Сообщество «Символ веры» 00:00 10 декабря 2015

Марш-бросок

Меня всегда очень раздражала тема под названием "русские в Турции", ибо в этих направлениях колесили (и куролесили) особые социальные типы. Больше того, "русскими" там называли едва ли не всех жителей бывшего СССР. В этой связи вспоминается немецкая документальная зарисовка о пьяных, похотливых, нахальных russisch-ах, подавляющее большинство которых прибыло с территории… Украины. Но для запуганного пруссака оно едино — Воронеж или Гайворон. Впрочем, наших соотечественников, ездивших на "берег турецкий", дабы расслабиться, всё равно было много. И все эти эстрадные шуточки, что к трезвым и воспитанным русским в Турции обращаются по-немецки, — оскорбительны и совершенно не смешны.

Некоторое время назад у менеджера Наташи пропал смысл жизни: международная обстановка и прочие геополитические пертурбации (в коих Наташа никогда не разбиралась) спутали все её курортные планы. Ни тебе страстного Египта, ни тебе зазывных турецких пляжей! Сиди, Натуся, на шести сотках — расти корнеплод, обихаживай капусту, лузгай подсолнушки. Дверца в экзотичную жизнь, пахнущую пряными пойлами да кальянным дымом, оказалась накрепко заколочена. У менеджера Наташи — работа нудно-рутинная, разве что удаётся посидеть на "Фейсбуке" и в "Одноклассниках", хлебнуть чайку с обсыпными пончиками, завести интрижку с женатиком из соседней конторы — он тоже менеджер по распродажам/перепродажам, ему тоже скучно. Как и Наташе. Как и Оле со Светкой из отдела по закупкам. Быт — заел. Муж — бросил. Сын — троечник. Соседи — алкаши. Кредит — не выплачен. А жить-то хочется! Хотя бы два раза в год, когда появляется сладкая возможность ухнуть все свои капитальцы да пронестись раскованной вакханкой по анатолийской Ривьере.

В книжках с яркими обложками и в бесконечных сериалах — всё слаженно: герои хороши собой, богаты и хлопают дверцами запредельных авто. Реальность — куда как сложнее. Наташа — фемина в последнем приступе молодости: ей под сорок. Сетует, что современные кавалеры предпочитают юных и звеняще-костлявых, а её — корпулентную, обабившуюся Наташу брюзгливо игнорируют. (Офисные флирты на корпоративных пьянках "большой любовью" не считаются.) В гламурном чтиве же ясно прописано: для телесной гармонии и тотального счастья женщине требуется беспрестанное "половое разнообразие". Менеджеру Наташе неведом тот факт, что все эти советы раздают злобно-ироничные акулы пера, презирающие свою второсортную аудиторию. Поэтому она истово доверяет глянцу. Поездка в южные пределы считалась для неё не только отдушиной и перерывом в скучной череде недель — это был временный пропуск в Мечту. В её простую, как любимый салатик "Оливье", но живописную грёзу о красивой сказке. Это здесь она — толстая и банальная тётка, а там она — шахиня из "1001 ночи"! За этим и катается. Поплескаться в тёплой воде да покушать фруктов можно и в других точках планеты, а здесь — недорого, сочно, густо и насыщенно! Можно хоть немного побыть собой — заливчато поорать песни, потрясти телесами в самбе-румбе, и, разумеется, завести необременительный, но запоминающийся роман со смуглым аборигеном. Но туда ведь ездили не только скучающие бабищи, укатанные сериально-глянцевым мировоззрением. Там и мужчинки плясали, пили, дрались, казали крутой норов и зычно ревели: "Я вам-чертякам покажу, кто здесь хозяин!". Всевозможные Коляны — Толяны, полагающие, что им можно всё — даже резать диваны, крушить столы и устраивать оргии с киданием еды, предметов и людей в отельный бассейн.

Меня всегда очень раздражала тема под названием "русские в Турции", ибо в этих направлениях колесили (и куролесили) особые социальные типы. Больше того, "русскими" там называли едва ли не всех жителей бывшего СССР. В этой связи вспоминается немецкая документальная зарисовка о пьяных, похотливых, нахальных russisch-ах, подавляющее большинство которых прибыло с территории… Украины. Но для запуганного пруссака оно едино — Воронеж или Гайворон. Впрочем, наших соотечественников, ездивших на "берег турецкий", дабы расслабиться, всё равно было много. И все эти эстрадные шуточки, что к трезвым и воспитанным русским в Турции обращаются по-немецки, — оскорбительны и совершенно не смешны. Но зал — регочет да закатывается. Причина тривиальна: на этих концертах сидят именно те, кто ездил выплясывать в семейных трусах посреди олл-инклюзива. Русские в Венеции или, например, в районе старинного города Каркассон — совершенно иные. И в Крыму — тоже. Но Крым неинтересен менеджеру Наташе — она вообще не поняла — не въехала, зачем его подсоединяли. Её резоны обозначены в модных журнальчиках, в блогах да в турецком сериале "Великолепный век", где много пылкой любви и жестоких интриг.

Уже даже и не в Турции дело — за эти годы у нас воспиталось и научилось громко хрюкать целое поголовье хамского обывателя. Безусловно, сие бытовало всегда, однако именно теперь оно получило доступ к званию "человека". Под их вкусы пишутся романы, создаются передачи, закупаются фильмы. Их коллективное мурло зарекомендовало себя, как "русские в Турции". Кстати, эту проблему не так давно подняли на одном из центральных каналов — ещё до того, как произошла трагедия. Наши Наташи поведали миру, зачем они ищут приключений собственно в Турции. Выяснилось: с тамошними воздыхателями можно почувствовать себя "…желанной, обожаемой, да и просто Женщиной!" Многочисленные и разномастные (но при этом — безлико-одинаковые) дамочки щебетали о сентиментальности, страсти и внешней привлекательности турецких Али. Не то что жадноватые и тусклые европейцы. Никакой романной феерии русский, немец и поляк предоставить не в состоянии. И потом — всем этим замотанным и нервным Наташам хотелось куснуть счастьица — колоритного, со вкусом южных плодов, дайкири, солнца. Всё, как написано в книжонке с глянцевитой обложкой…

1.0x