Постоянным читателям газеты "Завтра" наверняка запомнились окопные дневники пулемётчика с позывным "Шеф", который после мобилизации осенью 2022-го вот уже четыре года самоотверженно воюет на Запорожском направлении СВО. Со времени его публикаций прошёл солидный срок. Я не терял с ним связи, но на протяжении почти полугода "Шефу" было не до дневников. Он получил серьёзное ранение и контузию, лечился в госпитале. Затем четыре месяца воевал в запорожской степи под ударами бандеровских дронов. И вот наконец смог написать о некоторых моментах своей службы. В его записках нет ни фальши, ни ложного пафоса, ни пораженческого отчаяния. А есть настоящий мужской взгляд на современную войну и своих боевых товарищей.
Сергей Тютюнник, полковник в отставке, участник 8 локальных войн
***
От Пекина до Болливуда
После ранения меня подлечили. Ну, как подлечили — ранения зажили, а вот левый глаз стал хуже видеть.
Свозили нас на полигон. В отпуск не отпустили. Всё, говорят: надо заходить на Сеул (это кодовое название одного из наблюдательных пунктов в запорожской степи). Я в отказ: прошу сначала вылечить мне глаз или хотя бы дать возможность заказать очки.
Сперва начальство (повыше нашего окопного) подумало, что я гашусь (отлыниваю по болезни). Но выяснили — нет, всё официально: справка от военного офтальмолога есть.
— А почему раньше не сказал? — упрекнули.
— Я ротному и взводному говорил…
Ротный и сам уже "трёхсотый", а взводный в длительной командировке. В общем, информация наверх не ушла. В конце концов, разобрались. Очки сделали. Пора и на Сеул идти. Привезли на инструктаж в населённый пункт.
— А напарник будет? — спрашиваю.
— Ищем, скоро найдём. Много очень "трёхсотых" до этого было. Плюс у некоторых парней освобождение от службы ещё не закончилось…
Нашли наконец напарника. Он офицер, за четыре года вырос из обычного мобилизованного солдата. Позывной "Татар". Первый раз идёт на Сеул. Поэтому ушёл налаживать взаимодействие с союзниками на месте.
А я получаю инструктаж. Тоже от офицера. Надо, мол, дойти до Сеула, там встретить "Золотого" (командира соседней роты) и сесть на наблюдательный пост ("нора" на нашем жаргоне), который укажет "Золотой". Наладить связь и дальше — по ситуации. Короче, главное — быть всегда на связи.
— Да ладно, "Шеф". Нормально всё будет. Даже "Батя" дошёл.
— Чё ты мне рассказываешь! — отвечаю. — Я что, в первый раз туда иду? Или продукты пацанам не носил на Сеул? Весь поход только на личной удаче и держится. Спалят тебя "глазки" (дроны-разведчики) или нет? Прилетят "камики" или мимо пройдут?..
Короче, только разозлил меня этот офицер — на Сеуле не был, а сказки рассказывает. Шёл бы лучше новым контрактникам на уши лапшу вешать.
В общем, поехали мы до Пекина (ещё одно кодовое название наблюдательного пункта). Добрались хорошо — даже не выскакивали из машины ни разу из-за "грязного" неба. Переночевали там, а с утра выдвинулись.
Когда я ходил зимой и весной по этому пути, было так: восемь километров идёшь, и промежуточных точек нет. А в этот раз, слава богу, организовали две промежуточные точки — Болливуд и Сахара. Сахара ближе к Пекину. Богатая лесополоса. Шли по Сахаре — трава такая, что даже меня почти с головой скрывала (а у меня рост под метр девяносто). А когда по траншее идёшь — вообще себя в безопасности чувствуешь.
Эти промежуточные точки ещё нужны как мониторинг неба — ребята предупреждают, когда что-нибудь летит. И больше времени есть на передых.
До Сахары дошли, а там крайняя точка интернета. Поэтому "птичники" союзников оттуда работают. А ещё в тот момент там "Султан" из медицинского взвода сидел.
Мы с "Татаром" дошли, и я вдруг чувствую — что-то мне хреново. "Султан" померил моё давление. А у меня 200 на 100! Что делать? "Султан" спрашивает: таблетки от давления взял? Я отвечаю: нет, никогда с давлением проблем не было.
— Теперь есть. Контузии даром не проходят.
Мне спустя время полегчало, и мы с "Татаром" пошли дальше, пока в небе тихо. Только дошли до Болливуда и заскочили в нору, как начались прилёты. Пришлось задержаться. Да и "Романтик" на Болливуде сидит. Старый знакомец из гранатомётного взвода — в Сладкой балке рядом жили.
Мы остановились у него с "Татаром" на пару дней. На точке были и запасные норки. Их нашему батальону оставили союзники. А сами союзники откатились в тыл.
"Романтик" на эту точку заходил с парнем, у которого позывной "Чечен". Он, к сожалению, погиб после атаки FPV-дрона. А "Романтик" выжил — успел затаиться в кустах. Потом "Романтик" подтянул напарника поближе к норам и упаковал в мешок, то есть подготовил к эвакуации.
Когда "Романтик" вылезал из норки, чтобы следить за небом, то с "Чеченом" разговаривал. Особенно часто, когда один в норе сидел. Позже к нему наши миномётчики присоединились и у него жили, пока копали себе собственную нору. Но "Романтик" продолжал общаться с мёртвым приятелем. Я эти разговоры услышал и увидел. Говорю "Романтику":
— Заканчивай этот базар!
— Да всё нормально, — отвечает.
— Какой нормально! У тебя уже крыша едет.
— Ну, не поехала же ещё.
— Слушай, — говорю, — ты мне в Сладкой балке доверял свою задницу, чтобы я уколы ставил, когда ты болел. А твои парни из взвода уколов тебе не делали. Значит, на мне немножко ответственность за твоё здоровье, в том числе душевное.
Вроде внял мне "Романтик", перестал говорить с мёртвым "Чеченом".
А вообще он молодец, хозяйственный мужик. Пока сидел на Сахаре четыре месяца, выкопал в глубине ещё одну комнату и запасной выход. Благо у него было место, куда землю выкинуть, чтобы с неба не увидели. И вообще, через него за эти четыре месяца вся движуха батальона проходила. Кто заходит или выходит — все через него. И останавливаются часто переночевать, если "погоды" нет (частые полёты дронов). Такелаж из Пекина приходит — рюкзаки у "Романтика" оставляют. Все знают, что он всё добро разделит так, как ему ротный скажет. Мы из Сеула придём — посылки уже готовы — только успевай разносить по норкам. Как говорится, хозяйство вести — не штанами трясти.
В общем, разместились мы с "Татаром" у "Романтика". Первая ночь. Слышим, кто-то у норки трётся. А там вход, который изначально был раздолбан дронами и заложен мешками. А запасной очень хорошо замаскирован, если не знаешь — ни за что не найдёшь, особенно ночью. А они у первого входа трутся.
— Кто там в гости пришёл? Хорош тереться! Спалите нору!
— Пацаны, пустите! Такой-то полк.
— Залезайте! Только автоматы перед собой и стволами в землю, а то вдруг вы ДРГ.
— Можем только ножи сдать, мы эвакуация. За "трёхсотым" идём.
— Ружей тоже нет?
— Нет.
— Интересные вы ребята. Залезайте. Только мы вас под стволами подержим, пока начальство не подтвердит, кто вы такие.
— Конечно, мы без обид…
Разобрались. Да, свои — союзники. Десантники, наверное. Поэтому такие безбашенные — без стволов. Недавно с другого направления подъехали. В лесу воевали. В полном афиге от наших степей и лесополос.
— Парни, сколько воюем? — спрашиваем мы.
— Два года. А вы?
— Почти четыре. Мы мобики.
— А у нас мобилизованных берегут, — удивились гости, — вперёд не посылают.
— А у нас вот так…
Спать было тесно. Вповалку легли, с подогнутыми ногами. Ведь норка рассчитана на троих, максимум на четверых. А нас семь человек. Я, "Татар", "Романтик", два миномётчика и пара гостей.
Гости утром ушли. А мы с "Татаром" — через сутки. За нами парни из Сеула пришли. "Чечена" вытащили.
Миномётчики отрыли себе нору недалеко и миномёт свой замаскировали. И боекомплект, и питание.
"Романтик" на три дня раньше меня откатился с Сахары в тыл. Его FPV-дрон накрыл. Вроде не сильно задело, и вовремя оказался в лазарете. На "большую землю" его не повезли. Надеюсь, командование пробьёт ему медаль. Он молодец.
С "Трактором" на Авроре
Дошли мы с "Татаром" до "Золотого" (командир соседней роты).
— "Татар" пока у меня останется, а ты с "Батей" должен на такой-то точке сидеть, — сказал мне "Золотой". — Но она мёртвая — разворочена дронами. Поэтому пока пусть "Трактор" тебя к себе заберёт. Это недалеко.
Вскоре пришёл "Трактор" и забрал меня.
Вообще-то, я считаю "Трактора" легендой нашего полка. Если можно сказать, что у меня на СВО насыщенная жизнь, то у него просто космос какой-то. Когда я в Мирном (наблюдательный пункт) в лисьей норе один жил, то "Трактор" в это время штурмовать ходил, помогал союзникам. Не получилось, правда, у бандерлогов позицию забрать. Зато он пулемёт вынес, который союзники впопыхах бросили. Жалко, что этот пулемёт "Баба Яга" потом на пазлы разнесла. Но вынес же.
Думаю, "Трактор" везде устроится и ещё оружия раздобудет. Вот, помнится, однажды парни с такелажки (база снабжения) генераторы заносили и пыхтели от тяжести груза. А "Трактор" им по рации говорит:
— Мне не надо. Я уже трофейный нашёл в коробке — хороший, американский.
"Трактор" на Сеул зашёл ещё в феврале. Так его в пяти норках дроны пытались вскрыть. А в шестой вообще "Баба Яга" закопала. Сутки выкапывался… Потом, в мае, его вывели. Обещали отпуск. Ну, он и загулял на радостях. И, конечно, спалился. Командиры сказали: плохо себя ведёшь. И вместо отпуска — на полигон на две недели, а затем — обратно на Сеул.
"Трактор" раньше меня на две недели туда зашёл. А вывели его уже вместе со мной. У него даже прозвище появилось — "Председатель Сеула". Парни начали спрашивать его по рации: когда, мол, прописку будешь оформлять на проживание в Сеуле?..
Приходим мы с ним на Аврору (кодовое название пункта), где "Трактор" в то время жил, а там хоромы — не подвал даже, а цокольный этаж! Размером 5 на 5 метров. Четыре спальных места. Кровать двуспальная из сетки-рабицы. И подушки от дивана. Есть столик, кастрюля — еду готовить. А ещё труба от печки плюс вытяжка. Короче, две вытяжных трубы (эта вытяжка нас потом спасла).
Дом сверху разрушен под ноль. Но рядом есть маленькие сарайчики, и на них даже крыша сохранилась немного. Это важно, потому что позволило там туалет оборудовать…
Короче, "Трактор", как обычно, устроился с комфортом. А ещё на Авроре "Тунгус" и "Батя" в тот момент находились.
Первый вопрос мне от "Трактора" был: что я с собой принёс? Я ответил.
— Сигареты и еду — в общак, — сказал "Трактор". — Запомни: едим один раз в день. Завтра сбегаем к колодцу, чтобы ты знал, где это. Да и воды на запас надо набрать.
К слову, про еду и обеспечение. В начале "сидения" было так. Где-то раз в две недели выпадает очередь бежать за едой к "Романтику" на Болливуд. Там забираешь мешок объёмом литров сто. В нём еда, сигареты, влажные салфетки, сухое горючее или газовые баллончики. В руках — пятилитровка с бензином. Плюс прибегаешь к "Золотому" и забираешь пайку на свою норку. После этого уходишь к себе. Всё, ты молодец.
А ещё в тылу парни купили автоклав и готовят каши с тушёнкой в пакетах и в дегидраторе сушат мясо со специями.
Вечером, часов в шесть, приём пищи. Кастрюля литра на три: бросаем в неё сухое мясо или тушёнку, каши и заливаем водой. Кипятим. Если пустовато — можно добавить сухого пюре или ещё чего, что есть под рукой. И всё это съедается на четверых с галетами или сухарями (если они имеются). Утром — чай с батончиком шоколадным (армия стала такие выдавать), один напополам. Если есть "сникерс", то вообще завтрак — царский.
Так как есть вода, то супы сухие из гуманитарки (мама у меня такие сушит) тоже отлично уходят. Вода в центральном колодце нормальная, пить можно. Если бы на Сеуле не было колодцев, была бы совсем беда, такелаж нас напоить бы точно не смог.
А вообще, меньше ешь — реже в туалет ходишь. Во-первых, всё надо экономить. Во-вторых, любое выползание из норки — это риск спалиться. А если спалился — жди крылатых гостей, в том числе старую "Бабу Ягу" к ночи.
В общем, расположился я у ребят, можно сказать, с комфортом. И неделю прожили спокойно.
Под ударом
Прошла неделя, как я на Авроре. И вот однажды утром уходит очередной такелаж до "Романтика". Забрали продукты и стали возвращаться. Но, видимо, спалились птичке-разведчику. Сначала такелажников вражеские камикадзе искали, но не нашли — те заскочили в нору к "Золотому". Однако "глаза" с неба увидели, где эта нора. Прошло 30 минут, и началось. Отрабатывали дроны прямо по входу.
А я напомню, что пункт, где "Золотой" сидел, совсем недалеко от Авроры.
Парни стали закладываться мешками с землёй. И хотя дронов отработало штук восемь, мужики остались целы. Но ясно было, что эту нору надо покидать — по любому ночью "Баба Яга" прилетит, сбросит противотанковую мину (ТМ), а потом зажигалку, и всех похоронит.
Дождались вечерних сумерек и выскочили. "Шепа" к нам на Аврору побежал, решил пока к себе на такелаж не возвращаться. Остальные — по другим норкам. Но по ходу движения двоих из группы такелажников ранило (камикадзе). Один парень — легко, а второй — потяжелее: в лёгкое ему осколок попал.
На этом, казалось, всё и успокоилось. Но зажигалка в ту нору "Золотого" всё-таки прилетела и всё имущество, а главное — еду, сожгла. У нас-то еда ещё есть, которую я занёс, а вот у остальных мало запасов.
Проходит два дня. Выходят по рации на "Трактора": надо, дескать, сходить к "Романтику" — доставить еду и завести Ковальского (командира медвзвода нашего батальона), чтобы он парней подлечил. Особенно того, у которого, возможно, в лёгком осколок.
Утром "Трактор" уходит, а я бегу в бывшую нору к "Золотому" — вдруг там что-то целое осталось… Увы, нет — один пепел.
"Трактор" с напарником дошли нормально, но летало над ними сильно. Поэтому решили Ковальского заводить на следующее утро. А утром я говорю:
— "Батя", надо бежать за водой, пока тихо. А то скоро усохнем.
Час его уговаривал. Он не хотел. Но всё же сбегали. Принесли литров 30. Всю тару, что была, заполнили.
Пока мы бегали, "Трактор" с напарником и медиком пытались вернуться. Попали под три дрона. Ковальского убило (Царство ему небесное!). Отличный мужик был. Парни потом рассказывали, что перед смертью очень пить хотел. Надеюсь, у него на могиле всегда вода будет стоять… Потом его тело такелажники вытащили. Это недалеко от "Романтика" случилось.
"Трактор" получил лёгкое ранение. Его даже в тыл не откатили. Осколок он плоскогубцами выдернул из ноги.
— А чё? Он мешает носки надевать, — объяснил своё самолечение.
"Трактор" с напарником ещё на один день к "Романтику" вернулись…
Вроде, все успокоились. Но не угадали.
Время обеденное. На небе ни облачка, видимость идеальная. И тут решили союзники сдуру пройти в полный рост мимо нашей норки. Спалились, конечно. FPV прилетело много. Один из союзников решил в сарайчике спрятаться, где наш туалет. Сарай, конечно, дроны разобрали. Пять "двухсотых" вокруг нашей норы потом лежало.
Парни потом говорили, что когда я на откат в тыл пошёл, "двухсотых" союзников начали потихоньку вытаскивать.
У бандерлогов, кроме множества подлостей, есть ещё одна мерзкая привычка: пацанов наших, вроде, уже "задвухсотили", никто не шевелится — так нет же, надо ещё "птичку" прислать с зажигательной смесью и сжечь ребят.
Вот и сейчас: либо она не долетела до мёртвых союзников, либо пацанов стали разбирать, либо нас вычислили… В общем, спалил зажигательный дрон вход в нашу нору. Зажигалка прилетела прямо во вход. Всё пыхнуло — маскировка, деревянные перекрытия, которые от крыши остались… Благо мы недавно начали второй выход копать. Мешки с землёй были. Но не много. Потому что самих мешков мало занесли.
Я попытался пожар потушить водой. Какой там! Только полтора литра зря потратил и надышался дыма. Достали мы какие-то чистые вещи, намочили, замотали лица. Дым прямо к нам в подвал валил. Я на мокрую маску трусы пожертвовал. Классные были, модные, и дым хорошо задерживали.
Не мешкая, мы заложили вход всем, что под рукой было. Мешки, какая-то тара, самогонный аппарат (наследство от хозяев дома), фляга с испорченным зерном. А сверху — кровать из сетки-рабицы. И земли, земли побольше накидали. И быстро стали копать второй выход.
Я никогда в дыму не копал на скорость. Это непередаваемые ощущения. Благо земля мягкая, не как в Мирном. Я после ударного труда первые полчаса вообще влёжку лежал. Надышался дыма. Но со временем отошёл. Вот тогда нас вытяжка спасла. Немного покопаешь, затем в вытяжку дышишь, чтобы не отравиться…
До вечера вырыли туннель. Метра три. Голова болела. Дым до вечера выветрился. Вокруг норы всё, что могло гореть, сгорело. Руки уже не гнулись.
Подумали: если "Баба Яга" прилетит — в туннель залезем.
Как же нам фортануло, что и вода есть, и немного еды, и главное — вытяжка. Правда, связи с командованием нет. Только пацаны по ротной волне слышат нас. И то слава богу…
— "Шеф", "Тунгус", "Батя", "Шепа"! 1012 (это значит — как дела?)
— 1113 (всё нормально). Вход заложили, второй выход копаем.
— Может, нам сверху навстречу вам копать?
— Нет. Дроны вокруг всё "разобрали". Только начнёте копать — спалитесь. Вода, еда, а главное — воздух есть. Сами выкопаемся потихоньку.
Ночью "старая" не прилетела. Продолжаем работать. "Трактор" вернулся, ещё и еды принёс. Но пока на соседней точке осел.
Вечером второго дня туннель был уже семь метров. Теперь копаем выход наверх. И наконец вышли на поверхность. В разрушенный сарай попали, да ещё какое-то железо сверху. Стали направо копать на полметра. Упёрлись в деревянный пол. Ладно, где-то он подгнил, где-то сверху подгорел. Смогли одну доску выломать. К тому же была ножовка. "Трактор" как настоящий хозяин где-то подобрал. И мы выпилили дыру. "Трактор" сможет залезть. Очень удачный лаз получился.
Около остатков стены сарая новый выход оказался. А вокруг — кирпичи силикатные от этого сарая. Мы нашли решётку, сверху пакет чёрный положили, а потом кирпичи. Маскировка лучше некуда. Я сам поначалу этот вход терял, когда бегал за водой или едой. Вроде в двух шагах стоишь, а вход не видишь.
Утром прибежал "Трактор", принёс еды. Выгнал "Шепу", потому что спать в подвале пятерым — никак. Да и напарник у него ("Снайпер") уже шесть дней голодный и в одиночку в норе сидел. Хотя у "Шепы" целые сутки были между тем, как точку "Золотого" атаковали, а затем нас подожгли. Можно было добежать. Пайку-то свою он успел выдернуть. А про напарника как бы забыл.
Следующее утро: продолжаем копать ещё один туннель и запасной выход. Благо "Трактор" мешки принёс, куда землю паковать, да и место для них ещё в подвале есть.
И тут бандерлоги решили проверить, как у нас дела. Бам — первый FPV в заложенный вход. Бам — второй… Мы уже все в туннеле сидим. Один мешок выпал.
Мне так думается, что "глазки" противника посмотрели на результат прилётов и увидели, что мешка нет, а дальше — земля без всего. При этом на земле сверху кровать с сеткой-рабицей лежит. Видимо, враг решил, что наша точка уничтожена: потолок рухнул, и всё, что было в доме, уже внутри подвала. Я очень понадеялся, что у противника на картах наш подвал уже отметили как разрушенный.
Это были последние огневые воздействия на Аврору.
Не формат
Через два дня выходят на нас по рации:
— "Шеф", твоя очередь бежать к "Романтику" за едой, завтра в наше время. Место встречи с напарником там-то.
— Понял, — отвечаю. — Принял.
Настало наше время. Выдвигаюсь. Точнее, пытаюсь выдвинуться. Но, как в мультфильме про Винни-Пуха, я застрял. И диалог с "Батей" такой же:
— Ты что, застрял?
— Просто выход слишком узким сделали.
— Просто кто-то слишком много жрал, пока не зашёл на Сеул. "Трактор" — тот в дырку запросто проскочил.
— Ну, да! "Трактор" ровно в два раза меньше меня, — и объясняю в рацию:
— "Золотой", у нас отмена. Я застрял.
— Понял. Худеть надо!
Кстати, находясь на Сеуле, я знатно похудел. Но вход всё равно пришлось расширять: очередь за едой никто не отменял.
Кормильцы
Нас, вроде, перестали кошмарить дроны. Поэтому мы уже в спокойном темпе докапываем второй выход из нашего подземелья. И решили подстричься. У "Тунгуса" как раз машинка «Малютка» была с собой. Ну, и конечно, именно на мне машинка ломается и перестает стричь.
Парни у колодца долго ржали, когда меня увидели – полуобстриженного. Достригали уже ножницами, которые из аптечки. Так я и стал «красавцем».
Тут начинается счастье - к нам начинают прилетать «птички» с едой. Как происходит этот процесс? Накануне, за день, выходишь по рации и заказываешь, что в норку надо. Стандартный заказ такой: готовые каши, сухие супы, сладкое, чай или кофе, сухое мясо (то, которое армия выдает, сушат в дегидраторе и упаковывают в вакуум), колбаса, сухари или сушки, влажные салфетки, сухое горючее, сигареты.
Можно ещё заказать что-нибудь техническое, например, батарейки. Кроме того, батарейку на рацию заряженную (она, правда, очень редко в запасе есть у такелажников). А ещё пустую пластиковую канистру на 5 литров (за водой бегать). Плюс сахарозаменитель вместо сахара - он гораздо легче для транспортировки.
Даже с вещами посылки прилетали: носки, трусы, нательное бельё теплое, медикаменты...
«Птица» к тем, кого кормят такелажники, прилетает не каждый день, а раз в три-четыре дня (в порядке очереди). Есть точки, куда каждый день прилетает посылка. Это куда ногами ходить - слишком большой риск (у меня следующая нора такая была). А ещё бывают пункты, где нет воды в доступной близости. Туда по две «птицы» в день прилетело - с едой и водой.
Часто полётам мешала нелётная погода - дождь или туман. Бывало и так, что «птицы» терялись: пропадало видео у операторов, или бандерлоги очень точно попадали по нашим БпЛА – снайперы, блин.
Сбрасывают нам парни посылки метров с 30 или 40. Если опускаться ниже, то точно «птицу» потеряешь. Поэтому посылки упаковывают в стрейч-пленку и скотч. Но всё равно многое разбивается (то, что может биться).
Штабу батальона или полка нужно сказать спасибо за два дела (за те четыре месяца, что мы находились на Авроре). Во-первых, они наладили доставку еды по воздуху (хотя и не всегда ритмично), и угроза подступающего голода отпала - мы чуть меньше стали экономить еду.
Кстати, вес посылки - примерно 2,5 кг. Вот и считай сам свой заказ: что именно тебе надо, чтобы вписаться в формат доставки.
Второе, за что мы благодарили начальство – штаб наладил для нас связь с родными. Аудио-сообщение диктуешь по рации, а потом тебе так же (по рации, в записи) отвечают жёны и родители. Правда, весь батальон слышит эти разговоры.
После того, как я выкатился, то есть заменился в тыл, разговаривал с нашими батальонными «птичниками». У них тоже, конечно, адова работа. Сидят они хоть и в тылу, но рядом с Пекином. В блиндажах чуть получше, чем у ребят на Сеуле, но всё равно «не айс». Со Сладкой Балкой не сравнить. Им, нашим кормильцам, за день надо принять заказы, запаковать посылки, слетать, затем зарядить батареи и сразу копать новый, запасной блиндаж. Так как старый уже сгорел - противник постарался.
«Птичников» тоже кошмарят периодически. Плюс у них, кроме такелажной, боевая и разведывательная работа есть. Парни очень устали. «Сон - это для слабаков», - как шутят в армии. Ну, а как без шуток!
- "Озеро" (позывной «птичников»), - звучит по рации заказ с точки. - Мне сегодня - бургер, колы, нагетсы. Икры не надо, вчера наелся…
Мы почти докопали второй выход из подземелья.
Выходит на связь "Золотой".
- "Трактор"! Короче, мы тут порешали: ты и "Тунгус" откатывайтесь чуть назад. Ищите не разбитую нору. Там закрепляйтесь. Будет еще одна промежуточная точка подноса.
- А почему опять «Трактор»?
- Во-первых, ты весь Сеул знаешь, давно тут сидишь. Во-вторых, вас четверо в норе, а должно быть двое. Ну, и в третьих, кто еще кроме тебя? Ты же «председатель Сеула»…
В общем, расстались мы на время с «Трактором». И кастрюлю он свою забрал. Ладно, хоть ковшик железный остался. Стали мы с "Батей" готовить еду в нём.
А «Трактор» молодец - нашёл две норки рядом. Хорошие, глубокие. И колодец недалеко. Как всегда, с умом обустроился. И стали мужики бегать на точку встречи с такелажниками каждые три дня. "Романтику" несут воду из колодца, а обратно - мешки с едой. В общем, поход из Сеула за едой стал примерно вполовину короче. Теперь парни, которые на Сеуле сидят, успевали метнулся туда и обратно без ночёвки у "Романтика". Даже ротный, когда зашел на Сеул, у «Трактора» в норе свой КП сделал. «Трактор» - хозяюшка.
Пулемётчик с позывным «Шеф»,
Запорожское направление СВО
