«Четыре жизни Петра Мамонова». Россия, 2026 г., 126 мин. Реж. — Павел Лунгин.
Картина маслом. Москва. Киноцентр "Домжур". Жду начала биографического фильма про Петра Николаевича Мамонова. В первом ряду сидит пара средних лет. О чём-то оживлённо спорят. Прислушался. Оказалось, о том, художественный это фильм или документальный. Начинаю прикидывать в уме: "А что если и вправду снимут байопик о Мамонове?" Сразу вопрос: "Кто в главной роли — Кологривый или Безруков?" А если на сериал замахнутся? Масштаб личности Петра Николаевича достоин как минимум трёх сезонов!
Посмотрел, сколько идёт документалка, — два часа с копейками. Хватит ли? Забегая вперёд, скажу: не хватило.
В фильме использованы архивные записи, семейные фотографии, домашнее видео и воспоминания людей, знавших Мамонова, — в том числе его супруги Ольги, Ивана Охлобыстина, Олега Ковриги, Александра Ф. Скляра, Виктора Сухорукова и Евгения Маргулиса.
Картина разбита на четыре части (жизни). Первая — "Бродяга". Дозвёздный период. Москва, детство на Большом Каретном, в одном дворе с Высоцким. Бунтарский характер Петя начал проявлять ещё в школе. В четвёртом классе он с разбега пробил головой фанерный шкаф в физкультурной раздевалке — насквозь. За это получил прозвище "Мамон — чугунная голова". Среди одноклассников был, что называется, в авторитете. Потом в жизнь ворвался рок-н-ролл. И понеслась: твист, музыка на бобинах, эксцентричные наряды, портвейн, драки. Хрестоматийная история о том, как двадцатипятилетнему Мамонову в пьяной потасовке воткнули в грудь заточенный напильник, тоже на месте. Куда без неё?
"Бродяга" — самая душевная часть фильма. "Золото" — интервью с вдовой артиста Ольгой Мамоновой, его подругами — художницей Ольгой Гороховой и Светой Виккерс, хозяйкой одного из первых ночных клубов Москвы — "Эрмитаж". Дамы перемывают косточки артисту, вспоминают его алкогольные подвиги и непростую, но весёлую совместную жизнь.
"Вторая жизнь. Рок-звезда". Первые музыкальные опыты, квартирники, создание группы "Звуки Му", легендарное выступление на "Музыкальном ринге" с "Гадопятикной" и "Ежедневным героем", концерты — один безумнее другого. Большая часть фильма ожидаемо отведена сотрудничеству "Звуков Му" с именитым Брайаном Ино. Ещё бы! Кто из советских рокеров может похвастаться контрактом с "Уорнер бразерс", гастролями по США и альбомом, изданным на культовом британском лейбле "Опал рекордс"? Правда, это сотрудничество продлилось недолго. Пётр Николаевич, в то время находившийся на пике алкогольного Эвереста, конфликтовал с известным британским продюсером, а потом и вовсе разогнал коллектив. Позже пел и записывался дуэтом с братом Алексеем Бортничуком, собрал новый состав и, наконец, стал выступать сольно.
"Третья часть — "Актёр" и четвёртая — "Старец" как бы перетекают друг в друга. Знаковая роль Мамонова в картине Лунгина "Такси-блюз", главные роли в Московском драматическом театре им. К.С. Станиславского ("Лысый брюнет" Даниила Гинка, "Полковнику никто не пишет" по Маркесу), моноспектакли "Есть ли жизнь на Марсе?", "Шоколадный Пушкин"… Наконец, "Остров". Роль юродивого монаха Анатолия сделала Петра Мамонова сверхпопулярным и в некотором роде предопределила его дальнейшую судьбу. Можно сказать, что он до конца жизни так и не вышел из этой роли. Доходило до смешного: бабушки на улице узнавали Петра Николаевича и просили благословения, путая артиста с экранным образом. Впрочем, думаю, Мамонову это льстило. "Он был супернарцисс", — говорит о нём Лунгин.
Несомненный плюс картины — попытка "приземлить" образ Петра Мамонова. Увы, в последние годы всё заметнее тенденция изображать Петра Николаевича едва ли не схимником. Безусловно, Мамонов — один из самых ярких и неистовых проповедников русского православия. Но сводить его личность исключительно к религиозному служению было бы непростительным упрощением. Мамонов — фигура куда более многогранная и противоречивая. Неслучайно Иван Охлобыстин, которому довелось сниматься с Петром Николаевичем в лунгинском "Царе", назвал его не иначе как "планета Мамонов". И в этой метафоре, пожалуй, куда больше правды, чем в попытках представить его сугубо смиренным подвижником веры.
Мамонов не умел существовать вполнакала. Всё, за что брался, он доводил до предела. Превращал выступления "Звуков Му" в неистовые перформансы с почти животной экспрессией. В кино и театре не боялся быть резким, странным, неудобным. В жизни — тоже без полутонов: любил без оглядки, пил до белой горячки, с головой уходил в строительство. А Бога искал с таким же рвением, с каким впоследствии проповедовал слово Его.
И, возвращаясь к вышесказанному, отмечу: сто двадцать шесть минут хронометража — преступно мало, чтобы рассказать о "планете Мамонов". Правда, создатели обещают показать по ТВ четырёхчасовую версию. Впрочем, и четыре часа не гарантируют полноты картины.
