Эстамп – это, грубо говоря, оттиск художественного изображения с некой печатной формы. Так случилось, что отделению печатной тиражной графики, или отделению Эстампа Московского союза художников исполнилось двадцать лет. По этому поводу организована и открыта выставка в зале МОСХа на Кузнецком мосту 11, которая продлиться до середины апреля.
Когда в залы – один большой с потолочными окнами и два малых, освещённых желтящими лампами, только начали набиваться посетители, казалось, что весь эстамп – это нечто книжное, сугубо иллюстративное. Такому впечатлению способствовала и эмблема выставки, сопровождаемая фрагментами чёрно-белых резких изображений, таких же, как на страницах советских книг с комбайнёрами, рабочими, контурами тяжёлых, мощных заводов.
Но уже вскоре, буквально через несколько минут, стало очевидно, что, даже если бы все работы на выставке не имели никакой художественной ценности, это мероприятие всё равно стоило бы посетить хотя бы для того, чтобы увидеть многообразие Эстампа. Под этим словом, как под куполом, помещается целый калейдоскоп техник и, казалось бы, радикально разнящихся художественных направлений. От древних и отдающих суровым классицизмом гравюры по дереву, офорта до диковинных экспериментов с полиэфирными шелками и различными методами травления материалов. Дизайнеры, наверное, начнут впитывать увиденное так же, как китайские прессованные полотенца впитывают воду.
Но отделение Эстампа – это в первую очередь собрание деятелей искусства. Триста пятьдесят человек, вступивших в организацию, царапают медь, режут дерево, крутят колёса печатных машин. Результат их труда – художественные произведения. Многие работы сентиментальны, как например «Весна. Дом моего детства»: изображён домик в деревне Митино, которую сравняли с землёй лет двадцать назад. Есть и метафизика с её подчас радикальным чёрно-белым контрастом и подчёркнутой игрой искривлённых форм. Присутствует вычурный, отстранённый от мирских аллюзий и смыслов формализм. Но самое главное, что всегда ищешь глазами – это личное, искреннее, такое, как офорты с акварелью Алёны Дергилёвой. Нельзя сказать, что остальные экспонаты выставки лишены искренности, просто работы Дергилёвой, кажется, содержат результат идеального симбиоза техники исполнения и содержания.
