Одним из самых значимых изменений во второй половине XXI в. станет снижение внутреннего напряжения и демографического давления во всём мире. Исключением будет лишь Чёрная Африка, где стабилизация и последующее сокращение численности населения произойдёт на 1–1,5 поколения позже всех. В ближайшие десятилетия прекратится характерное для последних 70–80 лет падение удельного количества ЕПС на душу населения в бедных странах, дети перестанут оказываться в ситуации, когда качество их жизни изначально хуже, чем было у родителей.
Передаваемые активы перестанут размывать между большим количеством наследников или доставаться одному, автоматически переводя остальных в статус «лишних людей». Именно лишённые возможности получения статуса родителей устремляли взгляды в далёкие земли, становясь неоварварами и профессиональными иждивенцами на протяжении последних поколений. Для большей части населения станет доступным выбор: продолжить дело родителей, гарантированно сохраняя привычный с детства уровень жизни, или уехать в неизвестность, рискуя потерять даже имеющееся.
Поняв вредоносность мифов о необходимости и полезности «трудовых мигрантов», богатые и благополучные страны закроют границы и станут проводить миграционную политику характерную для XX в., значительно осложняя переезд. В рамках 6-го технологического уклада (вторая половина 30-х гг.) запрос на качество, а не количество человек станет приоритетным. Придёт осознание, что для развития необходимы творческие, образованные, патриотичные и принимающие культуру данной страны люди, а не абстрактная численность.
Ситуация, когда вместо необходимых для развития инженеров, учёных и квалифицированных специалистов приезжают чернорабочие и иждивенцы будет неприемлемой. Вопреки гуманистическим теориям, дети и внуки «экономических мигрантов» в своём абсолютном большинстве не стремятся перенимать культуру и традиции коренного населения. Они не спешат учиться и работать, но замечательно формируют и поддерживают семейные традиции сидения на пособиях, формирования этнокультурных анклавов и криминальных структур. Пример гибели Западной Европы для очень многих станет прививкой от излишнего гуманизма и человеколюбия.
Оставшуюся часть XXI в. большая часть сильных и богатых стран будет проводить политику закрытых дверей, не смешивая свободное движение товаров, услуг, капиталов, людей и информации в одно целое. Каждое направление будет регулироваться независимо, в отношении различных стран будут применяться свои принципы и отношения, повторяя методы Римской республики по отношению к покорённым городам и народам.
Колониальные империи XVII-XIX вв. естественным образом сохраняли и поддерживали зоны различного уровня развития, с чётким географическим разделением между метрополией, полупериферией и периферией. Советский Союз в XX в. по идеологическим причинам искусственно стремился выровнять уровень жизни различных регионов, игнорируя географический детерминизм. Глобалисты в XX в. – начале XXI в. разрушали национальные государства, что в сочетании с ростом связанности и урбанизацией вело к формированию тренда на постепенное технологическое, экономическое и культурное выравнивание крупных постиндустриальных городов по всему миру, вне зависимости от состояния окрестных территорий.
Уже в середине века, по итогу формирования панрегионов и региональных держав мир можно будет чётко разделить на области с разными уровнями технологического и военного развития, между которыми будут строгие и явные границы. Черты подобного разделения характерны для мира и сейчас, но в рамках глобализации центральные города опережающими темпами интегрировались в общее пространство. Даже в столицах Чёрной Африки можно найти элементы комфорта уровня более развитых стран, пусть это считается у местных «тяжёлым люксом».
В рамках Мира панрегионов и региональных держав XXI – первая половина XXII вв. несмотря на присутствие разных факторов, доминирующим станет тренд на формирование различных по уровню развития территорий с точки зрения развития технологий, обеспечения ЕПС в пересчёте на человека, доступа к товарам, развития инфраструктуры и т.д. Речь идёт не о деградации существующих мегаполисов и анклавов, а о прекращении их дальнейшего опережающегося развития.
Переход в 6-й уклад будет происходить исключительно в метрополиях, где будет обеспечиваться высокий уровень обеспечения ЕПС и наличие собственных технологий. Метрополии панрегионов будут придерживаться в отношении своих окраин политики по ограничению развития, сохранения монополии и контроля. У административных и экономических центров территорий не будет возможности значительно повысить свой уровень и качество потребления.
Разбросанные по миру островки благополучия в будущем сохранятся, но их масштабы уменьшатся, технологии и производства верхних укладов попадут под запрет к передаче, словно речь идёт о продукции двойного назначения. В рамках инерционного сценария и проявленных трендов, мир идёт к территориально-сословному разделению, чёткому и понятному отнесению стран / территорий к геополитическим лигам, переход между которыми будет требовать десятилетий, сопровождаться рисками и сложностями, сопоставимыми с вхождением в клуб ядерных держав в XX в.
И, да, с середины XXI в. в геополитике начнётся позиционная, окопная война, любые изменения границ влияния будут происходить лишь в результате сложных и ресурсоёмких операций, после текущего хаоса, перемен и битв наступят поколения «стояний» друг против друга…
