В американском истеблишменте созрело понимание необходимости выхода из бесперспективной войны в Иране. На четвёртую неделю войны становится ясно, что у президента Трампа нет ни понимания конечных целей войны, ни плана Б насчёт непредвиденного развития ситуации. Затягивание конфликта на месяцы невыгодно для Вашингтона по нескольким причинам. Во-первых, по внутриполитическим. Отставка директора Антитеррористического центра США Джо Кента в знак несогласия с военными действиями США против Ирана сигнализирует о расколе среди сторонников Трампа. Пиарить Кента сразу же начали другие диссиденты из движения MAGA. Популярный американский телеведущий Такер Карлсон взял у Кента интервью через 36 часов после его ухода с должности. Крайне правый комментатор Кэндис Оуэнс провела с ним программу и не где-нибудь, а в Trump Hotel в Нью-Йорке. Карлсон и Оуэнс внушают избирателям Трампа, что Израиль стоит за многими бедами США: от втягивания в ненужную американцам войну с Ираном до убийства Чарли Кирка.
Всё это, по мнению журналистов издания Politico*, грозит расколом не только движения MAGA, но и Республиканской партии в целом. В республиканской среде встает неразрешимый вопрос: построена ли президентская коалиция на силе его личности или она представляет осознанное движение правого популизма, изоляционизма и американского национализма America First? Среди сторонников Трампа назревает конфликт между элитной частью, неоконсерваторами, которые только маскируются под трампистов, и рядовым реднеками, популистами, считающими, что администрации надо выйти из бесконечных войн на Ближнем Востоке и заняться внутриамериканскими проблемами. Издатель American Conservative Курт Миллс считает, что такие люди как Кент, Карлсон и Оуэнс борются против попыток снова превратить республиканцев в «ястребиную, неоконсервативную, корпоративную правую партию». Миллс считает, что движение правого популизма надо воспринимать всерьёз.
Во-вторых, мировой энергетический кризис, вызванный блокадой иранцами Ормузского пролива, грозит США серьёзными экономическими осложнениями. Дефицит энергоносителей на мировом рынке и рост цен на них приведёт к провалу грандиозных планов Трампа превратить США в центр мировой цифровой экономики с помощью строительства дата-центров. Ведь эти центры потребляют огромное количество энергии.
Впрочем, более серьёзной угрозой для Вашингтона может стать призрак дедолларизации мировой экономики. Авторы статьи, опубликованной в газете Asia Times, обращают внимание на решение Ирана разрешать танкерам проходить пролив в обмен на уплату ими специальной пошлины в китайских юанях. Однако для этого нефть и газ также должны торговаться в юанях. Таким образом, происходит сочетание военной географии с монетарной стратегией.
У Тегерана было по меньше три причины решиться на этот шаг. Во-первых, обход санкций. Реальная способность США накладывать санкции заключается не в военной мощи и не в международном праве, а в привилегированной позиции доллара в глобальных финансах. C 1974 года расчёты за нефть проходят в долларах, что привело даже к появлению термина «нефтедоллар». Когда платежи проходят по долларовым клиринговым каналам, американцы получают принудительное преимущество. Они могут осуществлять мониторинг платежей, откладывать или замораживать их. Во-вторых, стратегическое партнёрство ИРИ с Китаем. Иран даже за последние недели конфликта экспортирует в Китай от 1,1 до 1,5 млн баррелей нефти ежедневно. В-третьих, стремление Тегерана разрушить нефтедолларовый миропорядок.
Разумеется, при этом не ставится задача уничтожения доллара в качестве мировой резервной валюты. До этого ещё слишком далеко. Юань (ренмниби) в настоящее время входит в мировую валютную корзину вместе с долларом, евро, британским фунтом и йеной, но далеко отстаёт от доллара по объёму участия в коммерческих операциях. Да и руководство КНР не хочет, чтобы юань заменил доллар как мировое расчётное средство. Однако переход в юани в торговле энергоносителями будет означать постепенную эрозию долларовой системы и упадок американской экономики. Всё это не могло не повлиять на решение Трампа отложить свою поездку в Пекин и переговоры с Председателем КНР Си Цзиньпином, которые были намечены на 4 апреля. Выражаясь словами самого же Трампа, у него нет на руках козырей, чтобы разыграть партию с китайским лидером.
В-третьих, внешнеполитические риски. Америка осталась в стратегическом одиночестве. По существу, единственным союзником США в этой войне является Израиль. Европейские союзники по НАТО отказались направить свой военный флот для патрулирования танкеров в Ормузском проливе. Турция и Азербайджан не включились в агрессию против Ирана, несмотря на настойчивые призывы рыжего Донни. Помимо финансовой гегемонии доллара, высоких технологий и военной мощи американское мировое господство в период однополярной системы держалось на системе военно-политических альянсов США с государствами Европы, Японией, Южной Кореей, Турцией и аравийскими монархиями. Оказаться покинутыми союзниками – очень плохой знак. Понимает ли это Трамп? Может быть, и нет. Глава администрации Белого Дома Сьюзан Уайлз сказала в интервью журналу Vanity Fair, что у её босса alcoholic personality – «алкогольная личность». Он, по словам Уайлз «действует как человек с уверенностью, что нет ничего такого, что он не может сделать». И это «чувство непогрешимости», считает глава администрации, «это опьянение властью открыто проявилось во время принятия решения по Ирану». Однако, если это не осознаёт Трамп, то это очень хорошо поняло его ближайшее окружение и элитные группы, которые привели его к власти. Они-то и зондируют сейчас почву для переговоров с Ираном.
Понимание того, что дальнейшая эскалация чревата для США вовлеченностью в длительный военный конфликт с непредсказуемыми последствиями, выразилось в решение президента США Трампа начать переговорный процесс с Ираном, о чем сам он сообщил в понедельник, 23 марта, в сети Х. Трамп написал: «Я рад сообщить, что за последние два дня между нами и Ираном прошли очень удачные переговоры. Я отдал распоряжение прекратить дальнейшие удары на пять дней».
По сообщению информированного американского портала Axios*, посланники Трампа Стив Уиткофф и Джаред Кушнер (Витёк и Зятёк) вовлечены в дискуссии по дипломатическому решению конфликта. Главным побудительным моментом для американской администрации является блокада Ормузского пролива, которая может переформатировать мировую экономику не в пользу США и побудить монархии Персидского залива отказаться от военно-политического альянса с США. При этом, источники Axios рассказали об условиях, которые США могут выдвинуть на переговорах американцы. Во-первых, никакой ядерной программы в течение пяти лет. Во-вторых, нулевое обогащение урана. В-третьих, остановка ядерных реакторов в Исфахане, Натанзе и Фордо. В-четвёртых, сокращение количества боевых ракет. В-пятых, прекращение финансовой поддержки союзников по Оси Сопротивления: ливанской «Хизбаллы», движения «Ансар Аллах» в Йемене, Отрядов народной мобилизации в Ираке. Ни о какой смене режима и власти клоуна Пехлеви в Тегеране речи уж не идёт.
В свою очередь министр иностранных дел Ирана Аббас Арагчи намерен выдвинуть американским переговорщикам требования своей страны. Во-первых, прекращение ударов США и Израиля по Ирану. Во-вторых, гарантии того, что удары не повторятся в будущем. В-третьих, репарации за причинённый ущерб. Скорее всего, в форме размораживания иранских вкладов и авуаров (около 90 млрд долларов). Обмен посланиями между Вашингтоном и Тегераном идёт через Катар, Египет и Великобританию. Если во время прошлых контактов между американскими и иранскими дипломатами переговорной площадкой был султанат Оман, то сейчас американцы предлагают Катар. По-видимому, они считают, что оманцы подыгрывают своим иранским друзьям.
Однако в таком случае возникает другая проблема, проблема Израиля. Если американцы выйдут из войны без согласования со своим израильским союзником, то месть разъярённого Ирана направится на сионистское государство. Ведь одним из главных подстрекателей агрессии был израильский премьер Нетаньяху. Новый Царь Иудейский, прежде всего, поспешил откреститься от обвинений, что это именно он завлёк Трампа в иранскую авантюру. По словам премьера, президент США давно планировал военную акцию против Ирана. В оправдание немотивированной агрессии Нетаньяху выставил ИРИ абсурдное обвинение в том, что Тегеран разрабатывал ядерное оружие и межконтинентальные ракеты, чтобы затем поражать США и Европу. Он буквально сказал: «И эти идеологические фанатики, эти безумцы видят смысл своего существования в противостоянии западной цивилизации и Соединённым Штатам, которые её возглавляют. Они причастны к гибели, увечьям и ранениям тысяч американцев в Ираке и Афганистане. Они несут ответственность за гибель американских морских пехотинцев в Бейруте, за атаки на дипломатические представительства и попытки покушений на Дональда Трампа. Теперь они используют нефть как инструмент давления и шантажа. Только представьте, на что они могли бы быть способны, если бы располагали ядерным оружием и средствами его доставки, позволяющими достичь любого американского города, крупных мегаполисов Европы и других регионов мира». Комментировать весь этот бред нет ни сил, ни желания.
Кстати, до этого в течение недели в СМИ муссировались слухи о гибели Нетаньяху. Не станем их ни подтверждать, ни опровергать. Вполне возможно, что выступал сам израильский премьер, а, может быть, это был его двойник. Биологическая жизнь или смерть военного маньяка не имеет никакого значения. Важно, что Израилем управляет коллективный Нетаньяху, состоящий из генералов и радикальных сионистов, мечтающих о господстве над Ближним Востоком. Но вот в чём израильские стратеги действительно ошибаются, это в том, что американо-израильская агрессия уничтожила военную мощь Ирана, в частности его ракетный потенциал.
Это доказали удары иранских тяжелых управляемых ракет в субботу 21 марта по израильскому ядерному центру в Димоне и городу Арад. Иранские ракеты «Хорремшехр» на этот раз беспрепятственно преодолели линию израильских ПВО и поразили цели. По информации КСИР, было убито 200 граждан Израиля, по израильской, 47 человек получили тяжёлые ранения. В Димоне существенно повреждены академгородок и здание исследовательского института. Первая неделя войны напоминала скорее избиение Ирана американцами и израильтянами. Сейчас ситуация разворачивается в другую сторону. Не будучи военным экспертом, не стану рассуждать о причинах, но ПВО Израиля явно прекратила эффективно работать. Учитывая непредсказуемость Трампа и его желание сохранить президентское кресло любой ценой, можно предположить, что Донни вполне может заявить о своей победе, добиться от иранцев некоторых военных и энергетических уступок и оставить своего союзника на избиение. Как бы потом израильским политикам не оказаться в положении героя песни нашего всенародно любимого барда Владимира Семёновича Высоцкого: «Но осталось лицо, и побои на нём. Ну куда теперь выйти с побоями?».
Любая возможность мирных переговоров не может не вызывать оптимизма. Год самых тяжёлых и изнурительных переговоров гораздо лучше, чем день войны. Однако подлинный мир невозможен без уничтожения предпосылок конфликта. Для того, чтобы их упразднить, по-видимому, придётся провести вывод военных баз США из региона и демилитаризацию Израиля.
