Война Рамадана весны 2026-го стала столкновением своеобразной военной машины Исламской республики Ирана (ИРИ) с агрессором современного типа. Аэрокосмическим, завоёвывающим полное господство в небе. Обладающим огромным космическим эшелоном связи, разведки, управления и целеуказания. Авианосными соединениями. Огромным арсеналом дальнобойного высокоточного оружия. Отличной разведкой, высокоразвитыми системами искина (ИИ). Словом, с таким врагом, который потенциально угрожает и РФ.
Что же показал опыт войны Рамадана?
Почти как корпус Ганса Каммлера
Источник вдохновения для строителей военной машины ИРИ установить нетрудно. Итак, Корпус стражей исламской революции, этакие параллельные армия и государство – это аналог немецких СС. Басидж – фольксштурма и отчасти – штурмовых отрядов СА до 1934 года. ВС Ирана (Артеш) – аналог вермахта, люфтваффе и кригсмарине (флота) Германии Второй мировой. А та гиперставка, что иранцы делали на баллистические ракеты (и отчасти на дальние дроны-камикадзе), навевает воспоминания об Особом (ракетном) корпусе обергруппенфюрера СС Ганса Каммлера (1901-1945 гг.). С его подвижными стартами Фау-2.
Перечитываю воспоминания одного из творцов немецкой ракетной программы, Вальтера Дорнбергера. Начало 1945 года. Поистине, «Сумерки богов».
«…Транспорт без остановки продолжал идти в зоны боевых действий. Моторизованные колонны позволяли перебираться через разрушенное железнодорожное полотно. Машины, оборудованные инфракрасными приборами ночного видения, неслись по голландским шоссе, доставляя все необходимое…»
Да, нашей армии в 1945 году такое могло лишь сниться. Такое у нас в широком военном использовании будет лишь двадцать лет спустя. А иной раз перед глазами встают реалии украинской кампании 2022-го…
Дорнбергер описывает то, над чем работали они накануне гибели Третьего рейха. Управляемые зенитные ракеты, радиоуправляемые оперативно-тактические ракеты. Они пишет: «Нам не хватило восемнадцати месяцев работы в статусе высшей приоритетности. Нам не хватило потерянных лет между 1939 и 1942 годами…»
В самом деле, генерал Дорнбергер к концу 1944 года – правая, техническая рука Ганса Каммлера, обергруппенфюрера СС и главного по всем ракетным, зенитно-ракетным и реактивным программам Третьего рейха. Каммлер отвечает за производство и применение баллистических ракет Фау-2, командуя с 28 февраля 1945-го Ракетным корпусом (LXV армейский корпус особого назначения). У него в распоряжении – подвижные пусковые установки ракет.
В январе 1945-го генерал Дорнбергер и его команда изучает те футуристические проекты, что имеются в Германии. Цель – отсечь те, которые требуют слишком много времени для воплощения и оставить самые перспективные, сулящие быстрый эффект. С благословления Каммлера, отобраны несколько проектов. Среди них – зенитная ракета «Шметтерлинг» профессора Вагнера (компания «Хеншель»). Ещё одна зенитная ракета – сверхзвуковая «Вассерфаль» из Пенемюнде. Наконец, Х-4, небольшая ракета на проводной связи, класса «воздух-воздух», детище доктора Крамера из Рурской стальной компании.
Страшно подумать, что могли сделать гитлеровцы, получи они такое оружие не в 1945-м, а в 1942-1943 годах! А теперь – слишком поздно. Рейх производит сотни реактивных самолётов Ме-262, но для них больше нет горючего. Транспорт страны парализован налётами англо-американской авиации. С востока жмут русские, они уже на Висле и рвутся к Одеру. Дорнбергер пишет:
«Каммлер отказывался верить в неизбежность краха. Он метался между голландским и рейнским фронтами, между Тюрингией и Берлином. Круглые сутки он был в движении. Совещания созывались ближе к часу ночи где-нибудь в горах Гарца, или же мы встречались к полуночи где-то на автотрассе и после краткого обмена мнениями снова разъезжались на работу. Все мы были жертвами страшного нервного напряжения…
…Каммлер продолжал верить, что он со своим армейским корпусом и оружием, которое находилось в полном его распоряжении, сможет предотвратить неминуемый крах, отложить неизбежный исход и даже развернуть ход событий…
…Когда единственная железнодорожная линия, по которой шло снабжение полигона в Гааге, была взорвана голландскими группами Сопротивления, а у местного командования оказалось слишком мало людей для её защиты, Каммлер в течение одной ночи перебросил из Германии резервы и подготовленные части вместе с наспех собранными пусковыми расчётами. Он был полон решимости сохранить линию в своих руках. Но чего стоили усилия единственного берсерка и его немногочисленных слабых частей против опасности, которая неудержимо надвигалась с запада и мощь её была неисчислима?
Корпус оружия «Фау» продолжал оказывать сопротивление союзникам до конца марта… Его части до 27 марта (1945 г. – М.К.) бомбардировали Лондон ракетами «Фау», которые запускались с баз в Голландии. V-1 также принимали участие в боевых действиях на Рейне и в Арденнах. Когда V-1 не могли больше достичь Южной Англии, потому что мы отступали, запуски производились с самолётов. Только по Англии было выпущено 9300 ракет V-1 (крылатых ракет, самолёто-снарядов – М.К.), они падали на неё днём и ночью. Примерно 6000 достигли берегов Англии. Десятки тысяч предназначались для иных целей. Всего было пущено в ход 4300 V-2 (Фау-2, баллистических ракет – М.К.) Порядка полутора тысяч имели целью Британию, а более 2100 – антверпенский порт. Примерно пятая часть из них были радиоуправляемы…»
Да, если бы Германия могла засыпать Англию такими ракетами не с осени 1944-го, а в 1943-м, то исход войны мог стать другим. Если бы такие ракеты могли падать и на осаждённый Ленинград, и нам пришлось бы худо. Надо это признать…
Параллели
Биография Каммлера то и дело вызывает параллели с Ираном и КСИР. Архитектор и строитель, Каммлер выдвигается в 1943-1944 годах, возглавляя проект по перенесению критически важного производства Третьего рейха в подземные сооружения и пещеры. Надо как-то защитить военную промышленность Германии от англо-американцев, практически захвативших господство в воздухе над страной. Немецкие истребители и зенитные орудия ПВО не могут совладать с флотами тяжёлых бомбардировщиков англосаксов. Значит, надо скрываться под землею, в горных толщах. Не правда ли, похоже на теперешний Иран с его подземными заводами, авиабазами, складами, командными пунктами и даже научно-исследовательскими структурами? Даже реалии и Двенадцатидневной войны лета 2025-го и войны Рамадана 2026 года до жути походят на тот период Второй мировой для Германии.
Как и в случае с Ираном, англосаксы с воздуха громят немцев, уничтожая локомотивы, мосты и плотины, бомбя перекрёстки дорог и железнодорожные узлы, выводя из строя критически важные производства (шарикоподшипниковые заводы, нефтепромыслы в Плоешти, Румыния, заводы по производству синтетического жидкого топлива из угля). Как и нынче в Иране, британо-американские воздушные армады обладают превосходством в осведомлённости (радиолокаторы лучше немецких), в системах связи и управления. Да, у них нет спутников, но есть сверхскоростные «Москито», каковые и разведчики, и средство нанесения снайперских (по меркам той эпохи) бомбовых ударов, и ночные истребители с бортовыми радарами. В таком варианте «Москито» сбивают немецкие истребители, силящиеся сорвать ночные налёты «летающих крепостей» и «ланкастеров», бьют самолёты люфтваффе на взлёте со своих аэродромов и во время посадок на них.
Иногда дело доходит до дежавю. И в Двенадцатидневной войне, и в Рамадановой удары с воздуха наносятся не только по командным центрам и высшим звеньям управления Ирана, но и по штабам КСИР, по центрам полицейско-жандармского аппарата. В расчёте на то, что это облегчит восстания и бунты внутри страны, возникновение подполья. Но во Второй Мировой британцы рейдами «Москито» били по штаб-квартирам гестапо во Франции, Дании и Норвегии. Именно ради того, чтобы помочь антигитлеровскому Сопротивлению. Иранцы бились с упорством обречённых, имея возможность отвечать лишь дронами и баллистическими ракетами. И тут опять вспоминается Каммлер.
Немцы в 1945-м дрались отчаянно. Они ни на миг не покладали рук. В конце февраля Ганс Каммлер – уже уполномоченный (генеральный комиссар) по реактивной авиации. Но время потеряно: никто уже не вернёт тех лет, что были потрачены вокруг споров насчёт Ме-262 – быть ему истребителем или скоростным бомбардировщиком? Каммлер всё ещё надеется переломить ход борьбы с помощью реактивных самолётов, но для них просто не хватает топлива. Однако Дорнбергер пытается найти эффективное оснащение для реактивных и поршневых истребителей. Управляемые ракеты «воздух-воздух». 12 марта 1945-го Дорнбергер формирует последнее предложение. Всего четыре вида оружия.
Например, R-4M, неуправляемая ракета «воздух-воздух» калибра 50 мм и с зарядом в 0,45 кг взрывчатки. Ме-109 мог нести 48 таких ракет, атакуя американские «летающие крепости» с расстояния в 1000-1350 метров.
Или вот самолётная безоткатная пушка с оптическим наведением.
Ещё двумя видами оружия были кассетные бомбы для своей авиации и воздушные (на парашютах) мины заграждения для вражеских бомбардировщиков (американцы летали плотными «боевыми коробками»).
«Все эти виды оружия имелись в нашем распоряжении, но их использование могло принести плоды, если бы удалось собрать в одном месте достаточное количество Ме-262 (двухмоторных реактивных истребителей – М.К.), вооружённых тем или иным видом этого оружия – в зависимости от обстановки. Но собрать воздушное соединение больше не представлялось возможным…», - читаем в мемуарах немецкого генерала.
И опять мы видим параллели. Энергичные попытки иранских военных противопоставить колоссальному воздушно-космическому, морскому и информационному превосходству агрессоров не только гамму баллистики средней дальности, но и разнообразные беспилотники. Начиная от отлично знакомых нам «шахедов-136», ставших прародителями БПЛА типа «Герань» - и до аналогов самолёто-снарядов Фау-1, летающих бомб «Араш-2». Однако такой арсенал не позволял ИРИ нанести агрессорам ни стратегического поражения, ни неприемлемого ущерба. И получилось, в общем, как и в случае с Германией: превосходство по части баллистических ракет не смогло перевесить господство англосаксов в небе, их превосходство в числе танков, артиллерии и механизированных дивизий. Спору нет, имевшиеся в распоряжении Каммлера Фау-2 по нынешним меркам крайне слабы. И бьют всего на 320 км, и несут максимум 800 кило взрывчатки, и точность их низка – в круг диаметром 10 километров попадала лишь половина выпущенных ракет. Иранцы же пытались создать «каммлероподобные» вооружённые силы, рассчитывая на гораздо большие дальнобойность и точность своих ракет средней дальности. Однако, в итоге, результат вышел таким же, как и у немцев. Ставка на пару видов «чудо-оружия» не смогла преодолеть общее превосходство агрессоров в современных и сбалансированных вооружениях.
Трагическая несбалансированность
На первый взгляд, военные системы ИРИ и РФ сравнивать нельзя. Если мы ещё сохраняем (пускай и в несбалансированном виде) все составляющие боевой мощи (ядерно-ракетную, воздушно-космическую, морскую и сухопутную), то персидская военная сила однобока. Сильное развитие ракетной составляющей, но без ядерного компонента. Со слабыми ВВС, представлявшими накануне войны этакий музей 1970-х (с самолётами «Фантом», F-5, F-14, Су-17), которые оказались выбитыми в первые же часы войны Рамадана. С разношёрстными зенитно-ракетными войсками ПВО, не подкреплёнными сильной истребительной авиацией. С очень слабым, по объективным причинам, космическим эшелоном. С военно-морскими силами в виде «москитного флота» прибрежного действия (советская доктрина дешёвого ВМФ 1920-х годов в действии). То есть в основном - скоростные катера и роботкатера.
Располагая довольно неплохими противокорабельными крылатыми ракетами (ПКР) с дальнобойностью до 1000 км («Абу Махди»), Иран не имеет средств быстрого и точного целеуказания для них – в виде спутников разведки и больших беспилотников с локаторами дальнего обзора, способных круглосуточно обозревать важные для обороны Персии акватории. Потому максимум, что смогли сделать иранцы в войне Рамадана – лишь вынудить авианосцы США держаться за пределами радиуса действия ПКР. Каких-то чувствительных потерь нанести флоту агрессора они не смогли. Хотя и перекрыли Ормузский пролив. Впрочем, вредя тем самым не только экономикам Запада, но и собственной – ибо через сей пролив их же нефть шла и в Китай, и в Индию.
Сухопутные же силы Ирана в условиях, когда война стала воздушно-космической, а на суше с Израилем и США никак не пересечься, оказались вне игры.
Оттого сложилась тупиковая для Ирана ситуация. Агрессоры в состоянии поражать самые жизненные его центры и цели по всей его территории. Иран в ответ не имеет возможности поразить территорию Америки. А вести огонь по Израилю, не имея ядерных боевых частей – толку мало. Как и от эффектных на видео ударах по небоскребам Объединённых Арабских Эмиратов, по Бахрейну и Оману. Без атомных зарядов ракеты не смогли гарантированно вывести из строя авиационные и морские базы США в странах Персидского залива, включая и Саудовскую Аравию. Да, дорого обошлась Ирану та самая антиядерная фетва рахбара Хаменеи-старшего, что стала известной в 2005-м (как попытка договориться с Западом) и как минимум на десяток лет затормозившая иранскую ядерную программу.
Урок номер 1: баллистические ракеты без ядерных боезарядов – оружие слабое
Отсюда и первый урок, являющийся повторением старого опыта: баллистические и крылатые ракеты должны иметь в том числе и ядерные боезаряды. Только так можно создать противовес огромным конвенциональным силам противника.
Приведём простой пример: почти весь запас баллистических ракет средней дальности (БРСД) с обычными боезарядами Ирана ушёл бы на разрушение одного Тель-Авива. Чтобы обратить в руины 74% застройки Гамбурга в 1943 г., авиации англосаксов пришлось сбросит 9 тысяч тонн бомб. БР с обычной боеголовкой – та же бомба со сложным средством доставки. По сути – одна большая авиабомба. Нетрудно подсчитать, что на один Тель-Авив потребовалось бы около 5 тысяч БРСД. Что неприемлемо: Ирану нужны были ракеты и на иные цели. Зато вполне хватило бы десятка ракет с ядерной БЧ. Даже при перехвате 90% ракет Израиль получал один ядерный удар, разрушающий его важнейший центр.
Точно так же, не имея ядерных боеприпасов, иранцы не могли уничтожать авиабазы агрессоров в досягаемости своих БРСД. В обычном снаряжении баллистика не могла толком вывести из строя даже взлётно-посадочные полосы американских аэродромов, как то делали старики Б-52 с бетонобойными бомбами с авиабазами Ирака в январе 1991-го. Баллистика не в состоянии обеспечить бомбовые «аллеи» и «ковры», каковые обычны при бомбометании с самолётов. Хотя это было ясно ещё во Второй мировой: имея возможность запускать по Лондону тридцать Фау-2 в сутки (24 тонны взрывчатки), Германия наносила ущерб не более, чем дюжина «летающих крепостей» с фугасными бомбами, принимая в ответ по себе самой налёты почти тысячи тяжёлых бомбардировщиков. И, конечно, Иран никак не мог ракетами с обычным зарядом покончить ни с израильскими авиабазами, ни с его ядерным центром в Димоне. Что изначально обрекало его на поражение.
Как и Германия Второй мировой, Иран совершил ту же стратегическую ошибку. Немцы ведь в 1942-1943 годах делают ставку на дальнобойное ракетное оружие, но с пренебрежением относятся к работе атомщиков. Хотя, казалось бы, надо скрестить одно с другим. Но ведь и в Иране верховный аятолла (рахбар) Али Хаменеи издал в 2005 г. (если не ранее) фетву против создания иранского ядерного оружия. Сильно замедлив весь проект и оставив страну без ядерного меча к войнам 2025 и 2026 годов.
Урок для нас таков: нужно иметь достаточно ракет и ядерных зарядов к ним (а также и воли) для того, чтобы умело применить их против превосходящих сил агрессора. Причём ракеты должны быть подвижного и скрытного базирования, со средствами прорыва противоракетной обороны. Отнесём сюда же и гиперзвуковые ракеты, равно крылатые и аэробаллистические.
Но, помимо ядерных боевых частей, важно развивать неядерные мощные средства оперативного и стратегического характера. Прежде всего – оружие кинетического удара. Да-да, тот самый «Орешник» с гиперзвуковыми, тугоплавкими «ударниками»-глайдерами. С эффективностью поражения, приближающейся к тактическому ядерному боеприпасу, но при этом – «чистому», без радиационного заражения. Кстати, отнесём туда же и боеголовы объёмного взрыва. К сожалению, Иран не обладал подобиями «Орешника». А ведь имей он их – и тяжесть его ударов по тем же авиабазам агрессоров или по жизненно важным центрам Израиля могла возрасти кратно. Без политических и психологических последствий ударов атомными зарядами.
Урок 2. Господство в воздухе критически важно
Второй тяжёлый урок заключается в том, что даже огромные ракетные войска не компенсируют превосходства агрессора в воздухе. Мы все стали свидетелями того, как США и Израиль, выбив авиацию и ПВО Ирана, принялись уничтожать склады БРСД и пусковые установки на марше и старте. Даже на горных дорогах близ Исфахана. На охоту за ракетами пошли не только пилотируемые ВВС, но и дроны. Ирану было нечего этому противопоставить. Разве что отвлекать противника на ложные цели: имитации пусковых установок ракет и БПЛА. Что, увы, полностью проблемы не решило. При этом чётко выявилась связка: ВВС плюс мощная разведка, имеющая в распоряжении колоссальные объёмы разведданных, обрабатываемых с помощью искина (ИИ) и выступающая как скорый и точный целеуказатель для авиации, дронов и ракет дальнего боя.
Поэтому русским необходимо обладать сильным воздушно-космическим флотом, интегрированным и с зенитно-ракетными частями ПВО, и с мощной разведкой. Таковой небесный флот должен решать важнейшие задачи.
- Защищать свои жизненно важные центры и районы развёртывания РВСН (Ракетных войск стратегического назначения).
Следует покончить с «культом С-300 и С-400». Опыт воздушных войн, начиная с воздушного наступления «Лайнбэкер» США во Вьетнаме 1972 года, гласит: даже самые совершенные зенитно-ракетные войска слабее современной авиации, оснащённой и обученной прорыву и подавлению противовоздушной обороны. Кстати, число врагов ПВО теперь пополнилось: помимо авиации, зенитно-ракетные комплексы и радары теперь уничтожают дроны диверсионных групп. Что мы видели в 2025 году в Иране. Да и в РФ, если честно – в виде операции «Паутина» в июне того же года.
- Воздушная оборона Великой России должна строиться как единый разведывательно-космическо-авиационно-зенитно-ракетный контур, дополненный группами борьбы с дронами.
Особое значение тут имеют средства дальнего радарного обнаружения атак врага, особенно низколетящего. То есть и самолётов, и крылатых ракет, и беспилотников. Именно низколетящие средства воздушного нападения нанесли Ирану страшный ущерб в войнах 2025 и 2026 гг. Ибо он их не видел до самого последнего момента. А это значит, что радары следует поднимать в небо. И на орбиту – в виде группировки спутников радиолокаторной разведки, охватывающей буквально весь Земшар. И в воздушный океан – в виде самолётов ДЛРО (дальнего радиолокационного обнаружения) с современными неподвижными излучателями/антеннами с синтезированной апертурой. Дополненных высотными дронами с локаторами («Гелиос-РЛД», например), локаторами на дирижаблях и привязных аэростатах. Соответствующие работы – на энтузиазме – ведут в компании «Аэронова» и в знаменитой Бауманке.
Всё это должно дополняться всеохватной военно-гражданской системой спутниковой связи вроде Маскова «Старлинка». Она остро нужна и военным (тем же пилотируемой авиации и дроннице), и экономике, и гражданам. К сему добавим достаточное число летающих танкеров – самолётов-заправщиков.
В итоге и воздушные системы, и зенитно-ракетные комплексы, и зенитная артиллерия должны стать огромным единым организмом на принципах сетевой организации, без сверхцентрализации.
- Вторая мегазадача воздушно-космического флота – нанесение разящих, точных и быстрых ударов по противнику в любой точке планеты. Будь то президентский кортеж в стане врага, бункер неприятельского главаря, авианосец, авиабаза, позиция дальнобойных ракет. Или важные мосты, железнодорожные узлы, порты, виадуки и тоннели, нефтеперерабатывающие заводы и хранилища ГСМ, силовые станции и магистральные подстанции. Узлы связи, интернета, базы хранения данных.
В особую группу целей выделим центры политической и финансовой власти, спецслужбы и полицейско-жандармские структуры противника, места особняков и вилл его «элиты», министерства, центральный и главнейшие банки супостата, его центральные военные органы управления. И так – вплоть до региональных и районных администраций. Отнесём сюда же и телерадиоцентры.
Поражение всего означенного способно парализовать противника, обездвижить и лишить снабжения его вооружённые силы.
Отсюда – и необходимость именно сильного воздушно-космического флота, способного наносить удары и из космоса, и из воздушного океана планеты. При этом действия пилотируемых систем дополняются действиями баллистических ракет в ядерном и неядерном снаряжении, крылатых ракет (включая и гиперзвуковые) и беспилотных ударных систем. Особо обращу внимание на необходимость развития баллистических ракет, умеющих поражать морские (весьма подвижные) цели. Это не что иное, как новое рождение советской программы «Созвездие-Р». Кстати, баллистические ракеты смогут доставлять в нужные точки планеты боевые дроны (в боеголовках-транспортных контейнерах). Или работать как сверхдальние «орешники», поражая своими кинетическими элементами, скажем, вражеское руководство. Или угрожающих нам террористов.
Нам нужен воздушно-космический флот для стремительных побед-блицкригов. Недопустимо положение, когда американская и еврейская авиация безраздельно господствует в небе Ирана – как будто там нет никаких ЗРК – а наша авиация не осмеливается пересекать зону боевого соприкосновения на Украине. Ибо опасается ПВО ВСУ.
Урок 3. Разведка как объединяющая сила
Горький опыт последних войн показал удивительную эффективность тандема «Разведка с искином (ИИ) плюс авиация». Например, в действиях ВВС Израиля против Ирана. А до того – против «Хезболлы» в Ливане.
Этого РФ остро не хватает. Мы обязаны создать этакое Координатное ведомство (описанное Эрнстом Юнгером в фантастическом «Гелиополисе»), способное точно указать: где находится тот или иной авианосец в любой момент времени. Или где – интересующая нас личность. Как и куда движется противник, где – его огневые позиции и логистические потоки. И так далее.
Новые сухопутные силы
Да, нам, как великой материковой силе, надобны обновлённые Сухопутные войска. Очевидно, что старые танково-механизированные армии устарели. В новых условиях они крайне уязвимы для аэрокосмических сил и дронницы, слишком зависят от снабжения и скорее превращаются в огромные «могилы» для дефицитных ресурсов.
Уверен, что новые наземные силы станут более подвижными, мотопехотно-дроновыми. Что мы, впрочем, уже видим на Украине. Людей дополнят боевые роботы, человекоподобные и нет. Думаю, и танки претерпят изменения. Они станут этакими «сухопутными кораблями» с мощной артиллерией, командующими роями наземных роботов. Причём такие танки понесут на борту воздушные дроны-убийцы и дроны-разведчики. «Наземные корабли» защитят от вражеских БПЛА дроны-истребители. Танки всё более станут превращаться в гибрид самоходной артиллерии и передвижного командного пункта. Впрочем, новый облик Сухопутных войск – предмет кропотливой работы с участием энтузиастов-ветеранов нынешней войны и таких волонтерских структур, как КЦПН (Координационный центр помощи Новороссии) – организатора ежегодного форума «Дронница».
Флот и приоритетность
Убежден, что, учитывая ограниченность русских ресурсов, сильно истощённых нынешней войною и деиндустриализацией, нам нужно выстраивать приоритетность задач военного строительства. Итак, сначала – ядерно-ракетная, воздушно-космическая и разведывательная мощь. Плюс сухопутные войска. Именно в синергии, в связке. А затем, по мере подъёма державы – экономического и демографического – можно заняться и новым Военно-морским флотом. Каковой – удовольствие крайне дорогое.
Вне всякого сомнения, новое военное строительство потребует общей индустриализации страны. Война на Украине показала, что экономика сырьевая и полусырьевая, с господством косных и неповоротливых «королей административной ренты», обрекает нас на военную отсталость. На войны архаичные, вязко-многолетние, с кровавой позиционкой и мясными штурмами. С криминальным разложением комсостава и войск. Если не переломить сего процесса, то мы окажемся в положении зулуса с копьём против колонизатора с пулемётом. И, конечно, новая индустриализация – лишь часть грандиозного проекта создания расы долгожителей со сверхспособностями. А то и вовсе победивших старость и смерть.
Согласен: работа сия крайне тяжела. Но есть ли у нас иной выход? Рассчитывать нам придётся на свои силы. Ибо пришла эпоха «новых 1930-х». Время жестокой борьбы новых империй. И схватки за Будущее.
Илл. Morteza Nikoubazl/NurPhoto/Getty Images
