Итак, свершилось: лето американизма подошло к концу. Вечером 19 июля в Нью-Джерси, что через речку от города, воспетого Синатрой и Кинг-Конгом, прошёл концерт каббалистки Мадонны, сатанистки Шакиры, жертвы педофильской мафии Пи Дидди Джастина Бибера и южнокорейцев BTS, а где-то рядом сыграли финал чемпионата мира по футболу. Вы и сами знаете: победила сборная Испании, а Аргентина, полностью оправдывая своё название, довольствовалась серебром, неравный и довольно грубый матч закончился голом барселонца Феррана Торреса в дополнительное время, после чего накат оставшихся в меньшинстве земляков Хорхе Луиса Борхеса ни к чему не привёл. На этом положим конец нерегулярной спортивной рубрике и перейдём к куда более интересным сюжетам, развернувшимся вокруг матча. Американский праздник, рядом с которым великодушно разрешили постоять Канаде и Мексике, завершился, причём даже без особых скандалов, если не считать не сыгравшую никакой роли отмену Дональдом Трампом красной карточки звезде сборной США, судейство в пользу сборной Аргентины всю дорогу до начала финала или невыдачу виз части иранской сборной. Это, разумеется, дало повод главному хвастуну Америки заявить, что это был лучший чемпионат мира по соккеру в истории соккера, возможно, что даже лучший чемпионат в истории чемпионатов. Этот самый главный хвастун, всегда привыкший быть в центре внимания, полез получать кубок вместе с выигравшими его испанцами — словно это именно форвард Доминго Трампос замкнул передачу с фланга. Выдающийся испанский диспетчер Родри — признанный, кстати, лучшим игроком турнира и способный своими передачами умело направлять игроков на нужные позиции — попытался было указать заблудшему президенту путь с торжества, на котором тому не было места, но куда там: даже президент ФИФА Джанни Инфантино не смог вывести жаждавшего внимания Дональда из кадра. Так и получилось, что в моменте испанского триумфа оказался запечатлён американский президент.
Впрочем, ему было в радость испортить испанцам праздник хоть немного: сионистское лобби в США, руководство Израиля и многочисленные правые журналисты-публицисты (чья правость, как правило, ограничивается именно любовью к хумусу и маце) открыто поддерживали Аргентину, а в начале июля Биньямин Нетаньяху пожелал Аргентине удачи и пожелал им завоевать четвёртый по счёту трофей мундиаля. И пускай сам Дональд открыто не высказывался о своих симпатиях — и, если судить по истории с красной карточкой, вообще не очень понимает, в чём в этом вашем соккере суть и когда питчер ударит квотербека клюшкой, — они были вполне ясны: близкие отношения с аргентинским президентом Хавьером Милеем, которого в своё время называли «аргентинским Трампом», строятся не только на базисе преданной любви к Израилю.
Отдавший кучу аргентинских национальных активов американским компаниям, передавший золотой запас страны в Лондон (это к слову про его обещания вернуть Фолкленды-Мальвины) и слегка затормозивший бешеную инфляцию за счёт уничтожения кровавых пережитков социализма в виде пенсионной системы и сферы пособий, Милей показал себя верным сторонником Pax Americana. Позиции Милея крепки: внутри страны оппозиция тонет в хаосе, давить своих оппонентов Хавьер не стесняется, международная пресса его поддерживает, а первый срок из двух возможных заканчивается лишь в конце следующего года. Триумф Милея стал одним из первых шагов того, что сторонниками Трампа гордо описывается как «волна трампизации» Южной Америки: по сравнению с 2023 годом, когда в большинстве стран региона руководящие посты занимали левые, сейчас почти вся карта поправела — уже после похищения-эвакуации Мадуро (Венесуэлу потом почему-то закрасили в синий цвет) самым свежим примером стала Колумбия, где поддержанный действующим президентом Густаво Петро Иван Сепеда уступил на выборах поддержанному Трампом Абелардо де ла Эсприэлье, что и провозгласил Национальный избирательный совет Колумбии 25 июня.
Последним бастионом левых сил остаётся Бразилия. Те самые кудесники мяча, что довольно безыдейно вылетели под руководством великого Карло Анчелотти, потерпев поражение от юной и хищной Норвегии, возглавляются Лулой да Силвой, которого левым можно назвать разве что в контексте поляризованной и будто бы застрявшей со своими спорами в XX веке Южной Америки. 4 октября ему предстоят выборы на второй срок — строго говоря, он уже был президентом два срока в нулевые, но занимать пост нельзя лишь два срока подряд. Главным его конкурентом станет Флавиу Болсонару, сенатор от Рио, сын и почти полная копия бывшего президента Жаира Болсонару, называвшегося в своё время «бразильским Трампом», а ныне сидящего в тюрьме. Предвыборная кампания идёт в сопровождении типичных для региона грязных приёмов: то своевременно всплывут истории про спонсирование Жаира какими-то мошенниками, то поползут обвинения в отношении Лулы в непотизме — назначении на разные должности своих родных и друзей, то Флавиу вдруг перессорится с частью своего семейства из-за прав на политическое наследие отца, то вдруг против брата Флавиу и сына Жаира откроют дело за призыв того к американцам ввести против Бразилии санкции за дело против Жаира. И пока страсти кипят, букмекеры показывают растущий отрыв Лулы от Флавиу: пускай первый многих утомил, веры в свежесть идей Болсонару, чья фамилия ассоциируется главным образом с катастрофическими последствиями ковида, в который тот не верил, у бразильцев, кажется, мало. До октября ещё полно времени, и можно ждать усиления давления на Лулу со стороны Вашингтона и, опять же, горячо любимого семейством Болсонару Тель-Авива (кстати, Флавиу пообещал в случае победы перенести бразильское посольство в Иерусалим). Но пока все примеры такого давления играли на руку именно Луле: угрозы введения новых тарифов, требования денег за проход через Ормузский пролив, хамство в адрес бразильского президента и Бразилии в целом — всё это позволяет действующему главе государства слыть защитником суверенитета страны.
Что же до победителей чемпионата мира, то у Дональда, влезшего забавным артефактом эпохи на их триумфальное фото, были причины желать им поражения даже вне рамок сионистских и правопопулистских симпатий к Милею. Для Трампа Испания является густо-красным концентратом всего того, что его бесит в современной Европе: левый премьер Педро Санчес, резкое противодействие американскому курсу в отношении Ближнего Востока, ответные меры на вашингтонские торговые атаки и — что, конечно, хуже всего — бесконечные попрания авторитета заокеанского начальства. Ставший звездой ближневосточных и турецких соцсетей Санчес в целом не обнаруживал в себе ни могучей харизмы, ни твёрдости убеждений, ни несгибаемости курса: обычный левый популист, выращенный в колбе брюссельского подвала, таких по всей Европе сидит не один десяток, и на руководящих постах они регулярно сменяются такими же беззубыми правыми популистами, зачастую выращенными в соседней колбе в том же подвале. Причиной же, по которой Санчес стал популярен в чужих землях больше, чем в своей, стала его поддержка Палестины: Испания наряду с некоторыми другими европейскими странами с левым (или непонятно каким, как Франция) руководством признала палестинское государство осенью прошлого года, чем не только вызвала взрыв обвинений в антисемитизме («Это новый Альгамбрский эдикт!»), но и обозначила готовность Европы идти на конфронтацию с Америкой по принципиальным для Трампа вопросам. По ходу перестрелки Америки с Ираном — а она, если помните, шла настолько успешно, что Дональд регулярно утверждал, что вовсе-то ему не нужна помощь европейцев, но отказавших в этой помощи он потом накажет, — Санчес совершил ещё более дерзкий жест. Одно дело — в хоре западноевропейских стран признать Палестину. Даже то, что Санчес вёл себя резче прочих и называл Израиль «государством геноцида», не так меняет суть. Другое же дело — чуть ли не единственными во всей Европе (сначала так же вела себя Италия, но всё же сдалась) отказать Америке в использовании испанских военных баз для ударов по Ирану в марте этого года. Строго говоря, никакое разрешение американцам не нужно — не для того создавали НАТО, чтобы разрешения спрашивать. Звёздно-полосатые силы в марте продолжили использовать испанские базы, а когда к концу весны Санчес и Джорджа Мелони всё же закрыли небо для американских военных самолётов, в силу остановки перестрелки это уже не играло логистического значения, но важен сам политический жест, взбесивший Вашингтон.
Причём, чтобы красная тряпка для быка Донни была ещё ярче, Санчес сопроводил отказ в предоставлении доступа к базам отказом по ещё одному принципиальному для быка вопросу — повышению оборонных расходов до 5% от ВВП. Мог бы поступить как другие европейцы или как канадцы и просто вписать в оборонные расходы всякие косвенно относящиеся к войне статьи типа ремонта железных дорог, но нет — пошёл на принцип! В ответ на это Трамп пригрозил разорвать все торговые отношения с Испанией и ввести на товары оттуда новые, повышенные, пошлины (не спрашивайте, как уживаются эти две угрозы). Эти обещания повторили уже в июле, после неудачной встречи Трампа и Санчеса в Анкаре на саммите НАТО, — всё так же в них никто не поверил. И вот во время финала чемпионата мира камеры запечатлели улыбки и рукопожатия этих двоих, после чего вручивший кубок самому себе Дональд заявил, что конфликт с Испанией исчерпан, — до следующего раздражающего заявления испанского тореадора, вестимо.
Меж тем ставший предметом раздора между Мадридом и Вашингтоном Иран заслуживает всё более пристального внимания по ходу окончания американского праздника тщеславия. Как бы ни старались Штаты показать своё равнодушие к чужим мнениям на свой счёт, как бы высокомерно ни вели себя американские чиновники, как бы ни лез их президент на всякие свадьбы покойником и на всякие похороны невестой, незрелость этой пожилой, отметившей в начале месяца свой 250-летний юбилей, нации всё же порой прорывает. Так, к примеру, в начале чемпионата, когда в гости к американцам устремилось 47 флагов, американскую прессу — причём не только локальные газетёнки типа «Таун геральд» из Секаукуса, но и гиганты типа «Фокс ньюс» — наполнили материалы в жанре «болгары восхитились». «Сэр мистер иностранец из Германии оценил американский фастфуд», «господин гражданин иноземец из Франции одобрил бургеры в сети закусочных» и прочие восторги. На этом фоне даже не так важно, что где-то на третьей неделе чемпионата по Штатам прокатилась эпидемия ядерной диареи, от которой несколько сотен человек (в том числе и из «восхитившихся болгар») оказались в реанимации, — про это, кстати, «Фокс» не рассказывали. Нет, важно то, что Америка всё же беспокоится о том, что подумают другие. Именно поэтому иранская операция в период чемпионата сначала была как бы поставлена на паузу, а снижение интенсивности матчей — где-то в районе четвертьфинала правило «что ни вечер, то футбол» постепенно потеряло актуальность — сопровождалось плавным повышением интенсивности боевых действий.
Лету американизма очень помешали бы новости об очередных потерях Джи-Ай Джо (киношное секретное высокотехнологичное международное военное подразделение из американского фантастического боевика «Бросок кобры». – Ред.) где-то в песчаных степях аравийской земли — а такие потери случаются, когда воюешь не с вчерашними крестьянами с ржавыми калашами и в рваных тапочках. Тем не менее под самый финал новости всё же пришли: 18 июля персы нанесли удар по американской базе в Иордании, причём подтверждённые потери (как водится, размазанные во времени, ведь часть из них записали на следующий день в вину некоему неумелому сапёру) совпали с видеофиксацией свободно падающих и не особо прерываемых действиями ПВО ракет. Закончившиеся резко по всему миру перехватчики «Пэтриот» — взгляните на ежевечерние пожары на складах в Киеве — стали поводом для вечно критикующих иранскую войну демократов упрекнуть Трампа в том, что тот не может разогнать военное производство. В ближайшее время давление на Вашингтон только возрастёт: на пост британского премьера вот-вот заступит ставший на днях лидером Лейбористской партии Энди Бёрнем, обещающий вести себя как Санчес.
