Авторский блог Редакция Завтра 03:00 29 апреля 2008

ПРОЦЕССЫ И ИНТЕРЕСЫ

0
НОМЕР 18 (754) ОТ 30 АПРЕЛЯ 2008 г. Введите условия поиска Отправить форму поиска zavtra.ru Web
Юрий Бардахчиев
ПРОЦЕССЫ И ИНТЕРЕСЫ

Апрельский саммит НАТО в Бухаресте показал, что альянс сознательно перешагнул некий символический рубеж, после которого России, хочешь — не хочешь, но надо реагировать. Стало ясно, что США сделают все возможное для приема (причем как можно более скорого) Украины и Грузии в альянс.
2-4 апреля этого не произошло лишь потому, что эта идея встретила жесткое сопротивление в самом НАТО. "Старая Европа" прекрасно понимает, что прием Украины и Грузии направлен не только против России, но и против нее самой. Что "санитарный кордон" вокруг России, выстраиваемый из стран "Новой Европы", чреват тем, что в один — далеко не прекрасный — день "Старая Европа" окажется в энергосырьевой блокаде.
Вероятно, поэтому канцлер Германии А.Меркель вполне корректно, ссылаясь на устав альянса, заявила о неготовности альянса предоставить ПДЧ (План действий по членству в НАТО) — Грузии потому, что у нее имеются внутренние конфликты, а Украине из-за нежелания большинства ее населения вступать в НАТО. И эту позицию Германии поддержали Франция, Испания, Италия, Португалия, Нидерланды, Бельгия и Люксембург.
Несмотря на жесткое давление США, даже в Великобритании поддержка приема Украины и Грузии в НАТО далеко не безусловна. Например, влиятельный британский консерватор Д.Хорам заявил, что стремление США форсировать присоединение Украины к НАТО является провокацией: "Мы должны понимать, что русские считают Украину частью русской идентичности. Киевская Русь — колыбель русской нации, и поэтому мы должны аккуратнее подходить к решению этого вопроса".
И все же В.Ющенко и М.Саакашвили, несмотря на такой "афронт" (растерянность от которого они не сумели скрыть), уверены в том, что свои страны в НАТО "втолкнут". Эту уверенность в них поддерживают США, утверждающие, что американская политика в отношении НАТО не изменится, кто бы ни пришел в Белый дом.
Продвижение альянса к границам России началось сразу после распада СССР. Сначала он захватывал зоны влияния бывшей советской империи на дальних подступах (в Азии, в Африке — так называемые национальные демократии, "освободившиеся страны"). Затем, вопреки всем обещаниям о "нерасширении", двинулся в Восточную Европу, включая в свой состав страны бывшего соцлагеря и Варшавского договора. Это продвижение альянса в "либерально-реформационной" ельцинской России старались как бы не замечать, а МИД той поры даже вежливо объявлял НАТО "неантагонистической организацией". И хотя порой сам Ельцин "взбрыкивал" при особо наглом поведении НАТОвцев (вспомним рейд российских десантников на аэродром Приштины в 1999 году), в целом ельцинская элита, рассчитывавшая сама "войти в Запад", безропотно соглашалась с потерей бывших советских зон влияния.
Первый "момент истины" наступил в 2001 году. Тогда, после беспрецедентной поддержки Путиным США после терактов 11 сентября, Тони Блэр предложил принять в НАТО Россию. Однако основные члена альянса (прежде всего, США) ответили категорическим "нет". А вторым "моментом истины" стала решительная поддержка НАТОвцами отделения Косова от Сербии, вопреки действующим резолюциям ООН. Тогда стало окончательно ясно, что альянс готов игнорировать существующую систему международного права и де-факто присваивает себе ключевые функции ООН по "праву сильного". А сразу после отделения Косова последовало приглашение Украины и Грузии в НАТО. Тут даже истовым отечественным "западникам" стало понятно, что это "право сильного" скоро начнут использовать против России.
Стало понятно, что в ближайшее время в Грузии могут появиться натовские военные аэродромы, с которых авиация блока начнет облеты границ России. Что скоро можно ожидать усиления разведывательной и подрывной деятельности альянса против РФ на Северном Кавказе.
Стало понятно, что из Севастополя скоро начнут, наплевав на всякие там "Большие договоры", форсированно "выдавливать" Черноморский флот, а НАТОвские базы на Украине начнут перекрывать для России Черное море.
Стало, наконец, понятно, что Россию, в известном смысле, "проверяют на вшивость", оценивая, готова ли она смириться с таким катастрофическим геостратегическим умалением.
Это понимание взбудоражило российскую политическую элиту. Первым отреагировал президент В.Путин. Еще в феврале в беседе с Ющенко Путин допустил, что прием Украины в НАТО приведет к размещению на ее территории элементов американской ПРО, и заявил, что ему "страшно даже подумать, что Россия в ответ на подобное возможное размещение… нацелит на Украину свои ударные ракетные системы".
Действительно ли Путин на встрече совета Россия-НАТО дал понять, что Украина, в случае вступления в альянс, может прекратить существование как единое государство, — вопрос открытый. Вправду ли Путин заявил Бушу, что Украина — это "даже не государство" — мы вряд ли скоро узнаем. Но как передают представители российской делегации, Путин прямо заявил представителям альянса: "Появление на наших границах мощного военного блока, действия членов которого регулируются, в том числе и статьей 5 Вашингтонского договора, будет воспринято в России, как прямая угроза безопасности нашей страны… НАТО своим же топором будет рубить сук собственной безопасности и рушить пока еще стеклянный дом общеевропейской безопасности".
Не менее бурно на итоги бухарестского саммита реагируют МИД, депутаты Госдумы, военные аналитики. Резкое заявление сделал глава МИД С.Лавров, сказавший, что Россия "будет делать все, чтобы не допустить принятия Украины и Грузии в НАТО". А в ответ официальный представитель НАТО Д.Аппатурай поинтересовался (то ли с угрозой, то ли с издевкой), какие именно меры намерена предпринять Россия по этому поводу. Мол, ну и что вы, собственно говоря, можете сделать?
Между тем, слов о том, что могла бы сделать Россия, сказано более чем достаточно. Были заявления С.Лаврова о возможности пересмотра отношений с Тбилиси, если Грузия решит присоединиться к НАТО. Были предложения депутатов Госдумы выйти из Договора о дружбе, сотрудничестве и партнерстве между РФ и Украиной и вернуться к вопросу о государственной принадлежности Крыма и Севастополя. Были даже намеки высоких чинов Генштаба на возможность нацеливания на объекты в Грузии и Украине части российских стратегических ядерных сил.
Однако, например, вопрос о статусе Крыма — уже далеко не политический, а, увы, военный. И предполагает готовность России к вооруженной конфронтации с альянсом, который, конечно же, встанет на защиту "государственной целостности Украины" (это ведь не Сербия!). Такая готовность у России есть?
Нацеливание ракет предполагает возможность нанесения ядерного удара по людям в соседних республиках, связанным с Россией миллионами дружеских, родственных, культурных, исторических уз. Если же нацеленные ракеты никогда не предполагается запустить — то это не более чем "сильный жест слабого человека".
Похоже, вся эта ситуация с вовлечением в НАТО совсем уж "коренных" постсоветских республик, имеющих стратегическое приграничное значение для России, застала нашу политическую элиту врасплох. А потому не мешало бы задуматься о том, что же такое НАТО и чем оно может стать в перспективе.
Это консолидированный инструмент "противодействия советской экспансии", каким он был в эпоху "борьбы двух систем"? Это гигантская "неразумная амеба", которая реализует инстинкты "обволакивания" и "переваривания" всего, что попадает в зону ее досягаемости? Похоже, ни то, ни другое. А вот что именно — можно понять по тому, каковы принципы отбора новых членов НАТО.
Один из них, который активно "продавливают" США, как сказано выше, направлен на вовлечение в альянс государств, способных создать проамериканский "санитарный кордон" между Россией и "Старой Европой". Именно этот принцип предопределил спешное принятие в альянс стран Прибалтики, Польши, Румынии, Чехии, Болгарии и других. По этому же принципу сейчас форсируется принятие Украины и Грузии.
Второй, сопряженный с первым, принцип, также американский. Так, принятие в НАТО Албании резко обостряет наркотическую и в целом криминальную ситуацию в Европе, о чем прямо говорят европейские эксперты и СМИ.
А вместе эти принципы, организуя конфликты между "старой" и "новой" Европой и регулируя их направление и остроту, предопределяют способность США решать несколько стратегических задач:
— обеспечивать возможность военно-политической и экономической изоляции России;
— шантажировать Европу угрозами затруднения или даже разрыва российско-европейских хозяйственных (прежде всего, нефтегазовых) связей;
— управлять системой внутриевропейских конфликтов и, тем самым, блокировать создание "Объединенной Европы" как консолидированного экономического и военно-политического субъекта, способного конкурировать с США за мировое лидерство в XXI веке.
В основном те же цели преследуют и положения устава НАТО. "Стандарты" альянса, формируемые опять-таки США, означают не только унификацию систем оружия и военной техники, организации управления войсками и подготовки кадров, но также следование общей стратегии. Они означают, что не только оборонная, но и в целом внешняя политика членов НАТО, ввиду безусловного доминирования США в альянсе, оказывается в значительной мере политикой американской. Подчеркну, что именно это обстоятельство было решающим для де Голля, когда он вывел Францию из военной структуры НАТО. Не случайно французы несколько десятилетий несут в себе стойкий антиамериканизм. И не исключено, что его градус возрастет, если президент Саркози, как он обещал, до конца года попытается вернуть Францию в лоно военной организации альянса.
Понимают ли все это наши европейские партнеры? Безусловно, понимают. Но одновременно и не хотят (не могут) открыто ссориться с могучими США, и довольны тем, что Америка несет в НАТО основные военные расходы, позволяя Европе направлять больше средств в гражданские отрасли хозяйства, и опасаются вдруг оказаться "лицом к лицу" с сильной в военном и экономическом отношении и такой "непредсказуемой" Россией.
Что мы можем делать в сложившейся ситуации? А ведь делать надо срочно и с учетом того, что навязанная нам "проверка на вшивость" — предопределит стратегические позиции России в глобальном мире на длительную перспективу! И заодно задаст приоритеты развития страны во всех его аспектах — от экономических до военных, от социальных до научно-технологических.
Пока что "на слуху" данное Путиным 16 апреля поручение правительству "наладить взаимодействие с непризнанными республиками Абхазией и Южной Осетией и оказать предметную поддержку проживающим там российским гражданам". А также последовавшее вслед за этим поручением заявление главы Генштаба Ю.Балуевского о том, что военные меры России будут заключаться в "…обеспечении своих интересов вблизи государственных границ".
Отметим, что уже эти шаги России крайне взбудоражили не только Саакашвили, но и администрацию США. Официальный представитель Госдепа Шон Маккормак заявил, что США "глубоко озабочены поручениями президента РФ от 16 апреля по укреплению контактов российского правительства с сепаратистскими режимами в Абхазии и Южной Осетии, предпринятыми без одобрения властей Грузии", и призвал Москву "отменить эти инструкции".
Еще один способ реагирования России на ситуацию назвал генеральный секретарь Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ) Н.Бордюжа. Он сказал, что "вхождение двух стран СНГ в иной военно-политический блок повлечет за собой кардинальное изменение всей структуры безопасности на постсоветском пространстве". Но ОДКБ, хотя его порой пышно именуют "нашим антиНАТО", в основном финансируется и вооружается Россией и явно не имеет сопоставимой с НАТО военной мощи. Если же Бордюжа говорит о возможной милитаризации ШОС (Шанхайской организации сотрудничества), имеющей с ОДКБ договоренность о сотрудничестве, то сначала нужно добиться на это согласия Китая, который играет в ШОС не меньшую (если не большую) роль, чем Россия. И вряд ли согласится вступать в конфронтацию с НАТО.
Все перечисленное — немаловажные, но локальные попытки ответа на стратегическую угрозу "влезания" НАТО в зону приоритетных российских интересов. И локальный масштаб этих ответов вполне объясним: нынешняя Россия и военно-политически, и концептуально-стратегически НЕ ГОТОВА отвечать на такой вызов. Прежде всего, она не готова к тому — абсолютно необходимому — МОБИЛИЗАЦИОННОМУ РАЗВИТИЮ, которое не только позволит отвечать на вызовы такого уровня, но и должно гарантировать от любых чужих попыток подобные вызовы нам предъявить.
Так что делать?
Если по большому счету, то переходить к мобилизационному развитию.
А что делать, если еще не перешли?
Прежде всего, найти возможности "по полной программе" использовать тот потенциал совпадения тактических интересов с Россией, который сейчас демонстрирует "Старая Европа". Причем использовать срочно. Ведь, как представляется, эта самая "Старая Европа" настолько осмелела лишь в результате глубокого американского финансово-экономического кризиса и в условиях, когда президент Буш является "хромой уткой". А после президентских выборов в США эта Европа вполне может "присмиреть"…
Кроме того, Россия должна заявить, что геостратегическая война против России ведется неконвенциональными методами. Что и НАТО, и США, и Украина с Грузией решительно "плюют" и на собственные уставные принципы и законодательные акты, и на нормы международного права. А потому и Россия имеет право на неконвенциональные ответы…
И все-таки сначала, конечно, необходимо выжать все, что возможно, из конвенциональных способов реагирования. И, прежде всего, продемонстрировать твердую решимость реагировать, и реагировать жестко. Иначе нынешняя "проверка на вшивость" приведет к тому, что очень скоро в НАТО предложат принять Чечню, Татарстан или Калмыкию.

Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен!

Нажмите «Подписаться на канал», чтобы читать «Завтра» в ленте «Яндекса»

Комментарии Написать свой комментарий

К этой статье пока нет комментариев, но вы можете оставить свой