Авторский блог Редакция Завтра 03:00 11 марта 2002

БИТВА АНДРЕЕВА

0
11(434)
Date: 12-03-2002
БИТВА АНДРЕЕВА (Свобода слова в России — не для всех)
В Санкт-Петербурге слушается необычное уголовное дело. Судят главного редактора независимой газеты "Новый Петербургъ" Андреева Алексея Владимировича. Он обвиняется в клевете на руководителей Горпрокуратуры.
Как могло случиться такое?

Почти три года назад, 25 февраля и 8 апреля 99-го газета "Новый Петербургъ" опубликовала две статьи арестованного депутата Законодательного собрания, председателя комиссии Госдумы по проверке законности приватизации госимущества в Северо-Западном регионе Юрия Шутова.
В этих статьях автор утверждает, что его уничтожают за непримиримую борьбу с ворьем, за написанные им книги, за попытку вернуть государству украденные промышленные объекты. Он называет конкретные фамилии работников прокуратуры, предвзято ведущих следствие по его делу. Рассказывает о запрете свидания с 80-летней матерью в день ее и своего рождения 16 марта. Факт этот косвенно подтвердил предвзятое отношение руководителя следственной группы к арестованному и, естественно, взволновал многих читателей газеты.
В новой статье, опубликованной 8 апреля 99-го, Шутов, называя должностных лиц горпрокуратуры поименно, пишет, что "...это чрезвычайно опасная группировка, и поэтому я хочу, чтобы мое публичное заявление рассматривалось как открытое обращение в Генеральную прокуратуру о расследовании известных мне фактов коррупции в среде перечисленных мною лиц". Здесь же Шутов подчеркивает, что "...именно я, а вовсе не газета с полной ответственностью заявляю: в городской прокуратуре создана и успешно действует преступная группа".
Для понимания сути происходящего суда над главным редактором "Нового Петербурга" Андреевым, вышесказанные слова Шутова имеют принципиальное значение. Запомним их.
Первое заседание суда. 17 января, 11 часов.
Небольшой зал горсуда переполнен. В коридоре и на улице — люди, неравнодушные к судьбе газеты и ее редактора. На местах для публики — правозащитники, ученые, писатели. Узнаю организатора Петровской академии доктора биологических наук Ю.П.Воронова, доктора исторических наук И.Я.Фроянова, доктора юридических наук О.Г.Каратаева. Защитниками по делу Андреева выступают доктор юридических наук С.Н.Бабурин, известный адвокат Е.Н.Малыгин, и общественный защитник доктор юридических наук О.Г.Каратаев.
Зачитывается объемное заключительное обвинение. Присутствующие надеются узнать что-то новое, доселе неизвестное. И действительно, слышат то, чему трудно поверить.
А.В.Андреев обвиняется в том, что, используя свое служебное положение, он совершил из корыстной и иной (?!) личной заинтересованности незаконное собирание (?!), распространение в средствах массовой информации сведений о частной жизни лица... Он же совершил клевету(?!), то есть распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица... Он же, используя свое служебное положение, совершил вмешательство (?!!) в деятельность прокурора, следователя в целях воспрепятствования(?) всестороннему, полному и объективному расследованию дела. Тем самым в данных статьях Андреев от себя лично формулировал (?!) к органам, ведущим расследование, требование (?!) об освобождении Шутова из-под ареста, чем вмешивался (?!) в деятельность прокурора, следователя и лица, ведущего дознание.
Вопросы и восклицания, расставленные по зачитанному тексту обвинения, не случайно появились в моем журналистском блокноте. Андрееву инкриминируют действия, которые он не мог совершить, печатая статьи Шутова, так как не вносил в них каких-либо поправок.
За каждым словом обвинения усматривается действие редактора, а не автора, написавшего эти слова. А автора даже не пригласили в суд. А ведь Шутов в своей апрельской статье черным по белому написал: "Именно я, а вовсе не газета с полной ответственностью заявляю..." и дает жесткую характеристику конкретным работникам горпрокуратуры. Так при чем же здесь редактор Андреев? Он, как честный человек, просто обязан был опубликовать своего рода сигнал SOS, уберечь питерцев от свершения еще большего зла.
Но ему, спустя три с половиной месяца после опубликованной статьи Шутова, то есть 26 августа 99-го предъявляется обвинение и избирается в этот же день подписка о невыезде. Он уже рассматривается преступником и лишен более 2-х лет права поехать в другой город, в отпуск, на лечение... И вот теперь — суд.
...Андреев обвиняется в совершении преступлений, предусмотренных статьями 137 ч.2, 298 ч.3, 294 ч.3 УК РФ.
В зале — шепот: а что за этими следует? — И слышен ответ: "От снятия с должности и до 4-х лет лишения свободы"... Берет оторопь. Оказывается, так просто поставить человека перед судом, несмотря на телевизионную трескотню бравых журналистов о свободе слова и правах человека и гражданина, которыми сегодня якобы пользуются в России.
Нелепость происходящего шокирует присутствующих на судебном процессе людей. Здесь неравнодушных нет.
Андреев, высокий, немного сутуловатый, худой человек, с бледным лицом, в очках, растерян, не знает, как вести себя на суде, забывает встать на вопрос судьи и сесть после ответа. Судья напоминает ему об этом. На вопрос, признает ли он себя виновным, Андреев заявляет, что имеет отношение только к публикациям статей государственного и общественного деятеля, каким является Шутов, и что у него, Андреева, нет оснований менять сложившуюся многолетнюю практику до вступления приговора по отношению к Шутову в законную силу.
Биографическая справка.
Андреев Алексей Владимирович, 1955 года рождения, вырос с трудовой сельской семье. Учился успешно, увлекался спортом, математикой, химией, работал слесарем, наборщиком в типографии, учился заочно, избирался депутатом райсовета. Жена — Лариса Александровна — профессиональный художник-оформитель. Сын Василий недавно демобилизовался из вооруженных сил, от службы в Армии не прятался. В составе Внутренних войск находился в Чечне. Принимал участие в контртеррористических операциях. Дочь Елена учится в 9-м классе. Газету "Новый Петербургъ" Андреев возглавил в 1993 году.
Но снова вернемся в суд.
Начинается слушание потерпевших и свидетелей.
Один за другим они стараются помочь обвинению. Особо преуспевает в этом В.В.Никоноров — сотрудник регионального управления Госкомпечати. Нервозность, скороговорка и категоричность высказываний Никонорова серьезно оглупляют выдвинутые против Андреева обвинения.
Никоноров на суде почти дословно цитирует себя, как классика: "...В тексте статей содержится высказывание, направленное на то, чтобы при помощи вымыслов, слухов, намеков, оскорблений, употребления издевательских слов и выражений опорочить честь и достоинство следователя... прокурора, начальника управления, сотрудника РУОПа... Газета, в лице ее редактора, несет полностью ответственность за все высказывания с интервьюируемым". И далее следует вслушаться в оригинальное толкование Никоноровым статьи 56 Закона "О средствах массовой информации": "Не может быть принят во внимание тот факт, что Шутов на момент ареста являлся депутатом... Давая интервью, он выступал от своего личного имени и касался личных дел, а не своей деятельности, как депутат. Поэтому статья 57 Закона "Освобождение от ответственности" здесь не применима".
Услышав аргументы и увидев в суде агрессивность чиновника, излагающего от имени Госкомпечати, понимаешь, как вольно и безответственно может трактоваться закон в статье 57 о праве и бесправии народного депутата. Не надо быть юристом, чтобы понять это. Повторим и разберем хотя бы одну строку "профессионала от цензуры".
Никоноров заявляет и на следствии, и в суде, что Шутов в статьях 25 февраля и 8 апреля 1999 г.... "выступал от своего личного имени и касался личных дел, а не своей деятельности, как депутат, поэтому статья 57 здесь не применима".
В своих статьях Шутов и как гражданин, и как депутат, поднимает острые вопросы, о которых кричат на разные лады все слои общества. От мала до велика люди знают о коррупции, беспределе, убийствах, творимых в прославленном когда-то городе. Теперь же город-герой, город университетов, изобретений, науки, искусства имеет в народе другое трагическое название — "бандитский Петербург".
Шутов называет события и факты своими именами, действуя и как депутат, и как гражданин. И надо подчеркнуть, что так он поступал и до своего ареста, от которого не прятался, не убегал в другую страну. На подобное поведение способны только честные и сильные духом люди.
И еще. Ряд обстоятельств усиливает сомнение в виновности Шутова и справедливости его ареста. Слишком долог срок разбирательства предъявленных ему обвинений; нелеп и преступен налет 16 ноября 99-го на Калининский суд, где только что освобожденный из-под стражи Шутов был арестован сомнительным образом; абсурдно и безнравственно решение судьи, лишившего Шутова его защиты адвокатами, которым он, Шутов, доверял; лишение Шутова необходимой медицинской помощи, несмотря на просьбу, которую высказали в письме его коллеги-депутаты.
Все это вместе взятое удручает и удивляет. Неужели судебная, исполнительная и законодательная власти не понимают, что не решаемое дело Шутова подрывает их же авторитет перед народом? Неужели правда, что трагическое дело Шутова, как говорят люди в коридорах суда, держится только на круговой поруке?.. Уже сегодня очевидно: какое бы решение ни вынес суд — а он так или иначе его вынесет — организаторы и исполнители будут оправдываться, показывать пальцем друг на друга, ибо авторитет Шутова, сострадание к нему и восхищение им растут с каждым днем.
Объявляется перерыв.
В коридоре суда к известному адвокату Е.Н.Малыгину потянулись люди. Один, другой, третий, передают ему письма от общественных организаций, отдельных известных ученых и деятелей науки в защиту газеты и ее редактора. Прочитав несколько текстов, очевидно решив, как далее поступит с ними, мудрый адвокат, сложив их в стопку, направился в зал заседания.
Заседание продолжается.
Адвокат Малыгин просит слово и сообщает суду, что ему передали 30 писем от отдельных граждан и организаций, адресованных судье, и просит их приобщить к делу. Судья Шафранский А.Ю. растерян, осторожно, как взрывчатку, берет у адвоката пачку бумаг, внимательно просматривает их, и понимая, что по другому поступить не должен — слишком авторитетные имена стоят под каждым письмом, — прилагает многие к делу.
Далее слушается показание потерпевшего следователя Дудкина, того самого, кто руководил операцией по аресту Шутова 16 ноября. Его показания суду были трафаретными, подчеркнуто высокомерными. На вопрос судьи: читает ли он "Новый Петербургъ"? — Дудкин ответил, что желтую прессу не читает. По залу прокатился ропот. Подумалось — а знает он или нет, что "Новый Петербургъ" читает лучшая часть граждан нашего города?
Точно так же назвал газету "желтой прессой" и эксперт Госкомпечати Никоноров.
В начале процесса над Андреевым казалось, что он со своей крошечной командой принципиально не сгибаемых, талантливых журналистов, совершенно не защищен и, значит, будет сломлен. И вдруг — письма. В защиту! Назову только несколько имен, что удалось запомнить.
Доктор медицинских наук, академик, Лауреат Ленинской премии, всемирно известный кардиохирург Углов Федор Григорьевич; председатель правления творческого союза изобретателей Ю.Г.Попов; председатель комиссии научного туризма Русского географического общества РАН С.В.Голубев; председатель Русской партии И.Ф.Бондарик; руководитель Ленинградского регионального отделения Партии духовного возрождения России, доктор биологических наук, академик Ю.А.Воронов; редактор газеты "Трезвый Петербург" А.А.Образков; вице-президент общественной организации "Полярный конвой", капитан 1 ранга С.Н.Апрелов; главный редактор газеты "Народная правда" М.В.Попов; председатель совета общественно-политической организации "Союз", полковник о отставке С.П.Башкатов.
В моих руках оказались несколько открытых писем широко известных ученых. На мой взгляд, это важное и редкое на сегодня событие, когда в период апатии общества ученые встают стеной на защиту своей городской газеты.
От имени Комитета ленинградских ученых доктор биологических наук М.И.Зелинский пишет: "...Газета "Новый Петербургъ" — одна из немногих, которая дает разностороннюю, взвешенную, независимую и объективную информацию, откликаясь оперативно на самые актуальные и волнующие научную интеллигенцию, как и большинство горожан, вопросы. Ленинградский комитет ученых серьезно обеспокоен ситуацией с необоснованным обвинением главного редактора А.В. Андреева".
Большое письмо от имени Петровской академии наук и искусств подписал ее президент академик Л.А.Майборода. В нем говорится: "С недоумением мы узнали, что главного редактора судят за клевету, которая выразилась в том, что он осмелился напечатать статьи депутата Юрия Шутова. Можно неоднозначно относиться к личности Шутова, но отказ еще не обвиненному депутату в праве на гласность противоречит Конституции нашей страны.
Есть у меня и еще одна копия письма, адресованного судье А.Ю.Шафранскому. Его хочется привести полностью:
"Государственная Академическая Капелла Санкт-Петербурга, ее сотрудники и дирекция являются и читателями, и авторами газеты "НП" фактически с ее основания, около 10 лет. За это время мы могли многократно убедиться в ее гражданской позиции: критической и честной. Ни одно из петербургских массовых изданий так решительно и смело не защищает интересы простых граждан города, главным образом обиженных и притесняемых. Газета дает на своих страницах возможность открытой полемики, чем отражает настоящую политическую ситуацию и борьбу. В том числе и по острым проблемам нашей национальной культуры! Во всем этом заслуга не только творческого коллектива газеты, но главным образом ее главного редактора Алексея Владимировича Андреева, человека правдивого, истинного патриота России, к тому же исключительно скромного и доброго.
С уважением,
Художественный руководитель и главный дирижер Государственной Академической Капеллы Санкт-Петербурга, Народный артист СССР, лауреат Государственных премий России, профессор В.А.Чернушенко...".
Все эти письма честны и ясны. Их нечего обсуждать. Обращения граждан в редакцию с поддержкой продолжают поступать. Редакция превращается в штаб правдолюбцев — людей, встревоженных и обеспокоенных судьбой газеты и ее редактора. Суд над Андреевым, как в капле воды, отражает неправедные деяния криминальных общеизвестных кругов России. Кто победит? Ответить на этот вопрос непросто.
После трех судебных заседаний, несмотря на мощную поддержку авторитетных общественных деятелей и спокойное, уверенное поведение высочайшего класса юристов, осуществляющих защиту "Нового Петербурга", Андреев не выдержал напряжения и оказался в больнице.
Что с ним? Не сдался ли? О чем думает на больничной койке?
Мы говорили о выпавшем на плечи России непостижимом испытании. Искали в памяти хотя бы одно значительное событие, совершенное за последние 10 лет властями "демократов" во благо России, искали — и не нашли. Как будто споткнулись — замолчали. Так бывает, когда чувствуешь свое полное бессилие изменить что-либо в лучшую сторону.
Если общество позволяет энергетикам издеваться над беззащитным населением многих районов страны, убивает новорожденных своим садистским "веерным отключением", если при оскорбительном молчании властей лишаются источников электричества воинские части, стоящие на охране государственной границы! — Что могут сделать журналисты?
Так, наверное, думал и Андреев. Нарушив молчание, он сказал тихо так, как бы самому себе: "Бороться. Все равно надо бороться...".
Когда он взглянул на меня уставшими, больными глазами — только тогда я понял, что в слове "бороться" находится ключ к пониманию его убеждений. Однако я переспросил:
— Бороться — но как? Каким образом?
Алексей АНДРЕЕВ: Выпускать газету. Помогать простым людям выжить. Защищать незащищенных. Будить в них силы к сопротивлению. Против обмана, насилия, грабежа. Просвещать, заставлять думать.
Андрей БОБЫЛЬКОВ: "Лишь тот достоин жизни и свободы, кто каждый день идет за них на бой!"?
А. А.: Можно понимать и так.
А. Б.: Ну что ж... Дай Бог вам сил и новых друзей!
... Я прочитал очень много хороших отзывов о "Новом Петербурге". Скажите, интерес к газете возрос только с "делом Шутова" или он появился сразу, с первых ее номеров?
А. А.: С первых номеров и поныне газета отстаивает интересы простых людей, их права. В этом ее смысл, авторитет и популярность. Казалось бы, что такое: протек потолок, плохое медобслуживание, голод ребенка, издевательство над фермером, — все это знакомо и узнаваемо, но только по жизни. А в массовых СМИ что вы читаете и видите? Больше балдежа, конкурсов, рассчитанных на примитивную аудиторию, различного трепа, совершенно не имеющего отношения к содержанию жизни человека и развитию общества. Наша газета последовательно, от номера к номеру идет на помощь пострадавшим и откликается на важные события, зовет читателей уверенно защищать свои права, не сгибаясь перед наглостью и самонадеянностью власть имущих. В этом интерес к газете. А Шутов — наша автор и читатель, поддерживающий позицию газеты. Такого талантливого и честного единомышленника, наверное, хотела бы иметь любая газета. Вот он оказался в капкане власти, которую он не принял — и мы встали на его защиту. Тут все ясно. К сожалению, наши люди инертны, чаще всего не сопротивляются властям, неуверенно действуют. И в этом — трагедия нашего общества. Ведь на самом деле сопротивление нужно и самой власти, иначе она не будет знать, как строить отношения с обществом, как строить и развивать государство. Только на постоянном протесте, противодействии заинтересованных групп можно добиться каких-то решений. А у нас диалога нет. То, что предлагает власть сверху — тут же и принимается. Народ тут ни при чем. Народ просто умирает.
А. Б.: Так вы хотите быть поводырем, Данко?
А. А.: Ирония тут ни к чему. Да, мы пытаемся просвещать людей, доказываем. что решать вопросы все-таки можно. Находим примеры, помогающие другим людям воспрянуть и действовать. Вот наша читательница выиграла суд по нежелательной постройке мансарды над ее квартирой. Совсем недавно у нас в городе просто был "мансардный бум". Особенно тянулись к старым зданиям новые коммерческие структуры. С точки зрения архитектуры надстройка над старыми зданиями — дело очень спорное. Но нынче деньги бегут впереди разума. В данном случае дело было выгодным и заказчику, и чиновникам, и строителям, за исключением жильцов. А наша читательница восстала, очень долго сопротивлялась, но добилась в Верховном Суде решения о незаконности практики надстроек без согласия жильцов! Надо подчеркнуть, что после решения Верховного Суда надстройка мансард над старыми зданиями в СПб остановилась. Это была реальная победа немолодой женщины. Она не очень грамотная — а вот вам наглядный пример тому, что и один в поле воин.
А. Б.: Я несколько раз присутствовал в зале заседания, где идет суд над вами, главным редактором газеты. У меня все время возникал вопрос: почему суд сейчас, в 2002 году, а претензии идут только к публикациям 1999 года? Вы ведь продолжаете постоянно печатать материалы Шутова, так как считаете его государственным деятелем, однако разговор на суде идет только о двух публикациях 1999 года?
А. А.: Они не знают, что противопоставить... Я повторюсь. В городе спокойно расхаживают бандиты, разворовывается народное богатство, присваивается государственное имущество, убит недавно академик Глебов. У семи академиков убили сыновей. Притонов расплодилась масса... А против меня возбуждают уголовное дело. Ну никаких нет слов!
А. Б.: Я пытаюсь прояснить для себя ситуацию. Ведь Шутов был уполномочен Госдумой возглавить комиссию о проверке законности приватизации государственной собственности. Не кажется вам, что его перепугались и перехватили? Он ведь успел опубликовать немало документов, заслуживающих внимания прокуратуры.
А. А.: Только время может ответить на этот вопрос. Шутов многих раздражал своей неуступчивостью, принципиальностью. Он с самого начала себя противопоставил всему негативному, что было в городе и в стране в те годы. Он опубликовал несколько книг. Его не однажды арестовывали, потом оправдывали и выпускали. Один раз чуть было не убили. Я позволю себе метафору. Если бы судьба России была похожа на судьбу Шутова, если бы Россия могла сопротивляться, как он! Шутов не уступает, не сдается. А Россия сдалась. К великому сожалению. Наше общество парализовано, не поддерживает даже тех, кто пытается для людей решить элементарные проблемы бытия.
А. Б.: А как вы думаете, чем закончится судебное дело?
А. А.: Не знаю. Не понимаю. Я — редактор гонимой газеты. Пока я на ногах, я буду печатать тексты, представляющие интерес для общества. В этом — моя главная обязанность.
А. Б.: Странно, что в потоке писем в поддержку свободы слова и гласности, в поддержку "НП" нет голосов тех, кто на публике печется об этих "завоеванных ценностях".
А. А.: Им не до опального редактора. Они заняты дракой "денежных мешков" за телеканалы, поиском сальностей о Горбачеве и Путине, игрой с народом в "дурачка". Заняты скандальными информациями. Снимают с них сливки и не утруждая себя глубже копнуть материалы, на этом делают погоду. К сожалению, журналистские объединения в большинстве своем построены не по профессиональному признаку, а по партийному. Я считаю, что если мы вступили в пору свободы, значит, давайте уважать права человека, ибо каждый имеет свои убеждения и право их высказывать. Я считаю, что такие полярно мыслящие люди, как, скажем, Юрий Белов, Даниил Коцюбинский, Олег Каратаев... Они имеют одинаковые права. Я, к примеру, читаю с интересом статьи каждого.
А. Б.: Вы болеете, а газета выходит. Содержательная, наступательная, умная.
А. А.: По-другому и быть не может. В газете "Новый Петербургъ" работают единомышленники. Они обостренно чувствуют боль Отечества своего, потому так активно, неутомимо и мужественно работают.
Андрей БОБЫЛЬКОВ
P.S. Когда статья была подготовлена к печати, из Питера пришло известие: суд прекратил дело Андреева из-за истечения срока давности. Осудить редактора-патриота по абсурдному обвинению было нельзя, а вот помотать нервы и обречь на два года на подписку о невыезде — можно. Тем самым патриотам-журналистам сказано: свобода слова в России — не для всех.

Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен!

Нажмите «Подписаться на канал», чтобы читать «Завтра» в ленте «Яндекса»

Комментарии Написать свой комментарий

К этой статье пока нет комментариев, но вы можете оставить свой

1.0x