибудь).
Тогда и аншлаги будут ...научные).

16 сентября 2022 в 13:57

Ведь культура - это же наука?
Кто скажет,что это не так?

1.0x