Авторский блог Владимир Павленко 12:00 9 июля 2013

Спасение детей или ювенальный киднеппинг?

В завершающие дни июня состоялось интересное и, на наш взгляд, важное и показательное для всей российской общественности событие, связанное с молодой общественной организацией «РВС» - «Родительское Всероссийское Сопротивление». В Экспериментальном творческом центре (ЭТЦ) Сергея Кургиняна прошла большая и продолжительная пресс-конференция на тему «Органы опеки – спасители детей или узаконенный ювенальный киднепинг?».
0

В завершающие дни июня состоялось интересное и, на наш взгляд, важное и показательное для всей российской общественности событие, связанное с молодой общественной организацией «РВС» - «Родительское Всероссийское Сопротивление». В Экспериментальном творческом центре (ЭТЦ) Сергея Кургиняна прошла большая и продолжительная пресс-конференция на тему «Органы опеки – спасители детей или узаконенный ювенальный киднепинг?». Председатель «РВС» Мария Мамиконян и эксперты - судья в почетной отставке с многолетним стажем работы Людмила Виноградова и детский психолог Жанна Тачмамедова - представили общественности убийственные факты беззаконного отъема (или, в терминологии органов опеки, отобрания) у родителей несовершеннолетних детей. Причем, отбирались они без всяких на то оснований и под разнообразными надуманными предлогами. О том, как это происходит, рассказывали потерпевшие – семьи Воропаевых и Воротынцевых, их друзья и родственники, ставшие невольными участниками этих леденящих душу историй. Их присутствовавшие на пресс-конференции журналисты три с половиной часа не отпускали, задавая все новые и новые вопросы.

Но обо всем по порядку.

Прежде всего, напомним краткую предысторию вопроса. В 2012 году усилиями ряда лоббистов перевода российской государственной семейной политики на ювенальные «рельсы» западного «мэйнстрима» в Государственную думу были внесены и даже приняты в первом чтении два законопроекта: о социальном патронате и о контроле за обеспечением прав детей-сирот. Один кошмарнее другого.

Не будем погружать читателя в многочисленные детали. Отметим лишь, что в своей совокупности эти законопроекты предоставляли по сути неограниченные права и возможности органам опеки вмешиваться в семьи, в том числе в процесс воспитания детей и в их отношения с родителями, устанавливая фактическую презумпцию виновности родителей и обвиняя их в «нарушении прав и свобод» ребенка. Осуществляя эту шумную кампанию под рефрен настырной заботы о «безопасности детей», которая, как помним, вольно или невольно была вброшена в общественное сознание Дмитрием Медведевым, ибо содержалась в одном из его президентских посланий, сторонники ювенальной юстиции вели дело и к повальному введению в школах системы сексуального просвещения. Ибо, чтобы «защищать детей», по их мнению, нужно было сначала ознакомить их, причем, во всех пикантных деталях и подробностях, с имеющимися угрозами их безопасности и возможными действиями сексуального характера со стороны взрослых. Причем, для «надежности» результатов, прогнозировавшихся инициаторами этого бесстыдства, секспросвет планировалось запускать еще в начальной школе.

Одновременно, в рамках все той же «бездонной» ювенальной темы, превращенной пропагандистами западного образа жизни в таран по подрыву традиционных семейных ценностей и устоев российского общества, была запущена еще одна кампания – по защите детей от насилия и жестокого обращения, которым те якобы подвергаются в родных семьях. Квинтэссенцией этого вызывающего оторопь подхода послужил бездоказательный и от того еще более беспардонно циничный лозунг на плакатах социальной рекламы «Осторожно! Злые родители!». Детей, в «лучших» традициях Павлика Морозова, предлагалось научить «стучать» на родителей. А всем без исключения учреждениям системы образования – от детских садов до школ – планировалось вменить в обязанность фиксировать поступающие «тревожные сигналы», составлять на каждого ребенка досье и передавать его органам опеки.

При этом из официальных данных, приведенных в Концепции государственной семейной политики Российской Федерации на период до 2025 года (http://www.komitet2-6.km.duma.gov.ru/site.xp/050049124053056052.html), следует, что угрозе подвергались жизнь и здоровье лишь 6% детей, которые были отобраны у родителей во внесудебном порядке. И только 2% случаев лишения родительских прав в России были связаны с жестоким обращением родителей со своими детьми.

Данные более, чем красноречивые. Из них со всей очевидностью следует, что угрозы, подстерегающие детей в дошкольном и школьном возрасте, проистекают отнюдь не из самой семьи, которая была, есть и остается для них оплотом любви, защиты и заботы. Но из окружающего их общества, а также от навязываемой системы бессудного ювенального произвола. Фактов ненадлежащего обращения с детьми, начиная с младших возрастных групп детских садов и домов ребенка, которые периодически шокируют российскую общественность в новостных лентах центральных телеканалов не намного меньше, чем заокеанские «триллеры» о трагедиях с детьми из России, предостаточно. И, тем не менее, попытки дополнительно усугубить ситуацию, введя в нашей стране западные «ювенальные стандарты», в последние годы только усиливались. Причем, несмотря на то, что прогрессирующее неблагополучие ситуации на самом Западе, прежде всего в США, почитаемых нашими либеральными западниками чуть ли не «светочем демократии», секретом ни для кого не является. Жертвами родительского произвола в этой, как и в ряде европейских стран, с пугающей частотой становятся отнюдь не только приемные детдомовские ребятишки из нашей страны, но и собственные, кровные дети.

У этого наступления, предпринятого «ювеналами» на российскую семью, имелся и еще один если не полноценный «аспект», то всячески умалчивающийся подтекст. Речь идет о резкой активизации «нетрадиционного» лобби из так называемого «ЛГБТ-сообщества», принявшегося эксплуатировать тему гей-парадов в контексте европейской «толерантности», подкрепленной рядом документов Совета Европы, устанавливающих, под видом «равноправия», некие «особые» права сексуальных меньшинств. В том числе, на создание однополых, с позволенья сказать, «семей» и наделение их правами на приемное усыновление, как поступили во Франции и ряде других стран, не иначе как по злой иронии судьбы считающих себя «цивилизованными».

Разумеется, катастрофически теряющее свои позиции и авторитет, но при этом весьма крикливое и «много о себе думающее» российское либерально-западническое меньшинство, считающее себя «креативным», наделенным правом учить и указывать народу, как ему жить, инициативно и живо поддержало этот гей-шабаш, объявив его «новым веянием» и приметой современности. Безнадежно пораженное низкопоклонством перед Западом, готовое безоговорочно принять любые приходящие оттуда мерзости, это меньшинство, то ли по привычке ненавидеть свою страну, то ли в силу многофакторной зависимости от «забугорья», принялось пресловутую «ювеналку» деятельно продвигать. И постепенно становилось ясно, что вся эта вакханалия с секспросветом и пресловутым «отобранием» детей из родных семей в России является частью более широкого и, прямо скажем, изуверского плана по разрушению связей между родителями и детьми путем их развращения. И последующего отобрания детей с передачей их в западные приемные семьи. В том числе с помощью пропаганды гомосексуализма - содомии, жестко осуждаемой общественной моралью, и светской, и духовной. Причем в любой из традиционных для России религиозных конфессий.

По сути, в конечном счете, речь идет о постановке на поток экспорта из нашей страны детского «живого материала» - случайных совпадений в политике ведь не бывает.

В обмен на это, как впоследствии прозвучит на самом крупном из митингов, созванных для противостояния этому злу у столичного Крымского моста 22 сентября 2012 года, ювенальные «толкачи», видимо, рассчитывали выторговать для себя если не заветный «билет» в европейскую элиту, то хотя бы статус «надсмотрщиков». Разумеется, при укоренении в России чаемых ими колониальных властей и порядков. Ничуть при этом не озабочиваясь тем, как выглядит их суетливая активность хотя бы с человеческой точки зрения, не говоря уж про морально-нравственную, а тем более про патриотический императив, должный и обязанный находиться в основе деятельной мотивации любого должностного лица, тем более наделенного государственными полномочиями.

Подготовка и принятие Государственной думой названных законопроектов в первом чтении, буквально «продавленных» усилиями Комитета по вопросам семьи, женщин и детей во главе с Еленой Мизулиной и при активном участии известной сторонницы пресловутой «ювеналки» Екатерины Лаховой, стало последней каплей, переполнившей чашу терпения патриотической общественности. Противостояние сторонников и противников варварских законопроектов выплеснулось в публичную политическую сферу. В центр этой борьбы встало движение Сергея Кургиняна «Суть времени», которое получило поддержку ряда патриотических общественных организаций, отстаивающих традиционные, консервативные семейные ценности, в том числе Ассоциации родительских комитетов России (АРКС) Ольги Летковой.

Свое веское слово в защиту материнства и детства сказали и ведущие духовные авторитеты, например о. Всеволод Чаплин - руководитель Синодального отдела Московского Патриархата по взаимодействию Церкви и общества, член российской Общественной палаты, который стал неизменным участником митингов летом и осенью 2012 года, на пике борьбы, развернувшейся в гражданском обществе вокруг думских ювенальных законопроектов.

Результатом сплочения и консолидации патриотической общественности стало создание новой общественной организации, поставившей в центр своей деятельности подлинную, а не демагогическую защиту семьи и семейных ценностей. А для этого – создание надежного заслона подрывным ювенальным нормам и технологиям, которые своим острием обращены против российской семьи, российского общества, его настоящего и будущего. Первой акцией еще «завтрашнего» на тот момент «РВС» стал массовый сбор подписей против ювенальных законов, основанный на активном праве, провозглашенном Президентом России Владимиром Путиным, который предложил Думе ввести в регламент законотворческой деятельности рассмотрение любой общественной инициативы, собравшей более ста тысяч подписей граждан.

Организуя митинги, рейды и пикеты, работая по принципу «от двери к двери», активисты собрали за короткий период времени даже не сто, а 250 тысяч полноценных, «живых» подписей. Доказав и наглядно продемонстрировав тем самым как собственный организационный ресурс, так и – это главное - уровень народного недовольства, понимания обществом масштаба нависшей угрозы, роста его самосознания и активности, символом которого стал лозунг «Активное право!», громко звучавший на каждом массовом протестном мероприятии в качестве одного из основных.

Передав увесистые коробки с подписями в Администрацию Президента России и в Государственную думу, борцы с ювенальной угрозой эту самую угрозу отодвинули: проекты были законсервированы и положены «под сукно», до «лучших времен».

Но объединение патриотов-защитников семейной традиции и устоев не стало этих «времен» дожидаться, а сыграло на опережение, учредив на съезде, состоявшемся 9 февраля 2013 года в Колонном зале бывшего Дома Союзов, то самое «РВС», с которого и началось наше повествование. Учредительный съезд «РВС» посетили тогда Президент России Владимир Путин и руководитель его Администрации Сергей Иванов, что поставило это событие в «топы» новостных лент не только российских, но и многих зарубежных информационных агентств.

Стоит отметить, что в нашей стране существует и другая родительская организация – Национальная родительская ассоциация (НРА). Поскольку оппоненты «РВС» из этой организации собрали под свои знамена практически всех «ювеналов», мигом перекрасившихся, чутко следуя политической конъюнктуре, из «спасителей детей» в «защитников семейных ценностей», имеет смысл напомнить и привести ряд идей и позиций, высказанных в Колонном зале главой Российского государства:

- «…Я посчитал своим долгом встретиться с вами и объяснить свою собственную позицию по этим вопросам, позицию руководства страны. Тем более, что в мой адрес поступило прямое обращение, которое было подписано 141 тысячей граждан (на тот момент. – Авт.). Уверен, что подписантов было бы гораздо больше, если бы у каждого желающего и заинтересованного человека появилась возможность подписать такую бумагу. Люди действительно озабочены, протестуют по поводу механизмов так называемой ювенальной юстиции. Такую острую общественную реакцию вызвали законопроекты, предлагающие прямое или косвенное регулирование отношений между родителями и детьми, а также особые правовые механизмы в работе с несовершеннолетними»;

- «…Согласен с тем, что ряд положений законопроектов о социальном патронате и о контроле за обеспечением прав детей-сирот, безусловно, неоднозначны в трактовке, содержат явные социальные риски, и, главное, в них далеко не в полной мере учтены российские семейные традиции. …Семья – это очень чувствительная сфера. И в законах, касающихся взаимоотношений между родителями и детьми, должны быть только определенные, четкие формулировки, исключающие произвол чиновников и какое-то двойное толкование»;

- «…Непродуманное внедрение таких механизмов, по сути, нарушение суверенитета семьи, может спровоцировать недоверие и разлад между родителями и детьми и даже прямую коррупцию, паразитирование некоторых недобросовестных чиновников на этих проблемах»;

- «…Есть немало примеров, когда родительских прав лишают нормальных, любящих и работающих родителей. Некоторые случаи вмешательства в жизнь семьи носят просто абсурдный и издевательский характер»;

- «…Действовать необходимо не только решительно, но и, что очень важно, …в высшей степени деликатно. Необходимо избегать холодного формализма и прилагать максимум усилий для сохранения и поддержки полноценной семьи. Ведь результативность борьбы за благополучную, безопасную жизнь детей должна измеряться не количеством дел по лишению родительских прав. Это совсем не тот критерий, которым нужно руководствоваться. Напротив, лишение родительских прав – это очень сложная, крайняя мера. Подчас это просто тупик. Это вольное или невольное содействие разрушению традиционной российской семьи, а счастливую, крепкую семью не заменит никакой закон, никакой государственный надзор, это уж точно».

И, как основополагающий вывод: «…У русского и практически у всех народов России существовали многовековые традиции именно большой семьи, объединяющей несколько поколений родственников. Забота о стариках, забота о детях стояла всегда на первом месте. Именно эти традиции нам надо возрождать. И, напротив, следует избегать слепого копирования чужого опыта. В том числе и по причине небесспорности этих моделей управления общественными явлениями в данных сферах и в тех странах, где наиболее широко применяются правила так называемой ювенальной юстиции» (http://www.kremlin.ru/transcripts/17469).

Эти и многие другие мысли, высказанные Владимиром Путиным в феврале в Колонном зале – да в уши бы тем чиновникам от опеки и полиции, которые, руководствуясь либо ведомственными, либо вообще личными конъюнктурными соображениями, вмешиваются в семьи, которые они, по-видимому, считают беззащитными. И делают это порой настолько «абсурдно и издевательски», что даже простое знакомство с этими историями заставляет волосы встать дыбом.

Вот две таких истории, приведенных на пресс-конференции «РВС» и ранее составивших сюжеты для телепередач «Прямой эфир» на телеканале «Россия-1» от 13 и 20 июня (http://www.youtube.com/watch?feature=player_embedded&v=zeEubifQGew; http://www.youtube.com/watch?feature=player_embedded&v=ndEWT2mtRcY).

Светлана Воропаева, педагог-сурдолог, окончившая ВУЗ с красным дипломом, растит двоих детей – восьмилетнего Женю и четырехлетнюю Машу – без мужа. В воспитании ребят Светлане помогает ее мама, музыкальный педагог на пенсии. В марте 2013 года в квартиру, не представившись и не предъявив документов, ворвались сотрудники муниципалитета и комиссии по делам несовершеннолетних (ПДН), силой изъяли и увезли детей. После чего убитая горем мама получила повестку в суд, из которой узнала, что ее собираются лишить родительских прав за «плохое исполнение своих родительских обязанностей».

С тех пор дети находятся в приютах, разлученные с мамой, бабушкой и друг с другом (последнее является отдельным, самостоятельным, подтверждением того, что творящееся – не что иное, как произвол). Светлана вынуждена довольствоваться лишь редкими свиданиями с дочерью, а с сыном за это время вообще виделась всего три раза, ибо в приюте, куда его доставили «заботливые» дяди и тети из опеки, объявлен карантин.

Обо всем этом, как и том, с каким «служебным» рвением дюжие полицейские, явившиеся по свистку «изымателей», запирали их в туалете, мама и бабушка изъятых детей (так и хочется сказать «похищенных») рассказывали, глотая слезы, которых у них за четыре месяца этого кошмара почти не осталось…

Валерия Воротынцева также воспитывает десятимесячного сына Витю в неполной семье. (Вопрос о том, по этому ли признаку или, может быть, по славянскому происхождению «попечителями» отыскиваются самые беззащитные мамы, на пресс-конференции задавался неоднократно). Живут вчетвером в однокомнатной квартире. 6 июня Валерия, сдав документы в медицинское училище, поехала подыскивать дачу для вывоза ребенка на лето. С Витей оставалась ее мать и бабушка малыша Ульяна и пришедшие к ним в гости друзья семьи. Однако бабушку, работающую бухгалтером в фирме, занимающейся промышленным альпинизмом, вызвали на работу: поступил срочный заказ. И ей пришлось ненадолго отъехать, оставив с внуком хорошо знакомую ему семейную пару – Данилу Роцкого и его жену Ольгу.

Казалось бы, что в этом противозаконного или хотя бы сомнительного?

Однако осуществлявшая «рейд» по этому дому комиссия ПДН сочла иначе. Шла она вообще-то по другому адресу, но услышав плач малыша, у которого режутся зубки, бесцеремонно вломилась в квартиру, позвав на подмогу опять-таки, как и в первом случае, сотрудников полиции.

Ворвавшись и увидев, что родителей Вити дома нет, незваные гости силой отобрали и увезли мальчика, избив при этом пытавшихся пресечь этот беспредел супругов, оставленных с ребенком.

Но и это еще не все. Ни бабушке, ни маме, приехавшим в отделение полиции, маленького Витю не только не отдали, но и не представили им никаких документов, оправдывающих его «изъятие» (или все-таки похищение?). Вместо этого, здорового малыша поместили в спецучреждение для детей с органическим поражением центральной нервной системы.

Оба случая, как будто натуральным образом скопированных друг с друга и получивших широкую огласку только благодаря вмешательству «РВС» и телеканала «Россия-1», к счастью, завершились возвращением детей (далеко не факт, что так происходит во многих других, остающихся безвестными, ситуациях). Причем, на момент проведения пресс-конференции домой вернулся только маленький Витя Воротынцев, а Женя и Маша Воропаевы еще только ждали исполнения «попечителями» судебного решения. Однако возвращенного ребенка, которого, подчеркнем это еще раз, «изъяли» абсолютно здоровым, пришлось немедленно госпитализировать с высокой температурой и подозрениями на кишечную инфекцию. С ним в больницу поехала и отсутствовавшая перед телекамерами по этой причине мама, которую, как свидетельствовал юрист из «РВС», представлявший интересы потерпевших, на комиссии ПДН попрекали ее 18-летним возрастом и, набравшись нахальства, грозили ей чиновным пальчиком, предупреждая, что произошедшее должно стать для нее «уроком».

Наш рассказ будет неполным без упоминания еще как минимум о пяти случаях, в которых вмешательство «РВС» позволяло вернуть в родные семьи детишек, на что их родители и близкие уже почти потеряли надежду. Вот список этих семей: Борисевичи и Низамутдиновы из Новосибирской области, Шевалдины из Нижегородской области, Конновы из Волгоградской, Дерябины из Тверской…

И по всем имеются решения судов. Понятно ведь, какого масштаба нарушения нерадивых «представителей государства», без сомнения, стоят за вынесенными против них судебными постановлениями…

Получается, что позиция, высказанная главой государства официально, на массовом публичном мероприятии, а также опубликованная на официальном сайте «Президент Российской Федерации», - указ далеко не всем чиновникам? Или они об этом просто не успели прочитать? Или получили от своего непосредственного руководства некие «иные» негласные инструкции, которые ревностно бросились исполнять, «улучшая статистику», о недопустимости чего как раз и говорил Владимир Путин? Кстати, о существовании таких инструкций на пресс-конференции «РВС» прямо заявила одна из друзей семьи Воротынцевых Виктория Фертова. Как профессиональному адвокату, занимающемуся каждодневной практической профильной работой, ей, несомненно, можно поверить.

Оказав юридическую и всяческую иную помощь пострадавшим семьям и предав злоупотребления чинуш из опеки широкой общественной гласности, в «РВС» грамотно и своевременно оценили описанные факты как весьма опасную тенденцию, суть которой заключается в введении ювенальных норм и порядков «в обход» закона, по фактической практике – не мытьем, так катанием. И предложили конкретные меры по постановке этим притязаниям надежного заслона в виде доработки и коррекции действующего законодательства, сделав это на высоком профессиональном уровне, при участии опытных и квалифицированных юристов и правоведов, о чем и сообщила на пресс-конференции судья Людмила Виноградова.

В первую очередь, было предложено установить уголовную ответственность за незаконные действия сотрудников органов опеки и полиции. Чтобы устраивающиеся на работу в опеку не могли считать ее ни «синекурой», ни индульгенцией на произвол и подходили к исполнению своих обязанностей с полным осознанием меры своей возможной ответственности и неотвратимости ее наступления.

Почему это так важно – объяснять, думается, не нужно. Тем более, что сегодня подобная ответственность весьма умозрительна и предусматривается только лишь в случае «неоднократных нарушений» или действий «из корыстных побуждений». По опыту существующей практики, доказать наличие таких «побуждений» в суде, если нет соответствующих аудио и видеоматериалов, – дело исключительно трудное.

Также предлагается существенно изменить порядок лишения родительских прав, а именно: учитывать мнение самого ребенка с 5-летнего возраста.

Очень важным и своевременным представляется и еще одна законотворческая инициатива «РВС». В случае экстренного изъятия ребенка из семьи, если его жизни или здоровью угрожает реальная опасность, органы опеки обязаны в 48-часовой срок обратиться в суд. И, предъявив туда иск о лишении или ограничении родителей в родительских правах, ходатайствовать об отобрании ребенка (или детей) в порядке обеспечения иска. А суды обязать рассматривать такие ходатайства в течение 8 часов, с обязательным участием в судебном заседании прокурора, обоих родителей и адвоката, представляющего их интересы.

Судья Виноградова при этом подчеркнула, что, исходя из ее многолетнего опыта, никаких «непреодолимых» трудностей это не породит: достаточно лишь установить дежурство кого-нибудь из судей. В этом случае дежурный судья, находясь при исполнении служебных обязанностей, сможет в установленные сроки осуществить предусмотренные законом процессуальные действия.

При экстренном изъятии ребенка приоритет в «РВС» предлагают отдавать и, на наш взгляд, совершенно справедливо, кровным родственникам, отодвинув на второй план вариант с размещением его в детских учреждениях, использовать которые предлагается лишь в крайнем случае.

Думается, что любой нормальный человек в здравом уме и доброй памяти не будет спорить с тем, что в свете обсуждаемого ювенального беспредела эти меры не только назрели, но и давно уже перезрели.

Поэтому в заключение вот о чем. Нынешнее «ювенальное» наступление либералов-западников и стоящих за ними агрессивных международных финансово-политических кругов на Россию – это, с одной стороны, жест отчаяния понимающих свою историческую обреченность и отверженность всем ходом событий в постсоветское двадцатилетие. Но, с другой стороны, его нельзя недооценивать: где, к примеру, очутилась бы Красная Армия к маю 1945 года, если бы своевременно не отбила фланговое контрнаступление немцев в Померании - против изготовившихся для завершающего удара по Берлину советских войск?

Недооценка противника еще опаснее его переоценки, ибо не оставляет шанса скорректировать последствия такой ошибки непосредственно на поле боя. В том бою, который ведет наша страна с иноземной духовной агрессией, проводником которой, наряду с «культурой Мак-Дональдса», становятся внутренние коллаборационисты и компрадоры, ставкой является утрата или спасение и сохранение цивилизационных кодов и смыслов, составляющих основу нашей тысячелетней культуры. И линия фронта сегодня пролегает в том числе и через детские и родительские судьбы.

Уступить в этом бою мы не имеем права: Ее Величество История нам этого не простит!

Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен!

Нажмите «Подписаться на канал», чтобы читать «Завтра» в ленте «Яндекса»

Комментарии Написать свой комментарий

К этой статье пока нет комментариев, но вы можете оставить свой

1.0x