Авторский блог Редакция Завтра 03:00 17 октября 2006

ДВОЙНЫЕ СТАНДАРТЫ ФЕМИДЫ

0
№42 (674) от 18 октября 2006 г. Web zavtra.ru Выпускается с 1993 года.
Редактор — А. Проханов.
Обновляется по средам.
Василий Сережкин
ДВОЙНЫЕ СТАНДАРТЫ ФЕМИДЫ

Сажают нынче и интернационалистов и националистов. Копцеву, с неокрепшей душой и психикой, ранившему девять посетителей синагоги, дают срок, как и чеченскому бандиту, участвовавшему в убийстве почти полутораста жителей Будённовска. Семеро пьяных азиатов насилуют двух молодых милиционерш (!) в Кузьминском лесопарке в самой столице, но тут обличители "русского фашизма" не кричат истошным криком. В подмосковном Долгопрудном два сотрудника милиции "превышают" пределы необходимой розыскной деятельности в отношении мелких распространителей наркотиков прибывших из южных мест. И вот они, милиционеры, — на скамье подсудимых. Дело тянется пять лет. Торжествует милицейский подполковник Галимов, предупреждавший майора Блохина, чтобы он не рвал постромки в задержании наркодилеров из солнечных республик. Торжествует начальник отдела дознания Долгопрудненского ОВД Н.Рашидов, уроженец цветущего Азербайджана, родной брат которого — хозяин торговых палаток в городе славы отечественного авиастроения, был "обижен" Блохиным и Коноваленко. В итоге после двух арестов майор Валерий Блохин почти полтора года просидел в ходе неспешного следствия за решёткой и вместе со старлеем милиции А.Коноваленко был оправдан двумя судами присяжных.
Казалось бы, многоликая профессиональная Фемида со сползшей повязкой отступилась от неправедного промысла. Но вдруг из долгопрудненской тяжбы вырисовывается новое уголовное дело, с ещё более серьёзными обвинениями уже другим людям.
Фабула его такова. Весной прошлого года, когда в Мособлсуде с участием присяжных заседателей рассматривалось дело Блохина-Коноваленко по якобы превышению ими должностных полномочий, как гром прогремело: на домашние адреса (!) нескольких присяжных заседателей и свидетелей со стороны обвинения во время процесса пришли письма. В одних, присяжным, — был призыв судить долгопрудненских милиционеров по справедливости, как незаконно привлечённых к суду. Во вторых, свидетелям, — содержались плохо завуалированные угрозы, в случае если они покажут на суде против милиционеров. После этого события, обнародованного в зале суда, уголовный процесс был объявлен закрытым. А по факту угроз и неправомерного вмешательства в правосудие было возбуждено уголовное дело.
К сожалению, информации об этом уголовном деле практически нет. Почему-то оно закутано в такую завесу секретности, что о нём не написала до сих пор ни одна русофобская газета, каковых сегодня немало издаётся в России. Удивительную профессиональную скромность проявляют и следователи. А ведь письма-то с угрозами и увещеваниями присланы на бланках РНЕ. Какое обширное поле для новой волны разговоров о "русском фашизме" и для возможности проколоть дырку для новой звёздочки на прокурорских погонах!
Письма были. Но ведь кто-то их писал. Кто? И в этом направлении начался поиск. Говорят, правда, что письма эти с бланком РНЕ — грубый монтаж. В рамках нового уголовного дела в поле зрения или подозрения попадают люди, которые были в сложившейся вокруг Блохина и Коноваленко группе общественной поддержки. Она была многолика, но в основном в ней были простые русские люди, православные, прихожане нескольких столичных и подмосковных храмов. С ними плечом к плечу не раз были и другие русские люди — атеисты, но верящие, что справедливость должна восторжествовать. О них уничижительно отзывались "московские комсомольцы", но люди эти, особенно православные, были кремниевые. Да, законом запрещено проводить пикеты или митинги возле здания суда. Но эти люди молча стояли или негромко, почти шепча, читали молитвы в февральские и мартовские студёные дни прошлого года и позже невдалеке от облсуда, что раздражало организаторов неправедного процесса. Однако судебные чиновники и милиция не осмелились ни разу разогнать стоявших на тротуаре в отдалении от дверей суда людей, носителей истинно русского православного духа понимания, где зло и где добро.
Проводятся обыски у сторонников РНЕ, изымаются книги, документы, электронные носители информации. Потом всё возвращается за отсутствием чего-либо противозаконного. Затем взгляд новых чекистов падает на Ю.Г. Ковалёва и двух его знакомых. Они попадают в разработку. После неведомых умозаключений они "назначаются" основными подозреваемыми, а главным из них — Юрий Георгиевич. Кто он — этот новый сиделец, продолженного таким образом "долгопрудненского дела"? Следствие "классифицирует" его как человека, который придерживается националистических взглядов (отвлечёмся для предположения: а вдруг власть смениться, и тогда, возможно, иные следователи про других подследственных будут писать
"... придерживался либерально-монетаристских взглядов..."), что, будучи убеждённым в том, что Блохин и Коноваленко являются защитниками интересов русских людей, был организатором публичных акций группы поддержки подсудимых милиционеров, что поняв безрезультатность этих шагов, организовал подготовку и отправку рекомендательных и угрожающих писем присяжным и свидетелям. К тому же Ковалёв, ранее работавший в общественном комитете народного контроля, защищавшем интересы русских, — лицо без гражданства, живущий с женой и ребёнком в Москве по советскому паспорту со старой пропиской в Минске.
Вначале взяли одного "соучастника". И тот сразу всё рассказал про Ковалёва как про организатора, и сразу подписался. Потом, как поведали со стороны, на очной ставке в присутствии Ковалёва и адвокатов от своих показаний отказался. А спустя время уже в кабинете следователя опять подписался, что именно Ковалёв руководил подготовкой писем. За эту позицию "соучастник" остался на свободе, а Ковалёв с ноября прошлого года сидит в следственном изоляторе.
Здесь самое время задаться вопросом: а как "лицо без гражданства" заполучило адреса присяжных и свидетелей? Помните, Жеглов в кино поучал Шарапова, что пистолет как улика всё перетянет... Фигурально выражаясь, в этом деле "пистолетом" был источник адресов присяжных и свидетелей. И раздобыть такие сведения на многих людей, защищённых законом, — может ли быть по силам одному человеку? Но следствие эту задачу про квадратуру круга для себя и для суда решило, кажется, быстро и ничтоже сумняшеся. Оно просто утверждает, что эти адреса Ковалёв получил "от неустановленного следствием лица". И тут возникает ситуация дежа вю. Что это уже где-то виделось.
Вспоминать долго не пришлось. Когда майора милиции Блохина второй раз упрятали за решётку, и свои же милиционеры посадили его в камеру с уголовниками, то ему было, кроме всего прочего, предъявлено обвинение в организации обстрела квартиры прокурора г.Долгопрудного. Следователем той же облпрокуратуры тогда было вписано, что организатором обстрела является Блохин, и сделал он это в сговоре с неустановленным следствием лицом, которое и стреляло из автомата в окна прокурора. Это что же за постоянный фигурант уголовного дела — "неустановленное следствием лицо" — фирменный стиль Московской областной прокуратуры? Помниться и другое, что, кажется, весной прошлого года, примерно в то же время, когда шёл суд над Блохиным и Коноваленко, Генеральная прокуратура РФ провела проверку Мособлпрокуратуры и резко критически оценила её слабую работу.
"Неустановленное" облпрокуратурой лицо в деле Блохина, присяжных тогда не убедило. Они это, как и другие обвинения, навешанные на него, отвергли, чем косвенно подтвердили выводы Генеральной прокуратуры о качественном уровне работы областной прокуратуры. Любопытно узнать, как сторона обвинения будет опираться в системе своих доказательств, опираясь на отсутствие присутствия инкогнито в новом случае? Тем более, что судебные заседания, как стало известно, уже начались. Непонятно и другое: почему суд с самого начала объявлен закрытым? Что не хотят следствие и суд продемонстрировать общественности? Свой профессионализм? Умение чётко и понятно для присяжных и публики изложить цепочку доказательств? Хватит ли доказательств того, что Ковалёв организовал эти письма? Ведь причинно-следственные связи в этом деле выглядят как-то не очень убедительно. Ковалёв был на стороне долгопрудненских милиционеров и вдруг он, по мнению следствия, пишет эти письма, явно ухудшая положение Блохина и Коноваленко на суде? Об этой роли писем говорили сами милиционеры на процессе и после него.
Более того, эти подлые письма пришли в тот момент суда, когда многие его участники и зрители ощущали — не складывается дело по версии прокуратуры. А про Ковалёва те, кто его знает, говорят, что это умный, рационально мыслящий человек. Впрочем, выяснилось, что у следствия есть другой тяжёлый довесок в виде ещё одного уголовного дела на Ковалёва. Когда к нему в выходной пришли с обыском и выманили обманным путём на лестницу, он, Ковалёв, усомнился в том, что перед ним настоящие сотрудники ФСБ и прокуратуры. Ковалёв начал кричать, что пришли бандиты с фальшивыми удостоверениями, побежал вниз и при этом, столкнувшись с чекистом, нанёс ему... закрытую черепно-мозговую травму. Потом на подмогу чекистам (они оказались настоящими) приехала милиция. Казалось бы, она должна была заковать в железы изверга, который причиняет такие травмы одному из чекистов. Но почему-то приехавшие милиционеры без наручников отвезли Ковалёва в отделение. Теперь человеку, "придерживающемуся националистических взглядов", грозит ещё и статья за временное расстройство здоровье чекиста. А эта штука будет посильнее Фауста!
Обыск потом был проведён. Жена Ковалёва, когда он был в отделении милиции, спокойно открыла дверь и всё, что надо было бригаде вышинского труда, она изъяла. Не будем предвосхищать события. Остановимся на факте. У следствия, попробуем предположить, два основных аргумента: "чистосердечное признание" "подельника" Ковалёва, который также находится под обвинением, и инцидент с бригадой на лестнице.
Умозрительно объединяя все вышеупомянутые дела в одно, может возникнуть ощущение, что какие-то неустановленные и невидимые общественностью лица ведут всю эту дьявольскую игру, выпячивая виртуальную роль РНЕ в качестве одного из носителей "русского фашизма". И одновременно, реально, руками правосудия и правоохранительных органов, наказывают тех, кто на низовом уровне вел борьбу с распространением среди русских подростков наркотиков и тех, кто морально поддерживал этих отважных милиционеров. Печально всё это. Но фактом является то, что вослед за отсидевшим почти полтора года В.Блохиным, теперь уже почти год сидит в СИЗО Ю.Ковалёв.
В довершение закончим сказанное пространной цитатой. "В принципе карательные ограничения к человеку могут быть применены лишь на основании судебного приговора... Однако в жизни бывает по-другому, и особенно это часто происходит в сфере уголовно-процессуальных правовых отношений. Хотя формально там не говорится об использовании карательных мер, но фактически они там всегда присутствуют, особенно когда речь идёт о применении тех или иных мер пресечения, определении сроков содержания под стражей во время предварительного следствия и судебного рассмотрения, направления уголовного дела для производства дополнительного расследования... Благодаря именно этим обстоятельствам человек может находиться в местах заключения годами, ожидая, требуя правосудия... Строгость изоляции, исключительно тяжёлые условия размещения и содержания подследственных и подсудимых, эпидемия туберкулёза, плохое питание и скученность превратили следственные изоляторы России в места, которые инспектора Совета Европы приравнивают к местам пыток людей... Кара начинает активно воздействовать на личность ещё до вынесения приговора суда..."
Как говорится, умри, Денис, лучше не напишешь. А написал это доктор юридических наук А.И.Зубков, в недавнем прошлом заместитель начальника Главного управления исполнения наказаний Минюста России. А уж ему ли не знать что почём?

Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен!

Нажмите «Подписаться на канал», чтобы читать «Завтра» в ленте «Яндекса»

Комментарии Написать свой комментарий

К этой статье пока нет комментариев, но вы можете оставить свой

1.0x