Можно по праву считать Ивана IV Грозного (1530–1584 гг.) самым не понимаемым и неоценённым из числа великих руководителей нашей страны. Во времена его правления уже не вели летописей, Смутное время (1598–1613 гг.) накладывает общий негативный оттенок на весь исторический период, а основным источником, по которому формировалось общее впечатление у потомков, стали труды князя Андрея Курбского (1528–1583 гг.), государева изменника, предателя и беглеца (с 1564 г.). Не имея других подробных источников, Н.М. Карамзин (1766–1826 гг.) много почерпнул из далеких от объективности материалов, что хорошо легло на политическую конъюнктуру, придавая больший моральный вес произошедшей смене династии.
Отрицать расширение Руси при Иване IV не получалось (присоединение Казанского и Астраханского ханств, да и Сибирское пришло чуть позже), хотя усмирение Крымского ханства (прекращение экспансии Османской империи в Поволжье) и уничтожение Ливонского ордена старались не замечать. Больше внимания уделяли отсутствию итоговой победы против набирающих в тот период силы западных соседей, игнорируя успехи и сложность задач.
Во внутренней политике обсуждали форму опричнины, игнорируя, что проведённые Иваном IV изменения заложили фундамент, основу существования Руси / России на несколько веков, что они позволили пройти Смутные времена без распада и фрагментации, даже недавно присоединённые ханства не отделились. Царь за очень короткое время и довольно мягкими методами (относительно законов исторической эпохи они были достаточно гуманными) смог сломать хребет княжеским и боярским родам.
Говоря современным политологическим языком, он превратил страну из федеративной и олигархической в унитарное государство, закрепив и институционализировав новое положение, сделав изменения необратимыми. Проблемы регионализации в крупных странах естественны, понятны и решаемы, но добавление к ним вопросов олигархизации делает задачу во много раз сложнее. Неважно как называются олигархи (князья, латифундисты, региональные промышленники, главы народностей и т.д.), они очень быстро берут под контроль региональные власти и создают противовес центру, играя на любых противоречиях.
Олигархи не стремятся уничтожить государство, они прекрасно понимают, что без него их очень быстро съедят внешние силы, но они всячески его ослабляют, чтобы центральные власти не лезли в их дела. Пусть государство обеспечивает внешнюю безопасность и защиту, занимается населением, но не трогает их вотчины и бизнес-империи. В 1990-е гг. Россию вели именно на этот трек, превращая в федерацию со слабой центральной властью и независимыми олигархами-регионалами.
В начале XXI в. данный тренд был сломан, сейчас страна с точки зрения территориальной организации – федеративная республика, но с позиции управления – унитарная с высокой централизацией. Крупный бизнес и капиталы отодвинуты от управления государством, региональные элиты ограничены, у них выбиты основы для сепаратизма. В основе устойчивости современной системы лежит доминант служения над капиталом и постоянная, обязательная, масштабная ротация чиновников и силовиков высокого и среднего уровня, формирование из них единой общности.
Если хочется карьерного роста выше определённого уровня, придётся переезжать из своего региона на работу в другой, а потом следующий. Обратно получится вернуться, выходя на пенсию. В составе России есть территории, которым вроде бы позволяется больше, чем остальным, тут следующие причины:
▪️ наследие прошлого убирается постепенно;
▪️ очень высокий вес и значимость, которые даже после "выравнивания" всё равно видны;
▪️ эксперимент и образец, на примере которых становится понятно, почему так делать не надо, чтоб не забывали.
И, да, в мире есть страна с очень высоким потенциалом, но которая никак не может победить региональных олигархов и из-за этого вместо развития и экспансии топчется на месте, о ней в другой раз…
Илл. Илья Глазунов. "Иван Грозный" (фрагмент).
