23 февраля 2009 года, в День Защитника Отечества, на канале НТВ был показан фильм журналиста А. Пивоварова «Ржев. Неизвестная битва Георгия Жукова». Фильм был посвящен сражениям на Ржевско-Вяземском выступе в 1942-1943 годах. Фильм вызвал полное одобрение «демократической общественности» России, как очередное доказательство преступности и кровожадности «проклятого сталинского режима», «бездарности» советских военачальников и так далее. Основные выводы, после просмотра данного фильма, можно сделать следующие:
– воевать Красная Армия не умела;
– И. В. Сталин и Г. К. Жуков были бездарны и жестоки;
– бросать своих солдат – это типичная практика в Красной Армии (на примере генерала И. И. Масленникова);
– были лишь немногие случаи, когда не бросали своих солдат (на примере генерала М. Г. Ефремова);
– солдатская жизнь ничего не стоила всю Великую Отечественную войну;
– под Ржевом мы врага «завалили трупами и залили кровью».
Были в фильме воспоминания немецких ветеранов. Заявления, которых были особенно оскорбительны. Один из них заявил: «Мы защищали свою Родину». Это какую же Родину защищали немцы за тысячи километров от Германии, оккупировав древний русский город Ржев? Ну, а верхом бестактности стало цитирование интервью немецкого ветерана Герберта Хомайера: «Мы, немцы, не понимали, почему живых людей, гнали как скот на убой»… Ну, понятно этому гитлеровскому недобитку, хотелось бы – хотя бы через десятилетия, хотя бы на словах – низвести бивших его советских воинов до положения скота. Но как могли авторы вставить эту фразу в фильм?! А если вставили эту фразу, то почему не спросили у этого немца, а почему Вермахт проиграл войну, а Красная Армия закончила её в Берлине? И почему когда Красная Армия наступала на Берлин, против неё бросали, вот уж точно как скот на убой, так называемый «фольксштурм», подростков и стариков? Где же был хваленый и «непобедимый» Вермахт? И почему остатки Вермахта, позорно капитулировали в мае 1945 года? Почему не рассказали, как немцы действительно заваливали трупами, как скот, наши войска, лихорадочно пытаясь их разбить и переломить ход войны под Сталинградом, Курском, на Днепре, в Белоруссии, Прибалтике, Восточной Пруссии, под Берлином?
Боевые действия в фильме показаны не полно, пропущены многие моменты, половина фильма посвящена Ржевско-Вяземской операции проходившей в январе-апреле 1942 года, про остальные операции сказано скороговоркой, ссылки делаются часто на совершенно неавторитетные источники, допущено много ошибок.
Вот мнение ветерана Великой Отечественной войны, Героя Советского Союза, полковника, известного историка В. В. Карпова о фильме: «С негодованием увидел в День защитника Отечества на НТВ «произведение» журналистов этого канала, именуемое «Ржев. Неизвестная битва маршала Жукова» и посвящённое Ржевско-Вяземской операции. Бои за Ржев - действительно драматическая страница Великой Отечественной, но то, насколько тенденциозно снят фильм, не может не поражать. На мой взгляд, целью было во что бы то ни стало опорочить действия Георгия Константиновича Жукова, доказать, что воевали мы бездарно и победа далась лишь потому, что заваливали врага трупами наших воинов. Это ложь! И почему оценка действий наших войск высказывается не компетентными военными историками, а некими дамами на фоне книжных полок?»
Словом, данный фильм у наших ветеранов вызвал взрыв негодования, который они посчитали оскорблением.
Так что же на самом деле происходило под Ржевом с января 1942 по март 1943 года? Какое значение эти события оказали на ход и исход Великой Отечественной войны? Какие потери понесли стороны в ржевском противостоянии? На эти и другие вопросы я постараюсь дать ответы в данной статье.
Предыстория противостояния под Ржевом.
Сначала необходимо сказать, что вся военная эпопея под Ржевом, длившаяся 14 месяцев, не была чем-то цельным – как Сталинградская или Курская битвы. Был ряд военных операций, которые проводились в разной ситуации и с разными целями.
Как началось противостояние под Ржевом?
В конце ноября — начале декабря 1941 года Красная Армия провела ряд контрударов под Москвой (в районе Дмитрова, Апрелевки, Каширы), в том числе силами прибывших с востока страны резервов. Видя, что ресурсы немцев иссякают, советское командование приняло в начале декабря решение о переходе под Москвой в контрнаступление. Не имея численного перевеса, советские воины обладали более высоким боевым духом, твердым желанием защитить свою столицу и разгромить захватчиков. Немцы же переживали кризис, связанный с крушением надежд на легкие победы, борьбой в непривычных, суровых условиях, большими потерями. Кроме того, германские войска под Москвой, растянутые на фронте протяженностью в 1.000 км, фактически не имели за спиной подготовленной линии обороны и достаточных резервов. Соотношение сил накануне контрнаступления приведено в таблице.
Советские войска
Германские войска
Личный состав
1.100.000
1.708.000
Орудия и минометы
7.652
13.500
Танки
774
1.170
Самолеты
1.000
716
Московская наступательная операция (5 декабря 1941 г. — 7 января 1942 г.) началась без оперативной паузы, что позволило обеспечить фактор внезапности. К 7 января советские войска продвинулись вперед на 150—200 км. Были разбиты 11 танковых, 4 моторизованные и 23 пехотные дивизии вермахта. Но полностью разгромить германские войска Красная Армия не смогла. Сказались нехватка сил (особенно танков и артиллерии) и те же проблемы зимнего наступления, с которыми прежде уже столкнулись немцы.
Кроме того, германское командование приняло решительные меры по укреплению дисциплины своих войск. Гитлер ввел безжалостные наказания за сдачу позиций (смертная казнь, перевод в штрафной батальон и т. д.). За дезертирство, самовольный отход, неповиновение немецкие трибуналы осудили 62.000 солдат и офицеров. Данные меры оказали воздействие на немецкие части, прекратив их паническое отступление. Германская оборона, пополненная резервами, обрела устойчивость.
Кроме того, в результате неудач на Восточном фронте 35 высших командиров Вермахта были отправлены в отставку, в том числе командующий сухопутными войсками фельдмаршал Браухич, командующий группой армий «Центр» фон Бок, командующий группой армий «Юг» фон Рундштедт и танковый генерал вермахта Г. Гудериан.
17 декабря 1941 г. командующим группой армий «Центр» был назначен генерал-фельдмаршал X. Г. Клюге. За счет переброски подкреплений немцы продолжали сохранять численное преимущество.
Тем не менее, Вермахт потерпел тяжелое поражение и понес большие потери. Германские войска потеряли 500.000 солдат и офицеров, но есть данные, что в Московской битве, только убитыми немцы потеряли 615.000 человек, а также массу боевой техники.
Советское наступление под Москвой возобновилось с началом Ржевско-Вяземской операции (8 января —20 апреля 1942 г.). То есть, данная операция составная часть Московской битвы, а не отдельная битва, с неё и началось противостояние Вермахта и Красной Армии под Ржевом.
Противостояние под Ржевом.
Ржевско-Вяземская стратегическая наступательная операция.
(8 января – 20 апреля 1942 года)
Ржевско-Вяземская стратегическая наступательная операция – наступательная операция советских войск на заключительном этапе Московской битвы. Проводилась силами Калининского (генерал И. С. Конев) и Западного (генерал Г. К. Жуков) фронтов 8 января — 20 апреля 1942 г. против группы армий «Центр» (генерал-фельдмаршал X. Г. Клюге). К началу наступления советские войска испытывали серьезную нехватку в резервах и средствах наступления. Они продолжали уступать в численности группе армий «Центр» (что в фильме «Ржев. Неизвестная битва Георгия Жукова» не было отмечено совершенно). Так, на 1 января 1942 г. в войсках Калининского, Западного и Брянского фронтов насчитывалось 1.200.000 чел., около 8.700 орудий и минометов, 571 танк. Противостоящая им группа армий «Центр» имела в своем составе 1.500.000 чел., около 13.000 орудий и минометов, 110 танков.
Операция имела целью фланговыми ударами окружить основные силы группы армий «Центр». Наступление велось с севера Калининским и с юго-востока Западным фронтами по сходящимся направлениям на Вязьму, через которую шло снабжение оборонявшихся на московском направлении войск. К наступлению были также подключены силы Северо-Западного фронта (генерал П. А. Курочкин). Им (4-я ударная армия) ставилась задача глубокого охвата с севера группы армий «Центр».
В начале операции наибольший успех выпал на долю 4-й ударной армии (генерал А. И. Еременко). Скрытно сосредоточенная в лесах у озера Селигер, она нанесла удар на стыке групп армий «Север» и «Центр». Наступая по пояс в снегу и умело используя лыжные соединения, армия А. И. Еременко в 40-градусный мороз совершила за 2 недели 250-километровый бросок и вышла с севера на подступы к Смоленску. В результате северный фланг советского наступления навис глыбой над магистралью Москва — Минск — главной артерией снабжения немецких войск.
Однако успешно завершить прорыв и перерезать магистраль 4-й армии не удалось. К Смоленску подошли измученные зимним переходом войска, у которых были на исходе боеприпасы, горючее и продовольствие. Для завершающего удара сил у армии А. И. Еременко уже не хватило. Тем не менее, ее глубокий прорыв вынудил германское командование отвести в центре свои войска на новую линию обороны Ржев — Гжатск — Юхнов.
К 1 февраля части Калининского фронта продвинулись на 250 км, Западного — на 80—100км. В результате их наступления образовался так называемый Ржевско-Вяземский выступ, где сосредоточились 4-я танковая (генерал Р. Руофф) и 9-я (генерал В. Модель) германские армии. На этом рубеже зимний прорыв Красной Армии был остановлен. Ее настойчивые попытки в феврале — марте ударами с севера и юго-востока окружить ржевско-вяземскую группировку, замкнув кольцо у Вязьмы, окончились неудачей. Прорыв в район Вязьмы передовых частей Западного фронта (33-я армия, 1-й гвардейский кавалерийский корпус) вылился в упорные позиционные бои и не принес успеха. Для его развития в данный район были высажены крупнейшие за годы войны советские воздушные десанты (свыше 10 тыс. чел.), но они не смогли переломить ситуацию.
Для такой гигантской операции по окружению на фронте длиной более 1 тыс. км Красная Армия не располагала необходимыми ресурсами. Прежде всего танковыми и моторизованными соединениями. При их нехватке приходилось широко использовать конницу (кавалерийские корпуса), которая не обладала достаточными ударными возможностями. К тому же наступавшие войска испытывали недостаток боеприпасов. Их норма расхода сократилась до 1—2 выстрелов в сутки. В результате двух немецких пулеметчиков оказывалось достаточно, чтобы остановить продвижение целого батальона.
Как вспоминал Г. К. Жуков: «Вообще ресурсы нашей страны в то время были крайне ограниченны. Потребности войск еще не могли удовлетворяться так, как этого требовали задачи и обстановка. Дело доходило до того, что каждый раз, когда нас вызывали в Ставку, мы буквально выпрашивали у Верховного Главнокомандующего противотанковые ружья, автоматы ППШ, 10—15 орудий ПТО, минимально необходимое количество снарядов и мин. Все, что удавалось таким образом получить, тотчас же грузилось в автомашины и направлялось в наиболее нуждающиеся армии.
Особенно плохо обстояло дело с боеприпасами. Так, из запланированных на первую декаду января боеприпасов нашему Западному фронту было предоставлено: 82-миллиметровых мин — 1 процент; артиллерийских выстрелов — 20—30 процентов. А в целом за январь 50-миллиметровых мин — 2,7 процента, 120-миллиметровых мин — 36 процентов, 82-миллиметровых мин — 55 процентов, артиллерийских выстрелов— 44 процента. Февральский план совсем не выполнялся. Из запланированных 316 вагонов на первую декаду не было получено ни одного. Из-за отсутствия боеприпасов для реактивной артиллерии ее пришлось частично отводить в тыл.
Вероятно, трудно поверить, что нам приходилось устанавливать норму расхода... боеприпасов 1—2 выстрела на орудие в сутки. И это, заметьте, в период наступления! В донесении Западного фронта на имя Верховного Главнокомандующего от 14 февраля 1942 года говорилось:
“Как показал опыт боев, недостаток снарядов не дает возможности проводить артиллерийское наступление. В результате система огня противника не уничтожается, и наши части, атакуя малоподавленную оборону противника, несут очень большие потери, не добившись надлежащего успеха”.
Тем более условия зимнего наступления по глубокому снегу и бездорожью ограничивали возможности советских войск. При упорной обороне и недостатке мощных средств прорыва подобное наступление оборачивалось большими потерями и не приносило существенных результатов.
Немцы же, получив подкрепления из Западной Европы (12 дивизий и 2 бригады), смогли не только отстоять опорные пункты ржевско-вяземского рубежа (Ржев, Сычевка, Вязьма, Оленине), но и с помощью контрударов окружить вышедшие к Вязьме советские соединения (части 33-й армии, 1-й гвардейский кавалерийский корпус и др.). В марте и апреле войска Калининского и Западного фронтов неоднократно атаковали противника. Не сумев ликвидировать Ржевско-Вяземский выступ, Красная Армия перешла 20 апреля к обороне.
Её наступательные возможности иссякали. Войска переутомились в ходе почти непрерывного четырехмесячного наступления. К тому же началась весенняя распутица, резко снизившая маневренные возможности соединений. А из-за трудностей базирования советская авиация утратила оперативное господство в воздухе. В то же время противнику всюду удавалось создавать прочную оборону. 20 апреля Ставка ВГК приняла решение о переходе войск Калининского и Западного фронтов к обороне.
Отдельно стоит сказать о действиях советских войск в тылу противника. Как уже говорилось выше, в тылу группировки противника действовали 33-я армия, 1-й гвардейский кавалерийский корпус, а также десантники. Про десантников стоит сказать, что в период Ржевско-Вяземской операции, в её рамках проводилась Вяземская воздушно-десантная операция – крупнейшая воздушно-десантная операция в истории.
В фильме «Ржев. Неизвестная битва Георгия Жукова» основное внимание было уделено 33-й армии, впрочем, не только в фильме, но и в военно-исторической литературе этой армии уделяется чересчур большое внимание. В тоже время авторы фильма вскользь упомянули о 1-ом гвардейском кавалерийском корпусе и совершенно ничего не сказали о Вяземской воздушно-десантной операции.
Действительно, 33-я армия, её командующий М. Г. Ефремов, действовали храбро, умело и погибли героически. Это, вне всякого сомнения. Но все-таки этой армии уделяется чересчур большое внимание (кстати, её численность составляла 12.780 человек). И из-за этого, часто совершенно не говорится о действиях в это же время кавалеристах и десантниках.
1-м гвардейским кавалерийским корпусом командовал генерал П. А. Белов.
Вот как пишет о действиях 1-го гвардейского кавалерийского корпуса начальник германского Генерального штаба генерал Гальдер. К примеру: «11 июня 1942 года... Ликвидация противника в тылу 4-й армии проходит успешно. К сожалению, основные силы кавкорпуса Белова и 4-й авиадесантной бригады уходят на юг... 15 июня... На фронте группы армий «Центр» войска русского генерала Белова снова прорвались в направлении Кирова. Нам это не делает чести! ...17 июня... Кавалерийский корпус Белова действует теперь западнее Кирова. Как-никак он отвлек на себя в общем 7 немецких дивизий».
По полному штату, которого у Белова от начала войны никогда не было, кавалерийский корпус имел до 19.000 человек, а немецкая дивизия — 16.000. То есть Белов дрался с противником, шестикратно превосходящим его в силах. Такой оценки, как П.А. Белову, Гальдер не дает не только ни одному генералу войск противника (а ведь уже были разбиты поляки и французы, в Африке немцы загоняли англичан в Египет), но и ни одному немецкому командиру корпуса или дивизии.
Теперь о действиях десантников.
В ночь на 18 и на 19 января 1942 года был сброшен парашютный десант в количестве двух батальонов 201-й бригады ВДВ юго-восточнее Вязьмы в районе деревни Желанье. Они расчистили от снега посадочную площадку, на которую в следующие три ночи был доставлен самолетами целый полк (1.600 человек), имевший; более чем 100 пулеметов, 90 минометов и 45 мм пушек. Потери оказались незначительными, хотя немцы с самого начала высадки ежедневно бомбили и обстреливали с воздуха район высадки. Оба парашютных батальона под командованием капитана Суржика атаковали и захватили 20—22 января ряд населенных пунктов, в частности, деревни Ключи, Петрищево, Тыновка и другие, после чего 23 января соединились с прорвавшимся кавалерийским корпусом. Тем временем доставленный на самолетах пехотный полк развивал наступление в направлении города Глухов, и 4 февраля соединился с частями 239-й стрелковой дивизии.
В середине февраля 1942 г. сложилась исключительно тяжелая обстановка в полосе боевых действий 29-й армии на ржевском направлении. Штаб армии и ряд ее частей оказался отрезанным от основной группировки. Для оказания помощи этой окруженной и крайне измотанной боями группировке в ночь на 17 февраля был сброшен парашютный десант в количестве около 400 человек, под командованием старшего лейтенанта П.Л. Белоцерковского.
В месте высадки (село Окороково) район нахождения окруженных советских войск составлял площадку 8 на 7 км. Вся она находилась под вражеским огнем. Непосредственно в момент высадки шли бои за село. Тем не менее, сразу же после освобождения от парашютов десантники с хода вступали в бой мелкими группами. Когда наступил день, они раздали окруженным боеприпасы и продовольствие, морально подняли их дух. Вечером того же дня части 29-й армии пошли на прорыв и к 22 февраля вышли из окружения. Десантники сражались на самых опасных участках, проявляя чудеса героизма.
Однако самой крупной воздушно-десантной операцией, проведенной в этот период, следует назвать Вяземскую, в ходе которой в тыл противника был высажен целый 4-й воздушно-десантный корпус, из резерва Ставки ВГК, которым командовал генерал-майор А. Ф. Левашов.
Цель воздушно-десантной операции заключалась в содействии войскам Западного и Калининского фронтов в завершении окружения вражеской группы армий «Центр». Для этого предполагалось выбросить основные силы корпуса в районе юго-западнее Вязьмы с задачей перерезать коммуникации противника между Вязьмой и Смоленском. Начало десантирования было намечено на 21 января. Однако задержка сосредоточения частей корпуса в исходный район заставила перенести сроки высадки на 27 января.
Операция проходила в сложных условиях, тем более, что в самом начале операции погиб генерал-майор А. Ф. Левашов. Но десантники действовали очень успешно, проявляя чудеса героизма и воинского мастерства. Не очень щедрый на похвалу Г. К. Жуков направляет 11 февраля 1942 года П. А. Белову и М. Г. Ефремову радиограмму: «8-я вдб (воздушно-десантная бригада) с партизанами 9 февраля заняла район Мармоново, Дяглево. Десантники разгромили штаб 5-й танковой дивизии... Ставлю в пример десантную бригаду всем войскам». А на эту дивизию Гальдер возлагал большие надежды!
Часто десантники и кавалеристы действовали бок о бок.
Таким образом, в рамках Вяземской воздушно-десантной операции было выброшено несколько крупных десантов, ряд которых либо имел самостоятельные задачи, либо приступил к самостоятельным действиям в связи с произошедшим изменением обстановки.
Подводя итоги самой крупной воздушно-десантной операции, проведенной Красной Армией в период Великой Отечественной войны, следует отметить, что почти за шесть месяцев тяжелых боев в тылу противника десантники уничтожили 15.000 вражеских солдат и офицеров, освободили от захватчиков около 200 населенных пунктов. В период напряженных боев за Москву десантникам удалось оттянуть на себя и сковать в районе Вязьмы и Юхнова значительную часть сил четырех немецких армейских корпусов группы армий «Центр», тем самым ограничив возможности немцев по нанесению контрударов по наступающим частям Красной Армии.
Германский офицер фон Нове так писал обоях с десантниками после войны: «Русские парашютисты много дней контролировали лес и, лежа на ветках, брошенных прямо на снег, отбивали наши атаки. Только после прибытия с фронта танков и пикирующих бомбардировщиков удалось очистить от них дороги».
Как уже говорилось выше, 20 апреля Ставка ВГК приняла решение о переходе войск Калининского и Западного фронтов к обороне. Советское командование не видело больше необходимости держать в тылу противника войска генералов М. Г. Ефремова, П. А. Белова и части ВДВ. И они получили приказ прорываться к своим.
33-я армия прорваться, к сожалению, не смогла и погибла, генерал-лейтенант М. Г. Ефремов застрелился.
По-другому сложилась судьба кавалеристов и десантников. 4 июня 1942 года командование 1-го гвардейского кавалерийского корпуса и 4-го воздушно-десантного корпуса доложило штабу фронта план выхода из окружения. Прорыв начался 14 июня в районе южнее Ельни у населенных пунктов Четкое, 1-е Буйково и Амшарово. Прорыв был осуществлен только 23 июня в районе населенного пункта Жилино. Отставшие части выходили из окружения еще несколько дней.
Стоит сказать и о такой ошибке авторов фильма «Ржев. Неизвестная битва Георгия Жукова», когда было сказано, что для уничтожения командования 33-й армии был заброшен полк «Бранденбург», который был сформирован из… советских предателей. Во-первых, полк «Бранденбург-800» был элитой германского спецназа и состоял исключительно из немцев, позже из-за больших потерь в него были включены представители других национальностей, но арийских, а никак не славянских. Как вообще можно было сказать, что данный полк был из советских предателей. Во-вторых. Данный полк не получал задания уничтожить или захватить советских командующих во время Ржевско-Вяземской операции. Данное задание получила, часть, действительно сформированная из предателей. Но это была, так называемая «Русская Национальная Народная Армия» (РННА). Свое боевое крещение РННА получила как раз в мае 1942 г. в операции против действовавшего в германском тылу в районе Вязьмы и Дорогобужа 1‑го гвардейского кавалерийского корпуса генерал-лейтенанта П. А. Белова. Переодетые в советскую форму группы РННА пытались проникнуть в расположение корпуса и захватить в плен его штаб. В результате из 300 бойцов более 100 перешли на советскую сторону, 70 было уничтожено и лишь 120 вернулись назад вместе с незначительным количеством присоединившихся к ним красноармейцев.
Подводя итог Ржевско-Вяземской стратегической наступательной операции, надо сказать, что полностью вражескую группировку советским войскам разгромить не удалось, но тем не менее, в завершающих операциях битвы под Москвой советские войска нанесли противнику новое поражение. Разгрому подверглись 16 его дивизий и одна бригада. Враг был отброшен на витебском направлении на 250 км, на гжатском и юхновском. — на 80 — 100 км. Были освобождены Московская и Тульская области, многие районы Калининской и Смоленской областей.
Но, отстояв этот рубеж, германское командование сохраняло удобный трамплин для нового наступления на Москву и угрожало глубоким охватом с юга району дислокации советских войск между озером Селигер и Великими Луками.
В Ржевско-Вяземской операции советские войска потеряли 776.889 человек; германские войска потеряли — 333.000 человек (это только за период с 1 января по 30 марта).
Впереди ждали тяжелые бои с врагом в данном районе. В районе Ржевско-Вяземского выступа.
Операция «Зейдлиц».
(2 – 12 июля 1942 года)
На этом выступе, созданном в ходе Ржевско-Вяземской операции, находились войска группы армий «Центр» под командованием генерал-фельдмаршала X. Г. Клюге. Отсюда немцы продолжали угрожать Москве, находясь от нее в 150—200 км. В Ржевско-Вяземском районе был создан классический позиционный фронт с развитой системой укреплений и опорных пунктов по периметру выступа. Узловыми точками немецкой системы обороны были города Ржев — Сычевка — Оленине — Белый, превращенные немцами в мощные бастионы. Основу обороны выступа составляли части 9-й немецкой армии (генерал В. Модель). Для ликвидации выступа в 1942 г. советское командование разработало план летней наступательной операции силами Западного и Калининского фронтов.
Однако германское командование успело ухудшить условия для советского летнего наступления. С 2 по 12 июля 1942 г. немцы провели операцию «Зейдлиц» по окружению частей 39-й армии (генерал И. И. Масленников), занимавших Холм-Жирковский выступ (между Белым и Сычевкой). Немецким войскам удалось уничтожить окруженную советскую группировку, взяв в плен свыше 30.000, что явно преувеличено, т. к. общие потери 39-й армии составили 23.647 человек. Но, тем не менее, в ходе операции «Зейдлиц» было нанесено крупное поражение войскам Калининского фронта.
Когда армия была окружена, её командующий генерал И. И. Масленников был эвакуирован. Этот эпизод генералу ставиться в упрек. Однако, генерал в данном случае не является хозяином своей судьбы. Он человек, находящийся на государственной службе, и он обязан воспользоваться направленными за ним самолетами. Это был приказ. Остаться со своими войсками до конца — это объяснимое, но не всегда целесообразное с точки зрения дальней перспективы решение.
Неправильно была показана эвакуация в фильме «Ржев. Неизвестная битва Георгия Жукова». Там было показано, как генерал, не спеша, с чемоданчиком в руке, сел в самолет и улетел. Но авторы не сказали, что генерал И. И. Масленников, помимо того, что выполнял приказ, он еще был ранен. Вот как описывает эвакуацию генерала в «Литературной газете» от 6-12 мая 2009 года № 19-20, Людмила Жукова, дочь, того летчика, который эвакуировал генерала.
Вот, что она рассказа: Лётчиком, вывезшим генерала, был мой отец! Его воспоминания о тех полётах к окружениям опубликованы в первом выпуске сборника «Слово солдата Победы» (2005г.)
Отец, не впервые летавший к ним и к партизанам, всегда возил собранные полком махорку, газеты, тетрадки и чернильный карандаш для писем.
«Идут бойцы с противотанковыми ружьями на плечах. Едва покосились на впервые пробившийся к ним самолёт. «Братцы! Ко мне! Гостинцы привёз - табачок, газеты, бумагу. Письма черкните, я брошу...»
Подошли, черкнули по нескольку строк, свернули в треугольнички: «Спасибо, браток!» И побежали. «Вы куда, братцы?» - опешил отец. «Слышишь пальбу? Бой идёт. Нас ребята ждут!»... И никакие заградотряды с автоматами не гнали их в бой!
«Нет паники, неразберихи, все спокойны, держатся с достоинством», - вспоминал отец. Прибыл командующий на лошади. Тяжело слез с помощью генерала Богданова и дочки-медсестры. Опираясь на суковатую палку, дохромал до самолёта, отдавая тихим голосом последние распоряжения. Отец протянул ему подшлемник - в открытом всем ветрам-дождям самолёте фуражка не сгодится. «А вы, товарищ генерал, летите?» - спросил отец Богданова. «Нет, остаюсь в армии. Будем прорываться. Вы командующего довезите - гангрена ему грозит. Передайте Громову — коль вы прорвались, можно наладить воздушное сообщение: к нам - боеприпасы, обратно - раненых».
Вот как все было на самом деле.
Ржевско-Сычевская наступательная операция
(30 июля – 23 августа 1942 года)
В конце июля 1942 года войска немецкой группы армий «Центр» (командующий — генерал-фельдмаршал Г. Клюге) продолжали удерживать так называемый ржевский выступ — участок фронта, вклинивавшийся в советскую оборону, откуда открывался один из кратчайших путей на Москву. Противник имел на этом выгодном для наступления плацдарме сильно укрепленную оборону.
Конфигурация фронта и расположение советских войск, которые занимали по отношению к оборонявшей ржевский выступ немецкой 9-й армии охватывающее положение, способствовали проведению наступательной операции. Такая операция была тем более необходима советскому командованию для того, чтобы сковать войска группы «Центр» на московском направлении и не позволить противнику перебрасывать ее соединения на южные участки фронта для усиления своих войск, наступавших на Волгу и Кавказ.
Согласно замыслу советского командования войскам левого крыла (30-я и 29-я армии) Калининского фронта (командующий — генерал-полковник И. С. Конев) правого крыла (31-я и 20-я армии) Западного фронта (командующий — генерал армии Г. К. Жуков) предстояло нанести удары на ржевском и сычевском направлениях, разгромить основные силы 9-й армии, овладеть городами Ржев и Зубцов, выйти на рубеж рек Волги и Вазузы и ликвидировать таким образом ржевский выступ. Главный удар наносили войска Западного фронта, поддержку которым оказывали 3-я и 1-я воздушные армии.
Наступление началось 30 июля на участке Калининского фронта. 30-я армия смогла прорвать первую полосу обороны противника, однако встретила упорное сопротивление и втянулась в затяжные бои при Полунине. 29-я армия успеха не имела.
Войска Западного фронта перешли в наступление 4 августа. Утром следующего дня они преодолели главную полосу обороны противника и к исходу 5 августа расширили прорыв до 30 км по фронту и 25 км в глубину. Чтобы развить и закрепить успех, 6 августа в сражение была введена подвижная группа фронта в составе двух танковых и одного кавалерийского корпусов.
Командование группы армий «Центр» предприняло меры для удержания ржевского выступа: усилило 9-ю армию тремя танковыми и двумя пехотными дивизиями и нанесло контрудар из районов Сычевки и Карманово в общем направлении на Погорелое Городище.
С обеих сторон на небольшом участке фронта были введены значительные массы войск, и с 7 по 10 августа на подступах к рекам Вазуза и Гжать развернулось крупное встречное сражение, в котором участвовало до 1500 танков и почти все войска 9-й немецкой и двух советских армий, предназначенные для действий на зубцовском, сычевском и кармановском направлениях.
«Подумать только, — сказал командующий нашей 20-й армией генерал М. А. Рейтер, — год тому назад два таких немецких танковых корпуса прорвались от Десны на юг за Ромны, перерезали коммуникации Юго-Западного фронта. Позже такие же силы неприятеля прорвались от Орла до Тулы. А теперь два полнокровных танковых корпуса разбиты относительно равными силами нашей армии и спешно переходят к обороне, зарываются в землю. Причем вражеские танковые корпуса понесли поражение летом, когда, по заверениям немецкого командования, немцам нет равных!»
Но в итоге войска 9-й армии сумели удержать оборону. В данный период у немцев уже появилась эффективная противотанковая артиллерия (например, 76-миллиметровые орудия), что вызвало резкий рост потерь советских танков.
8 августа на участке севернее Быково в сражение была введена также 5-я армия Западного фронта с задачей наступать в общем направлении на село Карманово и соединиться с левофланговыми частями 20-й армии.
Значительных территориальных успехов советские войска не добились, однако активными действиями им удалось сорвать контрудар противника и вынудить его перейти к обороне. В дальнейшем войска правого крыла Западного фронта продолжали бои за расширение плацдармов на левых берегах Вазузы и Гжати и на подступах к Карманову и Быкову. Используя успех Западного фронта, 30-я и 29-я армии во 2-й половине августа вышли на подступы к Ржеву. 23 августа войска 31-й армии при участии частей 29-й армии освободили Зубцов, а войска 20-й армии — Карманово. На этом советские войска исчерпали свои наступательные возможности и перешли к обороне.
Потери Красной Армии в Ржевско-Сычевской операции превысили 193.683 человек.
В ходе боев советские войска нанесли противнику значительные потери: 3 танковые и несколько пехотных дивизий были полностью обескровлены; 10 пехотных, 3 танковые и 3 моторизованные дивизии потеряли от 50 до 80% личного состава. В танковых дивизиях противника количество боевых машин сократилось со 150—160 до 20—30.
Сделаем подсчеты. Численность германской танковой дивизии – 16.932 человека; численность пехотной дивизии – 16.000 человек. Немцы всегда держали численность своих дивизий на данном уровне. 16 дивизий противника потеряли от 50 до 80% личного состава. Но мы возьмем минимальную цифру – 50%. Из 16 дивизий – 10 пехотные – 160.000 человек; 3 дивизии танковые – 50.796 человек; 3 моторизованные – 48.000. Вместе – 258.796 человек. Потери 50% - 129.398 человек. 3 танковые и 3 пехотные полностью обескровлены, т.е. 90% потери. Их численность – 98.796 человек. Потери 90% - 88.914 человек. Итого потери германских войск – 218.312 человек. Потери танков не менее – 700 единиц.
Потери советских войск убитыми составили 26%, т.е. 51.482; германские потери убитыми, очевидно не меньше данного коэффициента, то есть, примерно - 56.000.
И это не удивительно. Если противник обороняется, это не значит, что он выходит сухим из воды. В фильме «Ржев. Неизвестная битва Георгия Жукова» описание сражений идет на бытовом уровне. То есть немцы расстреливают, совершенно безнаказанно, волны советской пехоты. На самом деле воздействие шло на обе стороны. Вот воспоминания немецких ветеранов.
Например, Август фон Кагенек в книге «Война на Востоке. История немецкого полка, 1941-1944 гг.» пишет о летнем сражении за Ржев следующее: «Вражеская атака была неслыханной силы, наиболее интенсивной с самого начала кампании… Мы двигались к передовой в рассыпном строю. Адский огонь артиллерии и минометов противника обрушивался на наши позиции. Невообразимо, это количество артбатарей и ракетных установок всевозможных типов, неописуемый звук «Катюш». Как минимум, от 40 до 50 «сталинских органов» стреляли одновременно. Бомбардировщики и истребители-бомбардировщики приходили и уходили с резким звуком своих моторов. Мы никогда еще не видели такого в России. Бог знает при этом, что у нас за плечами уже было тяжелое прошлое. Но кажется, что наиболее тяжелое нас еще ожидало. Мы перебегаем от воронки к воронке, чтобы укрыться от осколков снарядов. Еще 500 метров до первой траншеи. Раненые бредут нам навстречу. Они рассказывают, что впереди очень плохо. Очень большие потери. Русские уничтожали наши технику и вооружение, ровняли наши позиции с землей».
То есть, даже если тот или иной пункт не был взят в ходе штурма, это повторю, не означает, что его защитники вышли сухими из воды.
Также немцам приходилось проводить контратаки под огнем сконцентрированной для прорыва обороны советской артиллерии. Биограф фельдмаршала Моделя С. Ньютон приводит в своей книге эпизод, касающийся использования дивизии «Великая Германия» в боях за Ржев: Дивизии пришлось провести серию кровопролитных контратак при минимальной поддержке других дивизий. 30 сентября офицеры и солдаты этой элитной дивизии едва не взбунтовались». Результат таких контратак был предсказуем – сотни солдат и офицеров «Великой Германии» погибли. Ржев был мясорубкой как для наступающих, так и для обороняющихся.
Или вот оберштурмбанфюрер СС П. Шмидт под псевдонимом П. Карель в своей книге «Восточный фронт» приводит такие данные о потерях германских войск в СССР:
«...Вечером 16 февраля во 2-м батальоне 113-го мотопехотного полка оставалось 60 человек. Шестьдесят из 600. Немногим лучше обстояли дела у 1 -го мотопехотного полка, или «Лейбштандарта». На перекличках в ротах доходили до десяти, самое большее до двенадцати. Командиры рот и взводов погибли или были ранены. Та же картина в инженерно-саперных подразделениях и танковом полку — боеспособны 12 «Пантер» и несколько Т-IV...
...394-й мотопехотный полк 3-й танковой дивизии сократился до двух стрелковых рот. Многие офицеры всех частей погибли в бою. В разведывательном батальоне капитана Дайхена осталось всего восемьдесят человек, а в 331-м гренадерском полку 167-й пехотной дивизии — двести. Сходным образом обстояли дела и в других частях 11-го корпуса. В 6-й танковой дивизии осталось пятнадцать машин, в 503-м батальоне «Тигров» — девять, в трех дивизионах штурмовых орудий вместе — двадцать четыре...
...Когда обер-ефрейтор Фитшен прибыл с группой отставших в 6-ю роту, то из 12 человек нашел лишь двух солдат и одного унтер-офицера. Рота сократилась до 75 боеспособных людей. До семидесяти пяти! Десять дней назад во Франции в поезд погрузилось 240 человек...
...В середине дня 27 октября 73-я пехотная дивизия доложила, что у них осталось 170 человек — одна сотая ее прежнего состава. И это в дивизии, которую передали в 6-ю армию только 4 октября. 111-я пехотная дивизия сократилась до 200 человек. Тяжелое вооружение дивизий и корпусов было потеряно на 60%. Вся армия располагала только 25 боеспособными танками и штурмовыми орудиями...»
В Ржевско-Сычевской операции советские войска впервые за войну штурмовали такую сильную оборону врага, построенную на основе новейшей германской тактики оборонительного боя. Г. К. Жуков требовал самой тщательной подготовки операции с учетом новейшей германской тактики оборонительного боя. Он разъяснял всем командирам в приказе от 12 июля, что противник теперь строит боевые порядки расчленено и в глубину. Причина понятна: гитлеровцы уже много раз испытали на себе мощь советской артиллерии. «Необходимо глубокой обороне и контратакам противника противопоставить глубокое построение наступательных порядков» - приказывал Г. К. Жуков.
Германские войска, терпевшие тяжелый урон на фронте, вымешали свою злобу на мирном населении. Г. К. Жуков считает необходимым довести до И. В. Сталина сведения о беспримерных зверствах гитлеровцев: «Немецким карательным отрядом сожжена деревня Красница, все жители расстреляны, убито 600 человек, ранено 146. Сожжен рабочий поселок Встремка. Причина расстрела — связь с партизанами».
Газета «Красная звезда» после освобождения большой кровью местечка Погорелое Городище писала: «Политика истребления русского населения проводилась в Погорелом Городище систематически и методично. В октябре 1941 года здесь проживало 3076 человек. Из этого числа фашистскими палачами 37 человек расстреляны, 94 сожжены живьем за сопротивление «эвакуации» в германский тыл и 60 человек увезены в рабство в Германию. 1980 человек умерли от голода и болезней. В живых осталось 905 человек. Так современные варвары осуществляли свою злодейскую программу истребления русского народа».
В результате Ржевско-Сычевской операции советские войска ликвидировали имевший важное значение для наступательных замыслов противника плацдарм в районе Ржева, сковали крупные силы группы армий «Центр» и до 12 переброшенных с других участков советско-германского фронта дивизий, обескровили танковые и пехотные дивизии группы армий «Центр» и не допустили их переброску на сталинградское направление.
В сентябре борьба за Ржев вспыхнула с новой силой. Прорвав немецкую оборону, советские части ворвались в город, где разгорелись яростные уличные бои. По воспоминаниям очевидцев, они напоминали идущее в тот же период сражение в Сталинграде. Поле битвы осталось за немцами, которые отбили Ржев ценой огромных усилий. Хотя летне-осеннее наступление Красной Армии не принесло желаемых результатов, оно сорвало немецкие наступательные планы по нанесению сходящихся ударов из районов Демянска и Ржева с целью разгрома Северо-Западного и Калининского фронтов. К середине октября бои стихли.
А если представить, что советские войска не наступали бы под Ржевом и 12 дивизий врага были бы переброшены под Сталинград. Что тогда бы? А ведь немцы планировали это, более того они часть войск с Ржевско-Вяземского выступа планировали перебросить под Сталинград. Этого допустить было нельзя. И немцы не то, что не перебросили часть войск из под Ржева, но и как говорилось выше перебросили под Ржев еще 12 дивизий. Вот как важность боев под Ржевом отразил в книге «Судьба разведчика» упоминавшийся выше В. В. Карпов:
«…Караваев и Гарбуз вышли, когда адъютант доложил, что все прибыли. Лицо у командира полка тоже мрачное, в глазницах сплошная чернота. Гарбуз чуть бодрее.
— Товарищи командиры, — негромко сказал Караваев, — в блиндаже мы, пожалуй, не поместимся, давайте поговорим здесь. Я не задержу вас. Мы вот с комиссаром только что вернулись из дивизии. Нам опять поставлена задача наступать!
Ромашкин не поверил своим ушам: «Не может быть!» Остальные отозвались сдержанным, явно неодобрительным гулом. Командир первого батальона, худой и длинный капитан Журавлев, спросил:
— С кем же, товарищ подполковник, наступать? В ротах людей — раз, два и обчелся.
Караваев посмотрел на него сочувственно, но ответил твердо:
— И все равно будем наступать. Немцы снимают войска с нашего фронта и перебрасывают под Сталинград. Пленный, добытый вчера разведчиками, подтвердил это: немецкий полк, с которым до сих пор имели дело только мы, теперь обороняется на широком фронте против двух полков нашей дивизии, потому что его сосед справа выведен в тыл…
…Пленный находился неподалеку — в овражке, где отдыхали разведчики. Был он уже перевязан и чувствовал себя довольно бодро, но при появлении Колокольцева почему-то закрыл глаза. Майор задал ему несколько вопросов. Немец молча и не открывая глаз отвернулся.
— Не желает разговаривать, п…а! — рассвирепел Рогатин.
— Это он с перепугу. Думает, конец пришел, — предположил Пролеткин.
— Да мне, собственно, разговор его и не нужен, — спокойно сказал майор, вынимая из кармана пленного служебную книжку и заглядывая в нее. — Все без слов ясно — шестьдесят седьмой полк, тот самый, который был снят отсюда. Вернулись, голубчики!»
Операция «Смерч».
(11 – 22 августа 1942 года)
Как уже было сказано, в ходе Ржевско-Сычевской операции наступление Красной Армии сорвало немецкие наступательные планы по нанесению сходящихся ударов из районов Демянска и Ржева с целью разгрома Северо-Западного и Калининского фронтов, точнее не сорвало, а вынудило наступать в невыгодных условиях. Это была операция «Смерч».
На другой день после поражения немецких танковых корпусов у Ржева 10 августа, 11 августа по приказу Гитлера вторая танковая армия затеяла операцию «Смерч» у Сухиничей. Операция провалилась, немцы подверглись неслыханному избиению.
С чувством большого удовлетворения и гордости Г. К. Жуков докладывает И. В. Сталину 21 августа: «После неудачных попыток прорвать фронт в направлении Дрегово—Козельск противник главные усилия перенес на Сухиничское направление. 19—20.8.42. противник вел атаки пехотой и танками... Силами 16-й армии и 9-го танкового корпуса все атаки противника отражены... Во время боев противник потерял до 300 танков, 25—30 тысяч убитых солдат и офицеров. Наши войска дерутся с исключительным упорством».
Г. К. Жуков обескровил группу армий «Центр», хотя в ходе этих боев ей было предоставлено дополнительно 12 дивизий, в том числе некоторые с юга. Тогда он не мог знать, как отдалось сражение в августе 1942 года под Ржевом и у Сухиничей в высшем руководстве Германии.
Когда после 9—10 августа Гитлер приказал обрушить на русских «Смерч», командующий группой армий «Центр» фельдмаршал Клюге запротестовал: надо отдать выделенные для него дивизии — 500 танков для «спасения» 9-й армии у Ржева. Хотя бы отбиться, а не дерзать наступать, Гитлер отказал. Клюге патетически воскликнул: «Тогда, мой фюрер, ответственность на вас!»
Английский историк Д. Ирвинг, перерыв немецкие архивы, в книге «Война Гитлера» (1977) так восстановил дальнейшие события в ставке Гитлера в «Волчьем логове». «Смерч» разразился 11 августа против русских укреплений в заболоченных лесах, где везде таились минные поля. Клюге допустил расхождение дивизий, они несли ужасающие потери. Операция не удалась. 22 августа разочарованный Гитлер снова вызвал Клюге в «Волчье логово» и приказал превратить операцию «Смерч» в чисто оборонительную. Это первое серьезное поражение в 1942 году угнетало Гитлера».
Тем временем 9-я армия Моделя у Ржева уже истекала кровью. Гитлер двинул моторизованную дивизию «Великая Германия», которая была переброшена из группы армий «А». Однако на бурном штабном совещании 24 августа Гальдер потребовал разрешить Моделю отступить, ибо армия больше не могла позволить себе таких больших потерь. В одном из полков, например, за неделю сменилось восемь командиров.
Операция «Смерч» полостью провалилась.
Ржевско-Сычевская наступательная операция «Марс».
(25 ноября – 15 декабря 1942 года)
Новое советское наступление в этом районе началось 25 ноября 1942 г. Операция, получившая кодовое название «Марс», имела целью ударами двух фронтов — Западного (генерал И. С. Конев) и Калининского (генерал М. А. Пуркаев) — нанести поражение войскам группы армий «Центр», оборонявшим Ржевско-Вяземский выступ. Общая численность войск Калининского и Западного фронтов превышала 1.300.000 человек, они располагали для наступления 1718 танками. Координировал действия фронтов Г. К. Жуков.
Одной из больших проблем «Марса» было то, что его готовил не сам Г. К. Жуков. Он в период подготовки войск Калининского и Западного фронтов к «Марсу» занимался планированием и подготовкой операции «Уран». Поэтому Георгий Константинович был вынужден доверить подготовительные мероприятия по «Марсу» И.С. Коневу и М.А. Пуркаеву. Первый после отъезда Г. К. Жукова под Сталинград возглавил Западный фронт, а второй — Калининский фронт.
Часто данная операция становится предметом спекуляций и используется для поливания грязью Г. К. Жукова. Дело в том, что документы, связанные с ней, до сих пор не рассекречены. В результате такой таинственности возникло немало домыслов и небылиц. Во многом благодаря «сенсационным исследованиям» американского историка Дэвида Глэнтца. Суть их такова. Ставка Верховного Главнокомандования (ВГК) готовила, мол, осенью 1942 года сразу два мощных контрнаступления – под Сталинградом (операция «Уран») и в районе Ржева (операция «Марс»). Однако маршал Г. К. Жуков, имея под Ржевом превосходство над немцами, будто бы умудрился потерпеть «величайшее поражение во Второй мировой войне», которое тщательно скрывается от нашего народа. Так и пошли гулять в прессе «выкладки» американского ученого.
Но что было на самом деле?
Осенью 1942 года началась подготовка контрнаступления под Сталинградом. Очень важно было скрыть намерения нашего командования от немцев. Кроме того, учитывалось, что как только противник попадет под Сталинградом в тяжелое положение, он попытается сразу же перебросить на помощь своей южной группировке часть войск с других направлений. Чтобы не допустить этого, Ставка ВГК предусмотрела проведение специальной, или, как ее назвал маршал А. М. Василевский, отвлекающей операции (получившей кодовое название «Марс»). Вот истинные цели данной операции. Замысел операции состоял в том, чтобы одновременно с контрнаступлением под Сталинградом силами войск Северо-Западного, Калининского и Западного фронтов провести наступление в районах Демянска, Великих Лук и ржевско-вяземского выступа, сковать там противника и привлечь на эти направления его дополнительные резервы.
Маскировочные и дезинформационные мероприятия, блестяще организованные нашим командованием при подготовке обеих операций («Марс» и «Уран»), убедили немцев в том, что главный удар Красная Армия нанесет против группы армий «Центр». Основываясь на таком выводе, они в октябре–ноябре 1942 года перебросили на западное (московское) направление дополнительно не только 21‑ю дивизию, но и всю 11‑ю полевую армию во главе с фельдмаршалом Манштейном.
Создание немцами мощной группировки в центре и наличие общего превосходства в силах на юге не давали Гитлеру поводов для беспокойства за стабильность Восточного фронта. Фюрер даже решил использовать благоприятную, по его мнению, обстановку в личных целях: 7 ноября он вместе с высшими генералами вермахта Кейтелем и Йодлем отправился на отдых в Альпы.
Советское же командование за счет ослабления второстепенных участков осуществило укрупнение сил и средств на направлениях главных ударов. Утром 19 ноября внезапный и мощный удар артиллерии открыл контрнаступление советских войск под Сталинградом. В ходе его соединения Юго-Западного, Донского и Сталинградского фронтов в короткий срок прорвали вражескую оборону и 23 ноября замкнули кольцо вокруг 22 дивизий вермахта.
Контрнаступление под Сталинградом оказалось для Гитлера совершенно неожиданным. Только к исходу второго дня он осознал всю серьезность надвигающихся событий. И отдал приказ срочно перебросить с московского направления в район Миллерово 11‑ю армию и на ее базе создать новую группу армий «Дон» с целью объединения всех войск в опасной зоне. Однако отправить на юг удалось лишь штаб 11‑й армии во главе с Манштейном, без войск: начавшаяся операция «Марс» сковала силы фашистов.
Более того, немецкое командование было вынуждено направить на московское направление из резерва еще 5 дивизий (из них 4 танковые, а как Манштейну нужны были под Сталинградом танки!) и 2 бригады. К тому же за счет перегруппировки войск и резерва группы армий «Центр» на направление ударов советских армий в ржевско-вяземском выступе и в район Великих Лук было переброшено еще 10 дивизий. Все эти соединения были скованы здесь боем. И лишь во второй половине декабря немцам удалось направить с центрального участка фронта в группу «Гот» и в 8‑ю итальянскую армию дополнительно еще по одной дивизии. Но этого оказалось слишком мало для того, чтобы деблокировать окруженную под Сталинградом армию Паулюса.
Следовательно, цель операции «Марс», проведенной в интересах войск, решавших главную стратегическую задачу кампании – сковать одну из самых сильных группировок противника, была достигнута полностью.
Почему можно утверждать, что других целей перед операцией «Марс» не ставилось?
Во-первых, экономика страны в то время была еще не способна обеспечить потребности действующей армии для одновременного наступления на нескольких стратегических направлениях.
Во-вторых, Ставка ВГК направила дополнительные боеприпасы лишь на фронты сталинградского направления. На каждую 76‑мм пушку здесь, к примеру, поступило от 350 до 630 снарядов.
А вот артиллерия Калининского и Западного фронтов для операции «Марс» дополнительно боеприпасов не получила. Из этого очевидно, что тут главный удар не готовился. Отсутствие необходимого боекомплекта привело к совершенно недостаточному огневому поражению противника в ходе наступательных боев и, как следствие, к значительным жертвам с нашей стороны.
Однако неизвестно, какими могли быть потери Красной Армии в контрнаступлении под Сталинградом и смогли бы наши войска вообще разгромить там вражескую группировку, если бы не операция «Марс». И потому, испытывая благодарность и восхищение перед непосредственными участниками Сталинградской битвы, мы одновременно преклоняемся перед мужеством и самопожертвованием тех, кто сражался с врагом в операции «Марс».
А если бы соответствующие должностные лица своевременно рассекретили документы этого сражения, раскрывающие подвиг наших воинов, то исчез бы сам повод для искажения исторической правды по поводу операции «Марс».
Следует подробнее сказать о дезинформационных мероприятиях. Здесь большую роль сыграла советская разведка. В Генеральном штабе служил младший офицер Александр Демьянов, который якобы был агентом германской разведки. На самом деле это был советский разведчик, через которого советская разведка поставляла германскому командованию значительный объем дезинформации. 4 ноября 1942 года Александр Демьянов подбросил «информацию» руководству вермахта о том, что главный удар по противнику Красная Армия нанесет 15 ноября под Ржевом.
Из воспоминаний генерала Павла Судоплатова: «…В соответствии с разработанной нами легендой мы устроили Демьянова на должность младшего офицера связи в Генштаб Красной Армии…
…Дезинформация порой имела стратегическое значение. Так, 4 ноября 1942 года «Гейне» – «Макс» сообщил, что Красная Армия нанесет немцам удар 15 ноября не под Сталинградом, а на Северном Кавказе и под Ржевом. Немцы ждали удара под Ржевом и отразили его. Зато окружение группировки Паулюса под Сталинградом явилось для них полной неожиданностью.
Не подозревавший об этой радиоигре Жуков заплатил дорогую цену – в наступлении под Ржевом полегли тысячи и тысячи наших солдат, находившихся под его командованием. В своих мемуарах он признает, что исход этой наступательной операции был неудовлетворительным. Но он так никогда и не узнал, что немцы были предупреждены о нашем наступлении на ржевском направлении, поэтому бросили туда такое количество войск».
Здесь мы видим, что советское руководство решило подстраховаться. Сделать все наверняка.
Таким образом, Ставка ВГК жертвовала оперативным успехом на западе, ради стратегического на Юге.
В результате, столь масштабное стратегическое наступление советских войск под Сталинградом оказалось для Вермахта совершенно неожиданным: эффект внезапности был достигнут.
«Мы абсолютно не имели представления о силе русских войск в этом районе. Раньше здесь ничего не было и внезапно был нанесен удар большой силы, имеющий решающее значение» - писал генерал Йодль.
В целом Красной Армии не удалось одержать верх. И стоит сказать о непосредственных причинах не очень успешных действий советских войск. Это уже упоминавшаяся причина. То, что одной из больших проблем «Марса» было то, что его готовил не сам Г. К. Жуков. Он в период подготовки войск Калининского и Западного фронтов к «Марсу» занимался планированием и подготовкой операции «Уран».
Также, одной из причин не очень успешных действий советских войск было пренебрежение штурмовыми действиями, как того требовал Г. К. Жуков.
А пример успешных штурмовых действий мы находим в операции «Марс». В действовавшем в районе Молодого Туда 879-м стрелковом полку 158-й стрелковой дивизии была проведена дифференцированная подготовка подразделений с формированием батальона-лидера: «Командир полка решил 1-й стрелковый батальон подготовить как штурмовой. Количество коммунистов и комсомольцев в батальоне было доведено до 35% по отношению ко всему личному составу. Взамен больных и пожилых солдат поступило 40 человек молодежи из других подразделений. Батальон был выведен с переднего края обороны и сосредоточен в тылу, где он приступил к напряженной боевой подготовке. Основной упор в процессе боевой подготовки был сделан на освоение боевого порядка в наступлении в соответствии с требованиями приказа Народного Комиссара Обороны № 306 от 8 октября 1942 г. и на отработку вопросов организации взаимодействия с артиллерией и танками. С этой целью было проведено несколько тактических учений, причем в течение трех дней в этих учениях принимал участие взвод танков Т-34». 879-й стрелковый полк добился хороших результатов в наступлении и продвигался быстрее, чем соседний 881-й стрелковый полк той же дивизии, не использовавший тактики штурмовых действий.
Да, это была неудачная наступательная операция, но это не было катастрофическим поражением. Тем более нельзя это назвать поражением Г. К. Жукова, который в связи со Сталинградской битвой, как мы видим, бывал на западном направлении наездами. Именно он, убедившись, что стратегическая задача сковать до 30 германских дивизий на ржевском направлении и заставить командование вермахта еще усилить свою группировку резервами группы армий «Центр» и ОКХ (4 танковых, 1 моторизованную дивизии и 2 бригады) – решена, приказал прекратить ставшую уже ненужной операцию «Марс».
Но, тем не менее, был достигнут ряд территориальных успехов, были вклинения в германскую оборону и немцы предпринимали попытки их ликвидировать 23, 30 и 31 декабря, не увенчавшиеся успехом. 1 января 1943 года командующий 9-й армии В. Модель приказал прекратить атаки.
Германским войскам был нанесен существенный урон. Потери РККА – 70.373 убитых; 145.301 раненых. Потери вермахта, по самым скромным данным, - 40.000 убитых; 100.000 раненых. Впрочем, как констатирует германский историк Брент Викер: «Потери немцев на ржевском направлен были огромны».
И последние. Что касается Дэвида Глэнтца. Для таких как он оболгать россиян, Россию, СССР – вопрос пропитания, но зачем ряд российских историков повторяют его домыслы. Тем более, что он не относится к числу авторитетных историков на Западе. Пусть уж он лучше исследует позор американской армии в Италии или в Арденнах. А свою историю мы изучим сами.
Великолукская операция.
(24 ноября 1942 года – 20 января 1943 года)
В ходе подготовки контрнаступления под Сталинградом советское командование принимало разнообразные меры по всесторонней дезинформации противника. Оно старалось ввести германское командование в заблуждение относительно своих стратегических планов и убедить его, что западное направление станет основным направлением советских действий.
С этой целью сосредоточение войск, которым предстояло наступать под Сталинградом, осуществлялось скрытно, а открыто войска перевозились на Калининский и Западный фронты, где готовилась Ржевско-Сычевская операция. Осуществлялись также утечки соответствующей «секретной» информации. По данным советской агентурной разведки, все эти усилия достигли цели. Германское командование пришло к выводу о неспособности Красной Армии вести крупные наступательные операции осенью — зимой 1942 года. Допускалась лишь возможность отдельных наступательных операций между Ржевом и Великими Луками. Для усиления группы армий «Центр» в район Смоленска и Витебска, из Германии и с других участков фронта было переброшено 16 дивизий. Чтобы сковать как можно больше сил группы армий «Центр» и не допустить их переброски под Сталинград, первоначальный замысел Ржевско-Сычевской операции был изменен и было решено нанести еще один вспомогательный удар на великолукском направлении. Операция проводилась силами 3-й ударной армии, частью сил 43-й армии, других соединений и частей из состава Калининского фронта (командующий — генерал-полковник М.А. Пуркаев) и Резерва Ставки.
Противник оборонятся на хорошо подготовленных позициях. Первый рубеж немецкой обороны проходил в двух-трех километрах от Великих Лук. Второй рубеж включал окраины города и примыкавшие к ним населенные пункты. К обороне были приспособлены также многие здания в самом городе.
Операция началась 24 ноября когда начали действовать передовые отряды советских войск. На следующий день в сражение вступили главные силы. Наступая в трудных условиях лесисто-болотистой местности, советские войска преодолели ожесточенное сопротивление противника и 28 ноября окружили его группировку в Великих Луках. Продолжив наступление, к 10 декабря они продвинулись на 25— 30 км и на двух участках южнее и севернее Новосокольников перерезали железную дорогу, связывавшую немецкие группы армий «Север» и «Центр». Германское командование перебросило на великолукское направление несколько соединений и предприняло попытки деблокировать окруженные в Великих Луках войска. В течение месяца противник наносил контрудары по флангам наступавших советских войск и в итоге смог на узких участках фронта продвинуться до 15 км и выйти на подступы к городу, однако соединиться с окруженной группировкой ему не удалось.
Чтобы избежать кровопролития, советское командование через парламентеров передало начальнику немецкого гарнизона подполковнику фон Засу предложение о капитуляции. Оно было отклонено, и советские войска приступили к ликвидации противника. 17 января 1943 года после тяжелых боев остатки 7-тысячного немецкого гарнизона были окончательно уничтожены и Великие Луки были освобождены. 20 января 1943 года продолжавшаяся около 2 месяцев Великолукская операция закончилась.
В общей системе стратегических действий, проводимых на западном и северо-западном направлениях, Великолукская операция сыграла большую роль. С ликвидацией великолукского плацдарма, за который ожесточенно бились немецкие войска, утратили свое значение демянский и ржевско-вяземский выступы. Активными действиями войска Калининского и Западного фронтов сковали до 30 дивизий противника, не позволив перебросить их под Сталинград, и тем самым внесли значительный вклад в победный исход Великой битвы на Волге.
О данной операции при изучении противостояния под Ржевом, не упоминают, как правило, а зря. Она была его составной частью и проводилась силами Калининского фронта.
Потери: РККА – 31.674 убитых; 72.348 раненых. Вермахт – 40.000 убитых; 3.000 пленных.
Ржевско-Вяземская наступательная операция.
(2 – 31 марта 1943 года)
Итак, в ходе проведенных советскими войсками зимой 1941 — 1942 года ряда наступлений на западном направлении немецким войскам удалось удержать выступ шириной до 200 км и до 160 км в глубину. Линия фронта здесь проходила западнее Белого, севернее и восточное Ржева, западнее Юхнова, восточное Спас-Деменска. Германское командование придавало особое значение удержанию ржевско-вяземского выступа, рассматривая его как плацдарм для наступления на Москву. В течение 1942 года на этом участке фронта действовало примерно 2/3 сил всей группы армий «Центр».
Весной 1943 года положение немецких войск на южном крыле советско-германского фронта значительно ухудшилось. Начавшееся в феврале 1943 года наступление войск Брянского и Центрального фронтов на орловском и севском направлениях заставило германское командование начать переброску своих войск из ржевско-вяземского выступа для усиления орловской группировки.
В связи с отходом противника Западный фронт (командующий — генерал-полковник В.Д. Соколовский) и Калининский фронт (командующий — генерал-полковник М.А. Пуркаев), войска которых занимали по отношению к ржевско-вяземскому выступу охватывающее положение, получили задачу начать преследование противника, сорвать отход группировки противника, разгромить ее, ликвидировать ржевско-вяземский плацдарм и развивать наступление в общем направлении на Смоленск.
2 марта войска фронтов, выполняя приказ, начали наступление. Противник широко применял различного рода заграждения, и, отступая, оставлял заслоны на заранее подготовленных оборонительных позициях. Наряду с сильной весенней распутицей, это резко снижало темпы продвижения советских войск, сковывало маневр подвижных отрядов. В результате темпы преследования составляли всего лишь 6—7 км в сутки и войска фронтов не смогли выйти в тыл противника и отрезать ему пути отхода.
15—31 марта они вышли к заранее подготовленному и сильно укрепленному рубежу северо-восточнее Духовщины, Ярцева, Спас-Деменска. Здесь противник оказал сильное сопротивление и советские войска были вынуждены остановиться.
Несмотря на то, что основную задачу — ликвидацию крупной немецкой группировки — выполнить не удалось, противнику был нанесен заметный урон, и на этом направлении он был отброшен от Москвы на 100—120 км. Были освобождены города Ржев, Гжатск, Сычевка, Белый, Вязьма. Благодаря сокращению линии фронта Советское Верховное Главнокомандование смогло вывести в резерв две армии и один корпус.
Прямая угроза Москве была устранена. Для германского руководства это стало тяжелой утратой. Известно, что Гитлер пожелал лично услышать по телефону взрыв ржевского моста через Волгу при отходе германских частей.
Итоги и значение противостояния под Ржевом.
Начнем с потерь сторон: в Ржевско-Вяземской стратегической наступательной операции, Ржевско-Вяземской наступательной операции, двух Ржевско-Сычевских операциях и Великолукской операции общие потери Красной Армии – 1.468.845, из них безвозвратные – 467.711. с учетом других операций и боев потери РККА можно увеличить примерно на 200.000.
Потери Вермахта составили не менее 1.100.000 убитыми, ранеными и пленными. В Ржевско-Вяземской стратегической наступательной операции – по не полным данным, немцы потеряли 333.000 человек, в первой Ржевско-Сычевской операции – не менее 218.000, во второй – 140.000, в «Смерче» - не менее 30.000 только убитыми, в Великолукской операции – 43.000 убитыми и пленными. Это в основном, основываясь на немецких данных, а как известно, в них очень много «хитрых» методик подсчета потерь, а следовательно германские потери весьма занижены. Тем самым, по самым скромным подсчетам потери вермахта под Ржевом не менее 1.100.000 человек.
Как известно, есть войны и военные операции «знаменитые» и есть «незнаменитые». Например, к «знаменитым» относится конфликт на реке Халхин-Гол, тем более Великая Отечественная война, особенно такие операции этой войны как Сталинградская и Курская битвы, Белорусская и Висло-Одерская наступательные операции, взятие Берлина и освобождение Праги и др., «знаменита» и Советско-японская война 1945 года и т. д. Действительно, красивые и быстрые победы, в корне меняющие стратегическую обстановку, масштабность и размах перечисленных войн и операций, всё это заставляет писать и говорить о них. Это интересно и ярко. А есть, операции «незнаменитые». К ним относятся операции под Ржевом. Здесь мы не видим той яркости, как у выше перечисленных операций. Но тем, не менее противостояние под Ржевом было очень важным. Солдаты там делали черновую работу, защищая Москву и помогая солдатам под Сталинградом. Именно под Ржевом, как мы убедились, была создана под Сталинградом ситуация, что называется «кушать подано» и окончательно снята угроза Москве. Лучше всех подвел итог Ржевскому противостоянию писатель и историк В. Кожин.
«Столь долгое (14 месяцев) стойкое сопротивление врага в округе Ржева — очень существенная глава истории войны, — считал Вадим Кожин. —...Эти бои представляли собой, по существу, единственное безусловно достойное действие наших войск почти за весь 1942 год — между победой под Москвой в самом начале этого года и победой под Сталинградом в его конце. Более того: без героического — и трагедийного — противоборства под Ржевом иначе сложилась бы и ситуация под Сталинградом... Чтобы убедиться в первостепенной, исключительной значимости противоборства под Ржевом, достаточно вглядеться в один из важнейших источников по истории боевых действий в 1941—1942 годах — «Военный дневник» тогдашнего начальника Генерального штаба сухопутных войск Германии Франца Гальдера: Ржев здесь буквально в центре внимания начиная с 3 января 1942-го... Таким образом, был свой объективный смысл в ржевском противоборстве и у нас, и у врага — правда, кардинально различный смысл: сопротивляясь под Ржевом, враг отдалял свое поражение, а мы, атакуя его, приближали свою победу.
Впрочем, и некоторые другие историки придерживаются того же мнения: «Не было бы Ржева — не было бы и Сталинграда. Именно потери, которые понес враг под Ржевом, помогли отстоять город Сталина».
«Ныне — в соответствии с общей тенденцией — многие авторы самым резким образом осуждают Сталина за то, что он отдавал приказы о все новых атаках на этом участке фронта, увеличивая страшные потери. Но теперь, задним числом, легко решать подобные проблемы. Представим себе хотя бы, что врагу тогда требовалось всего лишь 12—15 минут (даже при малых в сравнении с нынешними авиаскоростях), дабы долететь от Ржева до Москвы...» — пишет Вадим Кожин. И далее: «Приходится сказать, что цифру 1 миллион 109 тысяч 149 издатели почерпнули из уже упоминавшегося изданного в 1993 году статистического исследования под названием «Гриф секретности снят». Но они — вольно или невольно — побуждают своих читателей полагать, что эта цифра имеет в виду убитых в упомянутых «.трех стратегических операциях». Между тем, как явствует из указанного исследования, речь идет о выбывших по той или иной причине из строя воинах, в том числе раненых, заболевших, обмороженных. Что же касается «безвозвратных потерь», то есть погибших либо попавших в плен воинов, в Ржевских операциях их было не свыше миллиона, а в три с лишним раза меньше — 363 664 человека. Конечно, и эта цифра страшная, но, говоря о наших потерях, уместно было бы поставить вопрос и о потерях врага».
Действительно, значение Ржева огромно. И было бы справедливо присвоить ему звание «Город-Герой».
Хроника событий
(8 января – 20 апреля 1942 года)
Ржевско-Вяземская стратегическая наступательная операция.
(2 – 12 июля 1942 года)
Операция «Зейдлиц».
(30 июля – 23 августа 1942 года)
Ржевско-Сычевская наступательная операция
(11 – 22 августа 1942 года)
Операция «Смерч».
(24 ноября 1942 года – 20 января 1943 года)
Великолукская операция.
(25 ноября – 15 декабря 1942 года)
Ржевско-Сычевская наступательная операция «Марс».
(2 – 31 марта 1943 года)
Ржевско-Вяземская наступательная операция.