Давно, четверь века назад, писал в "Литературной России" (тогда ещё газете) об орловской художнице Ирине Ногиной.
И употребил этот термин - ирреализм - чтобы как-то поймать суть её творчества. Суть, конечно, не поймал, но слово красивое.
Дело в том, что ещё задолго до эпохи ИИ литературу и живопись затопило естественно-научное, и даже не в смысле анатомических походов в морг товарища Микеланджело, а в смысле наукообразности и сайентизма, в литературе это выразилось в грудах околонаучного словесного блуда, в живописи - в засилье компьютерной графики. Миры фэнтэзи.
А человеку хочется чуда. Простого. Милого. Поэтичного.
Именно поэтому - Булгаков, а не Ефремов или Леонов. Сальвадор Дали и Константин Васильев, а не Филонов и Джон Перальта. Жеребёнок Есенина, а не паровоз Маяковского.
Ирина Ногина щедро делится с нами этим чудом. То, что за дверью реального: в старом орловском дворике, ночном дворце, исхоженнном вдоль и поперёк миллионами башмаков Аничковом мосту...
Смотрим, любуемся.
двойной клик - редактировать галерею
