Авторский блог Валентин Катасонов 00:03 20 июня 2023

Валюта БРИКС - «проект» или «прожект»?

желаемое выдается за действительное

В русском языке есть похожие, на первый взгляд, слова: «проект» и «прожект». Если речь идет о действительно продуманном и обоснованном плане действий, то говорят «проект». А когда хотят подчеркнуть, что план представляет собой мечту или фантазию, то называют его «прожектом». А отсюда, кстати, и слово «прожектер» — любитель несбыточных проектов (прожектов).

Последние месяцы идет активная дискуссия по поводу возможного введения странами-членами группы БРИКС (Россия, Китай, Индия, Бразилия и ЮАР) единой валюты для проведения взаимных расчетов по торговле и другим транзакциям. Такая валюта необходима странам группы для того, чтобы избавиться от доллара, евро и других резервных валют, эмитируемых в странах Запада, которые становятся все более «токсичными» и опасными. Кстати, уже даже придумали название такой единой валюте БРИКС. Один вариант – «R5». Он основан на названиях валют стран БРИКС, каждое из которых начинается с буквы R: Real, Rouble, Rupee, Renminbi, Rand. Другой вариант – «кирпич», поскольку БРИКС созвучно с английским словом brick, что как раз и означает «кирпич».

В российских СМИ инициативу создания единой валюты БРИКС величают «проектом». Но, как мне кажется, здесь желаемое выдается за действительное. На данный момент, по моему мнению, это «прожект», который нас дезориентирует, уводит от поиска трезвых способов решения экономических проблем России.

Для того, чтобы можно начинать подготовку введения наднациональной групповой валюты, необходимы три важных условия. Во-первых, тесная торгово-экономическая интеграция стран, которые рассчитывают пользоваться такой валютой. Во-вторых, достаточная сбалансированность торговли между странами-членами интеграционной группы (по крайней мере, отсутствие значительных дисбалансов). В-третьих, достижение высокой степени консенсуса стран-членов интеграционной группы в том наднациональном институте, который будет осуществлять эмиссию новой международной валюты.

Я об этих условиях говорю, исходя не из каких-то умозрительных конструкций, а опираясь на опыт шестидесятилетней давности по подготовке и введению в странах социалистического лагеря переводного рубля. Такой переводной рубль родился в 1964 году. Он был наднациональной денежной единицей, введенной странами-членами СЭВ для взаимных расчетов (при сохранении в каждой стране своих национальных денежных единиц). Совет экономической взаимопомощи (СЭВ) был создан в 1949 году. О возможности и необходимости введения в рамках СЭВ такой общей валюты говорил в начале 1950-х годов И.В. Сталин. Вместе с тем потребовалось 15 лет для того, чтобы можно было перейти к использованию наднациональной валюты – переводного рубля.

Разберемся, насколько в рамках БРИКС выполняется сегодня первое из названных условий. Высокая степень торгово-экономической интеграции означает, что все пять стран-членов группы являются друг для друга основными партнерами. Давайте под этим углом зрения посмотрим на Китай.

По данным таможенной статистики Китая, основным партнером «поднебесной» в 2022 году были США с торговым товарооборотом, равным 847,3 млрд долл. В первой десятке торговых партнеров по итогам прошлого года в прошлом году из стран-членов БРИКС мы находим лишь Россию (товарооборот 190,3 млрд долл.) И то лишь на 10-м месте. Причем в предыдущие годы Россия даже не попадала в первую десятку.

За пределами первой десятки оказались: Бразилия (171,5 млрд долл.; 11-е место) и Индия (135,9 млрд долл.; 13-е место). ЮАР не вошла даже в топ-20.

В торговле с США, как можно догадаться, никакой другой валюты, кроме американского доллара не использовалось. Товарооборот Китая со странами ЕС в прошлом году составил 759,4 млрд долл. И кроме евро (а также некоторого количества долларов США) других валют там также не использовалось. Япония в списке торговых партнеров Китая находилась на третьем месте (после США и Южной Кореи) с товарооборотом, равным 357,4 долл. И в торговле со «страной восходящего солнца» преобладала иена – еще одна валюта, имеющая официальный статус «резервной». По данным министерства торговли Китая, доля юаня во внешней торговле страны составила по итогам прошлого года 18,5%.

Взглянем на Индию. Для нее в прошлом году главным торговым партнерам были США (товарооборот – 118,21 млрд долл.). Соседний Китай был лишь на втором месте (104,32 млрд долл.). Российская Федерация оказалась лишь на пятом месте (44,37 млрд долл.). И это, несмотря на то что в прошлом году российско-китайская торговля сильно выросла за счет многократного увеличения российского экспорта углеводородов в Индию. Бразилия заняла 20-е место (15,46 млрд долл.). А ЮАР даже не нашлось места в топ-30.

Бразилия. По этой стране мне не удалось найти исчерпывающей внешнеторговой статистики. Но картина по топ-3 торговых партнеров имеется. В 2022 году на первом месте находился Китай (товарооборот 156 млрд долл.); на втором – США (92 млрд долл.); на третьем – Аргентина (28,9 млрд долл.). В топ-10 также вошла Индия с товарооборотом около 16 млрд долл. (по моим оценкам, примерно 5-6-е место). Что касается России, то в топ-10 по экспорту из Бразилии она не вошла, а по импорту в Бразилию занимала 6-е место. ЮАР – вообще «за кадром».

Подходим к России. Проблема заключается в том, что после 24 февраля прошлого года Федеральная Таможенная Служба РФ, отвечающая за статистику внешней торговли, закрыла значительную часть информации. В том числе данные по географической структуре внешней торговли РФ. Посмотрим на статистику 2021 года. На первом месте стоит Китай с товарооборотом 140,7 млрд долл. (с долей 17,9% в общем товарообороте). Кстати, следующие места заняли Германия, Нидерланды, Беларусь и США. А следующего члена БРИКС мы обнаруживаем на 14-м месте. Это Индия с товарооборотом 13,56 млрд долл. (доля 1,7%). А Бразилия оказалась на 20-м месте с товарооборотом 7,48 млрд долл. (доля 1,0%). ЮАР, как всегда, где-то ниже.

Общей картины географии внешней торговли России нет. Но можно примерно сказать, какие сдвиги произошли (в том числе опираясь на данные таможенной статистики стран-партнеров РФ). В 2021 году доля тех стран, которые сегодня относятся к группе «недружественных», во внешнеторговом обороте России составляла 55%. По оценкам зарубежных и российских экспертов их доля по итогам 2022 году снизилась до 45%. А вот товарооборот России с Китаем значительно вырос за год, его доля в общем товарообороте РФ с остальным миром увеличилась с 17,9 до 22,4%. Еще более впечатляющим был рост товарооборота с Индией, и его доля в общем объеме внешней торговли РФ за год увеличился с 1,7% до 3,5%. Среди тех стран, которые нарастили товарообороты с Россией называют также Турцию, ОАЭ, Бразилию, Казахстан и некоторые другие.

По данным таможенной службы, предоставленным в ответ на запрос «Ведомостей», в 2022 г. товарооборот России с Китаем по сравнению с предыдущим годом вырос на 28%, с Турцией – на 84%, с Белоруссией – на 10%. При этом с Германией он сократился на 23%, с Нидерландами – на 0,1%. Основными торговыми партнерами России по итогам 2022 г. стали Китай, Турция и Нидерланды. В первую пятерку стран по объемам торговли также вошли Германия и Белоруссия. Индия, которая стала одним из основных потребителей российских энергоресурсов, в число главных партнеров не вошла.

Возвращаемся теперь к поднятому в начале статьи вопросу о единой валюте БРИКС. Из приведенных данных видно, что торгово-экономические связи внутри группы БРИКС пока еще очень слабые. Процесс интеграции происходит, но не очень быстро. Видно, что группу БРИКС пока еще нельзя назвать экономической интеграционной группировкой. Скорее, это неформальное объединение стран, имеющих общие геополитические цели, но сохраняющих немалую экономическую зависимость от Запада. И предложение по введению единой валюты БРИКС является явным забеганием вперед. Но и терпеть доллар и евро страны-члены БРИКС тоже устали. И они понимают, что Запад может использовать доллар и евро в качестве инструментов, тормозящих интеграцию.

Запад всячески вставляет палки в колеса странам-членам БРИКС, желающим сохранять и даже расширять торгово-экономические отношения с Россией. Такими «палками» оказываются угрозы введения вторичных санкций. Взять ту же ЮАР. Bloomberg только что сообщил: ЮАР может потерять около 32 млрд долл. из-за дружбы с Россией. По итогам 2022 года общий объем экспортной выручки ЮАР составил около 105 млрд долл. При этом более 30 % этой суммы пришлись на США и ЕС. В случае введения санкций с их стороны в отношении южноафриканской экономики та может не досчитаться почти 10% своего ВВП. Для сравнения, Россия не входит даже в топ-20 торговых партнеров ЮАР. По итогам 2022 года экспорт ЮАР в Россию составил, по данным Bloomberg всего 240 млн — 0,23% экспортных доходов южноафриканской экономики и около 0,07% ВВП страны. А, например, объем доходов от экспорта в США составил 9,3 млрд долл.

Что же делать странам БРИКС? – Думаю, что все-таки главным средством де-долларизации взаимных расчетов должен стать переход на расчеты с помощью национальных валют на двухсторонней основе. Такой способ расчетов, помимо всего, мало уязвим для западных санкций.

При обсуждении проекта единой валюты БРИКС его сторонники говорят, что расчёты с использованием такой валюты должны проводиться через многосторонний клиринг. Но это явное забегание вперед. Начинать надо с организации двусторонних клирингов. Напомню, что страны СЭВ до 1964 года (т.е. до введения переводного рубля) торговали между собой преимущественно на основе двусторонних клирингов. Лишь в 1963 году появился многосторонний, охватывающий все страны-члены, клиринговый центр. Он получил название «Международный банк экономического сотрудничества (МБЭС)».

Итак, странам-членам БРИКС на данном этапе нужны двусторонние клиринги. Кстати, в рамках СЭВ торговые партнеры старались, чтобы двусторонняя торговля была сбалансированной, чтобы можно было минимизировать платежи, необходимые для покрытия клиринговых сальдо. Поэтому торговля планировалась каждой страной, а затем между правительствами стран-партнеров заключались торговые соглашения, базирующиеся на этих планах. В качестве валюты клиринга (с помощью которой покрывалось сальдо) могли использоваться как национальные денежные единицы, так и иностранные валюты. В нынешних условиях альтернативой национальным валютам могли бы быть не «токсичные» валюты, а золото.

Источник

1.0x