В цепочке новостных сюжетов прошлой недели самые громкие не оказались новостными вовсе: в Америке на промежуточных выборах в Конгресс партия Трампа потерпела разгромное поражение, а на Украине обнаружили частные зинданы военных подразделений. О том, что дело республиканцев — труба, трубили в "Завтра" (как и многие другие хоть сколько-нибудь внимательные обозреватели) ещё весной. С той поры, когда поражение или утопание в иранских зыбучих песках стало совершенно ясным и перестало заглушаться шумом ежедневных объявлений американского президента о собственной победе, у красной партии было предостаточно способов избежать катастрофы, но при выборе каждого из них "слоны", кажется, сознательно пошли на проигрыш. Об итогах вы могли прочитать во множестве других изданий ещё в начале прошлой недели: демократы забрали обе палаты, отвоевали все колеблющиеся штаты и даже тотально победили в традиционно республиканском Техасе. Но к концу недели оформился ряд сюжетов, на которые следует обратить внимание как на отложенные последствия синего триумфа.
Во-первых, конечно, несмотря на сокрушительную победу и на унижение республиканцев контроль над законодательной властью открывает перед демократами целый спектр возможностей, но при этом обнажает ряд уязвимостей. Да, портить жизнь президенту, гонять его сторонников по бесконечным допросам, раскручивать через прессу его грехи и корректировать" Белый дом в вопросах внешней политики станет проще. На это уже указывает целый ряд анонсированных на январь (а именно тогда новый состав Конгресса въедет в белую чернильницу в центре Вашингтона) расследований: злоупотреблений полномочиями, незаконного обогащения (вспомните множество раз описанную у нас схему Барака Равида), военных преступлений (редкий случай: мёртвые иностранные дети взволновали американских законодателей вне контекста кровавых ритуалов на закрытых островах). Ожидается повторение ситуации первого срока Трампа: контроль демократов над парламентом не абсолютен, так что прямого отстранения от власти можно не ждать (для него нужно 2/3 голосов в Сенате, чего даже при всём нынешнем триумфе демократы не добились), а вот вусмерть утомить постоянными расспросами, обвинениями, посадками соратников по надуманным поводам, расследованиями незаконного обогащения и нескончаемой истерикой в массмедиа — на здоровье! Не говоря уже о том, что, как и в первый срок, лидеры демократов в парламенте будут исполнять роли этаких президентов на минималках и неформальных дипломатов — ездить по дальним странам, вести параллельную внешнюю политику и договариваться от имени государства в обход его официальных ведомств, подкрепляя свои позиции теперь уже всеобщей уверенностью наблюдателей в победе кандидата-демократа на президентских выборах в 2028 году. Но есть у этого триумфа и обратная сторона. Она состоит в том, что партия в полсотни миллионов зарегистрированных избирателей не может иметь единой и чётко определённой линии даже в случае её объединения под началом одного лидера с авторитарными наклонностями (как это случилось с соперниками демократов и их вождём оранжевого цвета). Современные демократы, чьи перспективы заехать в Белый дом через два года действительно выросли на минувшей неделе, иллюстрируют эту разобщённость сильнее, чем кто бы то ни было. Дело в том, что импульс, обеспечивший им эту победу, далёк от надпартийных идеалов американской политики. Ведь вспомните, как это было десятилетиями: кто бы ни победил на выборах, внешний наблюдатель всегда мог ждать продолжения золотого набора вашингтонских линий поведения: экспансионизма, сионизма, ныряний с головой во все возможные "ловушки Фукидида" и безумных трат на продвижение непонятно чьих интересов — иллюстрацией такой стабильности стало сохранение Байденом трамповской политики в отношении Китая в 2021 году (дух того Анкориджа, который вынудил китайцев свернуть переговоры и уехать с Аляски, испарился ещё быстрее прошлогоднего). Но всё изменилось на втором сроке Трампа: USAID — как в виде конкретного агентства, так и в рамках целого направления внешней политики, готовности содержать толпу иждивенцев ради мутных североатлантических ценностей — было отброшено, нормой ведения дел с друзьями и врагами стали хамоватая прямолинейность и отказ от прежних догм, а единственное большое исключение из этой нормы — развязанная во имя Израиля война с Ираном — и послужило причиной провала трампизма. И вот, увидев запрос публики на такое поведение, а также хлебнув горя со ставкой на привычных Камал и Байденов в 2024 году, верхушка демократов связалась с очень опасным союзником. Симбиоз традиционных демократов и левых радикалов — достаточно распространённое явление, но только в Америке 2026 года радикалы выиграли общенациональные выборы для своих умеренных соратников: в самых громких победах демократов значатся имена тех, кто как бы отстраняется от руководства собственной партией и гордо величает себя "социалистами".
Знакомые нам коннотации этого термина — те самые, что всплывают иногда в честь годовщины Красного Октября, — здесь вспоминать ни к чему: под социализмом в Америке понимается жуткая смесь скандинавских "государств, раздающих пособия", стандартной для развитых стран исламистской оккупационной хуцпы и диких дорогостоящих фантазий, дистиллировавшихся на протяжении веков американского пуританства.
Победивший в прошлом году на выборах мэра Нью-Йорка Зохран Мамдани выглядит умеренным и вменяемым на фоне новых руководителей Лос-Анджелеса и Вашингтона, уже пообещавших декриминализовать мелкие преступления (а то чего хорошим людям почём зря в тюрьме сидеть) и давить федеральных агентов миграционной полиции. Конечно, не все эти обещания воплотятся в жизнь — американская система всё ещё устойчива и крепка, её строили куда более умные и прозорливые люди, чем те, кто рулит ею сейчас, так что корректировка заявленной резкости с учётом сложившихся обстоятельств неизбежна. Но для этой среды, привыкшей к одинаковой начинке конфет в синих и красных обёртках, массовый приход "социалистов" (а понабежало их как в руководство отдельных штатов и городов, так и в Конгресс предостаточно) станет серьёзным испытанием в условиях изношенности старых механизмов контроля. Симбиоз старой либеральной аристократии и голодных (а часто — цветных и расово мотивированных) радикалов создаёт ситуацию, когда каждая сторона рассчитывает проехать до своих целей на плечах у другой.
Что же до проигравшей стороны, то с ней всё куда менее интересно именно потому, что все "неожиданные" итоги республиканского поражения просматривались издалека и были ясны ещё за полгода. Трамписты — а в свете постепенного отмирания части старого республиканского актива и лояльности другой его части Трампу из-за войны с Ираном "трамписты" почти тождественны "республиканцам" — настроились на поражение заранее. Например, ещё за месяц до выборов Дональд начал поговаривать, что вовсе-то и не нужен ему никакой Конгресс, что зелен виноград, что президент может сам царствовати и всем владети в обход предусмотренных законом ограничений с помощью механизма исполнительных указов (так делал в свой второй срок Обама, на критике чего, среди всего прочего, и поднялся Трамп). Все эти разговоры, помноженные на бесплодные попытки поднять рейтинг за счёт временных корректировок цен на дизель или очередного щекотания военного нерва аудитории, никак делу не помогли. После бездарной траты времени в период полного контроля над институциональной федеральной властью Дональду предстоят два года грызни с собственным парламентом, внутрипартийные бунты и постоянные игры престолов с определением претендентов на наследование знамени трампизма — и это без учёта давления извне, которое уже усилилось, когда Акела промахнулся. В российской прессе очень полюбили почти забытое клише американской политической аналитики — там ещё во времена всяких Картеров, Никсонов и прочих Вашингтонов было принято называть президента без контроля над Конгрессом "хромой уткой" (lame duck). Сейчас, несмотря на действительную возможность рулить с помощью исполнительных указов, Дональд — duck. Из команды Трампа уже сбежала глава аппарата Белого дома (ей на смену пришёл скандальный радикал Стивен Миллер, ультраправый иудей, известный советник времён первого срока), никто не желает идти на заведомо расстрельную должность пресс-секретаря (экзотические варианты вроде вожака братух-борцух Даны Уайта или негроидной рэперши-трясогузки Ники Минаж сразу отметаются), а скоро к этому бойкоту присоединится и Конгресс. Пусть сил на импичмент Трампа у парламента не хватит, выдавить с должностей его министров сенаторы и представители всё же смогут. Уже сейчас — напомню, за два месяца до вступления в силу результатов выборов — пошли слухи, что можно бы и "выставить на мороз" Пита Хегсета: демократы радуются возможности сместить раздражающего министра обороны ("министром войны" этого проигравшего свою единственную войну чиновника называть не тянет), а Трамп, кажется, не против — увольнение Хегсета станет отличным способом спихнуть на него провал и как можно скорее забыть об иранской катастрофе.
Что же до ближневосточного сюжета, то здесь его стоит коснуться в двух словах. В Ормузском проливе продолжают гореть танкеры, наивно решившие пройти под радарами КСИР, не заплатив мзды, а каждые выходные Трамп по отработанной схеме угрожает нанести удар, чтобы под самый конец недели остыть и объявить о близости сделки. Множество раз это повторялось и ещё весной получило у нас постоянное наименование "схематоз Барака Равида" по имени журналиста издания "Аксиос"*, регулярно разгоняющего эти новости для заработка некоторых инсайдеров на колебаниях стоимости нефти. Щепотка интриги была добавлена выборами: кому-то казалось, что в преддверии провала Дональд прибегнет к военному обострению ради спасения рейтингов, другие думали, что бахнет от безысходности после поражения, а в итоге не случилось ничего и всё прошло по привычному маршруту. Конечно, иранцы не забыли вдоволь поехидствовать над поражением оранжевого неудачника, но победа всех описанных выше товарищей, какими бы врагами сионизма они себя ни объявляли, едва ли улучшит персам жизнь: из-за каши в головах это хаотичное движение "новых демократов" ни в коей мере не симпатизирует режиму Исламской Республики. Но на другое внешнее следствие американских выборов стоит посмотреть внимательнее.
В Израиле тоже прошли парламентские выборы — строго говоря, это случилось ещё 27 октября, но хитрые иудеи, почти сразу же объявившие предварительные итоги, затянули с их трактовкой до появления результатов американских выборов, чтобы отталкиваться от них. Формально большинство голосов получила партия "Ликуд" и её бессменный лидер, отец сионистской демократии Нетаньяху, но большинство не абсолютное, поэтому необходимо создавать коалицию и договариваться, вследствие чего довольно быстро все членораздельные заявления о том, кто же будет формировать правительство и выбирать курс между "убить всех соседей" и "убить не всех соседей", превращаются в сплошной рёв, рычание и звуки драки. В воскресенье президент Израиля Герцог поручил формирование нового кабинета не ультраправому людоеду Нетаньяху, а лидеру оппозиции и главе партии "Яшар" ультраправому людоеду Гади Айзенкоту. Если за отведённые законом полтора месяца у него не получится — а у него, если судить по опыту всех израильских выборов со времён чуть ли не Бен-Гуриона, не получится, — пытаться будут с другими, но акции Нетаньяху в свете поражения его лучшего друга в Вашингтоне сильно просели, и шансов сохранить пост премьера из-за накопившихся к нему претензий со стороны потенциальных партнёров по коалиции и прохудившейся американской "крыши" у Биби всё меньше.
Обсуждение исхода выборов сводится обычно к набору заранее заготовленных клише. "Электоральная революция" "синей волной" превратила Трампа в "хромую утку" и так далее. Но триумф демократов куда интереснее политики. Посинение исконно республиканского Техаса и массовый наплыв цветных радикалов в высокие кабинеты, пропахшие нафталином, хумусом и ракетным топливом, относятся к другой сфере. Демография — это судьба, и отражающие эту демографию выборы — особенно в случае невозможности описанных выше кабинетов переварить своих новых жителей — спустя годы будут вспоминать как первый явный признак бразилизации последней сверхдержавы.
*вражье сми
