Авторский блог Редакция Завтра 03:00 28 ноября 2006

МИСТИКА И РАЗВЕДКА

0
№48 (680) от 29 ноября 2006 г. Web zavtra.ru Выпускается с 1993 года.
Редактор — А. Проханов.
Обновляется по средам.
МИСТИКА И РАЗВЕДКА
Эксперты Центра Кургиняна о возможных прочтениях фильма «Казино «Рояль» и в целом творческой продукции Яна Флеминга
СЕРГЕЙ КУРГИНЯН. Разговор о Джеймсе Бонде можно вести по-разному. Одна из возможностей — вести серьезный разговор на несерьезную тему.
Тема, действительно, несерьезная. Во всем, что касается проблемы Игры, бондиана никогда не выйдет на уровень высоких метафизических образцов. Кто задает эти образцы? Конечно, Борхес в целом ряде произведений. "Алеф", "Сад расходящихся троп" — вот эталоны игровой мистики, глубоко связанные с разведкой. Конечно же, с разведкой стратегической, в которой только и может быть место высокой (и одновременно бесконечно двусмысленной) категории под названием Игра.
Но кто читает Борхеса? Узкий круг подлинных ценителей высокой литературы. Кто читает Гессе с его "Игрой в бисер" и "Степным волком", произведениями, где та же Игра заявлена в том же соотнесении с разведкой? Может быть, чуть более широкий круг таких же ценителей.
Киплинг с его романом "Ким"… Произведения Честертона… Чуть более широкий круг — и сразу резко меньше мистики и метафизики. Той среды, в которой только и может плавать левиафан Игры.
Постепенно двигаясь от серьезного, но обреченного на узость круга "интересантов", к несерьезному, мы попадаем в "Казино "Рояль". Кто-то отреагирует фразой из анекдота: "Этак мы до мышей дотрахаемся". И этот кто-то в чем-то будет прав. Но именно в чем-то. Может быть, во многом. Но не во всем.
Всегда ли тайна прячется в высоком? Всегда ли она так категорична в вопросе о выборе "эстетического прибежища"? А как же тот же Борхес с его шифрами? Если "Письмена бога" можно зашифровать в шкуре тигра, то почему нельзя "вшить" криптопослание в массовую продукцию, в экшн?
В принципе это вполне возможно. Тем более, что речь идет не об образном, а о знаковом (в лучшем случае — знаково-символическом) аспекте. Образ требует эстетических высот. Знак относится к этим высотам с плебейски-аристократическим пренебрежением. Он и выше, и ниже этого. В любом случае у него с эстетическим очень сложные отношения.
Чем больше мы будем предъявлять к продукции собственно эстетических требований, тем дальше мы будем отрываться от очень важных уровней того, что называется Реальность. Такой отрыв и знаменует собой, по большому счету, "башню из слоновой кости". Приятная, но довольно скучная территория. Всякое искусство совершенно бесполезно, сказал Оскар Уайльд. Понятно, что он эпатировал свое буржуазное общество с его бесконечным почитанием пользы. Но что было в этих словах, кроме эпатажа? О какой бесполезности говорил автор "Портрета Дориана Грея" и "Баллады о Рейдингской тюрьме"?
Почему Ницше воинственно противопоставлял “плохого” Вагнера — “хорошему” Бизе, и одновременно смеялся над этим противопоставлением? Мы можем (а с эстетической точки зрения, и должны) с адекватной скептичностью относиться, например, к художественным возможностям братьев Стругацких. Но мы не можем не понимать, что проект "Стругацкие" сумел подчинить своим программным установкам целое поколение. И что по этому проекту осуществлялись, в том числе и наши трагические псевдореформы: "Эксперимент — это и есть эксперимент".
И то ведь: "Град обреченный".
Культовое кино, культовая литература… Плохое кино, плохая литература… Но можем ли мы над этим иронизировать, рассматривая вопрос не с узко эстетической, а с политико-культурной точки зрения?
Есть определенные религиозные и парарелигиозные дефициты. Они не покрываются Высоким, но они и не могут оставаться невосполненными. Их восполняют масс-культы. "Культовые" паракультурные произведения. Иногда качественные, а чаще нет. Но если мы верим в саму возможность вываривания нового Высокого в масскультурной каше, расхватываемой низами, — то мы будем во все это всматриваться. В противном случае — где грань между культурной требовательностью и снобизмом?
Александр Блок довел театр масок до вершин своего "Балаганчика". Туда же стремился Морис Метерлинк. Но до Блока и Метерлинка, до Андрея Белого и многих других — существовал иной театр масок. Он был примитивен и одновременно многомерен, банален и таинственен. Это потом, через призму Блока и Белого, начало казаться, что "комедия дель арте" всегда была сложным и утонченным делом.
Нет, не была. Сложные и утонченные вещи ваялись в лабораториях набирающего силу реализма. Реализма, который с презрением смотрел на площадную условность. Реализма, который шлифовал детали, добивался высшего мастерства во всем, что касается нюансировки. А потом пришел Пикассо и отменил нюансировку как таковую.
Какое это имеет отношение к "Казино "Рояль", к флеминговским "заморочкам" и масскультурной продукции?
Если смотреть на это с колокольни высокой эстетики, то никакого. А если, повторяю, посмотреть под другим ракурсом? Нынешние основные герои "Казино "Рояль" лишены прежней гламурности. Это факт. А антигерои? Можно сказать, что они просто плохо сделаны. Но это не совсем так — даже с эстетической точки зрения. Топорность, с которой они сделаны, напрямую причастна стихии маскарада и комедии дель арте. А это, по определению, топорная, площадная стихия.
И, вместе с тем, — стихия мистическая. Венеция в этом смысле — место очень специфическое. Даже если подойти к этому буквально и не зарываться конспирологически. В конце концов, Венеция — это классическая точка карнавала и комедии дель арте. Но Венеция — это и нечто другое. Сама Венеция — это город (или дом) на воде. Это город-женщина, тонущий город, город-призрак. Венеция ежегодно погружается в воду на несколько миллиметров, символизируя этим умирание старой классической Европы.
Венеция — древо жизни, чьи корни уходят в воды океана, в воды хаоса и смерти. Венеция — город надежды и смерти. Как не вспомнить "Смерть в Венеции" Томаса Манна и одноименный блистательный фильм Лукино Висконти?
Венеция — роковой город. Поездка Данте Алигьери в Венецию в 1321 году окончилась для него смертью. Только ли для него?
С XIII века Венеция — это признанный город разведчиков, причем именно разведчиков, имеющих отношение к высшей разведке. То есть весьма не чуждых игровой стихии. Кто только не "пасся" на этой территории! И Тевтонский орден, создававший соответствующие сети разведки, и коммерсанты… Ведь практически все венецианские купцы и дипломаты были агентами венецианского дожа.
Уже в эпоху Возрождения они не только сообщали дожу ценную информацию! При доже существовал, как мы теперь бы сказали, специальный аналитический центр, который сложным образом обрабатывал полученные данные. Легендарной стала развед-игра Венеции против Османской империи, когда венецианки, специально тренированные для игры на сексуальном поле, завоевывая султанский гарем, раз за разом оказывали решающее влияние на политику Османов и направляли ее в нужном для Венеции направлении.
Уже к XVII веку, ко времени великого Кромвеля, венецианская разведка считалась лучшей в мире. И не случайно у венецианских разведчиков учился Френсис Уолсингем, будущий руководитель разведки королевы Елизаветы.
ЮРИЙ БЯЛЫЙ. Уолсингем, говоришь? А знаешь, куда это нас сразу выводит? Это выводит на тему предтеч. Кто был первым агентом 007? Джон Ди, личный агент Ее Величества королевы Елизаветы. Еще можно поспорить, кто больше значил — Уолсингем или Джон Ди!
ЮРИЙ БАРДАХЧИЕВ. Флеминг знал об этом?
Ю.БЯЛЫЙ. Безусловно.
Ю.БАРДАХЧИЕВ.Есть надежные доказательства?
Ю.БЯЛЫЙ.Есть. Джон Ди выполнял сложнейшие поручения в Европе и одновременно был придворным астрологом, владельцем самой большой библиотеки в Британской империи XVI века, математиком, переводчиком трудов Эвклида, каббалистом, архитектором, навигатором… Ян Флеминг не просто знал о том, что Джон Ди подписывал свои донесения Елизавете шифром "007". Флеминг пытался еще и докопаться до смысла этого шифра. А также до тайны имени. Ему казалось, что Джон Ди — это не обычное имя и не кличка, а нечто третье.
Ю.БАРДАХЧИЕВ.Докопался?
Ю.БЯЛЫЙ.Если и докопался, то не для того, чтобы поверять открытые им тайны массовому читателю и зрителю.
Ю.БАРДАХЧИЕВ. А что, были другие собеседники?
МИХАИЛ ДМИТРИЕВ. Флеминг — человек непростой. Он из шотландской семьи. Его дед работал и в Великобритании, и в США. Вел дела с Джоном Пирпонтом Морганом, был абсолютно вхож в лондонское Сити. Детей своих отправил учиться в Итон и Оксфорд. Дал им прекрасное образование и сделал их одними из богатейших наследников Англии. Дядя Яна Флеминга — Филипп — продолжил финансовое дело отца, а вот отец Яна... Он много занимался политикой, был одним из видных консерваторов, заседал в парламенте, был спортсменом и путешественником. Но в августе 1914 года отправился во Францию во главе одного из подразделений оксфордширских гусар и в мае 1917 года погиб на Сомме. Некролог написал его коллега по партии. Звали этого коллегу — Уинстон Черчилль.
Братья Флеминги были хороши каждый по-своему. Старший, Питер, путешественник и писатель. Ричард — крупный банкир. Майкл — военный. А Ян… Ян учился в Итоне (как говорится, элитнее уже некуда), потом в Сандхерстском военном колледже. Между прочим, был отличным спортсменом. Вроде бы все складывалось.
Но… Ян бросил колледж, чем страшно огорчил мать, отправился учиться в Мюнхен и Женеву. Занялся языками. Немецким, французским и… русским. Стал готовиться к дипломатической карьере. Сразу не получилось. Но его приняли в агентство "Рейтер". Как вы думаете, куда была его первая крупная зарубежная командировка? Ему тогда было 25 лет.
Ю.БАРДАХЧИЕВ. Неужто в Москву?
М.ДМИТРИЕВ. Угадал. 6 апреля 1933 года Флеминг сел в Берлине на поезд, шедший через Варшаву в Москву. Он освещал судебный процесс в Москве над английскими шпионами. Провел там 17 дней. Предлагал Сталину дать ему интервью. Потом уехал.
Ю.БАРДАХЧИЕВ.Первое разведзадание?
М.ДМИТРИЕВ. Разумеется. За Москвой следует Шанхай, потом попытка взять интервью у Гитлера в Берлине. А потом… в 1933 году умирает дед, и приходится подкреплять родственников в общем финансовом бизнесе. Бизнес идет неплохо. Конечно, Флемингу скучно, но он утешается тем, что собирает уникальную коллекцию книг. Так сказать, интеллектуально тренируется. А потом всё вдруг прерывается по непонятной причине…
Ю.БАРДАХЧИЕВ. Второе разведзадание?
М.ДМИТРИЕВ. Уж не знаю, какое по счету. Но весной 1939 года Флеминг снова оказывается в Москве, и никто не может дать внятных объяснений, почему биржевой маклер по просьбе газеты "Таймс" отправляется в Советский Союз, бросая биржевое дело, вместе с торговой делегацией, возглавляемой министром внешней торговли в правительстве Чемберлена.
Ю.БАРДАХЧИЕВ. Кажется, "Правда" что-то писала по этому поводу.
М.ДМИТРИЕВ. Да, в 60-е годы. Тогда было написано, что Флеминг выполнял спецзадание английской разведки. И непростое! Он должен был дать оценку русскому военному духу. Спрогнозировать, как будут драться русские.
Ю.БАРДАХЧИЕВ. Угадал?
М.ДМИТРИЕВ. Цитирую Флеминга: "В решающий момент все поймут, что советские солдаты, эти крутые ребята… небольшого роста с невыразительными лицами, качественно отличаются от русского пушечного мяса 1914 года".
Ю.БАРДАХЧИЕВ. Статья в "Таймс"?
М.ДМИТРИЕВ. Нет, аналитическая записка. По возвращении из СССР Флеминг официально оседает в английской разведке. Сначала в должности лейтенанта, затем — коммандера (воинское звание категории старших офицеров Королевских военно-морских сил). С 1941 года Флеминг — личный помощник адмирала Джона Годфри, начальника морской разведки.
Ю.БАРДАХЧИЕВ. Шеф Бонда — сэр М.?
М.ДМИТРИЕВ. Точно так. Деталей биографии я описывать не буду. А вот то, что Флеминг работал вместе с Жаком Кусто, находился на борту океанографического судна "Каллипсо", опускался под воду, находился в орбите мистико-метафизических исканий Кусто…
Ю.БАРДАХЧИЕВ.Такие были?
М.ДМИТРИЕВ. Разумеется. Вообще — человек необычайно интересный и странный. Когда премьер Энтони Иден ушел в отставку из-за Суэцкого кризиса, Флеминг позвал его к себе на Ямайку.
Ю.БАРДАХЧИЕВ.Куда-куда?
М.ДМИТРИЕВ.На Ямайку. Флеминг очень хотел жить именно там. Но жил и в других местах. Имел роскошные замки в Англии, очень любил Багамы. Выполнял странные поручения.
Ю.БАРДАХЧИЕВ. Например?
М.ДМИТРИЕВ. Например, разведзаказ алмазных фирм, которые хотели, чтобы Флеминг проследил тайные пути контрабанды бриллиантов.
Ю.БАРДАХЧИЕВ. Почему Флеминг?
М.ДМИТРИЕВ. Без комментариев. А этот известный курьез судьбы, по которому в ночь перед убийством Кеннеди и сам Кеннеди, и Ли Харви Освальд читали книгу Флеминга… Кеннеди ведь прямо говорил, что Флеминг — его любимый писатель. А Флеминг послал ему роскошное издание своего романа "На тайной службе Ее Величества". Она и стала последней книгой, которую читал Кеннеди. Да и Освальд тоже. С той разницей, что Освальд читал книгу в мягком переплете.
От Кеннеди нить тянется к Жаклин, а от нее — к Аллену Даллесу. Как видите, были у Флеминга очень интересные собеседники. Жаклин Кеннеди когда-то убедила Даллеса прочитать "Из России с любовью". Ну, он и загорелся. Отрекомендо- вал книгу Флеминга как прекрасное разведпособие, стал встречаться с Флемингом, советоваться с ним по многим вопросам. По кубинскому, в том числе. Кстати, Даллес в своей книге "Искусство разведки" сравнивал с Бондом советского разведчика Рудольфа Абеля.
Ю.БАРДАХЧИЕВ. В пользу Бонда?
М.ДМИТРИЕВ. Нет, в пользу Абеля. Даллес говорил, что там, где Бонд — там шум, гам, перестрелка, а Абель все делает тихо и незаметно.
Ю.БЯЛЫЙ. Я бы обратил внимание на развитие бондианы Флеминга. Он умер 10 августа 1964 года. Но незадолго до смерти — где-нибудь в 1960 году — он начал менять название коллективного врага Бонда. Сначала враг назывался — СМЕРШ. То есть у врага была однозначная "советская" привязка. Потом враг стал называться СПЕКТР — Специальный исполнительный комитет по контрразведке, терроризму, ответным действиям и принуждению. СПЕКТР — это уже не стопроцентно антисоветская система. Там и гестапо, и мафия, и кто угодно еще.
Спрашивается, зачем Флемингу в 1960 году так менять схему? Мы еще четверть века будем вести с Англией и США непримиримую "холодную войну", а он уже начинает какие-то коррективы… Да и военно-морской профиль Флеминга — это пища для размышлений. Кусто, действительно, был человеком непростым.
С.КУРГИНЯН.Возвращаю вас к образам. Дом на воде… гибнущий в воде дом… В мировом кинематографе такая тема прослеживается. И это непростая тема. Начну с "Цунами" В.Ольснера, "Титаника" Д.Камерона. А фильмы-катастрофы, где действие развивается на гибнущей подводной лодке? А водный мир К.Костнера? Человечество, которое после катастрофы живет в домах на сваях посреди безбрежного моря? А наш Тарковский? Дождь в доме в фильме "Зеркало"… Тоже ведь мини-потоп… Дождь, просачивающийся сквозь виртуальную конструкцию дома, созданную Солярисом, и льющийся на плечи отцу. Вода в "Ностальгии", в "Сталкере", в "Ивановом детстве"…
Ю.БАРДАХЧИЕВ. Намекаешь на подводные цивилизации? На "Маракотову бездну" Конана Дойля и на серию произведений Говарда Лавкрафта?
С.КУРГИНЯН.Ни на что я не намекаю. Я только хочу сказать, что сцена с рушащимся домом на воде, домом в Венеции, который проваливается в бездну, да еще так, что при этом женщина (то есть душа) заперта в клетку… Всё это не может быть сделано только на кассовую потребу. Это сделано с ориентацией на тех, кто способен подобное оценить. Вряд ли это может оценить юная девушка, которая пялится на супермена, ест в кино поп-корн и мечтательно закатывает глазки. Ей зачем Венеция, рушащийся дом, женщина в клетке?.. Между прочим, у казней методом утопления своя мистическая история. Да и у утопленников вообще.
Ю.БЯЛЫЙ. Вы вспомните о первом 007. А то всё Кусто да Даллес! Джон Ди встречался и с императором Рудольфом, и с другими континентальными сторонниками Англии. У него была особая мистическая связь с королевой. Он действительно был в полном смысле слова агентом Ее Величества. Это притом, что Елизавета Великая никак не была человеком, замкнутым полностью на мирских делах управления. Ди считал, что он в сеансах с медиумом Эдуардом Келли получал доступ в определенный мир, мир ангелов. Свою мистику он назвал "енохейской", по имени Еноха, который, согласно Книге Бытия, был при жизни вознесен на небо.
С.КУРГИНЯН."И ходил Енох перед Богом…"
Ю.БЯЛЫЙ.Да-да… Первый сеанс, который провел Ди вместе с Келли, состоялся в 1581 году. Ди сразу же доложил о результатах королеве. В ходе следующих сеансов небесные собеседники передали Ди и Келли алфавит ангельского (или "енохейского") языка. Потом, указывая на соответствующие буквы, ангелы продиктовали медиумам 19 поэтических текстов, известных ныне под названием "Енохейских ключей". Ангелы давали Ди достаточно точные сведения по конкретным вопросам. Например, они якобы указали на появление Великой Армады, дали англичанам возможность подготовиться к встрече с испанским флотом… Ди, безусловно, считал, что диалог с ангелами — это часть его разведдеятельности.
Он, конечно, получал информацию и из других конфиденциальных источников. Но самым ценным информатором считал этих самых ангелов. Он относился к этому как к разведзаданию. Причем вполне серьезно, без тени иронии.
С.КУРГИНЯН. А почему 007?
Ю.БЯЛЫЙ.Это до конца непонятно. Свои послания Елизавете Джон Ди подписывал значками, похожими на окружности. Он использовал при этом буквы "енохейского алфавита".
С.КУРГИНЯН. Королева знала эти буквы? И умела читать на этом языке?
Ю.БЯЛЫЙ. Представьте себе. Ди подписывался на шифрованном языке: "Я, глаза Ее Величества". Иногда добавлял "знак удачи". Эксперты считают, что из этого иероглифа и вытекло "007".
С.КУРГИНЯН. Но ведь и у Киплинга был рассказ "007".
Ю.БАРДАХЧИЕВ. Флеминг издевательски говорил: "Подумаешь, 007… Я эту цифру взял из почтового индекса района Джорджтаун в Вашингтоне, где живут многие сотрудники ЦРУ. Этот индекс — 20007". Мало ли где живут сотрудники ЦРУ… Да, ироническим человеком был этот Флеминг.
Ю.БЯЛЫЙ. Киплинг, Флеминг, Ди… Везде 007. Люди разные, время разное… Что объединяет? Причастность к высшей разведдеятельности. Разве не так?
С.КУРГИНЯН. От Джона Ди ниточка тянется не только к Флемингу, но и к Кроули.
Ю.БЯЛЫЙ. И тут ниточки переплетаются. Потому что Кроули значил для Флеминга достаточно много. Правда, со знаком минус. Но игра предполагает смену знаков. Так вот, в "Казино "Рояль" есть такой персонаж Циффер. В фильме он назвается Ле Шиффр. Прототипом персонажа является Алистер Кроули.
С.КУРГИНЯН. Где доказательства?
Ю.БЯЛЫЙ. Флеминг сам об этом говорил. Известно также, что создавая свой первый роман "Казино "Рояль", Флеминг подробно опрашивал многих знакомых и учеников Кроули с тем, чтобы получить от них достаточно данных по Кроули. И на основе этих данных создать образ Ле Шиффра. Кроме того, есть такой исследователь — Джон Пирсон, автор книги "Жизнь Яна Флеминга". Это очень осведомленный человек. И он настаивает на том, что Флеминг всегда видел в Кроули "идеальный образ злодея". Недаром он в романе дал злодею имя Циффер, искаженное "сифер" — шифр, арабская буква.
С.КУРГИНЯН.Могут быть и другие сходные трактовки имени.
Ю.БЯЛЫЙ. Согласен.
Ю.БАРДАХЧИЕВ.Нам только еще не хватало погружаться в нюансы каббалистических интерпретаций. Давайте все же на чем-то остановимся.
Ю.БЯЛЫЙ. Давайте остановимся. Но имя антигероя — существенно. В романе говорится о том, что речь идет об арабской цифре. Сам антигерой говорит, что он — всего лишь число в паспорте. В романе говорится, что антигерой был заключенным Дахау, перенес амнезию, и никто не знал его реального имени. Был известен только его номер — номер узника в концлагере.
Ю.БАРДАХЧИЕВ. Человек без имени — это отдельная мистическая тема. А мы договорились подводить черту.
Ю.БЯЛЫЙ.Мы её и подводим. Цифер, он же Ле Шиффр, называет людей "дорогой мальчик". Так же их называл Кроули. У Ле Шиффра не только кровавая слеза. У него еще и открытые глазные белки. Как у Кроули.
Ю.БАРДАХЧИЕВ. Или у Муссолини.
Ю.БЯЛЫЙ.В апреле 1953 года, прочитав "Казино "Рояль", сам Сомерсет Моэм, человек, как вы понимаете, совсем не чуждый разведке, пишет Флемингу комплиментарное письмо и высоко оценивает его роман. При этом делает акцент на образе Ле Шиффра. Или Цифера. Чем его этот образ впечатлил, тоже понятно. Моэм знал Кроули и использовал его в качестве прототипа героя своей книги "Маг". Известно при этом, что Кроули не скрывал своей ненависти к образу, созданному Моэмом, а Моэм — своей ненависти к Кроули.
Ю.БАРДАХЧИЕВ.А как все-таки быть с политическими проекциями всей этой эзотерической вязи?
С.КУРГИНЯН. По-моему, с этим торопиться не стоит. Есть риск "неверно приложить приклад к плечу". Чуть неверно приложил — и пуля улетит совсем не туда. Есть совпадения внешних обликов… Совпадения биографий… Ребенок не из элиты, двигающийся наверх по спецканалам вертикальной мобильности… Увлечение спортом… Силовой романтикой… Внутренняя бойцовская упрямость… Это общие черты, свойственные некоему "спецтипажу".
Такой "спецтипаж" не должен быть игроком. Бегать, прыгать, драться головой, стрелять, скользить по паркетам, утопать в роскоши или обливаться потом в дикой стране — всё это "исполнительская низовка". В этой низовке не ценится глубина мысли, игровая рефлексия. Напротив, она исключается. Чем уже сектор, и чем больше скована инициатива рамками задания, тем лучше. Такой агент может блестяще проводить специальные операции. Но он непригоден для глубинных многоходовок.
Даллес никогда не давал оценок, не оглядываясь на те или иные реакции своего "комьюнити". Глубокий был человек. И его оценки в диалогах с Флемингом, перешедшие в учебную литературу, не могут быть случайными.
Элита не хочет, чтобы в неё входил бойкий, хваткий, быстро соображающий парвеню. Она будет сопротивляться этому. С её точки зрения, мысль этого парвеню об Игре и его самообучение основам Игры — это уже крамола. Гораздо более страшная, чем взрыв в каком-нибудь посольстве. Одно дело — мальчик пошалил со взрывчаткой. Другое дело — чужой за нашим игровым столом.
Ю.БАРДАХЧИЕВ.Покерным?
С.КУРГИНЯН. Покер предполагает интуитивный выигрыш. Мышцы тут не помогут. Скорость реакции — тоже. Смелость, решительность — всё это "необходимо, но недостаточно". Психология? Сюжет с Ле Шиффром — это учебное пособие на тему о рефлексии: "Х знает, как Y ведет себя в определенных ситуациях. Но Y знает, что Х это знает. И может вести себя таким образом, чтобы Х ошибся. И так далее".
Нет, для покера нужна еще и такая воля, к которой начинает "прилипать удача". Но предположим, что эта воля есть. Что дальше? Источник воли — не только эго. Женщина всё время говорит ему, что эго недостаточно. Источник воли — любовь. Потом оказывается, что она — химера. А потом надо начинать новый этап Игры. Кто бы в фильме ни убил женщину де-факто, её на самом деле убила госпожа М.
Уже нет любви — и дальше что? Дальше оказывается, что у Ле Шиффра есть хозяин, а у хозяина Ле Шиффра есть свой хозяин. Куда поведет дорога? К госпоже М.? И что такое простота, воля, смелость — перед этой дорогой? Что такое этот путь снизу через опасность и боль перед "Садом расходящихся троп"? "Ты можешь одномоментно выиграть. Но даже если ты выиграешь несколько раз, это еще не значит, что ты субъект Игры. Ты такая же фишка, как и те фишки, которые твоя рука кидает на ломберный стол".
Тут фильм "Казино "Рояль" смыкается в чем-то с крамеровским "Принципом домино". Герой не любит, когда на него смотрят, как на фишку, на подопытного кролика. Он не любит, когда его рассматривают через игровой микроскоп. Но этой нелюбви мало. Домино ведь не распадается.
М.ДМИТРИЕВ. Но оно может распасться?
С.КУРГИНЯН. Домино не распадается от пулеметной очереди.
Ю.БЯЛЫЙ. А от чего оно распадается?
С.КУРГИНЯН. Может быть, от правильного тихого дуновения.
Ю.БЯЛЫЙ. Ну так и что?..
С.КУРГИНЯН. Поживем — увидим.

Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен!

Нажмите «Подписаться на канал», чтобы читать «Завтра» в ленте «Яндекса»

Комментарии Написать свой комментарий

К этой статье пока нет комментариев, но вы можете оставить свой

1.0x