Президент РФ Владимир Путин в ходе пленарной сессии дискуссионного клуба "Валдай" в минувший четверг отметил свои довольно добрые многолетние отношения с президентом США Дональдом Трампом, выразив благодарность своему американскому коллеге за искренние усилия по разрешению украинского конфликта.
Путин также поблагодарил первую леди США Меланию Трамп за её усилия в организации обменов между РФ и Украиной и вклад в решение ряда гуманитарных вопросов, связанных с украинским конфликтом.
Владимир Владимирович также отметил, что выступает за трёхстороннюю встречу с Трампом и председателем КНР Си Цзиньпином на саммите Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества (АТЭС), однако нужна повестка дня. "Что касается возможной трехсторонней встречи, я знаю, что в средствах массовой информации об этом говорится. Мы только за. Но есть вопрос. Он в чем заключается: нужна повестка дня", - заявил ВВП.
Примечательно, что днем ранее Трамп заверил, что США вскоре одержат победу в конфликте с Ираном.
"Мы победим в этой войне очень скоро. Так или иначе", - сказал он, выступая в Белом доме. "Вы увидите, что очень скоро что-то начнет происходить", - пообещал глава государства, не приведя подробностей. Американский лидер также отметил: "У нас практически полный контроль над Ормузским проливом". "Я бы сказал полный, но время от времени туда сбрасывают мину, и это немного всё нарушает", - добавил он.
Однако здесь возникает целый ряд резонных вопросов. Если Трамп уже практически победил, что почему США и Иран продолжают контактировать через посредников? Почему вопрос открытия Ормузского пролива до сих пор остается актуальным? Зачем США продолжают вводить все новые и новые пакеты санкций против Ирана? Почему продолжаются перебои в движении танкеров через Ормузский пролив?
По моему скромному мнению, проблема не в том, что Трамп заявляет о "военных успехах", так как подобные тезисы вполне можно считать ориентированными на американскую внутреннюю аудиторию. Основная дилемма заключается в том, что именно следует считать "победой". Складывается впечатление, что в современном мире войну можно считать "завершенной" как только одна из сторон сообщит журналистам о своей "победе".
Отдельной строкой следует отметить, что военная победа далеко не всегда знаменует собой окончание конфликта с политической точки зрения.
Для объективности следует признать, что США, возможно, достигли военного превосходства на разных этапах конфликта и даже ограничили как военный потенциал Ирана, так и его возможности экспортировать нефть. Отчасти американцам даже удаётся защищать проходящие через Ормузский пролив суда.
Однако все это не даёт ответа на главный вопрос: удалось ли США достичь своих целей?
Если главной целью Вашингтона является воспрепятствовать разработке Ираном ядерного оружия, то это требует выработки механизма координации и контроля с долгосрочным политическо-дипломатическим алгоритмом действий.
Если целью Трампа является открыть Ормузский пролив и обеспечить стабильность морских перевозок, то одного военного потенциала США явно недостаточно. Неслучайно Трамп постоянно говорит то о "возобновлении ударов", то о "достижении договорённостей". Это значит, что иранский вопрос для него до сих пор остаётся открытым.
На этом фоне куда-то исчезли угрозы Трампа "сменить режим в Иране", которые он с таким энтузиазмом повторял в начале боевых действий.
Путин в свою очередь действует очень ответственно, понимая, что является лидером ядерной сверхдержавы. Он исходит из того, что безответственная эскалация неминуемо приблизит мир к ядерному столкновению, в котором не может быть победителей. При этом следует понимать, что любое прямое нападение на территорию РФ, в том числе на Калининградскую область, повлечет за собой очень жёсткий ответ любыми имеющимися средствами.
Путин никому не угрожает, а лишь предупреждает о недопустимости посягательства на российскую территорию, оставляя за собой право отстаивать целостность государственных границ. Вместе с тем, Россия не поддаётся на провокации западных стран, постоянно проводящих военные учения в Балтийском море и даже пиратские операции по захвату российских судов.
Путин действует исключительно из соображений национальной безопасности РФ, призывая внешних игроков к пониманию последствий теоретически возможного конфликта с использованием тактического и уж тем более, Боже упаси, стратегического ядерного оружия.
Несмотря на это, Москва до сих пор не увидела каких-либо жестов доброй воли со стороны коллективного Запада, который не стремится к улучшению отношений с Россией. Оптимизм вселяет лишь то, что Россия и США пытаются восстановить двусторонние отношения в разных сферах, в том числе в вопросах освоения Арктики.
Также как и Россия, Китай, государства-члены БРИКС и ШОС занимают ответственную позицию по вопросам международной безопасности. Хочется надеяться, что и до Трампа "дойдёт" понимание опасности текущей ситуации на международной арене и безрассудности заявлений о "скорой победе" над Ираном. Подобные непродуманные заявления чреваты разрастанием масштабов региональной войны на Ближнем Востоке. Очевидно, что Иран является крупной региональной державой, а его руководство пользуется массовой народной поддержкой и имеет тесные связи с Россией, Китаем и странами Исламского мира. Именно поэтому план Трампа победить Иран очень далек от реальности.
Трампу и его администрации пора бы понять, что преодолеть текущие кризисы как в Европе, так и на Ближнем Востоке можно только путем диалога и за столом переговоров.
Господину Трампу также следовало бы услышать заявления главы МИД РФ Сергея Лаврова о необходимости создания независимого Палестинского государства, без которого невозможно достичь устойчивого мира и стабильности в регионе. Однако здесь возникают резонные вопросы, связанные с Израилем.
Трампу нужна победа над Ираном в преддверии выборов в Конгресс, а премьер-министра Израиля Биньямина Нетаньяху ждут выборы в конце октября. На этом фоне он пытается позиционировать себя как политик способный защитить еврейское государство от внешних угроз, хотя в реальности его "достижения" в этой стези видятся весьма сомнительными.
Теперь мы понимаем расплывчатость слова "победа". Для Трампа это, видимо, ослабление Ирана, навязывание американских условий урегулирования, полное возобновление судоходства через Ормузский пролив с последующим переходом к заключению сделки.
А вот что Нетаньяху может предложить своим избирателям на фоне целой череды фиаско?
В сложившейся ситуации любое соглашение, перемирие или новый виток эскалации станут частью внутриполитического ландшафта как в Израиле, так и США. Конфликт на Ближнем Востоке фактически стал частью предвыборной кампании и в США, и Израиле, и даже может оказаться решающим фактором в исходе голосования.
В этой запутанной ситуации становится очевидно, какую ключевую роль играет Путин в поддержании международной безопасности. Россия, Китай, государства-члены БРИКС, ШОС и глобального Юга в целом стремятся предотвратить сползание мира в пучину глобального противостояния с непредсказуемыми последствиями.
В завершении подчеркну, хочется надеяться, что Трамп наконец-то осознает невозможность сохранения однополярности на фоне ускорения процесса перехода к многополярному миропорядку. Это было бы гораздо продуктивнее, чем и дальше повторять мантру о "скорой победе" над Ираном.
Фото: kremlin.ru
