Сообщество «Экономика» 23:35 25 ноября 2021

Экономическая подоплёка польско-белорусских трений

Дело не только в мигрантах
1

У миграционного кризиса на белорусско-польской границе есть ряд политических объяснений. Белорусская сторона говорит о том, что Польша разжигает пограничный конфликт, направленный против белорусской экономики. Польско-брюссельская сторона обвиняет Белоруссию в провоцировании ситуации в ответ на санкции. Единственным вроде бесспорным фактом является то, что через Белоруссию в Европу следует очень небольшое количество мигрантов по сравнению с их потоками через Средиземное море. Но за упрощённой миграционно-политической стороной событий следует попытаться разглядеть экономические вызовы и возможности.

Польша сидит на дотациях и транзите, но тучные времена закончились

Постоянно обсуждаемой является проблематика транзита российского газа через Польшу. "Северный поток — 2" может вариативно замещать как украинский, так и польский транзит российского газа. Польша за время годичного контракта на прокачку газа заработала порядка 200 млн евро и хочет зарабатывать в разы больше. Завершение в начале октября этого контракта стало как бы случайным предвестником миграционного кризиса. Польша также заявляет о планах диверсификации закупок газа с помощью терминалов сжиженного газа и освоения месторождений на норвежском шельфе.

Пока российско-польская торговля явно идёт в плюс России. По данным за 2020 год, российский экспорт в Польшу составил 9,46 млрд долл., из которых 69% пришлось на нефть, газ и продукты их переработки. Импорт из Польши составил 4,86 млрд долл., причём 57% этой суммы приходится на промышленную продукцию, 23% — на фармацевтическую и химическую отрасли. В случае отказа от российских энергоносителей дефицит в российско-польской торговле будет уже у российской стороны, но и Польша будет платить за диверсификацию более дорогими закупками газа на стороне.

Через Польшу и Белоруссию из стран Западной Европы в Россию завозится примерно 10% товарного импорта, а это порядка 23 млрд долл. транзитного грузопотока, заработки польской стороны на котором могут достигать миллиардов евро. Приграничные районы и Польши, и Белоруссии с населением суммарно около миллиона человек в основном обслуживают челночную и транзитную торговлю. Недавно Белоруссия урегулировала несколько направлений бизнеса на российских контрсанкциях, в которых также была задействована польская сторона, и это тоже случайно стало предвестником кризиса на границе.

Польские товары, импортируемые в Россию, очень часто имеют признаки транзитного передела при отсутствии уникальных, чисто польских преимуществ. Ещё в 1990-е годы успехи Польши в переходе к рыночной экономике имели простое объяснение в виде немецких инвестиций и дешёвой польской рабочей силы. Польская промышленность сидела и продолжает сидеть между немецкими разработками и оборудованием, китайскими компонентами и российскими потребителями.

Средняя зарплата квалифицированного рабочего в Польше ещё до ковида достигала 1200 евро, что начало затруднять ценовую конкуренцию товаров польской сборки по сравнению с товарами из Азии. Экономические и особенно логистические последствия ковида сделали польскую сборку промышленных товаров ещё менее выгодной. До ковида зарплаты удавалось отчасти сдерживать за счёт низкооплачиваемых украинских и белорусских рабочих, но их количество сильно сократилось из-за серии локдаунов.

Несколько десятилетий после крушения социализма Польша была крупнейшим получателем субсидий из европейского бюджета, которые за 2007–2013 годы составили 67 млрд евро, а за 2014–2020 годы — уже 86 млрд евро. Накануне ковида Брюссель пересмотрел принципы общеевропейского бюджета на начавшееся десятилетие и сильно уменьшил субсидии странам Восточной Европы, поскольку формально их уровень жизни приблизился к показателям Испании и Португалии.

Часть американских военных баз выводится из Германии в Польшу под лозунгом расширения НАТО и для борьбы с Россией. Только за базы в Германии США платили в пользу Германии, а за базы в Польше теперь уже Польша платит в пользу США. Формально это делается в виде обязательств по содержанию этих баз и закупок американского вооружения. Дональд Трамп в 2018 году торговался с Польшей: "Мы вам — танковую дивизию, а вы нам — два миллиарда долларов", плюс миллиарды долларов на закупки американских танков и самолётов.

ВВП Польши в долларовом эквиваленте почти не растёт последнее десятилетие. Точнее, ВВП в номинале вырос с 534 млрд долл. в 2008 году до 596 млрд долл. в 2019 году, то есть примерно на 10%, но это меньше накопленной американской официальной инфляции. Польский государственный долг составлял на конец 2020 года 58% ВВП, что в полтора раза больше уровня польского же долга 2002 года и близко к критической преддефолтной отметке в 60% для небогатых стран. Польский совокупный внешний долг перед нерезидентами со стороны государства и корпораций составлял 61% ВВП, плюс накопленные прямые иностранные инвестиции в объёме ещё 34% ВВП. Валютные резервы Польши составляют 159 млрд долл., что в 4 раза меньше суммарных обязательств нерезидентам по кредитам и инвестициям.

Польские политики и избиратели основательно подзабыли уроки финансовых кризисов 1990-х годов в странах Латинской Америки и Юго-Восточной Азии, имевших тогда ничуть не худшие экономические показатели по сравнению с нынешними польскими. В текущем году польская экономика удерживается от коллапса за счёт коронакризисных вливаний со стороны брюссельских бюрократов в размере 36 млрд евро, выпущенных с помощью денежной эмиссии Европейского центрального банка. Что будет после того, как эти деньги быстро потратят, — неясно, и во многом поэтому необходимо шоу на границе.

Польша толкает Белоруссию к большей интеграции с Россией

Теперь предположим, какими могут быть последствия от длительного закрытия белорусско-польской границы и сокращения польского транзита западноевропейских товаров в Россию. Обнуляются польская приграничная торговля с Белоруссией и остатки схем обхода российских контрсанкций. Российские порты Ленинградской области, Новороссийска и Крыма забирают себе польский транзит и доходы от транзита на миллиарды евро. Это немного сложнее переориентации грузооборота из латвийских портов, поскольку транзит идёт автотранспортом, но вполне достижимо. Польская экономика теряет несколько миллиардов евро транзитных доходов и столько же от приграничной торговли, что вроде немного на фоне ВВП, но с учётом мультипликаторов станет вполне ощутимым.

Аналогичные вызовы возникают для белорусской экономики, которая также обслуживает российский транзит. Только Белоруссия и Россия планируют усилить интеграцию, что возместит Белоруссии потерю транзита и даст возможность вытеснить польский промышленный импорт из России. Средний уровень зарплат в Белоруссии ниже польского, а белорусский опыт промышленного производства точно не меньше польского. Белоруссия производит свои грузовики, трактора, холодильники, телевизоры, выстроила значимый IT-сектор, тогда как Польша сидит на немецком оборудовании и китайских компонентах.

Основной житейский вопрос заключается в том, как мотивировать сотни тысяч рядовых белорусов вернуться из Польши, отойти от приграничной или транзитной торговли. В Польше на постоянной основе трудится порядка 150 тысяч белорусов плюс челночные работники, приграничная торговля и транзит. Только в небольшой Латвии при категорически меньшем товарном транзите на нём работало порядка 80 тысяч человек до 2019 года. Точных данных по суммарной занятости, которую потребуется переориентировать, — нет, но речь может идти о полумиллионе человек.

Очевидным решением является привлечение квалифицированных белорусских рабочих на московские стройки, поскольку такой рабочий в Москве уже получает 100–120 тысяч рублей, больше польского аналога. В 1990-е и 2000-е годы белорусские строители были значимыми на московских стройках и обеспечивали лучшее качество по сравнению с нынешними массами строителей. Совершенно случайно начало миграционного кризиса совпало с заявлениями руководителей Москвы о необходимости кадровых изменений на стройке с целью уменьшения числа мигрантов с низкой квалификацией.

Зарплата грузчика или разнорабочего на заводе условного "Самсунга" в Дорохове (Московская область) начинается от 52 тысяч рублей, что несколько больше зарплаты разнорабочего в Польше. Рост цен на продовольствие в сочетании с переориентацией белорусских рабочих из Польши должен стимулировать сельхозпроизводство в Смоленской, Брянской, Псковской областях.

Инфляционные перекосы глобальных логистических цепочек текущего года дают для белорусских производителей дополнительные возможности по увеличению доли российского рынка. Железнодорожная магистраль от Москвы до Минска много лет как реконструирована под ускоренное движение поездов, а расширение автомобильной дороги этого направления в Московской области близится к завершению. Если для интенсивного наращивания белорусского производства взамен польских товаров потребуется увеличение завоза китайских компонентов, РЖД оперативно справится с этой задачей. Опыт белорусских предприятий и российские кредиты позволят быстро устранить узкие места по производственному оборудованию.

К сожалению, современная мировая политика и экономика больше ориентированы на перераспределение преимуществ в торговле, переманивание рабочей силы и переток капиталов, нежели на пресловутые американские принципы win-win, когда вроде бы от разделения труда должны выигрывать обе стороны. Очевидные технологические, политические и демографические источники мирового экономического роста исчерпаны ещё в 2000-е годы. Поэтому вопрос стоит в том, как поступит Белоруссия: либо платит Польше больше условной дани в виде дешёвой рабочей силы и торговых преференций, либо сама, без Польши и без различных ухищрений приграничной торговли, зарабатывает на российском рынке.

Восточноевропейские страны Евросоюза избежали после 2008 года кризисной судьбы стран Южной Европы (Греции, Испании, Португалии), но каждому поколению неминуемо приходится познать свой системный кризис. Исходя из накопленных Польшей и Белоруссией больших долгов перед внешними кредиторами и инвесторами и во многом транзитно-передельного характера экономик, вопрос стоит ещё конкретнее: либо Польша избежит системного финансового кризиса за счёт провоцирования такого кризиса в Белоруссии и дальнейшего её обнищания с превращением в экономический придаток, либо Белоруссия избежит такого сценария и не даст Польше откупиться от системного кризиса за свой счёт, грамотно переориентировав часть своего населения и экономики с Польши на Россию.

Так что кризис на белорусско-польской границе является серьёзным экономическим вызовом для участвующих сторон, а главное, даёт новые интеграционные возможности для Белоруссии и России. Устойчивые экономическая и финансовая ситуации в России будут способствовать росту номинальных зарплат и переориентации квалифицированных белорусских рабочих с Польши на Россию.

Автор — доктор экономических наук, профессор департамента Общественных финансов Финансового университета

Cообщество
«Экономика»
13
Cообщество
«Экономика»
7
Комментарии Написать свой комментарий

К этой статье пока нет комментариев, но вы можете оставить свой

1.0x