"Идёт война, это настоящая война. Вы знаете, почему война? Потому что начиналось всё как специальная военная операция. Продолжается как война, потому что за Киевом стоит и Берлин, и Париж, и Гаага, и Осло, и, к сожалению, Вашингтон. Потому что им помогают целиться через их спутники, им помогают наводить зарубежные вооружения на наши цели через всю их инфраструктуру. В этих условиях мы должны отдавать себе отчёт — киевский режим способен на всё", - сказал заместитель руководителя Администрации Президента Российской Федерации — пресс-секретарь Президента РФ Дмитрий Песков в интервью журналисту Павлу Зарубину (политический обозреватель ВГТРК, автор и соведущий программы "Москва. Кремль. Путин" на телеканале "Россия-1", ключевой участник кремлёвского пула) для информационной службы "Вести".
Что ж, давно пора называть всё своими именами.
Комментарий известного военкора, члена Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека Александра Коца: "Это слово как-то буднично прозвучало во вчерашней сводке новостей. «Специальная военная операция продолжается как настоящая война», — сказал пресс-секретарь президента Дмитрий Песков. И тщательно разъяснил: «Идёт война, это настоящая война. Вы знаете, почему война? Потому что начиналось всё как специальная военная операция. Продолжается как война, потому что за Киевом стоит и Берлин, и Париж, и Гаага, и Осло, и, к сожалению, Вашингтон».
Это слово я произнёс, не веря себе, под утро 24 февраля 2022 года. Дописав в луганской гостинице репортаж об очередной стычке ополченцев с хохлами под Николаевкой, выехал в сторону Донецка. И тут в телефоне заработала дэнээровская симка. И Телеграм взорвался потоком немыслимых сообщений.
— Жек, просыпайся, — растолкал сидевшего рядом в машине кума Поддубного. — Война…
Я растерянно листал новостные ленты, пытаясь осознать масштаб событий. Да, многие уже понимали, что ответ на геноцид Донбасса лежит исключительно в военной плоскости.
Но война…
Надо было привыкать к этому страшному слову. Хотя в те минуты мой телефон разрывался от других: «Ура! Победа!» — писали друзья-дончане. Восемь лет они терпели издевательства Киева. Восемь лет горя, смертей, лишений. В это утро каждый житель Донбасса закрывал свой личный счёт. За малышню, погибшую под обстрелом на донецком карьере, за «горловскую Мадонну», за Славянск, за Моторолу…
Что я мог возразить этим людям?
Да и не хотелось возражать.
В военкоровском быту мы быстро свыклись с этим словом. Но всё было не так просто в официальных кругах. Коллеги не дадут соврать: слово «война» безжалостно табуировалось на самых разных уровнях все четыре с лишним года СВО. А мы вздыхали: в военное время насущные вопросы армии решались бы быстрее, промышленность вставала на фронтовые рельсы увереннее, а жульё в погонах судили бы не за кражи военного имущества, а за измену Родине.
Теперь это слово прозвучало из Кремля. Пора наконец ему соответствовать. На войне как на войне!"
"В принципе, если назвали всё своими именами, тогда надо действовать согласно тем законам, которые были приняты Российской Федерацией. В данном случае я имею в виду закон о военном положении. Да, закон о военном положении предусматривает не просто объявление военного положения, но и предусматривает те меры, которые вытекают из этого. И об этом ещё мы говорили в 2022 году. Называется это всё экономическая мобилизация. Экономической мобилизации до сих пор нету", - заявил в беседе с "Царьградом" председатель Русского экономического общества имени С. Ф. Шарапова Валентин Катасонов. Доктор экономических наук подчеркнул, что ключевая задача - определить и перевести в государственную собственность критически важные предприятия: "Это предприятия, которые должны находиться вообще в государственной собственности, в государственном секторе. Потому что частный предприниматель, он исходит из своего понимания целей. У него цель — это максимизация прибыли, получение прибыли или выживание в условиях этой рыночной экономики". Дальше, уверен профессор Катасонов, требуется переход к директивному, многогодичному планированию госсектора с натуральными показателями (объёмы стали, угля, нефти, бензина, танков, самолётов и т.д.). Также "безусловно, необходимо закрытие границ, которые у нас не закрыты до сих пор. Я имею в виду не только физическое закрытие границ. Я имею в виду введение, значит, полного запрета на свободное движение капитала и валюты через границу". Катасонов отмечает, что впереди необходимы тяжёлые решения и политическая воля для их реализации.
