Авторский блог Редакция Завтра 03:00 10 сентября 2001

КУДА ЛЕТИМ?..

0
Author: Генерал Виктор Филатов
КУДА ЛЕТИМ?..
37(406)
Date: 11-09-2001
Полетели мы в Лос-Анджелес на аэробусе американской авиакомпании "Дельта". С женой. Она югославка. В Шереметьево-2 эта самая "Дельта" в операционном зале занимает этак процентов 10 от всей площади, у неё тут своя аппаратура и своя, американская таможня — сама шмонает, кого захочет, сама крутит, как хочет, наши загранпаспорта, выполняя при этом функции и погранслужбы, и еще какие-то. Своя униформа. Одним словом, американское Шереметьево-2, как если бы тут была граница Штатов. И только после всех этих американских фильтров вы попадаете к нашим славным зеленым фуражкам, у которых граница, как известно, обязательно на замке.
Мой паспорт крутила девица с птичьим лицом, но с повадками кошки, обнюхивающей кусок рыбы сомнительной свежести. Сделала гримаску и вернула мне мой паспорт молча. Когда увидела паспорт моей жены — югославский, случилась сценка по-Маяковскому, в его знаменитых "Стихах о советском паспорте". Птичье личико спросило тоном контрразведчика, поймавшего шпиона:
— Вам зачем в США?
— На этот вопрос я уже ответила в посольстве США в Москве.
— Я повторяю вопрос: зачем вы едете в США?
— У меня там дочка, она только что родила ребенка.
Контрразведчица в униформе "Дельты" скомандовала:
— Стойте здесь.
Подпрыгивающей походкой она двинулась к группе мужчин в униформе "Дельты". Те выборочно занимались электронным и ручным шмоном улетающих. "Дельтоники" сразу переключились на паспорт моей жены. Озираясь, они о чем-то перешептывались, ощупывая югославский паспорт. Я рассматривал их. Никто из них не был русским, но все они были россиянами — это точно. Вдруг они скрылись за перегородку. Время шло.
— Судя по всему, не видать тебе внучки в этот раз, — сказал я жене.
"Дельтониковые" униформисты появились. Один сказал жене:
— Мы должны проверить ваш чемодан.
— Но я только что прошла таможенный контроль, — ответила жена, показывая на наших таможенников, занятых своим делом в десяти метрах от американских "дельтоников".
— Это не имеет никакого значения. Пройдемте и откройте ваш чемодан. Иначе вы никуда не полетите.
Пришлось тащить к указанной лавке и открывать там чемодан. И накинулись "дельтоники" на содержимое чемодана, вывалив его на лавку. В лакейском раже трое россиян перетряхнули и перебрали каждую тряпку из чемодана. Но, естественно, кроме сугубо женских вещей, ничего не обнаружили. Стоят истуканами, вперив взгляды в женское белье. А я воочию наблюдаю честных наёмников. И ничем-то они не отличаются от того же Явлинского, Юшенкова или Новодворской — такие же мордатые, такие же хамоватые, работающее исключительно по команде "фас".
Потом один говорит, не поднимая глаз от тряпок:
— Мы ваш чемодан забираем.
Хватает пустой чемодан, и они вчетвером тащат его за свою перегородку. "Пустой-то зачем? — думаю я про себя. — Рентгеном, что ли, просвечивать?". Долго они там работали со скорлупой нашего выпотрошенного чемодана. "Наверное, ищут второе дно. Может, подключили специальную аппаратуру, ищут в ручке чемодана самодельную бомбу. А может, работают сейчас с миноискателем, может, сам чемодан для них — какой-то злодейский заряд, который поднимет Америку на воздух… Как угадаешь, что бывает у овчарки под ушами в голове?"
Белье, вытряхнутое из чемодана, горкой возвышалось на плоской лавке. За нашей спиной, в десяти метрах, восседают на высоких стульях наши таможенники в зеленом, совершенно не нужные и бессмысленные здесь в Шереметьво-2. Для Штатов они — круглый ноль, зеленая декорация. А для русских — то же вражеская сила, но уже по другой, нашей инструкции. В свое время, кажется, каждые три месяца персонал Шереметьевской таможни менялся, большая часть оказывалась в тюрьме. За воровство и лихоимство. Теперь по-другому, взяли и продали свою территорию американцам, продались им прямо на рабочем месте. А я-то ломал голову, почему французские, немецкие и другие авиакомпании бегут из Шереметьево-2 в Домодедово. Они просто не хотят, чтобы их шмоняли в русской Москве американцы, как в Нью-Йорке.
Однако и американцев задача: получить без единого выстрела свой собственный аэропорт в Москве. Как имеют они сейчас без единого выстрела Боснию, Косово, вот теперь — Македонию. Для этого требуется одно: чтобы из Шереметьево-2 добровольно-принудительно съехали вон отсюда всякие прочие шведы. Они, американцы, в окружении российских овчарок, будут пускать в Москву и выпускать из Москвы только тех, кого они сочтут нужным. Например, пускать так называемого министра иностранных дела какой-то неведомой Ичкерии, и не пускать, и даже арестовывать прямо у трапа, к примеру, моего друга, талантливейшего югославского поэта Караджича, или моего друга — выдающегося дипломата, иракского вице-премьера Тарика Азиза, и вообще — только по спискам Госдепа и ЦРУ. И я начинаю думать, что и немцы, и французы, и прочие шведы уходят из Шереметьево-2 по приказу американцев, освобождая его для американцев. В сердцах я сказал таможеннику, показывая на "дельтоновских" таможенников и пограничников: "Ну, что, продались с потрохами американцам?" Я ожидал любого ответа, но не ожидал того, что он сказал: "А что мы можем — мы люди маленькие". Он подтвердил мои подозрения. Вот так теперь захватывают "вокзалы и телеграф". За доллары, которые завтра рухнут, превратившись в зеленую бумагу. А аэропорт, ну никогда в бумагу не превратится.
Моя югославская жена — талантливый архитектор, человек не армии, не КГБ и вообще — не политики. Чтобы попасть к дочери на роды, жена пошла в американское посольство в Москве для получения разрешения — визы. Там молча и сразу только за вход, как в казино, взяли с неё кучу долларов, и уже потом стали разговаривать о дате так называемого собеседования. Долгие ожидания. За это время дочка в Штатах родила, хотя жена при посещении консульства США растолковывала чиновнику ситуацию и просила не слишком затягивать день собеседования. Но тот был сплошное "no".
Собеседование в посольстве США в Москве — это допрос по всем правилам контрразведки: те же вопросы, тот же тон допроса — обвинительный, обличительный, "уличающий" и "разоблачающий". Вас постоянно хотят припереть к станке, загнать в угол своими вопросами. Моя югославка "засыпалась" на вопросе: "Как зовут мать вашего мужа?" Моя мать умерла 30 лет тому назад, когда югославка жила в своем Белграде. На собеседовании, которое, кстати, вела не то японка, не то кореянка, кто их различит по виду, жена не сразу выговорила имя моей матери — Анастасия Фоминична. Конечно, все это " до фонаря" этим не то японкам, не то кореянкам. У них — свои бизнес, по спущенным сверху инструкциям, как и у российских овчарок в униформе американской компании "Дельта": сербов на сегодняшний день — "тащить и не пущать", где бы они ни появлялись и кем бы они ни были: архитекторами или писателями, художниками или артистами. Вы для них только конкурент. И чем талантливее, тем опаснее. С вами борются "по всей площадке".
Кстати, США выделили квоту на эмигрантов из России — 55 тысяч штук в год. Но там не идет речь о людях, там не идет речь о русских артистах, о русских художниках, о русских поэтах и писателях, о русских философах — вообще, о гуманитариях. В Штатах этого не надо. В той квоте — голая заявка на конкретных бойцов в конкретные фирмы и компании, то есть квота на штыки для боевых действий на фронтах Мировой войны, которая называется — Конкуренция на Мировом рынке. В этом смысле США похожи на наши закрытые военные городки: туда можно приехать только на конкретную должность. Это представление о США возникает с первых шагов, как вы ступили в посольство США за визой. Еще далеко от порога посольства вы попадает в железный загон, в котором можно находиться, только дыша друг другу в затылок. Вокруг — российская милиция. За порогом снова попадаешь к церберам, одетым в черное, на их черных рубашках инстинктивно ищешь эмблемы череп с костями. Начинается шмон по сумкам и подозрительным карманам, потом — под "рамку" со звонком. После "рамки" снова — строго в затылок, за этим следят, и что не так — покрикивают. Помещение, где все в затылок, — что-то среднее между узким пыльным подвалом с отопительными трубами наружу и тесным маленьком цехом — с мостками без смыла, лестницами в никуда, переходами в тупики, перегородками без надобности, две лавки, какие в курилках грязных мастерских, зашторенные окошки-амбразуры, какие-то закутки с закрытыми дверями; самый верх — без потолка; наружу — коммуникация, арматура, ребра конструкций. Оно имеет своё предназначение, но я его не знаю. И опять — охрана, и опять повсюду — камеры слежения. Все окрашено в яичные тона. Грязновато, душно. Почти каждый со своей бутылочкой воды. В очереди — россияне. Была одна русская, кажется, из Владимира, устроила скандал: почему душно, почему работает одно окошко, почему нельзя позвонить по телефону? Россияне её не поддержали. А вдруг это повредит? Зона. Отстойник перед зоной. Проходная в зону. Настроение: "Куда попал?"
Из посольства США жена вышла с сухими глазами. Не получалось к дочке и внучке в Америку.
Не знаю, какие аргументы нашла в Штатах дочь жены, но вдруг, несколько дней спустя, жене дали-таки визу.
И снова начинаю сознавать, что без российских овчарок американцы ни черта не смогли бы ни в СССР, ни в России, ни в августе 1991 года — никогда. Ну чем мэр Москвы начала 90-х годов россиянин Гавриил Попов или тот же россиянин Тимур Гайдар — и.о. премьер-министра начала 90-х годов, отличаются от российских "дельтоников"? Ничем. В начале 90-х по Москве ходили слухи, что мэр Москвы Гавриила Попов, отделивший своими продуктовыми "визитками" Москву от СССР, и Гайдар, уничтоживший экономику СССР, первыми из советских получили "золотые" и "платиновые" кредитные карточки. Ну а нынешний премьер, россиянин по кличке "Касьян-2%". Предательство? Нет — форма приватного бизнеса. Они перешли в фирму, которая больше платит. Где начинаются "2%", там кончается политика, там — политика переплавляется бизнес — в доллары. Политика в Штатах давно бизнес, а бизнес — политика. Я ведь не первый раз лечу в Штаты. Наши это усвоили, но пока только для своего кармана. А вот это уже не бизнес, а грабеж в особо крупных масштабах. В Штатах стараются, по крайней мере, поменьше путать бизнес государства и свой, частный бизнес, особенно если ты государев человек.
Наконец, россияне из "Дельты" возвращаются с раскрытой пастью нашего чемодана. Любопытствую:
— Нашли?
Молчок — мол, секрет.
Аэробус оказался обшарпанным, тесным и неуютным, как холодный ангар, сплошь заставленный замызганными креслами. Протискиваемся между ними на указанные места. Посадили нас в разных концах салон-ангара. И мы полетели. Обвинять человека за то, что он сильнее тебя, — глупо. Иди в спортзал и качай мускулы, тренируйся, учись, постигай. В бизнесе сильный обязательно пускает слабого по миру. Есенин написал перед смертью: "В этой жизни умереть не ново, но и жить, конечно, не новей". Маяковский ему ответил: "В этой жизни умереть не ново, сделать жизнь значительно трудней". В общем, это об одном и том же. В том числе и про главный закон бизнеса на планете — ничего нового.
Через какое-то время мы возвращались домой, в Москву. В аэропорту Лос-Анджелеса у стойки регистрировались. Билет был туда и обратно, поэтому мы снова оказались во власти авиакомпании "Дельта". Жена вдруг стала говорить оформлявшей нам билет про случившееся с нами в Москве при посадке на самолет их компании. Сказал, что я, её муж — журналист. Жену выслушали. И вдруг стали долго и подробно… извиняться. За тех, в Москве. Потом униформа "Дельты" поднялась и, попросив нас подождать её, удалилась за перегородку. Пробыла она там не более трех минут. Когда вышла к нам, у неё для нас была бумага, в которой речь шла о компенсации за доставленные нам неудобства в Москве, при посадке в самолет "Дельты". Униформа еще сказала, что в Москве их люди неправильно поняли инструкцию.
Мне бы превратиться в лужу умиления от такого сервиса — компенсация была по 50 долларов на брата. Правда, не конкретными зелеными, а бумажкой, в которой написано, что если мы еще полетим куда-то, то сможем получить по 50 долларов скидки на один билет. А дальше: при условии, что мы полетим на самолете компании "Дельта". Попробуй теперь сказать-написать, что тебе не компенсировали "доставленные неудобства". Это — политика. Попробуй теперь, если еще раз захочешь в Штаты, не полететь на "Дельте" — они ж тебе скинули с билета 50 долларов! Где же здесь-то бизнес? А вот он — они тебе 50 долларов "компенсации", а ты им за авиабилет в зубах принесешь порядка 1300 долларов. Вот это политика в бизнесе! Вот это бизнес в политике! Работать надо, а не хныкать.



Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен!

Нажмите «Подписаться на канал», чтобы читать «Завтра» в ленте «Яндекса»

Комментарии Написать свой комментарий

К этой статье пока нет комментариев, но вы можете оставить свой

1.0x