Авторский блог Владимир Бугров 09:01 28 апреля 2021

Космос — наш?

Пришло время строить тяжёлый межпланетный корабль
2

Наша страна отметила 60-летие космонавтики — юбилей пилотируемых полётов в космос. Организаторы всех праздничных мероприятий провели большую работу по их подготовке в сегодняшних сложных условиях, чтобы достойно отметить этот знаменательный день. К юбилеям обычно отдают дань уважения тому, что было, рассказывают о том, что есть, и обещают то, что будет. Рассказать к юбилею о том, как летал 60 лет назад Юрий Гагарин, как наши космонавты после него без бороздят околоземные орбиты, и как сегодня мы предоставляем услуги по выведению в космос грузов и даже людей всем, кто захочет, и кто полетит завтра, — хорошо, но справедливости ради нужно напомнить, что это праздник не только лётчиков-космонавтов, а, прежде всего, советской инженерной школы и ракетно-космической индустрии. А вот такого краткого обзора и сравнительной оценки того, что было, есть и будет в плане технических достижений отечественной космонавтики (особенно в пилотируемых программах), к сожалению, не прозвучало.

В одной из статьей, вышедших к нынешнему юбилею, оценка общего вклада в отечественную космонавтику участников советского и российского периодов прозвучала так: «От первого спутника до федеральных программ». Я бы разделил: в советский период — «От первого спутника до "Бурана"», и в российский — «От станции "Мир" до федеральных программ».

В послевоенные годы, как раньше говорили, «под руководством партии и правительства» были созданы боевые ракетные комплексы — основа нашего ракетно-ядерного щита. Созданный промышленный потенциал позволил 10 декабря 1959 г. принять постановление правительства о развитии пилотируемой космонавтики, утвердившее нашу межпланетную программу начиная с первых полётов на околоземную орбиту и до экспедиций на ближайшие планеты. При головной роли ОКБ-1 — ЦКБЭМ, её главных конструкторов Королёва и Мишина был подготовлен и осуществлён первый полёт человека в космос на корабле "Восток". В 1962 году был разработан и утверждён проект экспедиции на Марс, и всё, что разрабатывалось и летало в первое десятилетие космической эры, было подчинено его реализации. Ракета Н1 грузоподъёмностью 95 т, макет Тяжёлого межпланетного корабля (ТМК) для наземных испытаний, серия космических ракет на базе боевой ракеты Р-7, серии автоматических аппаратов для полётов на орбиту, на Луну, Марс, Венеру для отработки элементов межпланетного полёта, космические корабли "Восток", "Восход", 7К-Л1 для облёта Луны, транспортная система ракета и корабль "Союз", автоматическая сборка кораблей на орбите, масштабные сооружения технического и стартового комплексов на космодроме, лётные испытания ракеты Н1, серия испытаний с участием испытателей на макете ТМК в ИМБП.

По дополнительной лунной программе Н1-Л3 были разработаны лунные корабли и ракетные блоки, подготовлен к беспилотной экспедиции на Луну прототип марсианского посадочного корабля. Большинство разработок сделано впервые в мире. В 1974 году по инициативе бывших соратников Королёва марсианская и лунная программы были уничтожены в пользу полётов на орбитальные станции. Но созданный к этому времени мощный научно-производственный потенциал позволил ещё через 15 лет, в ноябре 1988 года, триумфально завершить эпоху советской космонавтики полётом корабля "Буран" и созданием станции "Мир". Такова вкратце история первых 30 лет советской космонавтики (1959–1988).

После этого мы перестали создавать новые реальные изделия, занимались разработкой федеральных программ. В качестве самых ярких событий этого периода можно описать, как мы добивались, совместного с американцами проживания в «коммуналке» МКС; как по настоянию НАСА уничтожили последний советский символ космонавтики на орбите — станцию "Мир"; сколько миллиардов сэкономили для наших «партнёров», даром передавая им уникальные технологии длительных полётов; сколько слетало на орбиту наших космонавтов, сколько зарубежных космонавтов и спутников мы вывели на орбиту; сколько первоклассных двигателей продали американцам, сколько проектов нарисовали и выбросили, сколько лет и денег потратили на создание ракеты "Ангара" и корабля "Федерация" — сколько «распилили» средств на Восточном, сколько завели уголовных дел. Всё это, увы, — история российской космонавтики.

Вряд ли разницу в достижениях первых и последних тридцатилетий космической эры можно объяснить различием экономического положения страны. Холодная война в послевоенные годы была погорячее сегодняшней гибридной, да и денег, потраченных на полувековые полёты на станции, хватило бы, чтобы слетать на Юпитер. Но разница впечатляет, и возникают традиционные русские вопросы: «Кто виноват?» и «Что делать?».

Можно обвинить организацию, созданную по инициативе перестроечных дилетантов в качестве посредника между правительством и создателями космической техники, — Российское космическое агентство. После его первого руководителя Коптева, сумевшего вместе с НПО "Энергия" сохранить хоть что-то от советского наследства, "Роскосмос" возглавляли и генерал-полковники, и замы министра обороны, их сменили штатские. Но прежде чем сделать вывод о том, что этим руководителям, занимавшимся, между прочим, укреплением нашей обороноспособности, не хватило компетентности, попробуем объяснить сначала следующий парадокс.

Сын сапожника с церковным образованием сумел понять замыслы начинающего ракетчика Королёва и создал в 1933 году первый в мире Ракетный институт, РНИИ. В 1946 году он же, товарищ Сталин, не пренебрёг предложениями вчерашнего зека Королёва и подписал постановление, определившее расцвет ракетостроения в стране. В 1953 году утвердил предложения главного конструктора Королёва о создании знаменитой «семёрки», обеспечившей наш прорыв в космос. В 1959 и 1960 годах глава государства, которого называли «кукурузником», тоже сумел понять Королёва и подписал постановления, на 30 лет вперёд определившие цели советской пилотируемой космонавтики.

Вместе с тем, как объяснить, почему сталинский выдвиженец, производственник и «технарь», главный куратор военно-промышленного комплекса, создавший ракетно-космическую отрасль, Дмитрий Фёдорович Устинов, принял или одобрил ряд решений: в 1964 году — погнаться за американцами на Луну, в 1969 году — заняться в ущерб межпланетной и лунной программам созданием орбитальных станций, в 1974 году — уничтожить уникальную ракету Н1 и нашу межпланетную программу? Эти решения привели к утрате нашего лидерства в космонавтике и обрекли её на деградацию. Это что — результат некомпетентности Устинова? Или кто-то весьма компетентный умело советовал ему и правительству принимать такие «эпохальные» решения. Как видим, руководители отрасли и страны, в силу некоторой некомпетентности в делах космических, могут принять не только хорошие, но и плохие решения, если специалисты, которые их предлагают, весьма компетентны и умеют искусно маскировать свои истинные корыстные личные или корпоративные цели.

Так что ответ на вопрос «Кто виноват?» — не однозначный. Основы деградации нашей космонавтики заложены теми, кто в 1974 году добился смены нашей межпланетной программы Циолковского и Королёва на «Магистральный путь» — бесцельные полувековые полёты на орбиту, но этих людей уже нет в живых. А их наследники не хотят сворачивать с «магистральной» околоземной колеи, им в ней уютно. Огромная кооперация предприятий, образованная для достижения грандиозной цели — осуществления межпланетной программы, утратила эту цель, а вновь образовавшаяся стала монстром со множеством организаций со своими целями, что противоречит главному принципу системного подхода: цели составных частей системы должны совпадать с целями самой системы. Чтобы изменить положение, нужен такой же силовой приём, какой применили, уничтожая межпланетную программу. Но кто за это возьмётся?

На вопрос «Что делать?» убедительно ответил в одном из интервью корреспонденту РИА "Новости" председатель научно-технического совета "Роскосмоса", первый руководитель РКА в 1992–2004 гг. Юрий Николаевич Коптев: «Если делать какой-то вывод, то надо, во-первых, не шарахаться, во-вторых — учитывать наши возможности сегодняшнего дня при разумном учёте нашего славного героического прошлого…»

«Не шарахаться» и «учитывать наше героическое прошлое» — очень хороший совет. Действительно, почему, выбирая перспективные цели нашей космонавтики, мы должны ориентироваться на мнения специалистов, не реализовавших за 30 лет ни одного нового проекта, и игнорировать утверждённые постановлениями правительства замыслы Королёва, Тихонравова, Мишина, Келдыша и их верных соратников, создавших десятки реальных ракетно-космических комплексов?

Шарахаются наши специалисты в широком диапазоне. Так академик Борис Черток, один из инициаторов создания орбитальных станций, предложил развернуть на лунной базе производство из местных ресурсов солнечно-парусных кораблей, барражирующих в зоне точек либрации между Землёй и Солнцем, чтобы уже в XXII веке регулировать климат Земли из космоса. Его коллеги-академики в солидном труде «отехничили» идею: корабль в виде шторки массой 56 млн т(!!!), и диаметром 1800 км (это расстояние от Питера до Астрахани!). Заодно, чтобы электричество падало всем на голову прямо с неба, предлагается передавать энергию на Землю из космоса с помощью солнечных электростанций и пяти тысяч 100-тонных ретрансляторов общей массой 160 млн т(!!!). Справка: чтобы эти 216 млн т вывести хотя бы на орбиту вокруг Земли, нужно до конца века запускать каждый день по 80 ракет типа «Энергия» (масса ПГ — 100 т). На Луне 216 млн т — всего-то 33 млн т, вот специалисты и решили изготовить всё на лунной базе. А большой промышленный город вырастить на Луне, видимо, из рассады. Хотя Черток обладал чувством юмора и сам написал, что столь маловероятный прогноз базируется не на науке, а на политической фантастике, эта фантастика стала для России острой необходимостью и федеральной программой. И это при том, что реально для «шараханья» всего два варианта: первый — прекратить пилотируемые полёты (затраты немалые, польза небольшая); второй — продолжать работать таксистами и сантехниками или в американской «коммуналке» МКС с перспективой неизбежного увольнения, или на собственной орбитальной станции, построенной из имеющихся модулей, и летать туда до скончания века на "Союзах" без "Орла-Федерации", чтобы игроки в орбитальные станции не оставались без зарплаты. Вот, собственно, и всё, что реально доступно для «шараханья» эффективным менеджерам.

Учитывая наше героическое прошлое, следует помнить, что не правительственные чиновники, а главный конструктор Королёв рассказывал Сталину, что нужно создать, когда и как он это может сделать, а Сталин, понимая замыслы Королёва, утверждал их, наделял его полномочиями и создавал необходимые условия для достижения цели.

В недалёком прошлом один из руководителей отечественной космонавтики сказал: «Обойдёмся без главных конструкторов». И обходятся! Вместо главного конструктора предлагают главе государства перспективные программы, ориентируясь на мнения закулисных стратегов, но при этом не отвечают за конечный результат. То есть на высшем уровне руководства космонавтикой не только исчезла прежняя основа организационно-технического управления разработками — служба главного конструктора вместе с традиционно полезным советом главных конструкторов, но и сам главный конструктор. Это положение длится вот уже 20 лет и, видимо, всех устраивает?

Чтобы оживить космонавтику, вряд ли мы «обойдёмся без главного конструктора». Главе государства должны предлагать не федеральные программы, где всё про всё, а один конкретный масштабный проект с подробной спецификацией всего, что нужно создать для его реализации, с конкретными фамилиями ответственных за конечный результат, как это формулировалось в постановлениях Сталина во времена нашего героического прошлого. Ему и предлагать: продолжать идти по «Магистральному пути» Глушко и Чертока или развивать межпланетное наследие Циолковского и Королёва.

В октябре 2009 года я написал две короткие записки и, приложив к ним свою книгу "Марсианский проект С.П. Королёва", в которой разъяснялось и «Кто виноват?» и «Что делать?», передал их президенту и премьеру.

«Уважаемый Дмитрий Анатольевич!

Прошу Вас принять от меня книгу "Марсианский проект С.П. Королёва", в которой я постарался рассказать об истинном значении творчества Сергея Павловича Королёва, главной целью которого было осуществить экспедицию на Марс в конце 70-х годов.

Проект осуществлялся в соответствии с постановлением правительства, принятым ровно полвека назад — 10 декабря 1959 года. Мне, как непосредственному разработчику этого проекта, хорошо известны все обстоятельства его реализации и уничтожения.

Написать книгу меня побудило то, что бывшие соратники Королёва, спровоцировавшие уничтожение проекта и сделавшие всё, чтобы о нём не знали, придумали лунную гонку с американцами, которой на самом деле не было, и обвиняют Королёва в том, что он её проиграл.

Мы уже 40 лет после Королёва бороздим околоземные орбиты на созданных им ракете и корабле "Союз". Он взялся за марсианский проект через 15 лет после разрушительной Отечественной войны. Кто сегодня продолжит и завершит этот величайший инженерный проект?

Полёт на Марс для человечества неизбежен. Если не мы, то кто? Постановка перед страной такой амбициозной цели позволит оживить работу многих предприятий и привлечёт молодежь к инженерному труду, без чего невозможно настоящее возрождение России.

Желаю Вам здоровья и удачи!

В. Бугров»

Аналогичную записку я передал Путину. Получили они записки или нет, не знаю. Реакции не последовало.

Летом 2012 г. я повторил попытку что-то изменить. Записку с предложением я направил в "Роскосмос". Её содержание было опубликовано с подробнейшими комментариями в "Российской газете" 27.06.12. Затем мной 13 и 14 ноября 2013 года были переданы две обстоятельные записки вице-премьеру Д.О. Рогозину и руководителю "Роскосмоса" О.Н. Остапенко и 10 октября 2014 года И.А. Комарову.

Я даже получил обнадёживающие ответы с благодарностью за беспокойство о судьбах космонавтики. Но создаётся впечатление, что десятки статей, докладов и писем, где поднимается эта тема, не поколебали намерений руководства теперь уже по-настоящему проиграть кому-нибудь лунную гонку. Во всех моих публикациях содержится простой смысл: ничего нового — только вернуться к тому, что было при Королёве, а именно.

В организационном плане:

— Восстановить статус главного конструктора и его службы с прямым подчинением правительству. Назначить «нового Королёва». Он не появится сам, его нужно найти и назначить. Это не простая задача. Королёва выбирал Сталин. Если бы он ошибся, не было бы у нас ракетно-ядерного щита и достижений в космонавтике.

— Объединить все разработки в единый целевой проект главного конструктора, в основе которого структурная схема технического комплекса с чёткими функциями составных частей. Предприятия для их разработки должен выбирать главный конструктор по принципу технической совместимости, а не чиновник по принципу «эффективного» распределения денежных потоков.

В техническом плане:

— Принять в качестве главной цели пилотируемой программы выполнение первого в мире полёта человека в межпланетном пространстве с перспективой осуществления экспедиции на Марс. Такой полёт станет вторым эпохальным событием в истории покорения космоса, более значимым, чем экспедиция на Луну, — человек впервые преодолеет земное тяготение, он этого ещё не сделал. Для чего необходимо:

А) Разработать Тяжёлый межпланетный корабль (ТМК) для длительных автономных полётов в межпланетном пространстве, пока не на Марс, а, скажем, в точку либрации между Землёй и Солнцем, где уравновешены силы тяготения и центростремительные силы, действующие на корабль. Сохраняя своё положение в этой точке, ТМК может выполнить полёт уже как спутник Солнца, а не спутник Земли, но это будет полноценная проверка возможности полёта человека к Марсу.

Б) Разработать 80–100-тонную ракету, максимально используя опыт создания ракеты "Энергия". Она, сделанная по модульному принципу, должна обеспечить выведение ТМК и всех полезных нагрузок, заменив всё, что устарело. Кстати, полёт ТМК в межпланетном пространстве можно выполнить и на 20–30-тонных ракетах, а вот планировать создание лунной базы с их использованием — шутки Ходжи Насреддина.

В) Сохранить корабль «Союз», оградив его от посягательств со стороны жаждущих уничтожить его и заменить худшим, но своим. Кто хочет удовлетворить свои амбиции, пусть ищет частных инвесторов. А если создавать новый корабль для околоземных орбитальных полётов (к Луне ему летать незачем), то нужно максимально использовать опыт создания корабля "Буран", но воспроизвести его с грузоподъёмностью не 30 тонн, а с такой, как у "Союза" (на троих человек) и с перспективой создать на его основе воздушно-космический самолёт (ВКС).

Возможно, всё перечисленное и есть тот самый прорывной амбициозный проект, о котором говорит президент. Он позволит нам вырваться в межпланетное пространство, чего ещё никто не делал. Такой проект должна была предлагать РКК "Энергия", но там по сей день действует табу, наложенное на проект Королёва прежними руководителями, причастными к его уничтожению в 1974 году. Вряд ли можно считать прорывным проектом полёт на Луну лет через 60–70 после американцев.

Илл. Советская орбитальная станция "Мир" (1986 — 2001)

Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен!

Нажмите «Подписаться на канал», чтобы читать «Завтра» в ленте «Яндекса»

Комментарии Написать свой комментарий
28 апреля 2021 в 07:53

На что (на какие средства) выполнить такой амбициозный проект? - Когда у нас, по настоящему, ни на что стоящее чаще всего денег нет. (Такое часто слышим. Хотя, и это непонятно, в то же время известно, что в иностранных банках лежат мёртвым грузом большие деньги.) Да нет и людей-государственников
в руководстве с волей Сталина. Молчание (делового плана) на неоднократные послания
автора большим начальникам подтверждает это.

28 апреля 2021 в 09:46

Космос будет за китайцами, только сильна экономика способна осваивать космос.
В колониальной стране не до космоса, одни стремятся нахапать и смыться, другие концы с концами не могут свести.

1.0x