Сообщество «Китай-Го (中国)» 07:43 8 июня 2022

Макросхема

Помимо стратегической и политической ценности для Китая, островной сепаратист представляет экономическую и военную ценность

В тех странах, где международные прокатчики ещё крутят голливудские фильмы, кинотеатры штурмует новый хит. "Топ Ган: Мэверик" стал продолжением боевика 36-летней давности. Агитационную суть фильма, как и его приквела, не скрывает никто — к производству вполне официально были привлечены «консультанты» из Пентагона, съёмки велись на авианосцах и военных базах, а Том Круз в сюжете храбро сражается со «злодеями на российских истребителях Су-57». Скандал задолго до премьеры вызвал один нюанс. На куртке главного героя в трейлере стыдливо затёрли флаг Китайской республики, рассчитывая, очевидно, на китайский прокат. Со временем стало ясно, что получение прокатного разрешения фильму не светит, так что тайваньский флаг в фильме красуется на своём месте. Учитывая то, какую роль в производстве этого блокбастера сыграл продюсер Дядя Сэм, можно считать содержание столь принципиального момента не меньшим выражением воли Вашингтона, чем слова пресс-секретаря Белого дома.

Китайская республика всё чаще становится темой газетных новостных заголовков. Помимо ключевой важности в истории и самопозиционировании Китая — как и в определении того, что вообще является Китаем — островная республика имеет глобальное значение как главный производитель микроэлектроники. Так, в 2011 году Тайвань стал лидером по производству микросхем, заняв 21% рынка, тем самым обогнав Японию. Сегодня тайваньские компании производят около 65% всех микрочипов в мире, а в ближайшие годы — если верить новости от 23 февраля — намерены довести свою долю до 70%. Помимо этого, несмотря на своё неоднозначное положение на мировой арене, Китайская республика поддерживает одну из самых стабильных экономик Азии, что позволяет тайваньским предприятиям становиться главными инвесторами даже в Китае, Вьетнаме, Таиланде, Индонезии, на Филиппинах и в Малайзии.

Россия также закупала микропроцессы в Тайване и даже использовала заводские мощности тайваньской компании TSMC, контролирующей больше половины мирового рынка, для создания собственных процессоров "Эльбрус". В 2017 году проводились попытки перенести производство в Зеленоград, где также создаются процессоры, но меньшей мощности. Однако российское предприятие не обладало достаточным уровнем технологий для этого перехода. Министерство экономики Тайваня 2 июня запретило поставки в Россию высокотехнологичных товаров, и, разумеется, пока о производстве "Эльбрусов" речи нет. По мнению исполнительного директора Консорциума отечественных разработчиков систем хранения данных РосСХД Олега Изумрудова, решить ситуацию можно только переносом всего производства в Китай, но это займёт несколько лет и приведёт к удорожанию процессоров, которые и так были существенно дороже западных аналогов. Однако этот удар по российской экономике будет не настолько односторонним, как хотелось бы Тайбэю. Так, российское правительство ограничило экспорт инертных газов и, в особенности, неона в недружественные страны, в список которых входит и Тайвань. Неон используется для лазеров, применяемых при производстве микрочипов, а чистый газ из российского неона, занимающего вплоть до трети мирового рынка, производился на украинских заводах, неспособных сейчас обеспечивать растущие потребности покупателей. Это приводит к ситуации, когда у индустрии микроэлектроники запас этих благородных газов остаётся на 4–6 месяцев.

Введение санкций со стороны Китайской республики неудивительно. Помимо очевидной попытки островитян заработать баллы перед лицом союзников, нужно понимать, что отношения России и Тайваня были либо на нейтральном, либо на негативном уровне. Так, в 2005 году, после издания правительством в Пекине закона "О противодействии расколу государства", где уточнялось, что в случае невозможности воссоединения Китая и Тайваня на мирных основаниях будет применена сила, Владимир Путин выразил поддержку Китаю и подтвердил, что Китай и Тайвань должны быть единым государством.

Ещё 12 октября 2021 года глава МИД РФ Сергей Лавров напомнил всем позицию России по поводу тайваньского вопроса, которая заключается в объединении Китая и Тайваня в единое государство. Некоторые иностранные СМИ позиционируют эту информацию как свежую новость, и, скорее всего, хотят её притянуть к нынешним событиям, но позиция России относительно Тайваня закреплена и остаётся неизменной на протяжении десятилетий. Это не принципиальная позиция союзника КНР — в целом международное сообщество в большинстве своём не признаёт Тайвань. Только Гватемала, Парагвай, Гондурас, да ещё Ватикан с несколькими государствами-карликами официально признают Китайскую республику. Остальные же, ведя диалог с Китаем, взаимодействуют именно с Пекином, предпочитая вести с Тайванем дела через различные «Тайбэйские офисы сотрудничества». История длится с начала 1970-х, когда признание КНР Белым домом стоило Китайской республике места в ООН.

Несмотря на то, что Россия — далеко не единственная страна, придерживающаяся подобных взглядов относительно территориальной целостности КНР, правительство в Пекине до сих пор не решалось на открытые военные действия. Тому есть несколько причин. Главная из них — трудность осуществления военной операции в текущих условиях. Мир слишком плохо знает, на что способны китайские армия и флот, поэтому экспертам приходится оперировать официальными данными от пекинского правительства. Согласно этим данным, китайская армия сдюжит боевые действия против гораздо более слабого противника. Но молчание пушек в регионе намекает на то, что Пекин предпочитает действовать наверняка. Либо КНР копит силы, либо дожидается более подходящего момента, либо делает ставку на дипломатию, ведь даже Китайская народная республика всё ещё не отрицает возможности воссоединения на мирных условиях. К примеру, партия "Гоминьдан" поддерживает воссоединение КНР и КР в одно государство, как было обговорено в "Консенсусе 1992 года". Ирония в том, что именно "Гоминьдан" был противодействующей коммунистам националистической силой, потерпевшей поражение в гражданской войне и бежавшей на Тайвань, объявленный лидером движения Чаном Кайши последним неоккупированным островком настоящего Китая. И хоть в "Консенсусе 1992 года" не обговорено, кто именно будет занимать лидирующую роль в стране, считать, что Пекин отдаст свою власть островному правительству, нелепо. Перспективы победы Гоминьдана на грядущих через два года выборах оставляют призрачные шансы на решение проблемы дипломатическим путём, но эти шансы тают с каждым днём эскалации международной напряжённости.

Помимо стратегической и политической ценности для Китая, островной сепаратист представляет экономическую и военную ценность. Стратегически можно представить Тайвань как ещё один авианосец США у китайских берегов в случае конфликта между двумя сверхдержавами. С политической же точки зрения, пускай и не настолько открыто и очевидно, но существование подобного «настоящего» Китая подрывает легитимность власти в Пекине. С экономическим аспектом всё не так однозначно. Очевидно, что КНР заинтересована в том, чтобы обладать крупнейшим производством микрочипов, тем самым усилить свою позицию в мировой торговле и значительно ослабить позиции Америки, но при военном присоединении этим планам не суждено свершиться, так как все крупнейшие поставщики микрочипов Тайваня обещали взорвать свои заводы в случае нападения. Последним решающим фактором является американская протекция — хотя последнее время показало их неспособность защитить свои интересы в Афганистане и Гонконге, нельзя недооценивать важность их косвенного или прямого военного вмешательства в возможный конфликт.

Безумие, охватившее международную политику в последние месяцы, повлияло и на ситуацию, сложившуюся между материковым и островным Китаем — отношения накалились больше, чем обычно. В феврале китайские истребители сначала несколько раз входили в воздушное пространство Тайваня, а также недавно народно-освободительная армия Китая провела три цикла морских учений недалеко от острова, чего, по утверждению военных экспертов, не случалось уже несколько лет. Официальный представитель МИД КНР Чжао Лицзянь 1 июня сообщил, что поддержка сепаратистских сил Тайваня со стороны США может привести остров к опасному положению. Вашингтон явно не до конца уверен в собственных возможностях «защитить» Тайвань. Так, заявление президента Байдена о том, что США готовы вмешаться в случае захвата, было позже уточнено: вмешательство заключается только в поддержке Тайваня оружием, и ни о каком применении сил со стороны США речи не идёт; но после этого Байден вновь сообщил, что Америка готова вступиться за остров, если надо, с применением силы. Тем не менее поддержка Штатами своих союзников по всему миру намекает на то, что максимум помощи, которую получит Тайвань в случае осуществления КНР сценария военного присоединения, — пара списанных гаубиц, несколько залежалых гранатомётов и выражение горячей солидарности в виде очередного флага на куртке Тома Круза.

Cообщество
«Китай-Го (中国)»
1
Cообщество
«Китай-Го (中国)»
1
Комментарии Написать свой комментарий

К этой статье пока нет комментариев, но вы можете оставить свой

1.0x