цена свободы-атомная бомба (2 глава)

Глава 2 Исправительно-трудовые лагеря в закрытых городах Урала

Как уже отмечалось в первой главе, ИТЛ Главпромстроя МВД СССР находились до 1953 г. в структуре строительных управлений. После передачи лагерей из МВД в министерство юстиции они стали самостоятельными исправительно-трудовыми учреждениями, которые строили взаимоотношения с управлениями строительств на договорной основе.

Инфраструктура ИТЛ организовывалась в соответствии с Приказом МВД СССР № 0190(1947 г.) и распоряжением № 113 (1950 г.). В каждом лагерном отделении должна быть создана жилая, хозяйственно-производственная и административная зоны. Жилая зона лагеря должна быть расположена не более чем в трех километрах от места работ. При нахождении объектов более трех километров заказчик работ обязывался доставлять рабочую силу на своем автотранспорте, оборудованном съемными щитами или в специально оборудованных железнодорожных вагонах, и за свой счет. Время доставки заключенных к месту проведения работ включалось в их рабочее время и оплачивалось как по ставкам рабочих-повременщиков. В хозяйственно-производственной зоне лагерей размещались мастерские и другие производственно-хозяйственные объекты, в которых трудились заключенные.

Жилые помещения для вольнонаемного состава предоставлялись управлением строительства и оплачивались по нормам и по ставкам местных Советов депутатов трудящихся. Квартиры и коммунальные услуги для медицинского персонала предоставлялись в соответствии с постановлением ВЦИК и СНК РСФСР от 10.06.1930 г. бесплатно.

По инженерному оборудованию жилые и производственные зоны были правильной, прямоугольной формы, состоящие из внутренней, предупредительной и запретной частей. На территории внутренней части зоны размещались все лагерные постройки. К границам этой зоны примыкала с внешней стороны предупредительная зона шириной 5 метров. Далее шла запретная часть шириной 20-30 метров. Предупредительная и запретная части зоны были расчищены и спланированы. С внешней стороны предупредительная часть зоны ограждалась основным забором.

Управления строительств обязаны были предоставить бесплатно все жилые, коммунально-бытовые и санитарные помещения для размещения и обслуживания рабочей силы в соответствии с прилагаемой к хозяйственному договору между управлением строительства и управлением ИТЛ перечнем, и оборудовать их в соответствии с нормативами. Например, для управления ИТЛ строительства № 154 были построены и предоставлены в безвозмездное пользование следующие здания:

штаб управления (УИТЛК-ОИТК); центральная больница с необходимыми помещениями и оборудованием; центральная база отдела интендантского снабжения; специальное лагподразделение строгого режима; следственный изолятор; автогараж с необходимыми помещениями.

По лагерным отделениям и лагпунктам:

штаб лаготделения; общие жилые бараки для заключенных из расчета 2-х кв. м на одного человека. Улучшенные общежития для инженерно-технического персонала и хорошо работающих заключенных из расчета 2,5-3,0 кв. м на одного человека; камера хранения личных вещей заключенных; ремонтно-пошивочная мастерская; отгороженный от жилой части зоны стационар для больных из расчета 3% от списочного состава, с инфекционным корпусом, хирургическим, терапевтическим отделением, моргом и кухней для обслуживания стационара; амбулатория из расчета ежедневного приема больных в количестве 5-6% от общей численности спецконтингента; изолированный от жилой зоны карантинный барак; общий пищеблок (гарантированного питания с обеденным залом с единовременной пропускной способностью не менее 50% списочного состава контингента; хозяйственный двор пищеблока с помойницей и мусорным ящиком, складом для хранения недельного запаса топлива, размещались коне и свинопоголовье; кухня-столовая и буфет для платного питания заключенных; клуб в подразделении с лимитом наполнения не менее 1000 человек с библиотекой и с читальным залом, классы общеобразовательных школ; магазин по продаже продовольственных и промышленных товаров в подразделении с лимитом наполнения не менее 1000 человек, либо ларек в остальных подразделениях; кубовая с титанами для приготовления кипятка; банно-прачечный блок из расчета полной санитарной обработки контингента не реже 3-х раз в месяц, прачечная, дезокамера, раздевальное, одевальное и мыльное помещение в бане, парикмахерская. Для обработки постельных принадлежностей должно быть отдельная дезокамера; продовольственная и вещевая каптерки (1, 2, 5 лаготделениях имелись ледники, которые вполне обеспечивали сохранность скоропортящихся продуктов); штрафной изолятор (ШИЗО), отгороженный четырехметровым забором с козырьком из четырех нитей колючей проволоки поверх забора; уборные из расчета 1 очко на 20 человек; пожарные водоемы из расчета 200 куб. м. запаса воды на подразделение с лимитом наполнения не менее 1000 человек; специальное помещение (комната) гигиены, родильное отделение и дом младенца в женском лагерном отделении.

Перечень зданий и сооружений лагерных отделений Красногорского ИТЛ

Паспорт 1-го лаготделения: расположен в 9 км. от Управления ИТЛ и в 15 км. от ж.д. станции Нижне-Туринский завод, построен в 1950 г.. Здания и сооружения построены из дерева, в том числе фундамент, одноэтажные, обшиты досками, крыша покрыта толью, без канализации и водопровода.

1. Штаб; 2.Школа; 3. Жилые бараки – 11 ; 4. Юрта жилая – 5; 5. Библтотека; 6. Столовая платная; 7. Клуб; 8. Сапожная-портняжная мастерская; 9. Магазин; 10. Склад личных вещей заключенных; 11. Больница; 12.Пожарное депо; 13. Столовая гарантийного питания; 14. Надзирательская служба; 15. ШИЗО; 16. Барак-казарма ВСО - 3; 17. Спортзал; 18. Кухня; 19. Штаб ВСО; 20 Солдатская столовая.

Паспорт 2-го лаготделения: расположен в черте города, в 300 м. от Управления ИТЛ и в 3 км. от ж.д. станции Нижне-Туринский завод, построен в 1948-1949 гг.. Здания и сооружения построены из дерева, в том числе фундамент, одноэтажные, обшиты досками, крыша покрыта толью, без канализации и водопровода.

1.Вахта; 2.Баня-прачечная; 3.Жилой барак № 8 и культурная комната барака № 8; 4. Индивидуальная кухня; 5.Столовая-кухня; 6.Цензорская; 7. Жилой барак № 6 и культурная комната барака № 6; 8. Жилой барак № 5 и культурная комната барака № 5; 9. Жилой барак № 4 и культурная комната барака № 4; 10. Жилой барак № 3 и культурная комната барака № 3; 11. Жилой барак № 2 и культурная комната барака № 2; 12. Жилой барак № 1; 13. Жилой барак № 11; 14. Склад личных вещей; 15. Жилой барак № 7, бухгалтерия; 16. Штаб; 17. Жилой барак № 10 и школа; 18. Амбулатория; 19. Жилой барак № 9; 20. Стационар; 21. Теплая уборная; 22. Изолятор; 23. Клуб с библиотекой; 24 и 25. Сушилки; 26-29. Уборные.

Паспорт 5–го лаготделения: расположен в 300 м. от Управления ИТЛ и в 3 км. от ж.д. станции Нижне-Туринский завод, построен в 1948-1949 гг.. Здания и сооружения построены из дерева, в том числе фундамент, одноэтажные, обшиты досками, крыша покрыта толью, без канализации и водопровода.

1. Вахта; 2. Здание надзорслужбы; 3. Столовая; 4. Камера хранения; 5. Склад; 6. Столярная мастерская; 7. барак жилой № 10, техкабинет; 8. Барак жилой № 7; 9. Уборная; 10. Баня-прачечная; 11. Барак жилой № 8; 12. Сушилка; 13. Кубовая; 14. Барак жилой № 5, библиотека; 15. Барак № 5, клуб, столовая; 16. Жилая секция барака № 4, штаб; 17. Стационар, магазин, жилая секция барака № 1, школа; 18. Сапожная-портняжная мастерская; 19. Амбулатория.

Паспорт 3 лагпункта строгого режима: расположен в 10 км. от ИТЛ и в 11 км. от ж.д. станции Нижне-Туринский завод, построен в 1948 г.. Здания и сооружения построены из дерева, в том числе фундамент, обшиты досками, крыша покрыта толью, без канализации и водопровода.

1. Вахта; 2. Кабинет зам. начальника лагеря; 3. Магазин; 4. ШИЗО; 5. Жилой барак, штаб, библиотека, лекционный зал, комната совета актива; 6. Баня; 7. Сушилка; 8. Пошивочная мастерская; 9. Пожарное депо; 10. Столовая; 11. Спецкорпус; 12. Жилой барак № 2, сушилка; 13. Клуб, стационар и спецчасть, служебные помещения; 14. Вахта № 2; 15. Уборная.

В лагерных отделениях общего режима забор должен был быть высотой три метра с козырьком из колючей проволоки в 4-5 нитей и укладкой подземной части продольной жерди на глубине 20 см, либо проволочный забор в 13 нитей с козырьком из колючей проволоки в 4-5 нитей и двумя диагональными нитями в каждом пролете между стойками.

Для лагпункта строгого режима применялся жердевой или «Тульский» проволочные заборы. Усиленный жердевой забор строился высотой в три метра с козырьком в 4-5 нитей в обе стороны и заглублением нижних концов проволоки на 50 см. «Тульский» проволочный забор высотой 2,5 метра, кроме вертикальной сетки, состоящей из 10 горизонтальных и через каждые 0,5 погонных метра вертикальных нитей, имел по обе стороны козырьки по четыре нити и шатровые сети по шесть нитей колючей проволоки, проложенных по проволочным оттяжкам.

Все внутри лагерные постройки размещались от предупредительной части зоны на расстоянии 15-20 метров. По периметру зоны устанавливались наблюдательные вышки для часовых на расстоянии не более 200 метров друг от друга. Электрическое освещение периметра зоны было отдельным от общей сети и включалось из помещения вахты. Столбы для подвески светильников устанавливались с внешней стороны основного забора на расстоянии 28-30 метров друг от друга. Светильники подвешивались на высоте четырех метров. Мощность электроламп была не менее 300 ватт. Все посты были оборудованы телефонной связью с вахтой, которая в свою очередь была соединена с подразделением охраны и штабом лагподразделения. В запретной части зоны выставлялись блокпосты служебных собак. В жилых зонах для свиданий с родственниками, в помещении вахты оборудовались комнаты ожидания свиданий и приема передач, хранения передач, свиданий, обыска контингента, прибывавшего на свидание.

Лагерные отделения снабжались электроэнергией, водой через городские сети, канализация была также общегородская. Кроме того, управления ИТЛ и подразделения были телефонизированы, радиофицированы, оборудованы пожарным инвентарем и оборудованием. Управления строительств были обязаны поддерживать всю инфраструктуру лагерей в исправном состоянии и проводить профилактические и ремонтные работы.

Штатная структура ИТЛ

В штатных расписаниях лагерей были следующие категории работников: административный аппарат, состоящий из начальник лагеря, его заместителей, работников культурно-воспитательного отдела, работников спецотдела, бухгалтерии, отдела кадров, отдела интендантского снабжения, режимно-оперативного отдела, надзирательской службы, планово-контрагентского отделения, военизированной стрелковой охраны и аппарата лагерных отделений. В число работников отдела интендантского снабжения входили начальники складов, экспедиторы и другие специалисты.

Спецотделы и спецчасти лагерных отделений отвечали за один из наиболее важных и серьезных участков работы – оперативный учет содержащихся в лагере заключенных, распределения по группам и контроль их трудового использования, учет времени нахождения в местах лишения свободы. Кроме того, спецчасти на основании поданных планово-производственными частями сведений о трудовой занятости и производительности труда заключенных, насчитывали количество зачтенных им дней для досрочного освобождения. В спецчастях хранились личные дела заключенных, которые передавались в другую спецчасть в случае перевода их из лагеря в лагерь, либо при внутреннем перемещении. От работников спецчастей зависело своевременное освобождение заключенного от отбывания наказания по актам амнистии, при переводе на облегченный режим содержания, при условно-досрочном освобождении, направление жалоб и заявлений о помиловании и т.п., поэтому их халатное отношение к выполнению своих обязанностей расценивалось как грубейшее нарушение прав заключенных и имело тяжелые моральные последствия. Например, в ИТЛ № 100 в 1951 г. по невнимательности начальника спецчасти и старшего инспектора на один год ранее срока был освобожден заключенный Роньжин, который после проверки документов через три часа был возвращен в расположение лагеря. Подобные случаи имели место и в Сосновском ИТЛ. В 1955 г. по халатности работников спецчасти 1-го лагерного отделения двое заключенных были освобождены досрочно без законных оснований, а один был задержан на 11 месяцев[i]. Такие факты имели место по причине того, что к работе в спецчастях привлекались сами заключенные[ii].

Колоссальный объем работы провели работники специальных отделов и частей по выполнению приказа МВД № 0619 от 1 сентября 1951 г. и Инструкции об упорядочении оформления материалов по помилованию. Этими документами была изменена система учета и оформления: жалоб и заявлений, ходатайств о помиловании, учета специалистов и квалифицированной рабочей силы с проведением аттестации и присвоением квалификации по специальности каждому заключенному, с переоформлением персональных учетных карточек. Только в ИТЛ № 100 работниками спецотдела переоформлено около 10 000 карточек, в которых отражались все данные о трудовой деятельности заключенного, проводилась сверка этих данных с имеющимися документами, а иногда и с проведением опроса заключенных. В этом же году этим спецотделом было оформлено и отправлено около 6000 ходатайств о помиловании в Президиумы Верховных Советов СССР и союзных республик, к которым должны были быть приложены специальные анкеты и копии приговоров об осуждении. Кроме того, оформлено 3000 жалоб и заявлений заключенных в различные инстанции, около 1000 жалоб и заявлений рассмотрено самим спецотделом и подготовлены 750 ответов на запросы их родственников.

В результате проведенной работы спецотделом ИТЛ № 100 за 1951 г. освобождено 4305 человек, из них 322 по помилованию, 223 человека в результате пересмотра дел, 457 человек инвалидов, около 400 человек по пересмотру прокурором и 208 человек по Указу от 26.08.1950 г.. Большой объем работы проводился работниками спецотделов и частей лагерных отделений по начислению зачетов рабочих дней, по оформлению документов, протоколов и разноске показателей трудового участия заключенных в учетные карточки. В результате применения этой системы только в 1951 г. из ИТЛ № 100 было освобождено досрочно 3000 человек, что в значительной мере сказывалось на повышении производительности труда остававшихся заключенных[iii].

Работа контрагентских отделений лагерей и планово-производственных частей(ППЧ) лагерных отделений заключалась в организации трудового использования заключенных, поставки необходимого количества заключенных по заявке строителей, закрытие нарядов, начисление зачетов рабочих дней для досрочного освобождения, заработной платы, контроль за выполнением договорных условий с управлением строительства, который именовался как хозорган, и направлении сведений о трудовой деятельности заключенных в спецчасти отделений. От работы этих подразделений зависела вся организаторская работа по эффективному использованию рабочей силы заключенных, комплектование бригад не только по профессиональному признаку, но и по статейному содержанию, ведение табелей учета рабочего времени, расчетных листов бригад, выполнения объемов работ, платежных(расчетных) ведомостей, своевременное разрешение жалоб и заявлений по вопросам учета производительности труда.

Кроме того, на ППЧ возлагалась ответственность за организацию работы по соблюдению техники безопасности на объектах работ, за обеспечение заключенных инструментом и материалами, обязанность своевременно оформлять простои по вине хозоргана соответствующими актами, организация социалистического соревнования, подведение его итогов, разработка и проведение практических мероприятий по повышению производительности труда, повышения качества работы, работа с отказчиками и др. Именно от работников этих подразделений зависело объективное информирование спецчасти о трудовом использовании заключенных, поэтому они ощущали на себе большое психологическое воздействие, не редки были случаи приписок, завышения объемов работ, обезличивание труда при закрытии бригадных нарядов, что приводило к конфликтам с хорошо работающими заключенными, которым не засчитывались результаты их высокопроизводительного труда[iv].

О работе и функциях режимно-оперативного отдела, надзирательской службы и отделения интендантской службы(ОИС) будет описано в соответствующих главах книги.

Общая характеристика и особенности функционирования исправительно-трудовых лагерей Главпромстроя МВД СССР

О первых месяцах функционирования ИТЛГлавпромстроя МВД СССР на Урале материал приходилось собирать буквально по крупицам, по отдельным фразам, зафиксированным в протоколах первых партийных собраний партийных организаций лагерей. Никто в то время не заботился о ведении какой-либо документации, сохранения ее для последующей передачи в архивы. Задачи и сроки выполнения планов строительства и пуска объектов ставились очень жестко, поэтому читатель может заметить, что целостную картину начального периода функционирования лагерей удалось показать не в полной мере.

ИТЛ управления строительства № 865

(с 1948 г. по 1953 г. ИТЛ № 100 МВД).

ИТЛ управления строительства № 865 начал свое функционирование вместе с образованием этого управления и функционировал до июля 1953 г.. В начальный период функционирования лагеря его состояние было оценено в приказе министра внутренних дел как неудовлетворительное. Серьезные недостатки были отмечены в медицинском обслуживании, в организации питания и проживания заключенных, в производственной деятельности лагеря, а также в культурно-воспитательной работе. Организованного питания заключенных на месте производства работ налажено не было, поэтому обед зачастую готовили на кострах сами заключенные, что противоречило всем требованиям, как по приготовлению пищи, так и по пожарной безопасности.

Администрация управления строительства и лагеря провели колоссальную работу, чтобы в кратчайшие сроки устранить отмеченные в приказе недостатки и привести жилищно-бытовые условия к нормативным. К марту 1947 г. заместитель министра внутренних дел В.В.Чернышов отметил, что состояние дел значительно улучшилось, и поставил задачи по совершенствованию условий содержания заключенных и улучшения их быта. Но улучшение было относительное. На конец 1951 г. в женском лагере 300 человек не имели своих спальных мест, в другом ОЛП 67 человек спали на полу, в третьем ОЛП на 300 человек был один трех сосковый умывальник[v].

В 1951 г. ИТЛ был выделен из структуры управления строительства в отдельное подразделение с присвоением условного наименования ИТЛ № 100 МВД СССР. Лагерный сектор состоял из одного женского и восьми мужских отдельных лагерных пунктов(ОЛП) один из которых был штрафным и располагался на «Иван-горе». Женский ОЛП № 4 был размещен в одном здании с мужским ОЛП № 2. Мужчины под покровительством охраны, за определенную плату, регулярно проникали на женскую половину здания. Проблема раздельного содержания мужчин и женщин возникала то и дело в работе администрации ИТЛ. Отсутствие для женщин отдельного помывочного отделения приводило к тому, что им приходилось мыться в бане мужского лагеря, что провоцировало попытки изнасилования женщин во время их помывки. Связь с заключенными-женщинами допускали также и мужчины из состава надзорной службы[vi]. Работали мужчины и женщины также в одной производственной зоне, что значительно осложняло работу военизированной стрелковой охраны т.к. естественных контактов избежать не удавалось. В результате естественных причин наступления беременности и необходимости приема родов детей в ИТЛ № 100 в 1951 г. был создан дом младенца, в котором содержались женщины-заключенные с грудными детьми. В соответствии с приказом № 019 МВД СССР дома младенца должны были быть размещены вне жилых зон, и на каждого содержащегося в них было положено не менее 5 кв. м. жилой площади[vii].

Женское лагерное отделение ИТЛ № 100 отличалось тем, что за весь период своего функционирования оно находилось в числе отстающих по трудовому использованию и производительности труда. Среди всех заключенных, не выполнявших нормы выработки, 78% составляли женщины. Это объяснялось тем, что работой их обеспечить не могли ввиду недостаточности ее объемов, либо трудового использования не по специальности. Одной из причин было отсутствие должного контроля за организацией работ на объектах со стороны администрации лагоделения. Не был решен вопрос и о трудовом использовании на легком труде женщин-матерей, среди которых в 1952 г. только 102 кормящих матерей не было трудоустроено. Среди заключенных-женщин были и матерые рецидивистки, осужденные на 25 лет. Терять им было нечего, поэтому оперсоставом неоднократно пресекались попытки убийства заключенных-женщин, подготовки к побегу и поджога вахты женского отделения и другие нарушения лагерного режима[viii].

Каждый ОЛП ИТЛ № 100 был прикреплен к строительному району. Заключенные работали на объектах, в том числе и на промплощадках совместно с вольнонаемными и военными строителями. Надзор на местах проведения работ за заключенными практически не осуществлялся, не редкими случаями был свободный доступ заключенных к строительным чертежам, некоторые из них имели ключи от сейфов. Торговля спиртными напитками, продуктами питания, предметами одежды приобрела такие масштабы, что пришлось решительно вмешиваться прокурору и политотделу, привлекая к ответственности, как вольнонаемный состав, так и военных строителей. Кроме того, через вольнонаемный состав производилась отправка писем заключенными. Для обсуждения вопросов режима на строительстве и предприятии 4 ноября 1948 г. состоялось совместное совещание политотделов строительства и завода № 813 с приглашением ответственных работников объекта. На совещании были приняты конкретные мероприятия по пресечению подобных нарушений режима содержания заключенных, намечены меры по надлежащей организации проводимых работ с выполнением требований руководящих документов[ix].

Как уже отмечалось ранее, в марте 1950 г. по решению правительства начались серьезные преобразования в деятельности ИТЛ ГУЛАГа. Суть этих преобразований заключалась в том, чтобы превратить их в образцовые исправительно-трудовые учреждения. Выполняя эти требования в ИТЛ № 100 были проведены соответствующие организационные и массово-политические мероприятия по созданию условий содержания заключенных в соответствии с нормативными требованиями. Жилые бараки, лечебные и коммунально-бытовые объекты были капитально отремонтированы, проведена очистка и благоустройство территории жилых зон, отремонтированы пищеблоки и столовые, создан уют в помещениях, построен новый штрафной лагерь для изоляции уголовно-бандитствующего элемента и другие мероприятия. Несмотря на то, что все работы выполнялись руками самих заключенных, качество и объемы работ были выполнены на высоком уровне. Однако все вопросы решить так и не удалось. Много замечаний оставалось к соблюдению санитарно-эпидемиологических правил, что не исключало вспышек инфекционных заболеваний и эпидемий, имевших место в предыдущие годы, не были оборудованы уборные в соответствии с санитарными правилами, места для баков с кипяченой водой, нерешена была проблема стирки нательного и постельного белья, верхней одежды, в результате чего имелись факты обнаружения у заключенных вшей.

Продовольственное обеспечение ИТЛ № 100 осуществляли отделение интендантского снабжения (ОИС) и Буринский совхоз. В 1950 г. совхоз собрал богатый урожай зерновых культур и овощей, повысил продуктивность животноводства, своевременно обеспечил своей продукцией все лагподразделения. Производительность труда в совхозе в 1951 г. составила 137%, а от совместной деятельности с ОИС получили прибыли на сумму 1 192 тыс. рублей[x].

В октябре 1951 г., в связи с поступлением в лагерь большого этапа заключенных из Донбасса, произошло переформирование отдельных лагерных пунктов в лагерные отделения. В целях оказания помощи лагерным администрациям в укреплении режим содержания заключенных, за каждым подразделением были закреплены работники управления ИТЛ. Причем за 1 лаготделением, в котором содержались женщины, были закреплены шесть работниц служб управления. Работники управления обязывались систематически посещать подразделения и оказывать их руководителям практическую помощь. Закрепление было независимо от занимаемой работником должности, будь то начальник санотдела или интендант, женщина это была или мужчина, коммунист или беспартийный.

ИТЛ № 100 МВД просуществовал до июля 1953 г. и был расформирован, т.к. после проведенной по Указу от 27. 03.1953 г. амнистии 3/4 заключенных подлежали освобождению, а оставшаяся часть была передана в подчинение УИТЛК по Свердловской области на правах контрагентской ИТК.

ИТЛ управления строительства № 859

(с 1953 г. по 1960 г. Кузнецкий ИТЛ)

Кузнецкий ИТЛ состоял из девяти лагерных отделений. Общая численность заключенных в нем постоянно менялась. Это было связано со многими причинами: изменением объемов выполняемых работ, реорганизации, амнистии и условно-досрочное освобождение, поступление в составе контингентов неоднократно судимых за совершение особо тяжких преступлений, нахождение которых в закрытых городах не допускалось, что обязывало администрацию этапировать их в другие ИТЛ.

После проведенных амнистий в целях восполнения недостающего количества заключенных, с 1 июля 1954 г. по сентябрь 1955 г. в Кузнецкий ИТЛ прибыло более восьми тысяч заключенных из других ИТЛ и колоний ГУЛАГа, в том числе из Красногорского ИТЛ. Из прибывших заключенных далеко не все соответствовали требованиям, которые предъявлялись к контингенту, привлекаемому к работам на стройках Главпромстроя. После тщательного изучения личных дел, многие заключенные не допускались на строительство, оставались длительное время в приемнике-распределителе и этапировались в другие ИТЛ и колонии. Из 7739 человек заключенных, содержащихся на конец декабря 1955 г. на общем режиме содержалось 6817 человек, на облегченном режиме 738 человек и на строгом 134 человека. По физическому профилю из числа всех заключенных 177 были отнесены к категории инвалиды. Остальные заключенные были трудоспособные[xi]. По состоянию на 1 января 1956 г. в лагере насчитывалось около 2000 человек молодежи в возрасте до 23 лет.

Таблица 6

Динамика изменения количества заключенных в Кузнецком ИТЛ

Дата

Количество заключенных(человек)

1.июля 1955 г.

7962

31 декабря 1955 г.

7739

31 декабря 1957 г.

8283

31 декабря 1958 г.

8954

1 мая 1959 г.

8731

Составлено по: ОГАЧО. Ф. 1354. Оп. 3. Д. 183. Л. 65.

Для размещения поступающих контингентов заключенных были вновь построены четыре лагерных отделения. Эти отделения соответствали требованиям нового положения о лагерях и инструкции по режиму, объявленной в приказе МВД № 0612 (1954 г.). На капитальный ремонт имевшихся лаготделений управлением строительства № 247 было выделено около двух миллионов рублей. Заново были построены пищеблоки, дополнительные корпуса центральной больницы, военные городки военизированной стрелковой охраны(ВСО), за жилые зоны были вынесены штрафные изоляторы.

После проведения капитального ремонта лагеря и строительства новых лаготделений материально-бытовое условия были приведены в соответствии с нормативными, а по некоторым показателям и превышали нормы. Так, при норме жилой площади на одного заключенного в 2 кв. м., реально в 1955 г. приходилось 4,4 кв. м., 30% заключенных отдыхали на кроватях, 15% были размещены в улучшенных условиях(благоустроенных секциях и комнатах), остальные размещались на нарах вагонной системы. Во всех лагерных отделениях имелся водопровод и канализация. Обувью и одеждой были обеспечены все заключенные, торговое обслуживание также соответствовало нормам. В 1954 г. по причине несвоевременного поступления на вещевые склады обмундирования, пришлось шить его в лагерных мастерских, поэтому к лету 1955 г. на складе образовались излишки вещевого имущества на сумму более трех миллионов рублей. Продукты питания на продовольственных складах были заготовлены в требуемой потребности[xii].

С целью более активного привлечения заключенных к общественно-полезному труду и проведения с ними дифференцированной воспитательной работы, в лаготделениях были созданы 34 молодежных производственных бригады, в которых работало 1300 человек. Такое комплектование бригад и организация соревнования между ними благоприятно сказалось на выполнении плановых заданий. Производственные нормы в этих бригадах выполнялись от 125 до 305%.

После проведения нескольких реорганизаций по состоянию на 1.01.1959 г. заключенные Кузнецкого ИТЛ содержались в семи лагерных отделениях, пять из которых были общего режима, одно отделение облегченного режима и одно отделение строгого режима содержания заключенных. Коллектив работников ИТЛ вместе с личным составом конвойной охраны на 1 мая 1959 г. составлял 1428 человек, из которых 149 человек начальствующего состава, 265 человек вольнонаемных, 60 человек офицеров, 199 человек сержантов, 755 человек рядового состава[xiii].

ИТЛ управления строительства № 587

(Сосновский ИТЛ)

Исправительно-трудовой лагерь строительства № 587 был образован в 1952 г. из заключенных, переведенных из ИТЛ строительства № 247 (Челябинск – 40). Данное решение было принято из соображений того, что, заключенные этого лагеря уже имели определенный опыт участия в строительных работах подобного рода, и не было необходимости терять время на их обучение и переподготовку. Кроме того, не было смысла привлекать заключенных из других ИТЛ ГУЛАГа из соображений засекреченности возводимых объектов.

Одним из первых лагерных подразделений будущего Сосновского ИТЛ было 5 отделение. Руководителям и партийной организации этого отделения пришлось решать многочисленные проблемы организации функционирования вновь создаваемого лагеря. Администрация и вольнонаемный состав отделения насчитывали 24 человека, из которых 17 были членами ВКП(б). Одним из первых решений партийного бюро партийной организации лаготделения было персональное закрепление коммунистов и беспартийных, независимо от занимаемой должности, за бригадами заключенных. В тексте постановления партбюро было записано: «В целях помощи руководству строительных участков и повышения производительности труда заключенных, коммунистов и офицеров 5 лаготделения закрепить за бригадами заключенных для осуществления повседневного контроля и помощи согласно прилагаемого списка». За каждым коммунистом были закреплены по две-три бригады заключенных[xiv]. Не были закреплены только медицинские работники санчасти т.к. они были женщинами.

В течение первых месяцев функционирования исправительно-трудового лагеря строительства № 587 его администрации, вольнонаемным и заключенным пришлось преодолевать значительные бытовые неудобства и лишения. Особенно остро стояли вопросы обеспечения надежной охраны и выполнения минимальных требований режима содержания контингента. Недовольство было как со стороны заключенных, так и со стороны стрелков военизированной охраны, которые при отсутствии соответствующих условий для охраны, не могли обеспечить ее надежность. Питание всех категорий строителей производилось с перебоями, без соблюдения элементарных условий санитарных правил и гигиены. Не редки были случаи завшивленности как заключенных, так и стрелков военизированной охраны. Все эти вопросы обсуждались на партийных собраниях 5 лаготделения, на которые выносилось обсуждение только нерешенных проблем, и вырабатывались пути их решения.

Коллектив лагеря формировался непросто. Особого желания строить в глухом месте новый объект, без элементарных бытовых условий, строители и заключенные не имели, да их об этом никто и не спрашивал. Отсюда и отношение к выполнению работ было прохладным. Руководители и строительного управления № 247 и его политотдела давали только письменные указания и накачки, без оказания помощи в решении проблем на месте. Поэтому начальнику лагерного отделения и его заместителям пришлось приложить немало усилий для мобилизации коллектива на выполнение плановых заданий. Состав надзирателей, набранный из молодежи, не имел опыта и знаний по выполнению своих обязанностей, что сказывалось на низком уровне дисциплины заключенных, среди которых процветали хулиганские действия, бандитские проявления и картежная игра. Более того, надзиратели заискивали и побаивались матерых уголовников, так называемых «законников»(воров в законе) и атаманов, которым фактически была отдана власть по поддержанию порядка в лагере. Воспользовавшись таким ослаблением режима и беспомощностью лагерной администрации «законники» стали предъявлять ультиматумы и допускать нападения и избиение надзирателей.

Хулиганские действия в отношении надзирателей в октябре 1952 г. стали систематическими. Нападения стали происходить в штрафном изоляторе, в зоне лагеря и даже в жилых бараках, при этом ни одного заключенного к уголовной ответственности так и не привлекли. Такое положение грозило полным выходом из повиновения заключенных и параличом всей системы функционирования лагеря. В этих условиях партийная организация провела 1 ноября 1952 г. закрытое партийное собрание, на котором со всей присущей в те годы партийной принципиальностью, обсудило сложившееся состояние режима и охраны заключенных. С докладом по направлениям своей работы выступил старший оперуполномоченный отделения Доброчасов и командир дивизиона охраны Кияткин. Обсуждение повестки было очень бурным, а в постановлении каждому коммунисту в категоричной форме было поставлена задача и определены сроки по изменению положения дел на закрепленном участке[xv]. Из анализа протоколов партийных собраний этого лагерного отделения можно с полной уверенностью сделать вывод о том, что только благодаря партийному спросу с каждого коммуниста требуемый порядок режима содержания заключенных и организация его надлежащего трудового использования был постепенно наведен, и к зиме лагерь был подготовлен удовлетворительно.

По мере строительства жилых бараков и оборудования производственных и жилых зон лагерных отделений, количество заключенных увеличивалось. К 1954 г. ИТЛ строительства № 587 состоял из восьми лагерных отделений, каждое из которых было закреплено за определенным строительным объектом.

Как и в других ИТЛ Главпромстроя на Урале в первые месяцы функционирования лагеря на первый план выходили многочисленные нерешенные организационные и жилищно-бытовые проблемы. Это сказывалось и на производительности труда и эффективности трудового использования заключенных. Однако уже приобретенный опыт в организации работ в других ИТЛ, позволил руководящему составу и всему персоналу лагеря быстро преодолеть трудности, наладить взаимодействие во всех сферах жизнеобеспечения лагеря и добиться четкой организации работ. Уже в первом квартале 1954 г. производительность труда в целом по лагерю составила 133, 4%, план по валовому доходу выполнен на 100,8%. Достигнутые показатели могли быть и выше, если бы все заключенные выводились на оплачиваемые работы. Неоправданными были потери, связанные с большим количеством заключенных, задействованных на хозяйственных работах внутри лагерных отделений, содержания части заключенных в ШИЗО и наличия большого количества отказчиков от работы. Много упущений было и в организации работ, простоев из-за несвоевременной доставки материалов и недостаточного количества транспортных единиц техники.

Среди косвенных причин низкой эффективности трудового использования заключенных назывались отсутствие организованной и плановой технической учебы по переподготовке необходимым специальностям, отсутствие технических кабинетов, технической литературы, плакатов, экспонатов, неорганизованность рационализаторской и изобретательской работы.

ИТЛ строительства № 587 не был исключением и в отношении низкого состояния соблюдения заключенными правил поведения и режима содержания. Скорее всего, это было «нормальным» явлением среди заключенных, осужденных за совершение уголовных преступлений. Нравы, царившие в исправительно-трудовых учреждениях, всегда и везде отличались жестокостью, насилием, унижением достоинства более слабых и впервые отбывавших срок заключения со стороны рецидивистов и уголовных авторитетов. Эти явления проявлялись более рельефно там, где воспитательная работа имела ослабление, а упущения в организации трудового использования заключенных имели негативные последствия, выражавшиеся в разложении дисциплины. Так, за первое полугодие 1954 г. было совершено 420 случаев нарушения лагерного режима, к уголовной ответственности было привлечено 6 заключенных, водворено в ШИЗО 113 человек и подвергнуто другим дисциплинарным взысканиям(лишение зачетов, переписки и т.п.) – 307 человек. Рецидивисты и уголовные авторитеты безнаказанно преследовали хорошо работающих заключенных и не были сконцентрированы в отдельные бригады на изолированных объектах, в составе бригадиров и хозяйственной обслуги также находились рецидивисты, которые вымогали деньги у заключенных. Распространенными нарушениями в лагере были: пронос в производственные зоны спиртных напитков солдатами военно-строительных частей; слабый надзор со стороны надзирателей за соблюдением режимных требований заключенными; изготовление холодного оружия из бесхозно содержащегося металлолома. Вносила свою лепту в проявление недовольства со стороны заключенных и нарушение ими дисциплины организационная неразбериха и невнимательное отношение к таким болезненным проявлениям, как несвоевременное освобождение заключенных от отбытия наказания.

Постепенно администрации и политотделу Сосновского ИТЛ удалось наладить работу всех служб, надлежащее трудовое использование заключенных и обеспечить требуемый режим их содержания. Уже на первой городской партийной конференции г. Златоуст – 20(36), состоявшейся 7 и 8 декабря 1955 г., были отмечены успехи в работе лагеря. Годовой план объема работ был выполнен на 100%, не было допущено грубых нарушений режима содержания заключенных. В целях выполнения приказа МВД № 00450 от 28.05.1954 г. и изоляции неоднократно судимых заключенных от честно работающих заключенных администрацией лагеря было принято решение о создании отдельного лагерного пункта строгого режима на каменном карьере.

Питание заключенных в 1956 г. уже оценивалось как хорошее, ассортимент продуктов был разнообразным, в меню включались приготовление котлет и блинов. В лагерных отделениях имелись разработанные для засева овощными культурами огородные участки, урожай с которых был дополнительным питанием для заключенных. Вещевым имуществом и постельными принадлежностями заключенные были обеспечены полностью. Размеры жилой площади, как для заключенных, так и для личного состава ВСО соответствовали нормам. Банно-прачечное обслуживание также соответствовало требованиям руководящих документов

К весенне-летнему периоду 1956 г. лагерь был обеспечен всем необходимым. Продовольственные запасы соответствовали нормативным, топливо, твердый и жесткий инвентарь имелся в достаточном количестве, кроме одного барака все заключенные имели железные койки, летнее обмундирование было выдано в полном комплекте всему контингенту, проведены противоэпидемиологические мероприятия, заключенные прошли вакцинацию. Однако нерешенными еще оставались вопросы функционирования кухонь и прачечных индивидуального пользования(малогабаритные стиральные машины), некоторые лагерные помещения и заградительные сооружения требовали ремонта.

Исправительно-трудовой лагерь строительства № 514

(с 1953 г. Красногорский ИТЛ)

Историческая справка:

Строительная организация завода № 814 была организована приказом министра внутренних дел СССР № 00851 от 7 августа 1947 г.. Основу будущего коллектива строительства составила группа работников, прибывших со строительства № 791 МВД СССР Сухумского района во главе с инженер-полковником Зарицким Михаилом Антоновичем, назначенным начальником управления ИТЛ и строительства № 1418.

Август 1947 г. необходимо считать началом строительства города Свердловска – 45.

В августе 1947 г. на строительную площадку прибыли первые строители города.

Одновременно было создано управление исправительно-трудовых лагерей, которое подчинялось начальнику строительства № 1418. Официально строительство именовалось – Управление исправительно-трудового лагеря и строительства № 1418 МВД СССР и размещалось вблизи управления возводимого завода на базе «Нового завода» в поселке Нижняя Тура на мощностях Нижне-Туринской промышленной колонны № 2. С момента организации управления строительства в его состав входили ремонтно-механический завод и деревообрабатывающий комбинат.

Основной рабочей силой в начальный период являлся контингент заключенных в количестве 3390 человек, в том числе 750 женщин.

Строительство завода № 814 был на постоянном контроле у руководства Специального комитета, Первого главного управления при Совете Министров СССР и лично И.В. Сталина. Для иллюстрации можно привести выдержки из некоторых архивных документов:

- в справке о ходе строительства предприятий Первого главного управления в сентябре 1947 г. сообщалось, что «с августа с.г. приступили к организации строительства. План на 1947 г. установлен в 8 миллионов рублей. На строительстве занято 2800 человек. К началу 1948 г. количество рабочих будет доведено до 10 000 человек».

- 6 октября 1947 г. в отчете ведущих ученых о ходе научно-исследовательских работ по получению и использованию атомной энергии за 9 месяцев 1947 г. было доложено о том, что «составление проектного задания для завода электромагнитного разделения закончено. Завод проектируется на мощность 80-150 граммов урана-235 в сутки. Срок пуска намечается в конце 1949 г.. Начаты подготовительные работы на строительной площадке, отведенной для сооружения завода № 814 (поселок Нижняя Тура Свердловской области)».

- в докладе И.В. Курчатова на заседании Специального комитета 23 января 1948 г. «Об основных научно-исследовательских, проектных и практических работах по атомной энергии, выполненных в 1947 г.» о ходе строительства завода № 814 сообщалось, что «прокладывается железная дорога, и строятся подсобные помещения. На строительстве работает 8 тысяч человек. Предполагается полностью ввести его в строй в 1950 г. на производительность 150 граммов чистого урана-235 в сутки. Необходимое для снаряжения одной бомбы количество урана-235 завод 814 даст в середине 1951 г.».

Для получения изотопов урана – 235 электромагнитным методом необходимо было построить мощный магнит – установку СУ – 20. Работа магнита требовала потребления большого количества электрической энергии. Вблизи завода таких источников не было и поэтому было принято решение о строительстве Нижнетуринской ГРЭС мощностью 129 тысяч квт. Ход строительства контролировал Совет Министров СССР, который 14 ноября 1949 г. принял отдельное постановление № 5201-1989с «О ходе строительства Нижнетуринской ГРЭС».

В постановлении Совета Министров СССР, подписанным И.В.Сталиным, на 11 листах и состоящим из 36 пунктов, в очень жёсткой форме приняты решительные меры по ускорению строительства и вводу в действие ГРЭС. Срок ввода ГРЭС в эксплуатацию был спланирован на 1949 г., однако план был не выполнен. Руководители, виновные в срыве пуска станции, в этом постановлении были привлечены к дисциплинарной ответственности2.

В декабре 1947 г. окончательно определилось место строительства промышленного объекта, состав и место расположения материально-технической базы строительства, подъездных путей и других коммуникаций.

Строительство города и промышленных площадок в 1947 г. проходило в крайне тяжелых климатических условиях. Зима 1947/1948 гг. была, по воспоминаниям очевидцев, очень суровой. Температура достигала 48-градусной минусовой отметки. В этом году среди заключенных был зафиксировано самое большое количество смертельных случаев за всю его двенадцатилетнюю историю. По различным причинам в лагере умерло 97 заключенных.

ИТЛ строительства № 1418(с 1949 г. № 514) был образован на базе Нижнетуринского лагерного отделения № 4 Управления исправительно-трудовых лагерей и колоний МВД СССР[xvi] и до 31 мая 1953 г. находился в составе строительного управления. Заключенные размещались в помещениях на территории «нового» завода. В декабре 1947 г. начальником строительства М.А.Зарицким было принято решение о начале строительства лагеря № 6 на две тысячи человек. Силами заключенных возводились одновременно заводы по производству бетона, раствора, сборных железобетонных плит, завода шлакоблоков, механических мастерских, складов, лесопильного завода, стоянки автомобилей и строительных машин[xvii]. Строили из дерева, доступного подручного материала. На промплощадке вырубался лес, и рылись первые котлованы под вспомогательные корпуса. Началось строительство жилого поселка. Заключенные были задействованы на основных строительно-монтажных работах, на промышленном и жилищном строительстве. Заключенные отдельных лагерных пунктов «Валериановка», «Качканар» - на лесозаготовительных работах, отдельного лагерного пункта «Багаряк» - на сельскохозяйственных работах (на 01.08.1953 г. содержалось 506 человек[xviii]), отдельного лагерного пункта у железнодорожной станции Нижнетуринский завод - на погрузо-разгрузочных работах, лагерного пункта «Бушуевка» - в пошивочных мастерских отдела интендантского снабжения, остальных лагерных пунктов - на подсобных предприятиях строительства.

Все грузы, а это в основном брус, доски, столярные изделия завозились автотранспортом с «нового» завода для строительства домов из бруса. Круглый лес для строения крыш завозился с поселка Бушуевка, в котором размещался лагерь, где на лесоразработках работали заключенные-женщины.

К концу 1948 г. в состав ИТЛ уже входило 2 лагерных отделения, 3 лагерных пункта и 4 лагерных пункта в составе лагерных отделений. Масштабы строительных работ увеличивались с каждым месяцем. В районе жилого поселка было решено построить еще один лагерь № 7, состоящий из двух лагерных пунктов – мужского и женского, и бараков отряда (ВСО)*.

* Примечания автора: по номеру этого лагеря, расположенного в центре жилого поселка, до настоящего времени жителями города и близлежащих населенных пунктов в обиходе употребляется название «семерка», как обозначение города Лесной.

Лагерный пункт строгого режима ИТЛ строительства № 514 был расположен в районе деревни Елкино и был предназначен для содержания особо опасных уголовных преступников, которые были задействованы на добыче известкового камня и для обжига извести. В нем имелся штрафной изолятор (ШИЗО), в который помещались заключенные, отказывающиеся от работы, либо грубо нарушившие правила поведения, на срок до пяти суток общего или строгого режима. Штрафной изолятор был построен по камерному типу, с наполнением по 6-8 человек. Камеры оборудовались деревянными нарами на высоте 30 сантиметров от пола. В докладных записках проверки медико-санитарного обслуживания заключенных зафиксированы факты несвоевременной постановки на довольствие заключенных, помещенных в ШИЗО, что значительно сказывалось на ухудшении их состояния здоровья.

Заключенные, размещавшиеся в других отделениях и злостно нарушившие лагерный режим, направлялись в лагпункт строгого режима на срок до одного года. В отличие от других лагерных отделений, здесь отсутствовала платная столовая. Рабочий день для заключенных был удлинен на один час.

Из воспоминаний Дылдина Михаила Николаевича - начальника ОТиЗ комбината «Электрохимприбор»:

29 июля 1948 г. приказом по строительству я был зачислен на должность десятника в СМУ, где начальником был старший лейтенант П. Горобец. Мне было поручено вести строительство объектов каменного карьера у д. Елкино и окончание строительства жилых бараков и других построек штрафного лагеря для заключенных.

За несколько месяцев 1948 и 1949 гг. были построены:

* компрессорная на два финских компрессора;

* бурозаправочная с кузницей;

* склад для хранения извести;

* помещение для шаровой мельницы для помола извести;

* эстакада с электролебедкой и двумя дробилками;

* трубопроводы для подачи сжатого воздуха к отбойным молоткам и перфораторам;

* узкоколейные пути для подвоза вагонетками бутового (известкового) камня на дробилки и в напольные печи для обжига на известь.

На территории самого лагеря были построены два жилых барака, медпункт, пищеблок и штрафной изолятор.

В 1949 - 1950 гг. на территории поселка Известковый была построена первая капитальная шахтная печь по обжигу камня на комовую известь. Это дало возможность стройке отказаться от получения извести в напольных печах (котлованах) как способа малоэффективного и дорогостоящего.

Записано собственноручно 2003 г.

В 1958 г. лагпункт строгого режима был перемещен в район 1 лаготделения (карьера) и рассчитан примерно на 300-400 человек. На 01.07 1958 г. физический профиль заключенных характеризовался следующим образом: всего – 308 человек. Из них: трудоспособных – 260 человек; трудоспособных на легких работах и работах средней тяжести – 44 человека и 4 инвалида. При строгом режиме заключенных на работу не выводили, и питание осуществлялось один раз в сутки. На строительных работах в лагпункте строгого режима было задействовано лишь 34% заключенных. Примерно 60% заключенных на работах не использовалось, и круглые сутки находились в жилых секциях, отчего в помещениях трудно было поддерживать порядок и удовлетворительное санитарное состояние.

Жилые бараки каркасно-засыпного типа, построенные наспех, находились в неудовлетворительном состоянии. Крыши протекали, стекла в некоторых окнах отсутствовали, полы частично прогнили, матрацы и одеяла длительное время не были в стирке, отчего санитарное состояние лагпункта с натяжкой признавалось удовлетворительным. Однако при наличии этих недостатков в лагере не было зафиксировано инфекционных заболеваний, территория поддерживалась в чистом состоянии, уборные и мусорные ящики своевременно хлорировались. Из-за отсутствия в лагпункте бани санобработка заключенных производилась в 1 лаготделении, нередко один раз в две недели[xix].

В соответствии с постановлением Совета Министров СССР № 984 – 400 сс от 28.03.1953 г. «О передаче ГУЛАГа из подчинения МВД СССР в подчинение Министерства Юстиции СССР» ИТЛ подлежали выводу из структуры строек и были переданы по актам приема-передачи начальникам управлений ИТЛ. Распоряжением Главпромстроя и ГУЛАГа МВД СССР от 21 апреля 1953 г. № 9/7-30016с/1 ИТЛ строительства № 514 был выделен из структуры строительного управления. С этого момента ему было присвоено условное наименование - Красногорский ИТЛ МЮ СССР. Комиссией в составе начальника управления строительства П.Т. Штефана, главного инженера строительства В.Г.Раевского, должностных лиц строительного управления с одной стороны и начальника управления ИТЛ А.В. Артамонова и должностных лиц управления ИТЛ с другой стороны был составлен и подписан акт приема-передачи лагеря. При этом все здания, сооружения и хозяйственные постройки, занимаемые администрацией и охраной лагеря, а также спецконтингентом, подлежали постановке на баланс управления строительства. Дальнейшие взаимоотношения между управлениями строительства и ИТЛ с 1 июня 1953 г. регулировались отдельными соглашениями.

В соответствии со строевой запиской спецотдела количество заключенных и их распределение по лагподразделениям выглядело следующим образом:

Таблица 7

Наименование подразделений

Мужчин

Женщин

Всего

1 лаготделение

3129

-

3129

2 лаготделение

3179

-

3179

3 лаготделение

157

-

157

4 лаготделение

992

32

1024

5 лаготделение

1149

-

1149

6 лаготделение

3

312

315

7 лаготделение

3

287

290

8 лаготделение

1

2524

2525

9 лаготделение

1376

-

1376

Лагпункт № 1

231

14

245

Михайловка

-

271

271

ВСО

26

-

26

Следственный изолятор

11

8

19

ВСЕГО

10257

3448

13705

На основании приказа начальника ГУЛАГа МЮ СССР от 28.09.1953 г. № 197, телеграфного распоряжения ГУЛАГа МЮ СССР от 24.10.1953 г., приказа по УИТЛиК по Свердловской области от 22.10.1953 г. № 0192, приказа по управлению Красногорского ИТЛ «ВО» МЮ от 22.10.1953 г. № 152 Нижнетуринское лагерное отделение № 4 УИТЛиК УМЮ по Свердловской области было передано в состав Красногорского ИТЛ. Оно размещалось в 8 км. от железнодорожной станции Нижнетуринский завод, в районе «нового завода»(Октябрьский поселок) в г. Нижняя Тура. Контингент отделения в соответствии с договором между строительством Нижнетуринской ГРЭС министерства электростанций СССР(руководитель А.К.Кривонищенко) и УИТЛиК УМЮ по Свердловской области от 06.07.1953 г. был задействован на строительно-монтажных работах.

Штатная численность обслуживающего спецконтингент персонала составляла на момент передачи 141 человек, в том числе лагерный сектор, складское хозяйство и торговая сеть – 62 человека, военизированная охрана и надзирательская служба – 43 человека.

В отделении по состоянию на 12.08.1953 г. содержалось 603, а по состоянию на 27 октября 501 человек заключенных. Из них 355 человек отнесены к 1 категории трудового использования, 135 человек ко 2 категории и 11 человек были инвалидами. Заключенные 2 категории использовались на подсобных работах в производственных бригадах.

Примечание: личные дела на заключенных находились в отделе кадров УИТЛКиК УМЮ по Свердловской области.

Лагерное отделение охранял отдельный взвод ВСО, имевший в штате 101 человек военнослужащих, в том числе 3 офицера, 25 сержантов, 61 человек рядового состава и 12 человек самоохраны. Из состава ВСО 41 человек проходил срочную службу. В лаготделении имелось лечебное учреждение, пожарная команда из 4 пожарных, хлебопекарня, 2 лошади, задействованные по обслуживанию больницы и 3 автомашины[xx]. Медицинское обслуживание заключенных осуществлялось в санчасти, под которую был выделен отдельный барак. В нем размещался стационар на 17 коек, аптека, амбулатория с зубоврачебным, терапевтическим и физиотерапевтическим кабинетами.

На момент передачи контингент заключенных был полностью обеспечен вещевым, продовольственным довольствием до конца 1953 г., дровами, но при этом комиссией по приему лагеря отмечено неудовлетворительное состояние постельных принадлежностей и нательного белья заключенных, отсутствие платной столовой и другие недостатки, наличие которых позволяют сделать вывод о том, что условия содержания заключенных в этом отделении значительно отличались в худшую сторону от содержания заключенных в Красногорском ИТЛ.

Состояние режима и трудовое использование заключенных также имели замечания, которые не позволяли выполнить требования руководящих документов ГУЛАГа. В частности не выполнялось основное условие трудового использования заключенных – изоляция их от вольнонаемных работников. Весь контингент заключенных работал на трех объектах строительства Нижне-Туринской ГРЭС: на промышленной площадке, гидроузле и жилищном строительстве. На промышленной площадке было задействовано 265 заключенных. На этом же объекте трудились 11 человек из числа ИТР, из которых 8 мужчин и 3 женщины, 630 человек разнорабочих, из них 80 человек женщин. На гидроузле работало 80 человек заключенных, вольнонаемных из числа ИТР 4 человека, из которых 2 женщины, вольнонаемных рабочих 15 человек, из них 3 женщины. На жилищном строительстве была задействована одна бригада из 15 расконвоированных заключенных. Совместная работа заключенных и вольнонаемных приводила к многочисленным фактам проноса спиртных напитков и их совместного употребления, сожительства заключенных с женщинами, нелегальной переписке и продаже вещей. На объекте «гидроузел» заключенные имели доступ к химикатам и взрывчатым веществам.

Как на содержание всего ИТЛ, так и на содержание и обслуживание контингента каждого лагерного отделения и лагерного пункта один раз в полгода составлялась и утверждалась начальником управления ИТЛ смета расходов.

Таблица 8

*Смета

расходов по содержанию и обслуживанию контингента 2 и 4 лагерных отделений на второе полугодие 1953 г.(в тыс. рублей).

Статья расходов

Всего затрат

2 лаготделение

4 лаготделение

Денежное содержание

1587,6

446,4

Путевое довольствие

38,4

16,1

Гособеспечение: - соцстрах и пособия на рождение и погребение

- детские учреждения

92,0

87,5

25,8

Канцелярские и хозяйственные расходы: содержание помещений, их отопление, текущий ремонт, приобретение хозинвентаря, почтово-типографские расходы

70,1

37,1

Операционные расходы: - содержание архива

- банно-прачечные расходы

4,6

58,6

1,8

16,0

Питание контингента

485,8

29,8

Вещевое довольствие контингента

117,3

26,0

Коммунально-бытовые расходы

756,1

134,2

Приобретение и ремонт инвентаря

27,4

2,0

Медобслуживание

409,7

33,8

Списание малоценного инвентаря

2,5

0,2

Культурно-воспитательное обслуживание

78,7

11,4

Перевозки и этапирование

30,7

8,9

Заработная плата контингента

4441,5

701,2

Продовольствие

317,0

85,5

Культпросветрасходы

2,5

0,9

Содержание автотранспорта

82,3

41,3

Содержание гужевого транспорта

25,2

8,3

Содержание собак

40,2

7,0

Вещевое довольствие

250,8

73,2

Списочное число контингента

3443 человека

603 человека

Всего затрат

9006,5

1706,9

* Составлено по: НТМАСПД, Фонд Красногорского ИТЛ, ОП. 113, порядковый № 4, Д. 16. Т. 1 Л.Л. 89, 99.

Штатное расписание постоянного состава Красногорского ИТЛ

Справка: Начальники Управления Красногорского ИТЛ МВД СССР:

- подполковник внутренней службы Окаемов Иван Васильевич, который одновременно являлся заместителем руководителя строительства по лагерю;

- подполковник внутренней службы Артамонов Андрей Васильевич, который одновременно являлся заместителем руководителя строительства по лагерю;

- майор внутренней службы Бугрименко Мефодий Мефодьевич (с 1953 г. по 14.07.1956 г.);

- подполковник внутренней службы Чикляев Николай Аркадьевич (с14.07.1956 г. по 19.02.1960 г.);

- подполковник внутренней службы Гусев Александр Павлович, с 19.02.1960 г. по 01.04.1960 г.).

Начальники лаготделений Красногорского ИТЛ:

- 1 лаготделение – Павлов;

- 2 лаготделение – В.А. Денисов, в 1960 г. начальником был М.М.Кудлай;

- 3 лагпункт А.М.Чермных(до октября 1953 г. возглавлял 4 л/о УИТЛиК(Н-Тура);

- 4 лаготделение – Пенкин;

- 5 лаготделение – В.Т. Брижанев, в 1957 г. его сменил Тобиас[xxi]

В структуре аппарата Управления имелись режимно-оперативный отдел, спецотдел, политотдел (до марта 1956 г. культурно-воспитательный отдел), отдел кадров, отдел интендантского снабжения (ОИС), бухгалтерия, база ОИС, планово-контрагентское отделение, автогараж. Отдел интендантского снабжения возглавлял майор интендантской службы Квашнин. Он состоял из продфуражной и обозновещевой служб. В число работников отдела входили начальники складов, экспедиторы и другие специалисты.

Красногорский ИТЛ состоял из девяти лагерных отделений, которые возглавлялись начальниками отделений. У начальника лагеря и начальников лагерных отделений были штатные заместители. В лагерных отделениях были предусмотрены планово-производственные части, культурно-воспитательные части, спецчасти, санитарные части, бухгалтерии, столовые, бани, почтовые отделения, клубы, библиотеки, магазины.

Постоянный кадровый состав ИТЛ состоял из офицерского, начальствующего состава, военизированной стрелковой охраны и вольнонаемных работников лагерного сектора. Административно-управленческий аппарат ИТЛ состоял из 95 человек. На его содержание ежегодно начальником управления ИТЛ утверждалась смета расходов.

Таблица 9

*Смета

административно-управленческих расходов Управления Красногорского ИТЛ

на 1953 г.

Статья расходов

Сумма в тыс. рублей

Денежное содержание

Соцстрах

Путевое довольствие

Содержание помещений

Канцелярские, почтовые, типографские расходы

Телефонные расходы

Текущий ремонт

Содержание легкового транспорта

Отопление зданий

Приобретение хозинвентаря

Содержание архива

Вещевое довольствие

Перевозки и этапирование

Культпросвет расходы

Вооружение

Содержание вооружений

Всего затрат

1973,6

99,5

81,1

21,0

36,4

18,8

15,0

136,5

72,0

86,0

10,0

84,7

212,0

112,2

9,0

52,0

2959,8

* Составлено по: НТМАСПД, Фонд Красногорского ИТЛ, Оп. 113, порядковый № 4, Д. 16. Т. 1 Л. 84.

В течение 1953 – 1954 гг. в связи с проведением амнистий и сокращения количества заключенных, содержащихся в Красногорском ИТЛ, были проведены изменения его штатной численности и организационной структуры. Сокращенный командный и начальствующий состав был переведен в подразделения управлений строительств и военно-строительных частей. Но при этом объем строительных работ не уменьшился.

На 01.07.1956 г. общая численность Красногорского ИТЛ составляла 794 штатных единицы, в том числе ВСО – 542 человека, начальствующего состава ИТЛ – 105 человек, прочих специалистов 151 человек при некомплекте 9 человек. Имеющийся некомплект образовался за счет вакантных инженерно-технических должностей и специалистов по профтехническому обучению.

Из общего числа офицерского, начальствующего и вольнонаемного состава работающих в ИТЛ числилось: с начальным образованием – 140 человек; с семилетним образованием – 39 человек; окончивших 8-10 классов – 42 человека; с высшим образованием – 21 человек; со средним специальным образованием (медперсонал) – 24 человека.

С каждым годом, в зависимости от утверждения плановым отделом ГУЛАГа плана по труду, штатная численность ИТЛ постепенно уменьшалась. На 1956 г. было предусмотрено уменьшить штатную численность до 636 единиц. Из них: аппарат управления 49 единиц; лагерный сектор – 93 единицы; прочий персонал лагерного сектора – 53 единицы; ВСО – 436 единиц; база ОИС – 33 единицы.

На 27.09.1958 г. аппарат управления Красногорского ИТЛ составлял 45 человек. В лагподразделениях работало 196 работников и 83 человека конвойной охраны, не считая рядового и сержантского состава срочной службы. Штаты лагерных подразделений составлялись в соответствии с типовыми штатами, объявленными приказом МВД СССР № 00361 – 1951 г. штат ВСО составлялся в соответствии с приказом МВД СССР № 00193 – 1955г.

Таблица 10

*Качественная характеристика работников Красногорского ИТЛ по состоянию на 01.01.1957 г.

Всего

Из них

По образованию

По возрасту

По стажу в МВД

Чл. КПСС/ чл.

ВЛКСМ

Б/п

Высшее

н/высш

средн

н/

ср

6

кл

До 30л

31- 40л

41-50

50 и ст

До 1 г.

1-5 лет

свыше 5 л

Количество работающих в управлении ИТЛ

45

28

17

9

15

15

6

5

25

12

5

3

8

34

Количество работающих в лагподразделениях рук. состава

29

24

5

3

7

16

3

2

9

17

1

4

5

20

Начальники отрядов

17

13/4

-

3

3

7

4

3

6

8

-

4

2

11

Ком-политический состав конвойной охраны

31

25/5

1

-

11

18

2

8

11

12

-

-

9

22

Другие части и службы в т.ч. младший обслуживающий персонал

201

32/14

155

14

30

62

95

81

68

44

8

22

70

109

Состояние трудовой дисциплины среди вольнонаемных работников ИТЛ также как и среди заключенных вызывало обеспокоенность у политотдела и руководства ИТЛ. В 1957 г. на начальствующий состав и вольнонаемных работников было наложено 41 дисциплинарное взыскание(30/11). В 1958 г. за 9 месяцев проступков совершено столько же(40) сколько за весь 1957 г., в т.ч. 25 начальствующим составом, из которых 23 были коммунистами[xxii]. Всего за 1958 г. руководящим составом совершено 7 проступков, оперативными работниками – 3, офицерами конвойной охраны – 10, начальниками отрядов – 2 и вольнонаемным составом – 14.

Динамика изменения численности заключенных

В период функционирования исправительно-трудовых лагерей Главпромстроя в закрытых городах на Урале очень трудно установить общее количество заключенных, отбывавших в них уголовное наказание. Изменение численности заключенных происходило по различным причинам. Причем эти изменения достигали порой нескольких тысяч человек, как в сторону увеличения, так и в сторону уменьшения. Так в июле 1947 г., после приезда Л.П.Берии на Урал, который остался неудовлетворенным темпами строительных работ, было принято решение о направлении на строительства заводов № 817 и № 813 дополнительных контингентов заключенных численностью 16 тысяч человек, в том числе 200 инженеров и 2,5 тысячи квалифицированных рабочих–строителей[xxiii].

В зависимости от важности и сроков введения в эксплуатацию объектов строительства, потребности в квалифицированных специалистов той или иной профессии, заключенных этапировали из одного ИТЛ в другие, в том числе и внутри лагеря. Заключенные переводились в другие ИТЛ, колонии и тюрьмы, освобождались по актам амнистии, по болезни, умирали и т.п.. При формировании лагерей Главпромстроя для них осуществлялся отбор заключенных, осужденных к длительным срокам лишения свободы. Формирование этапов происходило на транзитно-пересыльных отделениях областных управлений внутренних дел, на которых заключенные, проходили санитарную обработку и медицинское обследование, прежде чем быть отправленными в места отбывания уголовного наказания. Начальники эшелонов получали на путь следования санаттестат.

Физический профиль заключенных в ИТЛ подразделялся на категории: 1, 2, 3, 3 категории индивидуального труда и 4 категории. Такое подразделение производилось в зависимости от состояния здоровья, возраста и способности к труду. Непосредственно после прибытия эшелонов в лагерях проводился комплекс оздоровительных мероприятий. Это было связано с большим количеством заключенных, имеющих ослабленное здоровье. Они помещались в оздоровительные пункты и восстанавливались до 1 и 2 категории индивидуального труда[xxiv]. Оздоровительные пункты в соответствии с приказом МВД № 0154 были организованы и функционировали во всех лагподразделениях. За 6 месяцев 1949 г. в ИТЛ строительства № 514 в них поступило 637 человек, в том числе с 3 категорией физического труда 581 человек. Выписано 632человека, в том числе 96 с 1 категорией, 456 со 2 категорией, 68 с 3 категорией, по различным причинам выписано 12 человек.

Таблица 11

* Динамика изменения физического профиля заключенных Красногорского ИТЛ

в 1948 – 1949 гг.

Дата

1 категория

2 категория

3категория

3категор. инд.труда

4категория

01.01. 1948 года

10,0

32,5

55,3

3,3

0,9

01.01. 1949 года

19,6

51,1

27,8

1,0

0,5

01.04. 1949 года

23,1

49,8

25,5

1,1

0,3

01.07. 1949 года

21,2

41,4

36,2

0,9

0,3

01.08. 1949 года

93,5

6,2

-

-

0,3

01.01. 1950 года

94,8

5,0

-

-

0,2

* Составлено по ЦДООСО. Ф.№-5149. Оп. 1. Д. 47. Л. 68.

В соответствии с приказом МВД СССР от 25.06.1949 г. в июле 1949 г. было проведено освидетельствование всего контингента заключенных и ликвидированы 3 категория и 3 категория индивидуального труда. Заключенные, относившиеся к этим категориям, были переведены в 1 и 2 категории.

Таблица 12

* Динамика изменения физического профиля заключенных Красногорского ИТЛ после ликвидации 3 категории и 3 категории индивидуального труда в течение 1950 г. (в %):

Дата

1 категория

2 категория

Инвалиды

01.01. 1950 г.

94,8

5,0

0,2

01. 04. 1950 г.

94,8

4,9

0,31

01. 06. 1950 г.

94,77

4,92

0,3

01. 07. 1950 г.

94,6

5,0

0,4

01. 10. 1950 г.

91,5

8,0

0,5

01. 01. 1951 г.

94,0

5,7

0,3

Примечание: В третьем квартале 1950 г. увеличение числа заключенных 2 категории физического труда и инвалидов объяснялось прибытием со строительства Волго-Донского канала больших партий заключенных, которые были размещены в лагерных отделениях на карьере 35 квартала. За время пути многие заключенные были физически истощены. За год через оздоровительные пункты, организованные во всех лагерных отделениях прошел 2941 человек. В результате восстановлено в 1 категорию 136 человек. За 1950 г. в лечебные учреждения поступило 4258 заключенных, из которых выписано с восстановлением здоровья 4229 человек и умерло 30 человек. Кроме того, вне лечебных учреждений умерло 29 человек, по причинам: убийства, производственные травмы и внезапная смерть[xxv]. Кроме того, весь контингент заключенных получил противоинфекционные прививки, что позволило в 1950 г. не допустить ни одного случая инфекционных заболеваний.

* Составлено по: ЦДООСО. Ф.№-5149. Оп. 1. Д. 65. Л. 65.

Таблица 13

* Динамика изменения численности заключенных, содержащихся в Красногорском ИТЛ

Дата

Общее количество з/к(чел)

Из них женщин(чел)

01. 01. 1948 г.

3390

750

01. 01. 1949 г.

7551

2380

01.01. 1950 г.

11452

3326

01.01.1952 г.

8 278

Нет сведений

01.10.1952 г.

14 162

Нет сведений

01.01.1953 г.

13705

3448

01.01.1954 г.

6450

Освобождены по амнистии

01.07.1956 г.

5656

01.01.1957г.

5648

10.12.1959 г.

1628

01.01.1960 г.

1250

27.02.1960 г.

340

Примечание: Уменьшение количества заключенных в 1951 г. связано с тем, что после выпуска заводом № 814 первой продукции, правительством страны было принято решение о приостановлении производства урана-235 электромагнитным методом. Газодиффузионный метод получения урана-235, осуществленный на заводе № 813 оказался экономически значительно дешевле. После принятия этого решения на заводе стали сворачиваться дальнейшие строительные работы. Однако, учитывая наличие мощностей и возможностей построенного завода № 814, 25 мая 1951 г. начальник ПГУ направил в правительство предложения по строительству на его площадке цеха по производству изделий РДС. В течение 1951 г. задачи, стоящие перед заводом неоднократно менялись, принятие решения о перепрофилировании завода затягивалось. Военно-строительные части, и часть заключенных были перемещены на другие объекты атомной промышленности Урала. В середине 1951 г., после посещения завода И.В.Курчатовым и Е.П.Славским, завод получил новое задание. 15 сентября 1951 г. постановлением Совета министров СССР № 3506-1628 завод № 814 был перепрофилирован на изготовление и выпуск спецбоеприпасов и ему был присвоен № 418. Потребность в заключенных и личном составе военно-строительных частей вновь значительно возросла.

В результате проведенных в 1953-1954 гг. амнистий количество заключенных в Красногорском ИТЛ снизилось в два раза и на конец 1954 г. составляло 6450 человек. С 1956 г. в Красногорском ИТЛ труд женщин не использовался.

* Составлено по: ЦДООСО. Ф.№-5149. Оп. 1. Д. 47. Л. 71, Д. 87а. Л. 49, Д. 148. Л. 39 ЦДООСО. Ф.№-3871. Оп. 414. порядковый № 4., Д. 18. Л. 3, Д. 32. Л. .52, Д. 65. Л. 159.

Таблица 14

*Динамика изменения физического профиля заключенных Красногорского ИТЛ

Дата

Списочный состав (чел)

1 категории

2 категории

Инвалиды

01.01.1952 г.

8 278

7339(88,7%)

901(10,9%)

38(0,4%)

01.04.1952 г.

9 421

8104(86%)

1257(13,4%)

60(0,6%)

01.07.1952 г.

11 119

9293(83,6%)

1750(15,7%)

76(0,7%)

01.10.1952 г.

14 162 *

11 706(82,7%)

2380(16,8%)

76(0,5)

01.01.1953 г.

13 705

10 874(79,4%)

2759(20,1%)

72(0,5%)

Примечание: Изменение физического профиля заключенных объясняется увеличением численного состава заключенных за счет прибытия этапов со строительства п/я 200 МВД СССР (Ленинградская область) и Волго-Донстроя, в числе которых много было заключенных 2-й категории физического труда и инвалидов.

* Одновременно с перепрофилированием завода № 418, по распоряжению МВД СССР, был отправлен «этап» квалифицированной рабочей силы (около 500 человек) на строительство, возглавляемое М.М. Царевским (Челябинск-40).

* Составлено по ЦДООСО. Ф. 5149. Оп. 1. Д. 87а. Л. 49, . Д. 65. Л.66.

Историческая справка:

- Постановлением Совета Министров СССР № 984 – 400 сс от 28.03.1953 г. «О передаче ГУЛАГа из подчинения МВД СССР в подчинение Министерства Юстиции СССР» ИТЛ были переданы в ведение министерства юстиции СССР. Однако уже через год, в связи с неподготовленностью Минюста к приему и руководству исправительно-трудовыми лагерями, все они были вновь подчинены МВД.

- В июле 1953 г. на базе упраздненного Первого главного управления при Совете Министров СССР было создано Министерство среднего машиностроения СССР.

- В январе 1955 г. стройки Минсредмаша были переданы в МВД СССР, а ИТЛ были переданы в структуру Управлений строительств.

- В январе 1956 г. вновь стройки из МВД были переданы в состав Министерства среднего машиностроения СССР, а ИТЛ – в МВД СССР[xxvi].

- 25.10.1956 г. Совет Министров СССР и ЦК КПСС приняли постановление: «О мерах по улучшению работы МВД СССР», по которому ИТЛ реорганизованы в исправительно-трудовые колонии;

- в июне 1959 г. начались подготовительные мероприятия МВД РСФСР по ликвидации Красногорского ИТЛ[xxvii];

13.01.1960 г. постановлением Совета Министров СССР № 48 МВД СССР был упразднен. В марте Красногорский ИТЛ был ликвидирован.

* Производственная деятельность ИТЛ закрытых городов: рабочий день, оплата труда, производительность труда.

Производственная деятельность до июля 1954 г. регламентировалась «Положением об ИТЛ и колониях», утвержденным постановлением СНК СССР от 7 апреля 1930 г., законодательством СССР о труде, правилами по охране труда и технике безопасности, а также ведомственными приказами и распоряжениями, которые, зачастую, противоречили указанным нормативным актам. 10 июля 1954 г. Советом Министров СССР было утверждено новое «Положение об исправительно-трудовых лагерях и колониях МВД СССР», которое устанавливало новые правила трудового использования заключенных.

Основным средством перевоспитания заключенных являлся общественно-полезный труд. Рабочий день заключенных, содержащихся на общем и облегченном режиме, длился 8 часов. Для содержащихся на строгом режиме – 9 часов. В зависимости от времени года рабочий день заключенных мог быть уменьшен, либо увеличен. Так, в зимне-осенний период допускалось уменьшение длительности рабочего дня. В весенне-летний период, наоборот рабочий день увеличивался на один час, с оплатой девятого часа как за сверхурочную работу. Об увеличении рабочего дня давались соответствующие указания Министерства среднего машиностроения СССР и ГУЛАГа МВД СССР.

Вопрос обеспечения специальных строительных управлений квалифицированными кадрами стоял очень остро. В целях подготовки квалифицированной рабочей силы на строительстве объектов начальник Главпромстроя МВД СССР приказом № 33 от 18.09.1946 г. обязал руководителей строительств направлять на специализированные заводы инженеров и мастеров, подготавливая их в качестве инструкторов для дальнейшей работы по обучению рабочих необходимым специальностям[xxviii]. Бригады заключенных формировались по специальностям. Осужденные на длительные сроки лишения свободы, заключенные за период нахождения в ИТЛ становились настоящими универсалами, овладев несколькими специальностями.

Заключённые ИТЛ на объектах Главпромстроя МВД СССР использовались, как уже было отмечено ранее, на тяжелых и неквалифицированных работах: на выемке грунта из котлованов промышленных объектов, на заготовке леса, в каменоломнях, на строительстве дорог, коммуникаций, объектах, обеспечивавших производственную базу строительства: заводы по производству бетона, раствора, шлакоблоков, сборных железобетонных плит, лесопильные заводы и других объектах.

Ввиду отсутствия средств механизации, недостатков в организации труда, плохих условий содержания, низкой квалификации и отсутствия моральных и материальных стимулов, труд заключенных был малоэффективным. Производительность их труда была значительно ниже, чем у других категорий строителей: вольнонаемных, спецпереселенцев, солдат военно-строительных частей.

Например, нормы выработки заключенных ИТЛ строительства № 859 (Челябинск – 40) выполнялись в среднем на 89-90%, тогда как у военных строителей она составляла 115%, а вольнонаемных еще выше[xxix]. Аналогичная картина с трудовым использованием спецконтингента наблюдалась и в других ИТЛ Главпромстроя МВД СССР в первые годы их функционирования.

Несмотря на объективные причины низкой эффективности труда заключенных, министр внутренних дел СССР в директиве № 97 от 13 февраля 1948 г. потребовал усиления массово-производственной и воспитательной работы среди заключенных и мобилизацию их на безусловное выполнение производственных планов, норм выработки. На начало 1948 г. в ИТЛ строительства № 865 не выполняли производственные нормы 50% заключенных, на что было указано в директиве. Низкая производительность труда заключенных ИТЛ за первый квартал была предметом обсуждения на второй партийной конференции этого строительства, на которой были обсуждены задачи, поставленные на совещании руководящего состава МВД с участием всех руководителей ИТЛ и колоний МВД по выполнению каждым заключенным не менее 150% дневной нормы.

В целях коренного изменения положения дел культурно-воспитательный отдел ИТЛ строительства № 865 совместно с политотделом и администрацией строительства провел комплекс мероприятий, направленных на разъяснение стоящих задач как партийно-хозяйственному активу, так и заключенным, для чего использовал весь агитактив, производственно-технический персонал и руководящий состав. Все заключенные были вовлечены в трудовое соревнование, был задействован весь арсенал методов работы, включая моральные поощрения, материальные стимулы и наглядную агитацию. Летние месяцы 1948 г. были объявлены месяцами высокой производительности труда, проведено 68 заседаний местных штабов трудового соревнования, 27 слетов отличников производства, 1500 из числа которых отдохнули в домах отдыха, организованных в летний период в лагподразделениях, премировано более 1000 заключенных, 240 бригад выполняли нормы на 150-200%[xxx]. В результате проведенной разъяснительной и воспитательной работы непосредственно в бригадах производительность труда в некоторых из них резко возросла и с каждым кварталом увеличивалась, что наглядно видно из таблицы 15.

Таблица 15

* Производительность труда заключенных ИТЛ № 100 (Свердловск-44) в 1948 г.:

По кварталам

% выполнения плана

Производительность труда в %

% не выполняющих норм выработки

(для сдельщиков)

1

91,7

91,6

58,8

2

101,9

101,4

45,7

3

112,9

112,9

30

4

116,3

117,3

25,5

*Составлено по: ЦДООСО. Ф. 657. Оп. 1. Д. 68. Л. 67-68, Д. 46. Л. 23 об.

Бригадиры показывали чудеса производительности труда, перекрывая норму до 14 раз. Так, бригадир Носов выполнял норму на земляных работах 1400%, а его бригада на 300%, бригадир Бахтияров выполнял дневное задание на 1270%, а его бригада на 460%. Таких показателей добивались бригады ОЛП № 7, сформированные из заключенных, осужденных за незначительные общественно-опасные преступления, и они были скорее исключением из общего состояния дел. Если в 7 ОЛП производительность труда составляла 133%, а число не выполняющих нормы составляло 1,1%, то в комендантском ОЛП производительность труда составляла лишь 85%. Еще ниже были показатели в бригадах 2 и 4 ОЛП, в которых производительность труда составляла 80 и 70 % соответственно. Из 24 бригад 4 ОЛП 16 бригад не выполняли производственные нормы. Среди причин такого положения были: простои бригад из-за необеспеченности строительными материалами и инструментом, недостатки в организации работ, неудовлетворительная культурно-воспитательная работа и другие[xxxi]. За 1951 г. производительность по ИТЛ № 100 составила уже 117%, а количество заключенных, не выполнявших нормы, снизилось с 37% до 12%. Количество отличников производства увеличилось в два раза.

Таблица 16

*Производительность труда заключенных ИТЛ строительства № 514 в 1949 г.:

По кварталам

% выполнения плана

% не выполняющих норм выработки (для сдельщиков)

1

105

52,1

2

100,6

52,1

3

112,3

24,6

4

108,7

36,7

*Составлено по ЦДООСО. Ф.№-5149. ОП.1. Д. 47. Л.71.

Низкий процент производительности труда заключенных ИТЛ строительства № 514, находящихся на сдельной работе, в 1 и 2 квартале 1949 г. объяснялся тем, что за время этапирования из других регионов многие заключенные были ослаблены. Проведение оздоровительных мероприятий позволило снизить процент не выполнявших норм выработки и поднять производительность труда в 3 и 4 квартале 1949 г.. Однако, в целом трудовое использование заключенных оценивалось как неудовлетворительное. Кроме того, одной из причин называлась отсутствие навыков в работе в условиях данного строительства у основной массы заключенных.

Из воспоминаний Козлова Геннадия Михайловича – инженера технического отдела управления строительства № 514:

С тех пор прошло уже более полувека, многое забылось, и в памяти осталось что-то необычное, впервые увиденное, что удивило и поразило. Заключенные выполняли весь комплекс строительных работ – от земляных до отделки.

И всё это делалось вручную, почти без механизмов. Мало было и транспорта. Для перевозки грузов использовались тачки и телеги на конной тяге. Так как экскаваторов и бульдозеров было очень мало, основной объём земляных работ выполнялся вручную с использованием лопаты, кирки, лома, клина и кувалды.

Чтобы ускорить работы, широко применялись взрывные работы. Взрывали, корчевали пни, дробили камни и мерзлоту, чтобы добраться до теплого грунта.

Записано в беседе с Е.В. Кондратьевой 02.02. 2004 г.

Правительство страны делало все для того, чтобы максимально эффективно организовать трудовое использование заключенных на наиболее важных участках социалистического строительства. Вопросы повышения эффективности и стимулирования труда заключенных были постоянно в поле зрения и министерства внутренних дел. В июле 1947 г. приказом заместителя министра МВД СССР В.В.Чернышова для стимулирования труда заключенных была разрешена выдача 100 граммов водки один раз в пять дней за выполнение норм выработки[xxxii].

17 декабря 1948 г. Совет Министров СССР принял постановление «О зачетах рабочих дней заключенным», в котором в целях поощрения заключенных, выполняющих и перевыполняющих производственные нормы при хорошем качестве выполненных работ, полностью обеспечивающих порученный им участок работы и соблюдающих лагерный режим, устанавливались зачеты рабочих дней. Копии постановления вывешивались на видном месте во всех подразделениях ИТЛ. Право на зачеты имели заключенные, за исключением тех, кто содержался на строгом режиме,[xxxiii] систематически выполнявшие нормы выработки или обеспечивавшие порученный им участок работы и соблюдавшие установленный режим, независимо от срока лишения свободы, статьи осуждения и времени пребывания в местах заключения, как работающие, так и проходящие производственное обучение. Право на получение зачетов рабочих дней имели и заключенные, которые были задействованы на хозяйственных работах в лагерных отделениях.

Таблица 17

Размеры зачетов рабочих дней за один отработанный день для работающих заключенных:

Выполнение норм выработки за месяц в %

На основных работах

На вспомогательных работах

От 100 до 105

1,5

1,25

От 106 до 110

2

1,5

От 111 до 120

2,5

1,75

От 121 и выше

3

2

Примечание: при низком качестве выполненных работ зачет рабочих дней снижался на половину.

Для заключенных ИТР, работающих непосредственно на производстве, специалистов-повременщиков, обслуживающих энергетические и другие механизмы, зачет рабочих дней производился по шкале основных работ в соответствии с показателями выполнения месячного плана объекта (участка, смены).

Из воспоминаний Карпова Евгения Александровича – директора Нижне-Туринского машиностроительного завода:

Поскольку основная масса заключенных отбывала наказание по так называемым бытовым статьям и Указам (за хищение государственного и личного имущества) - на воле ли трудились, или в промышленности, в строительстве или в сельском хозяйстве, имея соответствующие профессии, если в заключении им везло и работали по той же специальности – эффект был внушительным.

Например, на механической базе монтажной конторы №13 заключенные работали токарями, фрезеровщиками, кузнецами, слесарями-сборщиками, жестянщиками, слесарями-сантехниками, сварщиками, и они не только уверенно вырабатывали те заветные проценты, но им начислялась и заработная плата наравне с вольнонаёмными.

Эта категория людей по лагерной терминологии относилась к «работягам», и если им удавалось избежать поборов со стороны разных «цветных» - «законников» всех мастей, нарядчиков (заключенные в канцелярии лагеря), то к окончанию срока заключения на их лицевых счетах скапливались приличные денежные средства.

При наличии соответствующего образования и деловых качеств работали заключенные и на инженерно-технических должностях, и служащими, и получали такие же денежные оклады, как и вольнонаемные.

Написано собственноручно – март 2004 г.

Всем работавшим заключенным, имеющим право на зачеты рабочих дней, на руки выдавалась зачетная книжка и заводилась зачетная карточка, на основании которой специальными комиссиями в соответствии с приказом МВД и Генерального прокурора СССР № 00683-150 сс(1948 г.) выдавались справки о сокращении срока заключения.

При переводе заключенного в другой лагерь зачетная книжка изымалась, а предоставленные зачеты отражались в его личном деле. При побеге, осуждении за совершенные преступления в местах заключения и при переводе заключенного на тюремный режим сроком на два года за злостное нарушение лагерного режима все ранее начисленные зачеты аннулировались[xxxiv].

Из воспоминаний Козлова Геннадия Михайловича - инженера технического отдела управления строительства № 514:

Одной из главных задач прораба при работе с заключенными было правильно определить объемы выполненных работ, так как они большие мастера завышать их. Главной целью заключенных было выполнение норм на 151 %, так как в этом случае они получали улучшенное питание, но основное - это зачет срока заключения. При замерах объемов выполненных работ возникало много конфликтов с заключенными. После одного из таких конфликтов по моей просьбе меня перевели в техотдел Управления строительства.

Записано в беседе с Е.В. Кондратьевой 02.02. 2004 г.

Из воспоминаний Карпова Евгения Александровича – директора Нижне-Туринского машиностроительного завода:

Мастеру (фамилию называть не буду) для строительства траншеи на земляные работы вывели бригаду из спецлагеря (расположенного на Известковом заводе). Это, как правило, были «отказники» от работы или злостные нарушители лагерного режима.

Первый день бригада не работает – играет в карты. Второй день – то же самое, а на третий день с обеда бригада заработала, как и в последующие дни. Что же случилось?

Означенный прораб буквально творил фокусы с игральными картами (в этом я убедился лично в одной дружеской компании), и он на третий день сел с бригадиром ЗК играть в карты. Условие! – если бригадир проигрывает, вся бригада работает и к заданному сроку сдает траншею под монтаж труб. Каковы были обязательства мастера в случае его проигрыша – это так и осталось тайной, но проиграл бригадир, и работа пошла! Действовали неписаные лагерные законы «чести» - порой жёсткие, порой и кровавые, но – обязательные.

Об этом случае узнало руководство стройки и, от греха подальше, мастера перевели на стройку в Челябинскую область.

Написано собственноручно – март 2004 г.

13 марта 1950 г. было принято постановление Совет Министров СССР № 1065-376сс «О внедрении оплаты труда и о мероприятиях по дальнейшему повышению производительности труда заключённых». Постановлением предусматривался переход на сдельно-прогрессивную и премиальную оплату труда в соответствии с должностными окладами и единой тарифной сеткой.

В своем приказе № 00273-1950 г. министр внутренних дел СССР указал на необходимость предоставлять хорошо работающим заключенным улучшенные жилищно-бытовые условия за плату, предусмотреть на территории жилой зоны лагерей бараки комнатной системы, а также магазины, ларьки и столовые для питания за плату, провести широкую разъяснительную работу о переходе на организацию трудового использования заключенных с оплатой труда денежными средствами. Работники ИТЛ, секретари партийных организаций и счётно-финансовый аппарат лагерей разъясняли суть этого постановления во всех лагерных подразделениях.

В связи с введением для контингентов лагерей и колоний МВД заработной платы в течение второй половины 1950 г. наблюдался рост производительности труда. Так, в ОЛП № 7 ИТЛ № 100 в первой половине 1950 г. производительность труда была 120-125%, то за вторую половину года она составила 140%[xxxv].

Средний процент выполнения производственных норм в ИТЛ строительства № 514 в связи с введением заработной платы также превысил 100 %. Если до выхода постановления в 1 квартале производительность труда составила 95,4 %, то во 2 квартале - 107,1 %, а в 3 квартале - 108,0 %. Соответственно вырос и размер среднемесячного заработка, начисленного к выдаче на руки.

Таблица 18

*Размер среднемесячного заработка, начисленного заключённым ИТЛ строительства № 514 к выдаче на руки в сентябре 1950 г.

№

п/п

Размер заработка

% заключенных, получающий зарплату

1

До 75 руб.

21,9

2

От 75 до 100 руб.

7,8

3

От 100 до 150 руб.

12,9

4

От 150 до 200 руб.

8,87

5

От 200 до 300 руб.

8,9

6

От 300 до 500 руб.

3,2

7

От 500до 750 руб.

0,4

8

От 750 до 1000 руб.

0,03

9

Свыше 1000 руб.

-

10

Получающие гарантированный лимит

36,0

* составлено по ЦДООСО. Ф. 5149. Оп. 1. Д. 65. Л. 69.

Все денежные операции бухгалтерией ИТЛ производились через государственный банк, в котором были открыты два счета – депозитный и расчетный. Бухгалтерский учет осуществлялся в управлении ИТЛ и во всех лаготделениях. Общая бухгалтерская отчетность ежегодно представлялась в ГУЛАГ МВД СССР.

Ежегодно ревизорами ГУЛАГа проводилась документальная ревизия финансовой деятельности ИТЛ, проверялись остатки денежных средств, облигаций и других ценностей, принадлежащих заключенным и хранящихся в кассе. За выполнение договорных обязательств по поставке рабочей силы Управлению строительства на расчетный счет ИТЛ поступали денежные средства, по выставленным на инкассо платежным требованиям. Имевшимися на расчетном счете денежными средствами бухгалтерия производила расчеты с поставщиками и осуществляла операции по начислению и выдаче заработной платы заключенным, работникам ИТЛ и ВСО. В случае недостатка денежных средств для осуществления необходимых расходов от ГУЛАГа МВД СССР поступала дотация. В 1956 г. в Красногорский ИТЛ поступила дотация в размере 1 160 000 рублей[xxxvi].

Все лагерные отделения находились на самостоятельной бухгалтерской отчетности, но при этом расчетных и депозитных счетов в банке они не имели. Денежными средствами обеспечивались централизованно через бухгалтерию управления ИТЛ. Заработная плата заключенным выдавалась на руки частично, в зависимости от производительности труда, остальная сумма перечислялась каждому на лицевой счет. Для хранения наличных денег в кассе управления и в кассах лаготделений имелись несгораемые сейфы. С 1 июня 1950 г. в подразделениях ИТЛ строительства № 514 было организовано 15 торговых точек, в том числе – ларьков –7, столовых – 4, магазинов – 4. Общий товарооборот торговых точек составил 2 356.909 рублей[xxxvii]. В лагере появились платные комнаты и общежития для заключенных, зарекомендовавших себя положительно на производстве, в быту и при соблюдении лагерного режима. На 1 января 1951 г. функционировало 13 таких комнат на 307 жильцов[xxxviii].

В бухгалтерии управления было организовано хранение материальных ценностей заключенных, принимаемых от них на время пребывания в лагере. Среди ценностей были правительственные награды (среди заключенных были и участники Великой Отечественной войны), золотые украшения, которые передавались по актам, фиксировались в ведомостях по каждому заключенному отдельно и выдавались им на руки после освобождения от наказания.

Акт

15 апреля 1955 г.

Мы, нижеподписавшиеся ст. бухгалтер Управления ИТЛ Самарина Е.Н., вновь назначенный бухгалтер Управления ИТЛ Руденок М.А. произвели при ем и передачу от бывшего кассира Управления ИТЛ Пешковой П.Г. ценностей кассы управления ИТЛ.

При чем оказались следующие ценности-облигации:

№ п/п

Фамилия Имя и Отчество

Наименование займа

Серия облигации

№ обл.

Достоинство

1

Афонин Анатолий Николаевич

Пятый госзайм 1950 г.

0981164

0981165

0981166

0981167

45

45

45

45

10

10

10

10

2

Авдеенко Николай Иванович

Госзаем РНХ 1953 г.

140779

152127

140515

26

27

02

50

100

100

3

Архипов Алексей Михайлович

Госзаем РНХ 1951 г.

115504

115503

28

28

100

100

Акт

15 апреля 1955 г.

Мы, нижеподписавшиеся ст. бухгалтер Управления ИТЛ Самарина Е.Н., вновь назначенный бухгалтер Управления ИТЛ Руденок М.А. произвели при ем и передачу от бывшего кассира Управления ИТЛ Пешковой П.Г. ценностей кассы управления ИТЛ. При чем оказались следующие ценности:

№ п/п

№ пакета

Фамилия Имя и Отчество

Наименование ценностей и их отличительные признаки

Оценочная стоимость ценностей

1

12

Ануфриев Алексей Илларионович

Кольцо золотое № 333

100-00

2

42

Абрашкин Тимофей Иванович

Медали: «За победу над Германией», «За оборону Москвы»

2-00

3

82

Афонасьев Михаил Андреевич

Медали: «За победу над Германией», «За взятие Кенисберга», «30 лет СА и Ф»

8-00

4

107

Афонасьев Петр Михайлович

Медали: «За победу над Германией», «За взятие Вены», «За взятие Будапешта», удостоверение шофера с 2-мя талонами 3 класса

3-00

5

213

Алясьев Валентин Александрович

Медаль: «За победу над Германией»

1-00

6

281

Антоненко Петр Михайлович

Медаль: «За победу над Германией»

1-00

7

388

Аносов Николай Ильич

Медаль: «За победу над Германией»,

1-00

8

474[xxxix]

Андреев Владимир Дмитриевич

Медаль: «За победу над Германией», «За победу над Японией»

2-00

9

560

Артемин Федор Дмитриевич

Медаль: «За оборону Кавказа»

10-00

10

626

Анохина Анна Герасимовна

Кольцо позолоченное

10-00

11

904

Абрамян Погас Сакович

Сберкнижка № 2016 с остатком 1050 руб. облигации займа РНХ № 05 сер.138997 дост. 100 рублей

1150

Примечание: 1. Для наглядности сняты копии только первых страниц актов. 2. Ордена, медали и документы к ним направлялись в канцелярию Президиума Верховного Совета СССР, как на умерших, так и освобожденных от отбывания наказания участников Великой Отечественной войны, но лишенных наград.

* Составлено по: НТМАСПД, Фонд Красногорского ИТЛ, порядковый № 68, Д. Акты и ведомости по сдаче и передаче ценностей. Начато в 1955 г. Окончено в 1959 г. Л.Л. 1-116.

С 1950 г. заключенных стали подразделять по физическому профилю на 1,2 категории и инвалидов и на группы трудового использования (А, Б, В, Г).

Группа «А» - работающие на оплачиваемых работах;

Группа «Б» - работающие в обслуге;

Группа «В» - не работающие по болезни;

Группа «Г» - не работающие инвалиды, отказчики от работы и заключенные, содержащиеся в ШИЗО без вывода на работу.

Например, в ИТЛ № 100 физический профиль заключенных и их распределение по группам трудового использования выглядел следующим образом:

Таблица 19

Характеристика спецконтингента ИТЛ № 100 МВД СССР

Год

Группа А

в %

Группа Б

в %

Группа В

в %

Группа Г

в %

Физический профиль в % по состоянию на

1 января 1950 г.

1 категория

2 категория

Инвалиды

1950

88,3

5,3

6,3

0,1

85,4

13,2

1,4

1951

85,9

7,5

5,4

1,2

1952

87,2

7,02

4,58

1,2

Составлено по: ЦДООСО. Ф. 657. Оп. 1. Д. 85. Л. 36, Д. 161. Л.Л. 38, 49.

в Красногорском ИТЛ по состоянию на 01.07.1956 г. группа «А» составляла 83,8% от общей численности заключенных, или 4868 человек. Группа «Б» составляла 8,2% от общей численности заключенных, или 478 человек. Группа «В» составляла 4,5% от общей численности заключенных, или 258 человек. К группе «Г» относились 171 человек, или 2,9%. Из них 32 человека были отнесены к инвалидам, что составляло 0,6% от общей численности заключенных[xl].

В целях более активного вовлечения заключенных в сознательную трудовую деятельность, в апреле 1951 г. вышел приказ министра внутренних дел № 00749 «О дальнейшем развитии трудового соревнования заключенных в ИТЛ и колониях МВД СССР», в котором предписывалось повысить роль бригадиров, организовать их обучение и создать им соответствующие условия для выполнения возложенных на них обязанностей, выплачивать им надбавку 20%, обеспечить улучшенным вещевым довольствием. В приказе было рекомендовано использовать дополнительные моральные формы стимулирования участников соревнования: присвоение звания «Передовик производства», проведение слетов передовиков и новаторов производства, рационализаторов и изобретателей с целью обмена опытом. Для поощрения передовиков производства в лагерях и колониях учреждались флажки и вымпелы, предусматривалось награждение почетной грамотой, а также создавался премиальный фонд, а для подразделений, занимавших первые места в соревновании, учреждались красные знамена.

В ИТЛ Главпромстроя МВД итоги трудового соревнования проводились ежемесячно в каждом лагерном отделении. В каждом лагере был создан центральный штаб трудового соревнования, который совместно с политотделом и партийными организациями руководил всей организаторской и политической работой по эффективному трудовому использованию заключенных. В Кузнецком ИТЛ с 1955 г. была внедрена прогрессивно-сдельная и аккордная оплата труда, что позволило значительно поднять производительность труда и вовлечь в социалистическое соревнование абсолютное большинство заключенных. В сентябре 1955 г. на слете передовиков соревнования 4 лаготделения были обсуждены передовые методы труда и принято обращение ко всем заключенным развернуть соревнование за достойную встречу 20 съезда КПСС. На слете передовикам производства и лучшим рационализаторам были объявлены благодарности и вручены грамоты. Такие слеты носили регулярный характер и были одной из наиболее действенных форм работы по обеспечению повышения производительности труда и выполнения производственных заданий. В 1958 г. Кузнецком ИТЛ было проведено 24 слета передовиков производства, в социалистическое соревнование было вовлечено 95,3% заключенных, среди которых выполнявших производственные нормы от 150 до 200% и выше насчитывалось 7960 человек, из них поощрено 4375 человек. В лагере действовало 85 молодежных производственных бригад, в которых было 1911 заключенных[xli].

В Главпромстрое МВД СССР дополнительно были внедрены и активно использовались такие формы стимулирования труда, как: перевод бригад, выполняющих нормы выработки на 100 и более процентов, на полную и своевременную выдачу зарплаты, обеспечение полного платного питания в столовых, закрепление бригад за объектами работ до их сдачи в эксплуатацию, механизация труда, улучшение культурно-бытового обслуживания передовиков и другие.

Из воспоминаний Карпова Евгения Александровича – директора Нижне-Туринского машиностроительного завода:

Как аксиома – чем выше был квалификационный уровень заключенных, тем легче было обеспечить технологическую дисциплину, качество выполняемых работ и вырабатывать заветные проценты.

В лагере осуществлялся целый ряд мероприятий по моральному поощрению бригад – победителей социалистического соревнования, или за выполнение отдельных тематических заданий через различные виды наглядной агитации и лагерную радиовещательную сеть. Или – старожилы города должны помнить – бригаду заключенных, победителя соревнования, вели в город из рабочей зоны впереди всей колонны, в сопровождении духового оркестра. Помню, после общестроительного актива в Клубе на 16 вахте силами заключенных был дан концерт на высоком исполнительском уровне.

Одной из бригад на механической базе руководил бригадир-«бугор» Иван Андреевич (фамилии не помню), с ним я познакомился при следующих обстоятельствах. Как руководитель службы ОТК в МК-13 я сделал замечание рабочему-заключенному о неправильно проводимой им разметке крепёжных отверстий на металлоконструкции, и по этому поводу началась перепалка. И вдруг над своей головой я услышал: «В чём дело?» - рядом со мной стояли ноги в ботинках 46-го размера; поднимаю глаза и вижу мужчину ростом более двух метров: мощные руки, широкие плечи, несколько маленькая, наголо остриженная голова, глубоко посаженные «острые» глаза. На мой вопрос – «Вы кто?» - ответил, что бригадир, ну, и я соответственно представился. Объяснил ему суть нашей перепалки с бригадником, на что он среагировал: «Гражданин начальник, Вы идите, а я сам тут разберусь. Впоследствии таких перепалок с заключенными больше не возникало.

Другой случай: два заключенных предъявили опрессовку батареи, изготовленной для холодильника базы ОРСа. Но в чугунном колене выявился свищ, т.е. хотели сделать «туфту». По этому случаю я сделал замечание Ивану Андреевичу, и буквально через несколько минут те двое, изрядно потрёпанные, пришли просить прощения. Бригадир проводил чёткую, принципиальную позицию – дабы не испортить отношения с техническим вольнонаемным персоналом – работодателями, и обеспечить для бригады надёжные зачётные проценты!

Бригадир обязательно в течение рабочего дня проверял работу звеньев из заключенных, интересовался у мастеров-вольнонаемных, как исполняются их задания и указания, проверял работу «камбуза», где заключенный– бывший боцман готовил обед для бригадиров.

Как-то в приватной беседе Иван Андреевич рассказал о жизни своей. Первый срок – 12 лет – он получил в Саратове за ограбление сберкассы (может быть, это преувеличение), а в лагерь в наш город его этапировали с Севера. Там, по его словам, за непримиримое противостояние лагерным «блатным», которые обирали «работяг», он был ими приговорён к смерти. Но когда двое исполнителей пришли с топорами «по его душу», он в схватке одного зарубил, а второго ранил. Получил дополнительный срок. Несмотря на его прошлое, он по-своему заслуживал уважения за нетерпимость к несправедливости, за принципиальное, деловое отстаивание интересов бригады и заботу о бригадниках.

Когда с уменьшением объемов работы с механической базы монтажной конторы-13 были сняты заключенные, Иван Андреевич водил бригаду из лагеря на Карьере, и там (по-видимому, за его прямолинейный характер) его чуть также не лишили жизни, но он спасся, запрыгнув в предзонник. Это был способ спасения: заключенный в предзоннике ложился на землю, а в лежащих охранники стрелять не имели права. О дальнейшей судьбе Ивана Андреевича мне не известно.

Написано собственноручно – март 2004 г.

С выходом директивных документов партии и правительства по корректировке исправительно-трудовой политики, основной сутью которых было введение системы зачетов рабочих дней и оплаты труда заключённых в денежной форме, как меры стимулирования, в исправительно-трудовых лагерях и колониях появилась проблема: как обеспечить работой всех желающих получать зарплату за свой труд. В ГУЛАГ МВД СССР стали поступать жалобы и заявления от заключённых с просьбой обеспечить их работой по специальности.

С целью исключения поступления подобных жалоб, ГУЛАГ направил 5 ноября 1951г. на имя начальников ИТЛ распоряжение о рассмотрении поступающих жалоб на месте и принятии решения об удовлетворении ходатайств заключенных в зависимости от наличия приобретенной специальности, а также исключении направления таких жалоб, минуя администрацию лагеря[xlii].

Однако на одном энтузиазме и временном порыве, вызванном введением заработной платы, рост производительности труда долго не продержался. 22 октября 1951 г. вышел приказ Министра внутренних, в котором были проанализированы результаты работы ИТЛ и колоний МВД СССР по выполнению постановления Совета Министров от 13 марта 1950 г.. В приказе отмечались серьезные недостатки в работе штабов трудового соревнования и аппаратов культурно-воспитательных отделов. Особое внимание обращалось на невыполнение норм выработки и отказов от работы, которые составляли высокий процент. Министр потребовал, кроме мероприятий по повышению эффективности трудового использования заключенных, активизировать работу по внедрению в производство и строительство передовых методов труда, по поощрению изобретателей и рационализаторов, а также одобрил практику передачи механизмов и оборудования под личную сохранность заключенных. Приказом были введены «Указания по руководству трудовым соревнованием среди заключенных в ИТЛ и колониях МВД»[xliii].

К 1952 г., несмотря на проводимую работу, в ИТЛ строительства № 514 производительность труда заключенных снизилась и считалась неудовлетворительной. За год она составила 95,9%, а 40,5 % заключенных не выполняли производственных норм.

Таблица 20

* Выполнение норм выработки заключёнными Красногорского ИТЛ (1952 г.)

Показатели

1 квартал

2 квартал

3 квартал

4 квартал

За год

Средняя производительность в %

99,8

110,1

99,9

89,9

95,9

% выполнения норм выработки от количества сдельщиков

40,3

27,8

40,2

47,9

40,5

*Составлено по ЦДООСО. Ф. 5149. Оп. 1. Д. 87а. Л. 55.

Неудовлетворительное трудовое использование заключённых объяснялась их низкой квалификацией, большими простоями из-за отсутствия материалов и необеспеченности инструментом, т.е. недостаточно эффективной организацией производственного процесса, недостаточной механизацией трудоёмких и особенно земляных работ, серьёзными недостатками в организации культурно-воспитательной работы и слабым контролем лагерной администрации и отделов управления строительства лагерного сектора за работой спецконтингента. Низкая производительность труда сказалась на среднегодовом заработке заключённых.

Таблица 21

* Среднегодовой заработок заключённых в ИТЛ строительства № 154 в 1952 г.

Средняя численность работающего контингента, состоявшего в течение года на зарплате.

10781 человек

Средняя начисленная заработная плата на одного работающего с учетом пониженного коэффициента

275 руб.17 коп.

Получающие 10% зарплаты

Из них: - не выполнившие нормы выработки

- лишены гарантированных 10% зарплаты

2085 чел.

638

2854

Получающие до 75 рублей

2124

Получающие от 75 рублей до 100 рублей

934

Получающие от 100 рублей до 150 рублей

1194

Получающие от 150 рублей до 200 рублей

2925

Получающие от 200 рублей до 300 рублей

860

Получающие от 300 рублей до 500 рублей

282

Получающие от 500 рублей до 750 рублей

52

Получающие от 750 рублей до 1000 рублей

1

Получающие свыше 1000 рублей

1

* Составлено по ЦДООСО. Ф.№-5149. Оп.1. Д. 88а. Л.56.

В целом введение материальной заинтересованности для заключенных в результатах своего труда сыграло определенную положительную роль, но не вывело на требуемый уровень выполнение планов и норм выработки и породило дополнительные негативные явления в лагерях: игра в карты на деньги, карточные долги, воровство и вымогательство денег у физически слабых заключенных, и на этом фоне драки, пьянство, наркомания.

Кроме того, появление денег способствовало активизации торговли запрещенными продуктами и предметами (наркотики, спиртные напитки, чай и т.п.) спекулянтами, живущими в ближайших населенных пунктах. В связи с этим с ноября 1956 г. МВД СССР принял решение о прекращении наличного денежного обращения в ИТЛ и колониях и перевел все расчеты с заключенными на безналичную форму.

С июня 1953 г., после выхода исправительно-трудовых лагерей из структуры строек, между управлениями строительств, выступавших в роли заказчиков, и управлениями ИТЛ, являвшимися исполнителями, ежегодно заключался хозяйственный договор, с приложением смет и перечней работ, их подробным описанием и количеством задействованных на них заключенных[xliv]. Начальники управлений ИТЛ и начальники стройуправлений действовали на основании доверенностей, выданных им ГУЛАГом и Главпромстроем МВД СССР. Контроль и ответственность за выполнение условий договоров, за рациональное трудовое использование заключенных осуществляли контрагентские отделы ИТЛ и планово-производственные части лагерных отделений.

Стройуправления по договорам брали на себя обязательство обеспечить использование заключенных изолированно от вольнонаемных и солдат, за исключением пусковых объектов, обеспечить их инструментом, механизмами, транспортом и материалами, которые выдавались перед началом работ под материальную ответственность бригадирам и сдавались после окончания работ. Сроки завоза рабочей силы определялись в зависимости от готовности объектов к производству работ, созданию необходимых условий по охране и режиму. ИТЛ имел право отказаться от завоза рабочей силы, если объект не отвечает режимным требованиям. После подписания акта-приемки со стороны ИТЛ, ГУЛАГом формировалось отдельное лагерное отделение или пункт со всей инфраструктурой и административно-хозяйственным персоналом.

Выполнение работ производилось исключительно по наряд-заданиям, выдаваемых администрацией стройуправления, в которых указывалось время начала и окончания работ, их объем, нормы выработки, расценки за единицу работы и их общая стоимость. После закрытия наряд-задания, которое производилось один раз в месяц, по его окончании, заключенным, выполнявшим работы, начислялась заработная плата. Наряд-задание подписывал прораб строительства и представитель ИТЛ, который после подписания, являлся безусловно бесспорным документом для производства расчетов.

Нормы выработки для заключенных устанавливались из расчета восьмичасового рабочего дня. При работе сверхустановленного времени рабочего дня оплата производилась как за сверхурочную работу. Работа в выходные и праздничные дни оплачивалась на одинаковых условиях как вольнонаемным.

Сдельно-прогрессивная и премиальная, а также повременная оплата система оплаты труда заключенных по условиям договора не должна была отличаться от аналогичной системы оплаты труда вольнонаемных рабочих строительства со всеми увеличивающими льготными коэффициентами, нормами и расценками. Работа, выполняемая инженерно-техническими работниками из числа заключенных, также оплачивалась по ставкам и должностным окладам вольнонаемного состава. Оплата труда по всем видам простоя производилась в соответствии с действующим трудовым законодательством.

Производство расчетов за выполненные работы управлением строительством осуществлялось два раза в месяц на основании выставленных ИТЛ счетов. За первую половину месяца перечислялся аванс в размере 50% от предполагаемого объема плановых работ. Окончательный расчет за месяц производился не позднее пятого числа следующего месяца. Основанием для окончательного расчета служил контрольный обмер выполненного объема работ по наряд-заданию. Форма расчета – акцепт. В случае недостатка средств на счетах заказчика для расчета с ИТЛ, он обязывался обратиться в банк за получением расчетного кредита. Просрочка в оплате счетов влекла за собой уплату пени в размере 0,05% от суммы неоплаченного счета. При систематической просрочке расчетов ИТЛ имел право с разрешения ГУЛАГа снять рабочую силу и перебросить ее на другой объект, отнеся расходы по ее переброске на управление строительства.

Администрация ИТЛ имела право снять предоставленную рабочую силу полностью или частично в случаях:

- соответствующих указаний ГУЛАГа;

- освобождения заключенных от наказания в силу актов амнистии;

- стихийных бедствий;

- режимных соображений;

- невыполнения заказчиком предусмотренных договором требований по обеспечению надлежащими бытовыми условиями заключенным.

Подготовка и оформление хозяйственных договоров производилась очень тщательно. Далеко не по всем пунктам договора удавалось находить консенсус. К договору прилагался подробный протокол разногласий. В частности к договору на 1953 г. между управлением строительства № 514 и управлением Красногорского ИТЛ протокол разногласий составлен на 5 страницах, практически по каждому параграфу договора и по приложениям к нему. Экземпляры договоров с протоколами разногласий были высланы каждой стороной договора по подчиненности - начальнику ГУЛАГа и в Главпромстрой МВД СССР для принятия совместного решения по возникшим разногласиям.

Наличие такого количества разногласий говорило о напряженности в отношениях двух руководителей. Можно лишь предполагать, что смена начальника управления ИТЛ, была каким то образом связана с такими отношениями. Скорее всего, вышестоящие организации для предотвращения эскалации конфликта сменили начальника Красногорского ИТЛ. Такое предположение основано на том факте, что договор, заключенный в июне 1953 г., в связи со сменой начальника управления Красногорского ИТЛ, в сентябре 1953 г. был перезаключен на тех же условиях по количеству выделяемой рабочей силы и сумме договора в 25 миллионов рублей. Однако по большинству условий, на которых настаивало управление строительством в протоколе разногласий, была принята редакция заказчика. Несмотря на то, что на 01.01.1953 г. в Красногорском ИТЛ отбывали наказание 13705 заключенных, в договоре ИТЛ зафиксировало цифру 6300 человек, которых ИТЛ обязался выделить на объекты управления строительства. В связи с актами амнистии и возникших разногласий, при согласовании содержания договора, последний был заключен только к началу лета.

Заключенные лагерных подразделений Красногорского ИТЛ были задействованы на следующих видах работ:

1 лаготделение. Из 2008 человек на работу в сооружениях войсковой части 32136(40274) выводилось 1780 человек. Из них отделочные работы в сооружениях войсковой части 32136 выполняли 1300 человек, 360 заключенных были задействованы на поверхностных работах, 80% из которых производилось вручную. 120 человек работали на бетонном заводе. 320 человек были не обеспечены работой.

2 лаготделение. Из 2218 человек на отделочные работы в третьем стройрайоне использовалось 927 человек, хотя по плану требовалось на 177 человек меньше. 520 человек были задействованы на заводе железобетонных изделий, на шлакоблочном заводе и растворном узле. 300 заключенных привлекались к работам по реконструкции промышленных предприятий 1 стройрайона. Небольшими партиями заключенные работали на подсобно-вспомогательных работах, в монтажно-строительном управлении по укладке водопровода, канализации и теплофикации города.

3 лагпункт строгого режима с наполняемостью 362 человека, обслуживал 1 стройрайон и вел работы по строительству жилого поселка в районе известкового завода, работы по расширению помольной установки и камнедробильного завода.

5 лаготделение. Наполняемость 1068 человек, обслуживал 6 стройрайон по стеновому строительству жилищно-социально-бытового назначения с выводом на работу до 500 человек, деревообрабатывающий завод № 2, на котором использовалось 300 человек. Остальные заключенные работали на отделке столовой, дворца пионеров и жилых домов, работах по укладке водопровода, канализации и теплофикации объектов.

Несмотря на фиксированные показатели и план по трудовому использованию заключенных, оговоренные в договоре между ИТЛ и строительством № 514, до 700 человек числились как излишки рабочей силы. Причинами этому были: несвоевременность представления заказа на производство работ со стороны заказчика; несвоевременное обеспечение строительными материалами и инструментом; недостаточный контроль со стороны технического персонала строительства и техинспекции за производством работ, что приводило к позднему выявлению брака и повторному выполнению работ по устранению замечаний; отсутствие делового контакта между руководителями лагподразделений и строительных районов по производственным вопросам.

Таблица 22

Выполнение плана по трудовому использованию заключенных Красногорского ИТЛ к валовому доходу за 6 месяцев 1956 г.

План на 1 полугодие

Фактическое выполнение плана

В %%

В %%

Группа А

4075

83,3

4868

83,8

Группа Б

442

8,9

478

8,2

Группа В

228

4,6

258

4,5

Группа Г

121

2,5

171

2,9

Инвалиды

84

1,7

32

0,6

Валовый доход

12663,3

100

15709,8

124,1

Количество не выполняющих норм выработки

504

11,1

Количество сдельщиков

4522

Составлено по: НТМАСПД, Фонд Кравсногорского ИТЛ, Оп.113, порядковый № 4, Д.16. Т.1., Л.42.

Правильное трудовое использование заключенных, привлечение их к общественно-полезному труду, производственное обучение, особенно тех, кто не имел рабочих специальностей, являлось основной целью исправительно-трудовой политики государства. По своему возрасту, заключенные были в большинстве своем люди молодые, которые до лишения свободы по каким-либо причинам не смогли получить рабочую специальность. Поэтому, по требованиям руководящих документов в лагерных отделениях организовывалось производственное обучение, для чего создавались технические кабинеты, в которых находилась техническая литература, макеты и экспонаты, плакаты. Так, в Кузнецком ИТЛ в 1955 г. заключенных в возрасте до 23 лет было около трех тысяч человек, из них производственным обучением было охвачено 3506 заключенных, что составляло более 30% от их общего числа. Обучение производилось в основном бригадным способом без отрыва от производства. Из числа обученных специальностям подготовлено: штукатуров – 384 человека; плотников и столяров – 274 человека; бетонщиков – 116 человек; шоферов – 41 человек; горняков-проходчиков – 210 человек[xlv]. Кроме первоначального обучения проходила техническая подготовка на повышение разрядов по специальностям, действовали кружки по освоению техминимума, школы по изучению передовых методов труда, курсы целевого назначения и освоения смежных специальностей. За 1957-1958 гг. различным профессиям было обучено уже 5930 человек.

Для обеспечения подготовки и повышения квалификации специалистов массовых профессий во всех лагерных подразделениях ИТЛ были оборудованы кабинеты техники, подобран из числа заключенных инструкторско-преподавательский состав по теоретическому и практическому обучению. Несмотря на принимаемые меры в ИТЛ имелось достаточно большое количество заключенных, которые за весь период пребывания в заключении не смогли получить специальностей, что расценивалось как серьезная недоработка лагерной администрации. В Кузнецком ИТЛ в 1955 г. таких заключенных было около 600 человек, что составляло 8 % от общей численности.

Кроме выполнения производственных работ на объектах строительства заключенные были задействованы и на вспомогательных работах по обеспечению хозяйственного обеспечения инфраструктуры лагерных отделений. Как правило, на этих работах использовались заключенные с ослабленным физическим здоровьем и инвалиды.

Таблица 23

Структурный состав хозяйственной обслуги 2 лагерного отделения Красногорского ИТЛ в 1958 г.:

Подразделение

Всего задействовано заключенных

Из них:

Трудоспособных

Способных к легкому физ. труду

Инвалиды

Медсанчасть

6

-

4

2

Самоохрана

2

-

1

1

Бухгалтерия

2

-

1

1

Сапожная мастерская

14

8 - (зав.мастерской, портной, 6 сапожников)

5

1

Конный парк

4

1 - Ассенизатор на перекачке

3

-

ЧИС

4

2 - Зав. камерой хранения и сторож продсклада

2

-

Банно-прачечный блок

7

2 – банщик и прачка

5

-

КЭЧ

6

2 – дневальный штаба и осенизатор

3

1

Нарядная ППЧ

4

-

3

1

Политчасть

5

4 – художник, учитель, худ.рук., библиотекарь

1

-

Гарантийный пищеблок

18

12 - повара, посудомой, уборщик, кочегар, раздатчик

5

1

Платный пищеблок

11

3 повар, свинарь, грузчик

8

-

Дневальные и завхозы отрядов

22

10 – завхозы – 4, дневальные - 6

12

-

Всего

105

44

53

8

* Составлено по: НТМАСПД, Фонд Красногорского ИТЛ, Оп. 395, порядковый № 11, Д. 3. Т. 1 Л.Л. 251-254.

Однако такой подход к формированию хозяйственной обслуги был не во всех ИТЛ. Так, в ИТЛ № 100 в хозяйственной обслуге находились заключенные первой категории трудового использования. Только в 1 лаготделении в 1952 г. таких заключенных было 39 человек. В Кузнецком ИТЛ в связи с проведенной в 1953 г. амнистией и большой сменой контингента на хозяйственные должности были поставлены заключенные с большими сроками лишения свободы и находившиеся в первой категории трудового использования. По лагерным отделениям количество таких заключенных в хозяйственной обслуге составляло: в 1 лаготделении – 40%, во 2 лаготделении – 15%, в 4 лаготделении – 35%, в 5 лаготделении – 25%, в 6 лаготделении – 70% и в 7 лаготделении – 50%[xlvi]. Такое нерациональное использование контингента, который должен привлекаться к работам без ограничений, сказывалось и на производственных показателях всего лагеря.

После отделения ИТЛ от управлений строительств автотранспортом они обеспечивались путем передачи техники на баланс или в аренду. Например, в Красногорском ИТЛ числилось 15 автомашин, из них: ЗИС 151 – 1 шт., ЗИС – 50 – 2 шт., ЗИС – 5 – 3 шт., ГАЗ – 51 – 7 шт., ГАЗ – 93(самосвал) – 1 шт., ГАЗ – 653 (санитарная) – 1 шт., ГАЗ – АА – 1 шт., ГАЗ – 67 – 3 шт., М – 20 – 1 шт.

Таблица 24

Закрепление автотранспорта по лаготделениям:

1 лаготделение

2 лаготделение

3 лаготделение

5 лаготделение

ОИС

ВСО

САНО

УПР

П/ОТДЕЛ

ГАЗ – 51 – 2 ШТ.

ГАЗ – 51

ЗИС - 5

ГАЗ – 51

ЗИС – 5

ГАЗ – 51

ЗИС - 50

ГАЗ – 51

ГАЗ – 51

ГАЗ – 67

ГАЗ – 653

ГАЗ – 67

М - 20

ГАЗ – 67

ГАЗ – АА

Составлено по: НТМАСПД, Фонд Красногорского ИТИЛ, ОП. 113, порядковый № 4, Д. 16. Т. 1 Л. 28.

Данным автотранспортом перевозились продукты питания, обмундирование, стройматериалы, дрова, уголь и другие грузы. Кроме того, в перевозке грузов активно использовали гужевой транспорт. На 01.07.1956 г. в ИТЛ имелось 48 лошадей, из них: рабочих – 35 шт., жеребят 13 шт. Конепоголовье было распределено: в 1 лаготделении – 21 шт., во 2 лаготделении – 16 шт., в 3 лаготделении – 4 шт., в 5 лаготделении – 3 шт., в ВСО – 4 шт.

Поскольку заключённым доверялись материальные ценности, то на них возлагалась и материальная ответственность за эти ценности. Компенсация за нанесённый ущерб, причиненный лагерю действиями виновного, производилась путём удержания из его заработка, либо привлечение к уголовной ответственности за хищения и растраты социалистической собственности в размерах, подпадающих под критерий преступления. В 1952 г. только по ИТЛ № 100 было зафиксировано растрат и хищений на общую сумму 400 тысяч рублей. К уголовной ответственности было привлечено 30 человек из числа вольнонаемных и 24 человека из числа заключенных[xlvii]. Удержания по растратам в небольших размерах производились по приговору суда, либо в административном порядке на основании приказа начальника ИТЛ. Кроме того, из зарплаты заключенных удерживались алименты по исполнительным листам.

Удержания из заработка в административном порядке производилось в следующих размерах:

- за порчу, утрату или уничтожение в результате небрежности орудий производства, машины, приспособления; повреждение рабочего, продуктивного и иного скота; недостачу ценностей переданных под ответственность заключенному для хранения или других целей – в размере причиненного ущерба, но не свыше 1/3 среднемесячного заработка заключённого;

- за порчу по небрежности продуктов питания, материалов, полуфабрикатов и изделий – в размере причиненного ущерба, но не свыше 1/3 среднемесячного заработка заключённого;

- за причинение ущерба в результате действий, содержащих признаки преступления, когда причиненный ущерб не связан с трудовым использованием заключенных, за утрату или порчу имущества, выданного в пользование заключенным – в размере причиненного ущерба.

Привлечение к материальной ответственности заключенных производилось и за порчу рабочего инвентаря, и нерациональное использование вверенных строительных материалов. Только в Кузнецком ИТЛ в 1958 г. заключенными было испорчено 30 тысяч лопат, допускался расход сверх норм на 12% стекла, на 7% олифы, 11% краски. Этого материала хватило бы на отделку 200 квартир.

В 1959 г. зачёты рабочих дней для досрочного освобождения из мест заключения были отменены. Это было вызвано тем, что по отчётам после введения этой формы стимулирования труда резко увеличивалась производительность труда заключённых. При проверке фактических результатов работы выяснялось, что наиболее агрессивные заключенные путём угроз принуждали мастеров производить фиктивные приписки. Были случаи, когда по отчётам объект строительства должен был уже быть сдан в эксплуатацию, а фактически он оказывался недостроенным. После выявления таких многочисленных фактов зачётные дни было решено засчитывать по итогам сдачи объекта, или завершения работ.

Отмена такого мощного стимула для заключенного, как зачеты, незамедлительно сказалась на производительности их труда. Несмотря на то, что заработная плата за выполненные работы оставалась еще хоть каким-то стимулом для выполнения плановых заданий, производительность труда в ИТЛ резко снизилась, т.к. заключенным, особенно в лагере строгого режима терять уже было нечего, а стремиться не к чему. Принцип: «Пень колотить – день проводить» вновь стал актуальным для большинства заключенных ИТЛ.

*Охрана труда и соблюдение техники безопасности.

Труд заключенных был организован в соответствии с требованиями «Положения об ИТЛ и колониях МВД СССР». Управление строительством обеспечивало соблюдение мер безопасности на объектах в соответствии с постановлениями и правилами, установленные для производимых работ. При нарушении установленных правил техники безопасности администрация ИТЛ могла снять рабочую силу с объекта, с отнесением убытков, вызванных простоем рабочих, на заказчика. В случае получения увечья рабочим по вине заказчика, последний нес всю ответственность, в том числе и материальную за причиненный ущерб здоровью. Одновременно администрация лагеря была обязана проводить инструктажи заключенных по соблюдению ими мер техники безопасности.

Каждый заключенный был обеспечен спецодеждой и спецобувью на равных условиях с вольнонаемными работниками. Однако, зачастую, спецодежда быстро приходила в негодность, не подвергалась своевременно ремонту, стирке, сушке, приходила в ветхое состояние что, нередко, было причиной травматизма.

С заключенными, допущенными к работе с механизмами, проводились инструктажи и занятия по соблюдению техники безопасности, как в лагере, так и на объектах. Но, несмотря на это, несчастные случаи на производстве были довольно частыми, в том числе и со смертельным исходом. Так, только в 1951 г. в Красногорском ИТЛ из 54 умерших заключенных 9(16%) умерло в результате несчастных случаев на производстве[xlviii]. Всего за 1951 г. было зарегистрировано 801 случай производственных травм с количеством трудопотерь 6488 человеко-дней. С тяжелыми травмами госпитализировано 186 человек, которыми проведено 3986 койко-дней, т.е. каждый человек провел в стационаре в среднем по 22 дня.

Из зарегистрированных случаев производственного травматизма в 1951 г. большинство относились к категории легких, с трудопотерями 3-8 дней. К ним относились ушибы пальцев, мелкие травмы кистей, стоп, головы. Из наиболее тяжелых травм зарегистрированы травмы – ампутация пальцев, переломы костей верхних и нижних конечностей.

Основными причинами производственного травматизма являлись: использование неисправного или ненадлежащего качества ручного инструмента; отсутствие соответствующих ограждений на движущихся частях машин, деревообрабатывающих и металлорежущих станков в ДОКах и мастерских; недостаточная прочность, устойчивость лесов и подмостей, отсутствие на них ограждений, в результате чего имели место падения с лесов людей, инструмента и строительных материалов; недостаточная освещенность рабочих мест, загроможденность проходов, в результате чего почти ежедневно имелись случаи травматизма.

Неблагоприятно на здоровье заключенных сказывалось, например: продолжительное шумовое воздействие некоторых работ - на нервную систему и органы слуха; неудовлетворительное искусственное освещение - на повышенное утомление зрения, развитие близорукости, а иногда даже к слепоте; запыленность, особенно в сооружениях второго стройрайона от бурения породы и загазованность после взрывных работ – на органы дыхания и пищеварения, слизистые оболочки глаз.

Ввиду большого объема горнопроходческих работ и негативного влияния вредных факторов на здоровье людей при их производстве, большое внимание уделялось установке вентиляционных откачивающих воздух установок, внедрению способов увлажнения породы при бурении (мокрое бурение) и другие методы обеспечения более благоприятных условий производства работ. Однако, несмотря на принимаемые меры, среди шахтеров распространенным профессиональным заболеванием был силикоз. Эта болезнь развивалась в результате длительного вдыхания пыли, содержащей свободную кристаллическую двуокись кремния (кремнезема, кварца). В результате заболевания силикозом в завершающей форме, больной рано или поздно становился или инвалидом, или умирал.

Это профессиональное заболевание было настолько распространено в горнорудной промышленности страны, что Совет Министров СССР принял постановление «О мероприятиях по предупреждению заболеваний силикозом среди рабочих горнорудной промышленности, занятых на подземных работах». В целях профилактики заболеваний силикозом предусматривались предварительные и периодические медицинские осмотры. Бурильщиков, крепильщиков, проходчиков и уборщиков породы медицинские работники осматривали каждые три месяца.

Каждый случай производственного травматизма, и нарушения техники безопасности был тщательно расследован специально назначаемой комиссией, составлялись акты (Приложение 8), выяснялись причины, проводился анализ, планировались мероприятия по устранению недостатков в организации работ, виновные привлекались к ответственности.

Спецдонесения о травматизме по каждому лагерному отделению ежемесячно направлялись начальниками медсанчастей на имя начальника медсанотдела управления ИТЛ строительства № 514, который в свою очередь отправлял отчеты в отдел техники безопасности управления строительства. К спецдонесеням прилагалась вся отчетность по трудопотерям, отчеты о проведении лечебных мероприятий, документы на умерших и другая статистическая информация.

В качестве иллюстрации в муниципальном архиве социально-правовых документов города Нижнего Тагила было исследовано несколько дел со спецдонесениями о производственных травмах, обморожениях и членовредительстве за 1952 г., по которым можно было представить общую картину учета травматизма, оказания медицинской помощи и результатов лечения. В подавляющем большинстве случаев после лечения травмированные излечивались и возвращались к труду. После получения более тяжелых увечий и травм заключенным либо снижалась категория привлечения к труду, либо устанавливалась степень инвалидности.

Таблица 25

Сведения о производственных травмах в ИТЛ строительства № 514 за первое полугодие 1952г.

Месяц

Амбулаторная помощь

Умерло

Больничная помощь

Всего трудопотерь в человеко-днях

Всего посещений

В том числе первичных

Освобождено от работы в днях

поступило

выписано

Умерло

Койко-дней

Январь

263

44

169

-

17

8

1

394

563

Февраль

545

91

354

1

20

16

-

439

793

Март

605

90

398

-

19

14

-

604

1002

Апрель

522

86

365

-

23

27

-

704

1069

Май

354

44

254

-

19

20

1

595

849

Июнь

241

36

165

-

14

13

1

489

654

Всего

2530

391

1705

1

112

98

3

3225

4930

Составлено по: НТМАСПД, Фонд Красногорского ИТЛ, Оп. 395, порядковый № 4, Д. 8. Т. 1 Л.Л. 29 –34, 45, 46.

В соответствии с договором между управлениями строительств и администрациями ИТЛ, прорабы обязывались проводить инструктажи заключенных по технике безопасности. При наличии производственного травматизма, составлялся цеховой акт о несчастном случае, связанном с производством по форме Н-4 начальником стройучастка, старшим прорабом ил[xlix]и начальником цеха в трех экземплярах. Первый экземпляр отправлялся главному инженеру подразделения, второй экземпляр администрации лагерного отделения, третий экземпляр инженеру по технике безопасности подразделения. Главный инженер подразделения направлял акты в отдел техники безопасности управления строительства вместе с месячным отчетом. В тех случаях, когда травма относилась к числу тяжелых телесных повреждений, либо со смертельным исходом, дополнительно к цеховому акту создавалась комиссия для служебного расследования, которая составляла свой акт, с указанием виновных лиц. Один экземпляр акта направлялся прокурору для привлечения виновных лиц к ответственности.

Нередко заключенные сами были инициаторами нанесения себе травм с целью уклонения от работы и попадания в лазарет либо больницу, где можно было бы отдохнуть и получить улучшенное питание (Приложение 9).

Обо всех нарушениях техники безопасности и о несчастных случаях, связанных с производством составлялись полугодовые и годовые отчеты, которые направлялись в ГУЛАГ МВД СССР.

По данным учета травматизма в других ИТЛ Главпромстроя на Урале общая картина была примерно одинаковой. Например, в Кузнецком ИТЛ с 1.07.1954 г. по 1.07.1955 г. было зафиксировано 1001 случай получения производственных травм, в результате которых 4 человека умерло и потри на лечение больных составили 5780 человеко-дней[l].

Таблица 26

Данные о производственных травмах в Кузнецком ИТЛ за 1956-1957 гг.

1956 г.

1957 г.

Общее количество

Потери в чел/дней

Количество смертельных случаев

Общее количество

Потери в чел/дней

Количество смертельных случаев

п/я 404

131

2009

3

187

2348

2

п/я 202

103

1044

2

54

823

2

п/я 101

74

957

-

88

812

1

Итого

308

4010

5

329

3983

5

Составлено по: ОГАЧО. Ф. 1354. Оп. 3. Д. 144. Л.70.

Таблица 27

Сведения о производственных травмах в Красногорском ИТЛ за 1956, 1957,1959 гг.

Год

Всего случаев

Травм

Трудопотери по травмам амбулаторно в ч/днях

Трудопотери по травмам в больницах в койко/днях

Травмы со смертельным исходом

1956

140

820

2225

Нет

1957

90

285

1364

4

1959

137

1259

1

Составлено по: НТМАСПД, Фонд Красногорского ИТЛ, ОП. 395, порядковый № 11, Д. 3. Т. 1 Л. 41., ОП. 400, порядковый № 12, Д.8. т. 1,2,3.

Несмотря на достаточно большие усилия со стороны руководителейИТЛ и строительных управлений по обеспечению мер техники безопасности на производственных объектах, уровень травматизма был высок и являлся одной из самых распространенных причин наступления смерти заключенных. От получения производственных травм в Кузнецком ИТЛ с 1954 по 1957 гг. умерло 14 человек заключенных, в Красногорском ИТЛ с 1951 по 1959 гг. 29 человек заключенных(Приложение10).

[i] ОГАЧО. Ф. 1595. Оп. 1. Д. 322. Л. 16.

[ii] ЦДООСО. Ф.657 Оп. 1. Д. 138. Л. 9 об.

[iii] ЦДООСО. Ф.657 Оп. 1. Д. 161. Л. 48.

[iv] ОГАЧО. Ф. 1595. Оп. 1. Д.214. Л. 67.

[v] ЦДООСО. Ф.657 Оп. 1. Д. 161. Л. 1.

[vi] ЦДООСО. Ф.657 Оп. 1. Д. 111. Л. 41.

[vii] ЦДООСО. Ф.657 Оп. 1. Д. 111. Л. 111.

[viii] ЦДООСО. Ф.657 Оп. 1. Д. 132. Л. 73.

[ix] ЦДООСО. Ф.657 Оп. 1. Д. 48. Л.Л. 91-99.

[x] ЦДООСО. Ф.657 Оп. 1. Д. 161. Л. 85.

[xi] ОГАЧО. Ф. 1354. Оп. 1. Д. 75. Л. 24.

[xii] ОГАЧО. Ф. 1354. Оп. 1. Д. 30. Л. 22.

[xiii] ОГАЧО. Ф. 1354. Оп. 3. Д. 183. Л.42.

[xiv] ОГАЧО. Ф.1595. Оп. 1. Д. 10. Л.Л.13-14.

[xv] ОГАЧО. Ф.1595. Оп. 1. Д. 9. Л.Л.33-38.

[xvi] НТМАСПД, Фонд Кравсногорского ИТЛ, ОП.41, Д. 38.

[xvii] Лесной: история закрытого города, под. ред. Шипулиной Т.В., Екатеринбург, 1997. С.138.

[xviii] НТМАСПД, Фонд Красногорского ИТЛ, Оп. 113, порядковый № 4, Д. 16. Т. 1 Л. 102.

[xix] НТМАСПД, Фонд Красногорского ИТЛ, Оп. 395, порядковый № 11, Д. 3. Т.1. Л.Л. 224-226

[xx] НТМАСПД, Фонд Красногорского ИТЛ, Оп. 113, порядковый № 4, Д. 16. Т. 1 Л.Л. 92-98.

[xxi] ЦДООСО. Ф.№-3871. Оп.1. Д.32. Л.57.

[xxii] ЦДООСО. Ф.№-3871. Оп.1. Д.44. Л.56.

[xxiii] Новоселов В.Н. Создание атомной промышленности на Урале, Челябинск, 1999. С. 93

[xxiv] ЦДООСО. Ф.№-5149. Оп.1. Д.47. Л.68.

[xxv] ЦДООСО. Ф.№-5149. Оп.1. Д. 65. Л.66.

[xxvi] Новоселов В.Н. Создание атомной промышленности на Урале, Челябинск, 1999. С. 96.

[xxvii] ЦДООСО. Ф.№-3871. Оп.1. Д. 65. Л. 60.

[xxviii]Новоселов В.Н. Создание атомной промышленности на Урале, Челябинск, 1999. С. 253.

[xxix] Новоселов В.Н. Создание атомной промышленности на Урале, Челябинск, 1999. С. 94.

[xxx] ЦДООСО. Ф.657 Оп. 1. Д. 68. Л. 66.

[xxxi] ЦДООСО. Ф.657 Оп. 1. Д. 81. Л. 37.

[xxxii] Новоселов В.Н. Создание атомной промышленности на Урале, Челябинск, 1999. С. 95.

[xxxiii] ОГАЧО. Ф.№-1138. Оп.1. Д. 25. Л.168.

[xxxiv] Кучин С.П. Полянский ИТЛ (ГУЛАГ уголовный), Железногорск, 1999. С.77-79.

[xxxv] ЦДООСО. Ф.657 Оп. 1. Д. 81. Л. 36 об..

[xxxvi] НТМАСПД, Фонд Красногорского ИТЛ, Оп. 113, порядковый № 4, Д. 16. Т. 1 Л. 17.

[xxxvii] ЦДООСО. Ф.№-5149. Оп.1. Д. 65. Л.68.

[xxxviii] ЦДООСО. Ф.№-5149. Оп.1. Д. 65. Л.68.

[xxxix] ЦДООСО. Ф.657 Оп. 1. Д. 81. Л. 36 об.

[xl] НТМАСПД, Фонд Кравсногорского ИТЛ, Оп.113, порядковый № 4, Д.16. Т.1. Л. Л.5,6.

[xli] ОГАЧО. Ф. 1354. Оп. 3. Д. 183. Л. 18.

[xlii] ЦДООСО. Ф.№-5149. Оп.1. Д. 45. Л.Л. 81-82.

[xliii] ЦДООСО. Ф.№-5149. Оп.1. Д. 45. Л.Л. 86-87.

[xliv] НТМАСПД, Фонд Кравсногорского ИТЛ, Оп.113, порядковый № 30, Л. Л.1-37

[xlv] ОГАЧО. Ф. 1354. Оп. 1. Д. 30. Л. 6.

[xlvi] ОГАЧО. Ф. 1354. Оп. 1. Д. 11. Л. 39.

[xlvii] ЦДООСО. Ф. 657. Оп. 1. Д.168. Л. 10.

[xlviii] НТМАСПД, Фонд Красногорского ИТЛ, Оп. 395, Д. 8. Т. 2 Л. 183.

[xlix] ОГАЧО. Ф. 1354. Оп. 1. Д. 72. Л. 5.

[l] ОГАЧО. Ф. 1354. Оп. 1. Д. 30. Л. 24.