Авторский блог Александр Елисеев 14:33 14 октября 2016

Народники и монархисты

Русское народничество, с его общинностью и артельностью, было органическим, почвенным, национальным.
8

Великая политическая трагедия – это вражда русского народничества и русского монархизма. В принципе, это отражение глобальной трагедии – вражды Левой и Правой – при торжестве либерального Центра, который минимизирует, ничтожит как левые, так и правые смыслы. Русское народничество, с его общинностью и артельностью, было органическим, почвенным, национальным. Да и к монархии испытывало слабость. Герцен, творец замечательного термина «русский социализм», фактически поддерживал Царя в начале реформ. Неистовый Бакунин, русский и славянский патриот, считал, что Царь вполне может бросить клич в народ, и народ его поддержит. Даже многие народовольцы мечтали о Земском соборе. Я уж не говорю о консервативном, монархическом народничестве, которое совершенно неверно обзывают «либеральным». Но, увы, народники, страдая западничеством, настроили себя против «азиатской деспотии», «варварского самодержавия» и т. п.

Русские монархисты тоже отличились – не в лучшую сторону. Многие из них брезгливо относились к русской общине (как Н. Е. Марков и В. М. Пуришкевич), и поддержали столыпинский натиск на русский сельский мир. (Совершенно напрасно, из 20 % всех крестьян, покинувших общину – половина разорилась, многие из разорившихся пополнили армию пролетариев, стали базой левого радикализма.) Но это даже полбеды. Русские монархисты-этатисты проявили потрясающую слепость в отношении таких русских институтов, как артель и кооперативы. Я в своё время, работая над диссертацией о русских консерваторах начала прошлого века, был просто удручён. Люди писали много, очень много - всего правильного (хотя и «неправильного» – хватало). Но где мысли о выдающемся русском кооперативном движении (кстати, сильно поддержанного Государем)? Где – о русских артелях? Опять-таки, все это – гнилое западничество, с его пренебрежением к русским самобытным институтам.

Итак, в идеале должно было возникнуть единое монархо-народническое (или народно-монархическое) движение. Собственно, славянофилы и были прообразом такого вот движения. Но западничество, выевшее наши мозги, всё это провалило. В результате, социализм у нас стал не народно-национальным, но марксистским, интернациональным. Русский социализм оседлали марксисты. «Марксиды», как их издевательски называли эсеры, энесы и прочие «неонародники». И надо отметить, что сам Маркс (на старости лет ставший изучать русский язык), в данном вопросе, был именно что за народников. В знаменитом письме к Вере Засулич он писал: «Если революция произойдет в надлежащее время, если она сосредоточит все свои силы, чтобы обеспечить свободное развитие сельской общины, последняя вскоре станет элементом возрождения русского общества и элементом превосходства над теми странами, которые находятся под ярмом капиталистического строя». (Сочинения. Т. 19. С. 410) Полемизируя со своими «последователями»-догматиками, Маркс писал: «Им непременно нужно превратить мой исторический очерк возникновения капитализма в Западной Европе в историко-философскую теорию о всеобщем историческом пути, по которому роковым образом обречены идти все народы, каковы бы ни были, каковы бы ни были все исторические условия, в которых они оказываются…" (Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. Т. 19. С. 250).

Но ведь нашенские «марксиды» как раз и облизывали эту самую Западную Европу. Да и неонародники зря зубоскалили – эсеры склонились перед меньшевиками, с их отродоксальным «марксизмом» - сначала полное развитие капитализма, потом социалистическая революция. Даже Ленин тут был меньшим «марксидом».

Разрыв двух русских социалистических традиций (государственной и общинной) привел к страшной диспропорции. Коммунисты, с их государственническим инстинктом, ухватились за этатизм, да ещё и наполнили его интернационально-глобалистским содержанием. Нет, не буду тут нигилистом – многое было сделано, держава всё-таки спасена, индустрия поднялась, «мы – в космосе». Но не «то». Не «того» требует русская наша душа.

Если мы соединим идею Власти Государя и Народной Организации, «Правую» и «Левую», возьмём формулу – «Царь и Советы!», то Россия станет ещё более крутой и великой.

Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен!

Нажмите «Подписаться на канал», чтобы читать «Завтра» в ленте «Яндекса»

Комментарии Написать свой комментарий
14 октября 2016 в 16:26

Все неудачи народничества от психологии крестьянства - русский крестьянин одновременно и ненавидел кулака-мироеда и мечтал стать им. Вот эта его жлобская, мелкобуржуазная сущность русского крестьянства несовместима ни с какой революционностью. А вот уже ПРОЛЕТАРИЙ, т.е. в пух и прах разорившийся крестьянин уехавший в город на завод, лишёНный СОБСТВЕННОСТИ, которому нечего терять, а ввязавшись в драку, может приобрести весь мир - он и явился фундаментом для возникновения марксизма в России.
Вот почему сегодня путинская власть бросила триллионы на создание *среднего класса*, т.е. класса жлобов, КОТОРЫМ ЕСТЬ ЧТО ТЕРЯТЬ. Создают их в первую очередь в больших городах, где наиболее вероятны социальные волнения. Вот почему и токарь, и учитель на периферии получают в 5-10 раз меньше, чем в мегаполисах.

14 октября 2016 в 17:00

С другой стороны поднимать на щит русскую общину тоже не правильно. Община не была однородной. Там была старшина, "лучшие люди", и были все остальные. Старшина поставляла кадры управления общиной. Не всегда эти кадры были справедливыми. Обычно "лучшие люди" получали и лучшие участки пахотной земли и лучшие покосы. Остальные члены общины работали на своих богатеев.
Примером можно взять роман "Строговы" Георгия Маркова или "Бруски" Федора Панферова.

Кстати, по аналогии и казачье самоуправление было ущербно этим же недугом - неравенство членов общины. Атаманом становились лишь представители нескольких самых богатых семейств, старшины. Был даже случай, когда один представитель старшины, продал своих селян в рабство туркам...

14 октября 2016 в 17:04

А вот относительно правых и монархистов было бы интересно узнать , они, правда, считали, что расслоение общества на богатых и бедных это хорошо? Что бедные должны работать на богатых?
По идее, умный и честный человек, христианин, должен был всей душой противиться такому положению дел. Тогда позиция правых и монархистов мало бы чем отличалась от социалистов.

14 октября 2016 в 17:37

Александр Елисеев желает скрестить ежа с ужом, народников с монархистами. До сих пор это никому не удовалось, и ему не удастся.

Что удалось Елисееву, так это замазать Герцена и Бакунина царём:

"Герцен, творец замечательного термина «русский социализм», фактически поддерживал Царя в начале реформ. Неистовый Бакунин, русский и славянский патриот, считал, что Царь вполне может бросить клич в народ, и народ его поддержит".

В начале каких реформ, а главное как Герцен поддержал царя - неважно. Какой клич царь вполне может бросить в народ, и народ его поддержит - тоже не важно. Это характерная черта всех недругов России - главное плюнуть, загадить, очернить, а там пусть утирается, кто может и хочет.

Что касается западничества народников, то это несусветная чушь целиком состряпана из белых ниток. Только невежа или откровенный враг независимой и процветеющей России может перепевать зады царистов и коммунистов толдыча о западопоклонстве народников стоявших на почве СВОЕГО ПУТИ РОССИИ.

Скажем, Герцен не понаслышке знал о капитализме. Он объехал Западную Европу и побывал в капиталистической Мекке того времени – Англии. Ему было, что и с чем сравнивать. Имея собственную голову, находясь за границей, он довольно скоро воочию обнаружил, что хрен редьки, точнее говоря капитализм царизма не слаще; что обещанный капиталистами рай не распространяется на массы, а только на самих капиталистов; что положение пролетариата Западной Европы значительно тяжелее, чем российского крестьянина:

«Теперь возьми ты любую точку старой Европы и любую сторону новых учений – ты увидишь их антагонизм и отсюда или необходимость Византии, или нашествия варваров – варварам нет нужды приходить из дремучих лесов и неизвестных стран – они готовы дома. Так как в природе удивительная спетость, то нравственное падение старой цивилизации совпало с началом роковой борьбы. Всё мелко в ней, литература и художества, политика и образ жизни, всё неизящно – это признак смерти – всё смутно и жалко», – писал Герцен из Парижа Огарёву 17 (5) октября 1848 года. (Герцен А.И. Письма из далека. М.: Современник, 1984 г., стр.130)

Бытует мнение, распространённое и насаждённое в годы строительства социализма в России и СССР «русскими учениками» (в частности Лениным, который здорово потрудился над искажением правды о жизнедеятельности основоположников народничества) и поддерживаемое ныне их сторонниками из числа установления капитализма в России, будто бы Герцен был западником и приветствовал строительство капитализма в России, а его гневные обличения моральной ограниченности и духовного ничтожества буржуазии последовали вслед за его разочарованием поведением буржуазии в июньские дни 1848 года во Франции как результат сиюминутного настроения. Это совершенно неверно.

Герцен получил долгожданный паспорт, дающий право выезда за границу сроком на 6 месяцев – 19 декабря 1846 года. В Париж приезжает 5 марта 1847 года. И уже спустя менее чем через 3 месяца он пишет:

«Буржуазия явилась на сцене самым блестящим образом в лице хитрого, увертливого, шипучего, как шампанское, цирюльника и дворецкого, словом, в лице Фигаро; а теперь она на сцене в виде чувствительного фабриканта, покровителя бедных и защитника притесненных. Во время Бомарше Фигаро был вне закона, в наше время Фигаро – законодатель; тогда он был беден, унижен, стягивал понемногу с барского стола и оттого сочувствовал голоду, и в смехе его скрывалось много злобы; теперь его бог благословил всеми дарами земными, он обрюзг, отяжелел, ненавидит голодных и не верит в бедность, называя её ленью и бродяжничеством. У обоих Фигаро общее, собственно, одно лакейство, но из-под ливреи Фигаро старого виден человек, а из-под чёрного фрака Фигаро нового проглядывает ливрея, и что хуже всего, он не может сбросить её, как его предшественник, она приросла к нему так, что её нельзя снять без его кожи. У нас это сословие не так на виду, в Германии оно одно и есть с прибавкою теологов и ученых, но как-то смиренно, мелко и из рук вон смешно; здесь оно дерзко и высокомерно, корчит аристократов, филантропов и людей правительственных…
Буржуазия не имеет великого прошедшего и никакой будущности. Она была минутно хороша как отрицание, как переход, как противоположность, как отстаивание себя. Её сил стало на борьбу и на победу; но сладить с победою она не могла: не так воспитана. Дворянство имело свою общественную религию; правилами политической экономии нельзя заменить догматы патриотизма, предания мужества, святыню чести…
Наследник блестящего дворянства и грубого плебеизма, буржуа соединил в себе самые резкие недостатки обоих, утратив достоинства их». (Там же, стр. 111-112)

И после этого находятся люди, причисляющие Герцена к сторонникам западноевропейского развития России, более того, талдычащие о наличии западников на Руси, как большое и сильное течение общественной мысли. Они полагают, что чем больше людей с громким именем будет причислено к западникам, тем выше будет его значение.

Аналогично и фигурирование имени Белинского в числе "западников". А это после сказанного им:

«Горе государству, которое в руках капиталистов! Это люди без патриотизма, без всякой возвышенности и чувств». (Н. Яковлев, В. Прищепенко. Исторические истоки. М.: Русский язык, 1898 г., стр. 205)

14 октября 2016 в 17:45

не буду тут нигилистом – многое было сделано, держава всё-таки спасена, индустрия поднялась, «мы – в космосе». Но не «то»
----------------------------------------------------------------
Теперь сидя на прочном фундаменте, созданном при коммунистах, защитивших страну от посягательств, автор может рассуждать об идеи Власти Государя и Народной Организации.
Вот только строить страну, достойную России, похоже, некому. На наших олигархах, присвоивших большую часть достояния, созданного при трижды "клятых", надежды мало.

1.0x