В 90-е гг. знание иностранных языков в России стало универсальным навыком. Новые профессии и специальности ещё не обзавелись образовательной поддержкой, а знание языка позволяло коммуницировать с иностранными партнёрами / учредителями, изучать документы, профессиональную литературу. Банки, страховые, консалтинговые компании, ориентированные на ВЭД, продажи, закупки и финансы подразделения практически всех организаций основным требованием к соискателям ставили знание иностранного языка.
Выпускники педагогических ВУЗов становились специалистами по финансам, маркетингу, PR, продажам и т.д., в логике – понимает зарубежных коллег, остальному научится, что и происходило на фундаменте советского образования. По мере роста и развития организаций за счёт накопленного опыта многие становились директорами по направлениям. Сейчас им в среднем около 55 лет, они продолжают занимать руководящие посты и не спешат уходить на пенсию. Именно на их историях успеха до сих пор строится миф о приоритете изучения иностранного языка для детей, что перестало соответствовать реальности.
Автоматизация, компьютеризация, информатизация, цифровизация рассматривались и продвигались в качестве технологий, что полностью изменят мир. Однако, их воздействие оказалось локальным, кардинальные изменения затронули небольшой перечень профессий. Для большей части получилось обратное, вместо экономии и сокращения персонала происходил рост затрат, создание избыточных задач. С нейросетями итог будет схожим, даже без учёта активно идущего ухудшения, регрессии и вырождения результатов работы нейросетей. Однако есть вид деятельности, по которому удар будет очень сильным – переводчики.
В последние годы практически любой текст с любого языка нейросеть переводит мгновенно, качество соответствует ремесленникам (см. рисунок). Для абсолютного большинства задач этого достаточно, даже научные и сложные тексты зачастую не требуют глубины перевода, ведь профессионалу достаточно просмотреть по диагонали, остальное он достроит самостоятельно. Скажем больше, профессиональная техническая литература часто читается так: введение и сразу заключение, остальное лишь если выводы парадоксальны и неожиданны. Точность деталей нужна студентам и молодым специалистам, но для них есть учебники.
Актуальность знания иностранного языка для бытового общения (любители, см. рисунок) также вытесняется технологиями. Синхронный перевод со смартфоном многократно облегчает жизнь, позволяя расслабиться. Пройдёт не много лет, и молодёжь по всему миру повторит США, они перестанут напрягаться и учить иностранные языки, лень возьмёт своё. Да и более взрослые люди подтянутся, ведь язык без практики и усилий забывается довольно быстро.
Профессиональные дипломаты и переводчики будут нужны, но их востребованность сократится, обрастая требованиями по множеству дополнительных знаний, где язык будет не главным, а одним из. Как и происходит в МГИМО. Крупные и важные переговоры продолжат требовать переводчика-человека, а всё что менее значимо через 10-15 лет по всему миру перейдёт в цифровой формат. Пиетет перед иностранными языками будет уходить повсеместно. С другой стороны, активное изучение иностранного языка будет чётким маркером желания очень сильно и глубоко погрузиться в чужую культуру, как профессионально, так и с точки зрения миграции.
Беда будет в другом – количество качественных, сильных переводов художественной литературы станет многократно меньше, потребность в них практически исчезнет. Классика переведена и ладно, население забудет про возможность подобного, удовлетворяясь работами уровня не самых лучших подмастерьев.
И, да, лингвистика станет путём для талантливых и творческих людей, идущих в науку, массовое и практическое применение будет иссякать примерно, как теоретическая физика, учитывайте это получая первое образование…
двойной клик - редактировать изображение
