«Победа уже одержана!»
Авторский блог Михаил Кильдяшов 00:00 27 февраля 2013

«Победа уже одержана!»

Клю­че­вой осо­бен­но­с­тью рус­ской куль­ту­ры, во мно­гом оп­ре­де­лив­шей на­шу ин­тел­лек­ту­аль­ную и ду­хов­ную са­мо­быт­ность, ста­ло то, что оте­че­ст­вен­ная мысль все­гда сто­ро­ни­лась чер­ст­вой схо­ла­с­ти­ки, при ко­то­рой те­о­ре­ти­че­с­кая фор­ма не на­пол­ня­ет­ся прак­ти­че­с­ким со­дер­жа­ни­ем. Рус­ской куль­ту­ре чуж­ды так на­зы­ва­е­мые "ка­би­нет­ные фи­ло­со­фы", по­доб­ные Кан­ту, чья си­с­те­ма взгля­дов на­по­ми­на­ет урав­не­ние с мно­же­ст­вом не­из­ве­ст­ных, ку­да так и не под­ста­ви­ли кон­крет­ные ве­ли­чи­ны.
0

Клю­че­вой осо­бен­но­с­тью рус­ской куль­ту­ры, во мно­гом оп­ре­де­лив­шей на­шу ин­тел­лек­ту­аль­ную и ду­хов­ную са­мо­быт­ность, ста­ло то, что оте­че­ст­вен­ная мысль все­гда сто­ро­ни­лась чер­ст­вой схо­ла­с­ти­ки, при ко­то­рой те­о­ре­ти­че­с­кая фор­ма не на­пол­ня­ет­ся прак­ти­че­с­ким со­дер­жа­ни­ем. Рус­ской куль­ту­ре чуж­ды так на­зы­ва­е­мые "ка­би­нет­ные фи­ло­со­фы", по­доб­ные Кан­ту, чья си­с­те­ма взгля­дов на­по­ми­на­ет урав­не­ние с мно­же­ст­вом не­из­ве­ст­ных, ку­да так и не под­ста­ви­ли кон­крет­ные ве­ли­чи­ны.

Рус­ская фи­ло­со­фия ды­шит и пуль­си­ру­ет, обо­ро­ня­ет и ата­ку­ет, по­то­му что вы­ра­с­та­ет не из ящи­ка пись­мен­но­го сто­ла, а зре­ет в хра­ме и на паш­не, на по­ле боя и на ка­тор­ге. От­то­го у нас за­ча­с­тую фи­ло­соф­скую мис­сию бе­рут на се­бя пи­са­те­ли и по­эты, на­ша ли­те­ра­ту­ра фи­ло­со­фич­на, а фи­ло­со­фия ли­те­ра­тур­на. "Бо­рис Го­ду­нов" Пуш­ки­на, "Вой­на и мир" Тол­сто­го, "Бе­сы" До­сто­ев­ско­го, "Жизнь Кли­ма Сам­ги­на" Горь­ко­го, "Ти­хий Дон" Шо­ло­хо­ва, "Че­вен­гур" Пла­то­но­ва — это не толь­ко ху­до­же­ст­вен­ные, но и ме­та­фи­зи­че­с­кие и ис­то­ри­о­соф­ские про­из­ве­де­ния, рав­но как и "Три раз­го­во­ра" Со­ло­вь­е­ва, "Столп и ут­верж­де­ние Ис­ти­ны" Фло­рен­ско­го, "Опав­шие ли­с­тья" Ро­за­но­ва, "По­ющее серд­це" Иль­и­на — не су­хие фи­ло­соф­ские трак­та­ты, а опо­эти­зи­ро­ван­ная му­д­рость.
Ви­ди­мо, в па­то­вые эпи­зо­ды рус­ской ис­то­рии про­мыс­лом Бо­жь­им в од­ном че­ло­ве­ке сли­ва­ет­ся ум и серд­це — и при­хо­дит пи­са­тель и фи­ло­соф, у ко­го ус­коль­за­ю­щие мыс­ли ока­зы­ва­ют­ся в цеп­ких ло­вуш­ках ме­та­фор, а твор­че­ст­во ста­но­вит­ся не про­сто эс­те­ти­че­с­кой "иг­рой в клас­си­ки", а про­яв­ле­ни­ем Твор­ца в тво­ре­нии.

Так, в твор­че­ст­ве Алек­сан­д­ра Ан­д­ре­е­ви­ча Про­ха­но­ва мы не встре­тим от­дель­но­го со­чи­не­ния в ду­хе "Ав­то­ре­фе­ра­та" Фло­рен­ско­го, где спе­ци­аль­но из­ла­га­лось бы соб­ст­вен­ное ми­ро­воз­зре­ние. Но ес­ли па­ра­диг­маль­но по­дой­ти к про­ха­нов­ской ху­до­же­ст­вен­ной про­зе и по­эзии, пуб­ли­ци­с­ти­ке и пе­ре­до­ви­цам в "Дне" и "За­в­т­ра" — гра­на­там с вы­дер­ну­той че­кой — ин­тер­вью и вы­ступ­ле­ни­ям, ста­нет оче­вид­ным, что че­рез все это, как вин­то­вая ле­ст­ни­ца че­рез мно­го­этаж­ный дом, про­шло строй­ное, по­сле­до­ва­тель­ное, проч­ное уче­ние. Ес­ли от­дель­ные ку­соч­ки смаль­ты со­брать в еди­ную фре­с­ку, то из­ло­жить это уче­ние мож­но бук­валь­но по пунк­там, в кон­крет­ных ка­те­го­ри­ях, с яр­ки­ми при­ме­ра­ми из ис­то­рии и со­вре­мен­но­с­ти, в ем­ких по­ня­ти­ях без из­лиш­ней ла­ти­ни­за­ции, в сло­вах, внят­ных и род­ных для рус­ско­го уха. Бе­зус­лов­но, глу­бо­кое ос­мыс­ле­ние все­го это­го еще пред­сто­ит, но, что на­зы­ва­ет­ся, "в пер­вом при­бли­же­нии", в ви­де про­ле­го­ме­нов уче­ние Про­ха­но­ва вы­гля­дит так.

Па­с­халь­ный смысл рус­ской ис­то­рии. Еще со вре­мен ле­то­пис­ца Не­сто­ра ста­ло по­нят­но, что для рус­ской ис­то­рии не­при­ем­ле­ма хро­но­ло­ги­че­с­кая фик­са­ция со­бы­тий, что рус­ская ле­то­пись — это жанр-ан­самбль, где, не­смо­т­ря на "по-год­ный" прин­цип ве­де­ния за­пи­сей, не­ко­то­рые со­бы­тия со всей не­пред­ска­зу­е­мо­с­тью про­шло­го мо­гут всплы­вать в раз­ных эпи­зо­дах, по­доб­но па­рал­лель­ным ме­с­там в Биб­лии или ком­пью­тер­ным ги­перссыл­кам. Это да­ет по­нять, что рус­скую ис­то­рию нель­зя пред­ста­вить, во-пер­вых, в ви­де го­ри­зон­таль­но­го век­то­ра зем­но­го фи­зи­че­с­ко­го вре­ме­ни, а нуж­но го­во­рить о вер­ти­каль­ном век­то­ре вос­хож­де­ния, пре­об­ра­же­ния и, по сло­вам о. Ил­ла­ри­о­на (Тро­иц­ко­го), "все­об­ще­го еди­не­ния в Бо­ге". Так ис­то­рия ста­но­вит­ся со­бор­ным жи­ти­ем. А во-вто­рых, рус­скую ис­то­рию не­воз­мож­но пред­ста­вить в ви­де пря­мой ли­нии, по­доб­но ли­нии на мо­ни­то­ре, го­во­ря­щей об ос­та­нов­ке серд­ца, рус­ская ис­то­рия — это все­гда си­ну­со­и­да, где нет стаг­на­ции, а есть взле­ты и па­де­ния, что до­ка­за­ли в сво­их ос­но­ва­тель­ных тру­дах ве­ли­кие ис­то­ри­ки Н.М.Ка­рам­зин, В.О.Клю­чев­ский, С.М.Со­ло­вь­ев, Л.Н.Гу­ми­лев.

По мыс­ли Про­ха­но­ва, си­ну­со­и­да рус­ской ис­то­рии скла­ды­ва­ет­ся из пе­ри­о­дов ста­нов­ле­ния, рас­цве­та и упад­ка че­ты­рех им­пе­рий: ки­ев­ско-нов­го­род­ской, мос­ков­ской, пе­т­ров­ско-ро­ма­нов­ской и крас­ной ста­лин­ской. Под им­пе­ри­ей в дан­ном слу­чае по­ни­ма­ет­ся не тер­ри­то­рия, не ге­о­гра­фи­че­с­кий ло­кус, а сим­фо­ния про­ст­ранств, спо­соб­ная гар­мо­ни­зи­ро­вать на­ро­ды, ве­ро­ва­ния и язы­ки, слить раз­роз­нен­ные ми­к­ро­ко­с­мы в еди­ный ма­к­ро­косм. Во­пре­ки оп­по­зи­ции "свои и чу­жие" им­пе­рия пред­ла­га­ет по­зи­цию, опор­ную точ­ку "все свои", что до­сти­га­ет­ся не пу­тем пря­мо­го сум­ми­ро­ва­ния или гру­бой эк­лек­ти­ки, а пу­тем вза­и­мо­до­пол­не­ния, вза­и­мо­уси­ле­ния ду­хов­ных по­тен­ци­а­лов всех на­ро­дов, вхо­дя­щих в им­пе­рию.

Им­пер­ские пе­ри­о­ды, не­о­ди­на­ко­вые во вре­мен­ном от­но­ше­нии, но рав­ные по мо­щи и сход­ные по ал­го­рит­му сво­е­го раз­ви­тия, яр­ко сви­де­тель­ст­ву­ют, что, во-пер­вых, им­пе­рия — един­ст­вен­но воз­мож­ный путь раз­ви­тия на­шей ци­ви­ли­за­ции. Во-вто­рых, вся­кая им­пе­рия, прой­дя свой жиз­нен­ный цикл, спо­соб­на пе­ре­ро­дит­ся в но­вую фор­ма­цию — и имен­но в этом воз­рож­де­нии, вос­кре­ше­нии за­клю­чен па­с­халь­ный смысл рус­ской ис­то­рии. В-тре­ть­их, на се­го­дняш­ний день мы ви­дим це­лый ряд при­зна­ков и со­бы­тий, сви­де­тель­ст­ву­ю­щих о том, что рож­де­ние пя­той им­пе­рии уже со­сто­я­лось, что ее но­вый ев­ра­зий­ский кри­с­талл про­лил свой пер­вый яр­кий свет.

Про­па­с­ти рус­ской ис­то­рии и за­гад­ка спа­се­ния. Па­с­хе все­гда пред­ше­ст­ву­ет Гол­го­фа и рас­пя­тие. Так, на­ря­ду с че­тырь­мя им­пе­ри­я­ми в на­шей ис­то­рии мы встре­ча­ем че­ты­ре про­па­с­ти: меж­до­усо­би­ца и раз­дроб­лен­ность, сму­та и ин­тер­вен­ция, Ре­во­лю­ция и Граж­дан­ская вой­на, раз­вал СССР. Каж­дая из про­па­с­тей свя­за­на с вне­д­ре­ни­ем ли­бе­раль­ных сил в цен­т­ра­лист­ское на­ча­ло им­пе­рии. Эти ли­бе­раль­ные си­лы псев­до­сво­бо­ды от Бо­га и го­су­дар­ст­ва, а не в Бо­ге и го­су­дар­ст­ве слу­жат дис­си­па­тив­ны­ми струк­ту­ра­ми в си­с­те­ме, ра­ко­вой клет­кой в те­ле им­пе­рии. Вме­с­то Ко­с­мо­са во­ца­ря­ет­ся Ха­ос, вме­с­то сим­фо­нии зву­чит ка­ко­фо­ния.

Но там, где лю­бая дру­гая ци­ви­ли­за­ция под­да­лась бы эн­т­ро­пии, где лю­бой дру­гой на­род пре­вра­тил­ся бы в пле­мя, рас­се­ял­ся бы сре­ди со­се­дей, воз­ни­ка­ет ве­ли­кая за­гад­ка рус­ско­го спа­се­ния. Ус­во­ив не толь­ко фи­зи­че­с­кий, но и ме­та­фи­зи­че­с­кий за­кон "си­ла дей­ст­вия рав­на си­ле про­ти­во­дей­ст­вия", рус­ский на­род об­ле­ка­ет­ся в но­вые ри­зы и вы­во­дит Рос­сию из чер­ной ды­ры. На краю про­па­с­ти все­гда най­дет­ся рус­ский Дан­ко, вы­ры­ва­ю­щий серд­це из гру­ди и ос­ве­ща­ю­щий путь там, где, ка­за­лось бы, во­ца­ри­лась не­про­гляд­ная тьма. У по­след­ней чер­ты все­гда яв­ля­ют­ся Алек­сандр Нев­ский и Дми­т­рий Дон­ской, Ми­нин и По­жар­ский, Су­во­ров и Ку­ту­зов, Жу­ков и Ша­ма­нов. Ви­ди­мо, для то­го и дан рус­ским та­кой боль­шой крест, что­бы в ли­хую го­ди­ну по­ло­жить его че­рез про­пасть и пе­ре­брать­ся по не­му на дру­гую сто­ро­ну. Так, на ико­не Вос­кре­се­ния Хри­с­то­ва Спа­си­тель бе­рет за ру­ку Ада­ма и зо­вет в путь над без­дной.
Рус­ское чу­до. За­гад­ку рус­ско­го спа­се­ния, пре­одо­ле­ние про­па­с­ти мож­но объ­яс­нить толь­ко рус­ским чу­дом. В но­вей­шей ис­то­рии из­ве­ст­ны та­кие по­ня­тия, как "ки­тай­ское чу­до", "япон­ское чу­до", "ин­дий­ское чу­до", свя­зан­ные, преж­де все­го, с эко­но­ми­че­с­ким рос­том, ин­ду­с­т­ри­аль­ным рыв­ком. Эти чу­де­са под­да­ют­ся ис­чис­ле­нию, ста­ти­с­ти­че­с­ким на­блю­де­ни­ям, здесь мож­но чет­ко за­фик­си­ро­вать КПД. Рус­ское же чу­до со­вер­шен­но ино­го по­ряд­ка, в чем бы оно ни про­яви­лось, это все­гда ус­т­рем­ле­ние ду­ха: будь то "Тро­и­ца" Руб­ле­ва или "Яв­ле­ние Хри­с­та на­ро­ду" Ива­но­ва, "Сло­во о пол­ку Иго­ре­ве" или "Ев­ге­ний Оне­гин" Пуш­ки­на, спа­се­ние древ­них ру­ко­пи­сей ака­де­ми­ком Шах­ма­то­вым или от­ста­и­ва­ние Бре­мен­ской тро­фей­ной кол­лек­ции Сав­вой Ям­щи­ко­вым, шах­та Ста­ха­но­ва или бро­сок Ма­т­ро­со­ва, Крас­ное зна­мя на Рейх­с­та­ге или по­лет Га­га­ри­на; ми­ро­то­че­ние икон в до­ме про­стой ба­буш­ки — рус­ской мо­лит­вен­ни­цы или дет­ская со­бор­ная мо­лит­ва пе­ред уро­ком в пра­во­слав­ной гим­на­зии.

Рус­ская ис­то­рия — это не­пре­рыв­ное про­яв­ле­ние чу­да, не­под­да­ю­ще­го­ся ни­ка­ко­му ра­ци­о­наль­но­му объ­яс­не­нию. Ни один дру­гой на­род за всю свою ис­то­рию не су­мел про­ло­жить тро­пу от ко­в­ра-са­мо­ле­та до "Бу­ра­на" — при­дать сказ­ке, ми­фу, кол­лек­тив­но-бес­соз­на­тель­ной фан­та­зии ося­за­е­мое тех­но­ло­ги­че­с­кое во­пло­ще­ние. Имен­но бла­го­да­ря рус­ско­му чу­ду путь от Сред­не­ве­ко­вья к Про­све­ще­нию, на ко­то­рый Ев­ро­пе по­на­до­би­лось пол­ты­ся­че­ле­тия, Рос­сия в Пе­т­ров­скую эпо­ху пре­одо­ле­ла за двад­цать пять лет. Имен­но бла­го­да­ря рус­ско­му чу­ду кре­с­ть­ян­ская со­ха стре­ми­тель­но про­па­ха­ла бо­роз­ду к атом­ной бом­бе.

Бе­ру­щее на­ча­ло в сказ­ках и бы­ли­нах, в псал­мах и прит­чах, в за­столь­ной пес­не и в ма­те­рин­ской ко­лы­бель­ной, рус­ское чу­до ста­ло мощ­ной дви­жу­щей си­лой на­шей ис­то­рии, бы­тий­ной ка­та­пуль­той, бла­го­да­ря ко­то­рой не­о­боз­ри­мое бу­ду­щее ста­но­вит­ся жи­вым и ося­за­е­мым на­сто­я­щим.

Рус­ские свя­тые и ико­ны. Хра­ни­те­ля­ми па­с­халь­но­го све­та рус­ской ис­то­рии и глав­ны­ми но­си­те­ля­ми рус­ско­го чу­да яв­ля­ют­ся свя­тые, в пе­ри­од кру­ше­ния им­пе­рий воз­ни­ка­ю­щие на кра­ях про­па­с­ти и сво­и­ми мо­лит­вен­ны­ми уси­ли­я­ми скреп­ля­ю­щие тек­то­ни­че­с­кие раз­ло­мы.

Ес­ли рус­скую зем­лю "в раб­ском ви­де царь не­бес­ный ис­хо­дил, бла­го­слов­ляя", то и на­ча­ло рус­ским свя­тым по­ло­жи­ли не бла­го­вер­ные кня­зья-стра­с­то­терп­цы Бо­рис и Глеб. По рус­ской до­ро­ге, не поз­во­ляя сбить­ся с ис­тин­но­го пу­ти, нас ве­дет "корм­чий ко­раб­ля Хри­с­то­ва" Ни­ко­лай Чу­до­тво­рец. Сти­хи по­этов и про­по­ве­ди ие­рар­хов оду­хо­тво­ря­ет Ио­анн Зла­то­уст. В на­ших хра­мах бла­го­уха­ет ми­ро це­ли­те­ля Пан­те­лей­мо­на. Ки­рилл и Ме­фо­дий со­зда­ли сла­вян­скую аз­бу­ку, да­бы за­ши­ф­ро­вать в ней язык ан­ге­лов, пе­ре­дать нам не­бес­ное по­сла­ние, да­бы рус­ский ше­с­ти­лет­ний маль­чик Он­фим в древ­нем Нов­го­ро­де на бе­ре­с­тя­ной гра­мо­те на­пи­сал пись­мо дру­гу, став­шее по­сла­ни­ем по­том­кам и при­зы­вом "све­том Его про­све­тить­ся".

Не­слу­чай­но на мо­щах Сер­гия Ра­до­неж­ско­го каж­дый год ме­ня­ют из­но­шен­ное оде­я­ние — свя­той, пре­одо­ле­вая все тек­то­ни­че­с­кие раз­ло­мы им­пе­рии, пре­бы­вая вне вре­ме­ни и про­ст­ран­ст­ва, каж­дую ми­ну­ту в лю­бом угол­ке Рос­сии мо­лит­ся за всех и каж­до­го. Сер­ги­е­во-По­сад­ский Ма­ко­вец — это рус­ский Ара­рат, к ко­то­ро­му вновь и вновь при­ста­ет наш ков­чег спа­се­ния, ког­да им­пер­ская зем­ля ухо­дит из-под ног и на­чи­на­ет­ся бы­тий­ный по­топ. Тро­иц­кий со­бор ла­в­ры воз­ве­ден не от зем­ли к не­бу, он, со­здан­ный рай­ски­ми зод­чи­ми, от фун­да­мен­та до кре­с­та сни­зо­шел к нам с не­бес.

Ба­тюш­ка Се­ра­фим Са­ров­ский, по ве­ле­нию Бо­жь­ей ма­те­ри, вы­ко­пав­ший в Ди­ве­е­во ка­нав­ку, на­всег­да убе­рег рус­ский на­род от тор­же­ст­ва Вра­га на на­шей зем­ле. И да­же в ту по­ру, ког­да ка­нав­ка бы­ла за­сы­па­на, она, ме­та­фи­зи­че­с­ки рас­про­с­тер­ша­я­ся до Ста­лин­гра­да, не поз­во­ли­ла прой­ти гит­ле­ров­цам там, где на по­след­нем ру­бе­же сто­я­ла Бо­го­ро­ди­ца.

Свя­тая Ма­тро­на Мос­ков­ская, сво­им ус­по­ко­и­тель­ным же­с­том на ико­не уто­ля­ю­щая все пе­ча­ли, да­рит каж­до­му при­хо­дя­ще­му к ней цве­ток, спо­соб­ный рас­пу­с­тить­ся на вы­жжен­ной зем­ле им­пе­рии и ис­то­чить бла­го­уха­ние сре­ди ды­ма и смра­да.

Так, вся­кая но­вая им­пе­рия рож­да­ет сво­их свя­тых. Оп­тин­ские но­во­му­че­ни­ки: ие­ро­мо­нах Ва­си­лий, ино­ки Тро­фим и Фе­ра­понт, ото­шед­шие ко Гос­по­ду на Па­с­ху, — сво­и­ми те­ла­ми за­сло­ни­ли на­род от но­жа са­та­ни­с­та. Рус­ский маль­чик Ев­ге­ний Ро­ди­о­нов, при­няв­ший му­че­ни­че­с­кую смерть и в од­но­ча­сье став­ший му­жем, по су­ти сам обез­гла­вил че­чен­ских по­ле­вых ко­ман­ди­ров, его ве­ра и вер­ность Оте­че­ст­ву раз­бом­би­ли ук­реп­ле­ния вра­га, по­до­рва­ли вра­же­с­кую тех­ни­ку, на­пра­ви­ли вра­же­с­кие пу­ли снай­пе­ров и ав­то­мат­чи­ков на са­мих се­бя. Пол­ков­ник Кон­стан­тин Ва­си­ль­ев, во вре­мя те­рак­та на Ду­б­ров­ке пред­ло­жив­ший се­бя в об­мен на де­тей, был звер­ски убит бо­е­ви­ка­ми — и те­перь его фо­то­гра­фии ми­ро­то­чат, что сви­де­тель­ст­ву­ет о том, что Гос­подь не ждет зем­ной ка­но­ни­за­ции и про­слав­ля­ет сво­их во­и­нов на не­бе­сах, по­пол­няя сонм рус­ских свя­тых. Эти му­че­ни­че­с­кие смер­ти в пол­ный го­лос го­во­рят од­но: "По­бе­да одер­жа­на! Рус­ско­му на­ро­ду жить! Им­пе­рия со­сто­я­лась!".

Каж­дую про­пасть меж­ду им­пе­ри­я­ми рус­ский на­род, ве­до­мый свя­ты­ми, пре­одо­ле­вал с ико­на­ми в ру­ках — и то бы­ли ико­ны не ме­ст­но­чти­мые, ико­ны не для до­маш­не­го ки­о­та, а об­ще­на­ци­о­наль­ные, со­бор­ные ико­ны, ко­то­рые пе­ре­да­ют­ся не от ро­ди­те­лей к де­тям, а от эпо­хи к эпо­хе. Вла­ди­мир­ская и Ка­зан­ская ико­ны Бо­жь­ей ма­те­ри ста­ли не­про­би­ва­е­мым ду­хов­ным щи­том на­ро­да, убе­рег­шим и от та­тар­ской стре­лы, и от фран­цуз­ской пу­ли, и от не­мец­кой бом­бы.

Про­зор­ли­вые рус­ские ико­но­пис­цы не нуж­да­лись в фо­то­гра­фи­че­с­ком вос­ста­нов­ле­нии об­ли­ка Хри­с­та по Ту­рин­ской пла­ща­ни­це, они про­зре­ва­ли Спа­си­те­ля ду­хов­ным зра­ком. Ан­д­рею Руб­ле­ву не нуж­ны бы­ли ра­ке­ты и шатт­лы, что­бы вос­па­рить над зем­лей, ведь не­слу­чай­но, по сви­де­тель­ст­ву мно­гих ко­с­мо­нав­тов, Зем­ля из Ко­с­мо­са ис­то­ча­ет си­ний цвет с руб­лев­ской "Тро­и­цы".

Вся­кий раз в пе­ри­о­ды им­пер­ско­го стро­и­тель­ст­ва в рус­ских хра­мах и до­мах про­яв­ля­ют­ся и са­мо­об­нов­ля­ют­ся ико­ны. Не­дав­но про­явив­ша­я­ся на баш­не Мос­ков­ско­го Крем­ля ико­на Ни­ко­лая Чу­до­твор­ца на­по­ми­на­ет вре­мен­щи­кам о том, кто на на­шей зем­ле Хо­зя­ин, го­во­рит, что ико­но­стас пя­той им­пе­рии с ее свя­ты­ми уже пи­шет­ся.

Ис­то­ри­че­с­кая энер­гия. Не­ис­ся­ка­е­мость па­с­халь­но­го све­та и не­пре­рыв­ность рус­ско­го чу­да обус­лов­ле­ны тем, что пас­си­о­нар­ный по­тен­ци­ал на­ро­да спо­со­бен ак­ку­му­ли­ро­вать в пе­ри­од цве­те­ния сво­е­го цар­ст­ва ис­то­ри­че­с­кую энер­гию. Она не про­па­да­ет, а транс­ли­ру­ет­ся из им­пе­рии в им­пе­рию по све­то­во­ду рус­ской ис­то­рии.

Ве­щий Бо­ян из­влек сво­и­ми пер­ста­ми та­кую му­зы­ку, ка­кой хва­тит на не­сколь­ко ты­ся­че­ле­тий рус­ской ли­те­ра­ту­ры. Ан­гел Зла­тые вла­сы ода­рил "зо­ло­том во­лос" Есе­ни­на. Се­ра­фим Са­ров­ский явил­ся во сне Ио­ан­ну Крон­штадт­ско­му и бла­го­ве­с­тил, что ско­ро со­бор рус­ских свя­тых не­во­об­ра­зи­мо пре­ум­но­жит­ся. Вос­при­няв не­рас­тра­чен­ную энер­гию Пе­ре­све­та, Ма­т­ро­сов бро­сил­ся на ам­б­ра­зу­ру. Тре­не­ры кри­ча­ли мо­ло­дым штан­ги­с­там в мо­мент рыв­ка "Ста­лин­град!" — и те, по­мня об от­цов­ской и де­дов­ской по­бе­де, бра­ли олим­пий­ское зо­ло­то, не­смо­т­ря на вы­вих­ну­тые пле­чи и ра­зо­рван­ные на паль­цах су­хо­жи­лья. В 93-м го­ду пе­ред ико­ной Вла­ди­мир­ской Бо­го­ма­те­ри до сер­деч­но­го при­сту­па мо­лил­ся па­т­ри­арх Алек­сий, что­бы в стра­не не раз­ра­зи­лась бра­то­убий­ст­вен­ная бой­ня.

Но све­то­вод рус­ской ис­то­рии во мно­гих ме­с­тах рас­се­чен, и че­рез эти про­бо­и­ны ухо­дит в ни­ку­да дра­го­цен­ная энер­гия — и как след­ст­вие раз­ру­ша­ет­ся си­с­те­ма об­ра­зо­ва­ния, унич­то­жа­ют­ся ин­сти­ту­ты бра­ка и се­мья, ко­то­рым все ча­ще на­вя­зы­ва­ют­ся урод­ли­вые фор­мы, про­тив­ные Бо­жь­е­му за­мыс­лу, в сто­ро­ну ми­ну­са, упад­ка, "пуп­ка и па­ха" сме­ща­ет­ся си­с­те­ма цен­но­с­тей; ге­рои про­шлых им­пе­рий за­мал­чи­ва­ют­ся, от­да­ют­ся на по­ру­га­ние, про­фа­ни­ру­ют­ся, на их ме­с­та пы­та­ют­ся ус­та­но­вить "че­ло­ве­ков-па­у­ков" и ма­ри­о­не­ток с Бо­лот­ной. Вме­с­то па­мят­ни­ка рус­ско­му сол­да­ту Але­ше на по­ста­мент хо­тят во­дру­зить бу­тыл­ку "Ко­ка-Ко­лы", пра­во­слав­ный храм же­ла­ют под­ме­нить Мак­до­налд­сом, а лик Бо­го­ро­ди­цы — ма­с­ка­ми ко­щун­ниц.

От­то­го кри­с­талл рус­ской го­су­дар­ст­вен­но­с­ти, за­ро­див­шей­ся в пя­той им­пе­рии, по­лу­ча­ет лишь часть све­то­нос­ной энер­гии, но да­же эту часть стре­мят­ся за­му­тить и от­ра­вить, про­ни­кая в про­бо­и­ны све­то­во­да.

Ме­та­ис­то­ри­че­с­кая за­да­ча. Глав­ной ме­та­ис­то­ри­че­с­кой за­да­чей, по­став­лен­ной как ни­ког­да ос­т­ро имен­но се­го­дня в свя­зи с по­лу­чен­ны­ми про­бо­и­на­ми, ста­ло со­еди­не­ние, свар­ка све­то­во­да рус­ской ис­то­рии. На­и­бо­лее кро­пот­ли­вая ра­бо­та пред­сто­ит на сты­ке Ро­ма­нов­ской и Крас­ной им­пе­рии. И это со­еди­не­ние долж­но про­хо­дить не че­рез Де­ни­ки­на и Фрун­зе, не че­рез ко­с­ти бе­лых и крас­ных, ко­то­рые и в брат­ской мо­ги­ле бу­дут про­дол­жать ру­бить друг дру­га. Ра­бо­та по сли­я­нию долж­на быть бо­лее тон­кой, с чув­ст­вом пуль­са ис­то­рии. Сты­ков­ка осу­ще­ст­ви­ма лишь че­рез Ни­ко­лая II и Ста­ли­на как пе­ре­дат­чи­ка и пре­ем­ни­ка им­пер­ской идеи. Для это­го не­об­хо­ди­мо объ­яс­нить со­вет­ский пе­ри­од не шаб­лон­но, не как пе­ри­од вуль­гар­но­го ате­из­ма, а как ми­с­ти­че­с­кий пе­ри­од с осо­бой кон­цен­т­ра­ци­ей и вы­пле­с­ком ду­хов­ной энер­гии.

Вой­на и По­бе­да. Не­бы­ва­лым в рус­ской ис­то­рии вспле­с­ком ду­хов­ной энер­гии ста­ла По­бе­да 45-го го­да, ког­да Со­вет­ский Со­юз при­нес в жерт­ву трид­цать мил­ли­о­нов сво­их сы­но­вей. И этот кол­лек­тив­ный аг­нец срав­ним толь­ко с Хри­с­то­вой жерт­вой, по­то­му как Ве­ли­кая Оте­че­ст­вен­ная вой­на бы­ла не по­ли­ти­че­с­кой, не иде­о­ло­ги­че­с­кой, а ко­с­мо­го­ни­че­с­кой. Здесь столк­ну­лись не два ми­ро­воз­зре­ния, не две сверх­дер­жа­вы, а две си­лы, ко­то­рые мог­ли ли­бо при­ве­с­ти че­ло­ве­че­ст­во к све­ту, ли­бо низ­верг­нуть его во тьму.

Так бы­ло и в эпо­ху рас­пя­тия Хри­с­та — всту­пи­ли в про­ти­во­бор­ст­во ко­с­мо­го­ни­че­с­кая тьма и ко­с­мо­го­ни­че­с­кий свет. Од­но толь­ко то, что древ­ний со­ляр­ный сим­вол сва­с­ти­ка, при­сут­ст­во­вав­ший во мно­гих ми­ро­вых ми­фо­ло­ги­ях, из по­со­ло­ни был транс­фор­ми­ро­ван в про­ти­во­со­лонь, в знак раз­ру­ше­ния все­лен­ской гар­мо­нии, сви­де­тель­ст­ву­ет о по­пыт­ке за­пу­с­тить Ад­ский про­ект, в ко­то­ром от­чет­ли­во слы­шит­ся то­пот ко­ней Апо­ка­лип­си­са. По­это­му рус­ский на­род вы­сту­пил ар­хи­ст­ра­ти­гом Ми­ха­и­лом, по­бе­див­шим Ден­ни­цу, и эта По­бе­да от­ме­ча­ет­ся цер­ко­вью как пра­во­слав­ный пра­зд­ник. Всех ге­ро­ев этой вой­ны сле­ду­ет вос­при­ни­мать как свя­то­му­че­ни­ков, кре­с­тив­ших­ся кро­вью на по­лях сра­же­ний, от­то­го Рос­сия че­рез По­бе­ду со­еди­ни­лась с не­бом.

Рус­ское мес­си­ан­ст­во. Оче­вид­но, что та­кая По­бе­да на­ро­ду-без­бож­ни­ку бы­ла бы не по си­лам, ее мог одер­жать толь­ко на­род-бо­го­но­сец, на­де­лен­ный осо­бой мис­си­ей. В ис­то­рии че­ло­ве­че­ст­ва из­ве­ст­ны два мес­си­ан­ских на­ро­да: ев­реи и рус­ские. Пер­вые долж­ны бы­ли объ­е­ди­нить на­род во­круг се­бя и осу­ще­ст­вить про­по­ведь Мо­и­се­е­вых смыс­лов. С пер­вой ча­с­тью мис­сии ев­реи спра­ви­лись, а вто­рую — про­ва­ли­ли: не пре­одо­лев соб­ст­вен­ный ти­та­низм, рас­пя­ли Сы­на Бо­жь­е­го, про­да­лись зо­ло­то­му тель­цу — и Мо­и­сея за­ме­нил Шей­лок.

Рус­ское мес­си­ан­ст­во по­слу­жи­ло при­чи­ной то­му, что все на­ши им­пе­рии ста­ли не ге­о­гра­фи­че­с­кой, а ме­та­фи­зи­че­с­кой свя­той зем­лей. Не слу­чай­но па­т­ри­арх Ни­кон со­здал под Моск­вой Но­вый Ие­ру­са­лим, со­хра­нив и то­по­ни­ми­ку, и в мас­шта­би­ро­ван­ном ви­де про­ст­ран­ст­во пер­во­ис­точ­ни­ка. Рус­ские всей сво­ей жиз­нью, всем сво­им ис­то­ри­че­с­ким пу­тем ис­по­ве­ду­ют идею иде­аль­но­го бы­тия, рай­ско­го са­да, со­глас­но ко­то­рой для об­ре­те­ния смыс­ла жиз­ни не­до­ста­точ­но бы­то­во­го ком­фор­та и да­же го­су­дар­ст­вен­но­го бла­го­по­лу­чия. Жвач­ка и пульт дис­тан­ци­он­но­го уп­рав­ле­ния не де­ла­ют рус­ских сча­ст­ли­вы­ми, им нуж­на им­пер­ская ра­бо­та, фи­ло­со­фия об­ще­го де­ла. С этой иде­ей из уст в ус­та пе­ре­да­ва­лись сказ­ки, с этой иде­ей стро­и­ли со­ци­а­лизм. С этой иде­ей рус­ская ду­ша бед­ным Ла­за­рем при­хо­дит в храм и мо­лит­ся, ве­ря в Цар­ст­вие Не­бес­ное и зем­ное бла­го­ден­ст­вие. От­то­го рус­ский на­род "все­му ми­ру уко­риз­на", что жи­вет этот мир не по Бо­жь­им за­по­ве­дям, на­ру­ша­ет Бо­же­ст­вен­ную гар­мо­нию, по­сле че­го тварь вновь рас­пи­на­ет Твор­ца. За та­кую уко­риз­ну и по­лу­ча­ет рус­ский на­род на­ше­ст­вия, ко­то­рые все­гда пре­одо­ле­ва­ет, вой­ны, из ко­то­рых вы­хо­дит по­бе­ди­те­лем.

Рус­ская По­бе­да. По­сле тьмы все­гда на­сту­па­ет ли­бо Рож­де­ст­во, ли­бо Па­с­ха, и каж­дый раз, при­ни­ма­ясь за но­вое им­пер­ское стро­и­тель­ст­во, рус­ские по­мнят об этом. Со­зда­вая гимн но­вой дер­жа­вы, рус­ские по­мнят, что гим­ны вос­хо­дят к про­слав­ле­нию Гос­по­да и свя­тых Его. Мар­ши ок­ку­пан­тов у нас все­гда за­глу­ша­ют­ся мар­ша­ми по­бе­ди­те­лей, и крем­лев­ская бру­с­чат­ка при­зна­ет толь­ко по­ступь рус­ской по­бе­ды. Псал­мы рус­ской по­бе­ды при­зы­ва­ют "об­ле­кать­ся све­том, яко ри­зою" и по­пи­рать "ас­пи­дов и ва­си­ли­с­ков". Код рус­ской по­бе­ды не раз­га­да­ет ни­ка­кой де­ши­ф­ров­щик, не за­ста­вит из­ме­нить­ся ни­ка­кая му­та­ция, по­то­му что ключ от этой по­бе­ды со­крыт у Бо­га. По­бе­да пя­той им­пе­рии уже одер­жа­на, и те­перь лю­бые на­ши де­я­ния бу­дут вы­тя­ги­вать­ся по­бе­до­нос­ной си­лой к жи­во­нос­но­му ис­точ­ни­ку Па­с­халь­но­го све­та.

Ми­с­ти­че­с­кий ста­ли­низм. Си­с­те­му ко­ор­ди­нат, в ко­то­рой раз­ра­с­та­ет­ся рус­ская по­бе­да, мож­но на­звать ме­та­фи­зи­че­с­ким ре­а­лиз­мом, ког­да во всем зем­ном, ося­за­е­мом, зри­мом при­сут­ст­ву­ет не­бес­ное, са­к­раль­ный сверх­смысл, не­что не осо­зна­ва­е­мое умом, но по­сти­га­е­мое ду­хом. Имен­но та­ким ми­с­ти­че­с­ким ре­а­лиз­мом был на­де­лен Ста­лин, что поз­во­ли­ло ему по­бе­дить вра­гов и пе­ре­иг­рать со­пер­ни­ков.

Се­го­дня Ста­лин явил­ся к нам не как кон­крет­ная ис­то­ри­че­с­кая лич­ность с фак­та­ми лич­ной би­о­гра­фии, пред­ка­ми и по­том­ка­ми, а как не­кий иде­аль­ный тип им­пер­ско­го гла­вы. Ста­лин-че­ло­век ока­зал­ся Ста­ли­ном-ми­фом, во­брав­шим в се­бя эпо­ху во всей ее ан­ти­но­мич­но­с­ти: с ре­прес­си­я­ми и пя­ти­лет­ка­ми, с ГУ­ЛА­Га­ми и уни­вер­си­те­та­ми, с го­ло­дом и атом­ной бом­бой, но Ве­ли­кая По­бе­да сто­и­ла все­го это­го. Се­го­дня миф о Ста­ли­не стал по­лем иде­о­ло­ги­че­с­ко­го боя, ста­лин­град­ским Ма­ма­е­вым кур­га­ном, где од­ни го­во­рят об ана­фе­ме, а дру­гие о ка­но­ни­за­ции. Но как ро­ма­нов­ский ам­пир три­ум­фаль­ных арок и стел пе­ре­ро­дил­ся в ам­пир ста­лин­ских вы­со­ток, так и в бли­жай­шем бу­ду­щем нас ожи­да­ет но­вая ар­хи­тек­тур­ная транс­фор­ма­ция, ког­да уже ста­лин­ские вы­сот­ки, ус­т­рем­лен­ные к не­бу, да­дут иной ме­та­фи­зи­че­с­кий кон­ст­рукт пя­той им­пе­рии. И при­дет но­вый Ста­лин, име­ни ко­то­ро­го мы еще не зна­ем, но это бу­дет уже не миф, а жи­вой и де­я­тель­ный им­пер­ский стро­и­тель, но­си­тель па­с­халь­но­го све­та рус­ской ис­то­рии, тот, ко­му Бог до­ве­рит код Рус­ской По­бе­ды.

Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен!

Нажмите «Подписаться на канал», чтобы читать «Завтра» в ленте «Яндекса»

Комментарии Написать свой комментарий

К этой статье пока нет комментариев, но вы можете оставить свой