Сообщество «Форум» 15:02 24 ноября 2020

Как краснодарский следователь Шутенко с Конституцией решил воевать

В пятницу 20 ноября «Коммерсантъ» опубликовал статью «В дело «ЕНОТов» приняли поэта» про то, как меня днём раньше в числе многих других таскал на допрос прибывший из Краснодара следователь по особо важным делам (в просторечии – «важняк») Анатолий Шутенко, ведущий известное из СМИ дело майора ФСБ Александра Мрищука и РОО «Е.Н.О.Т.».

После выхода статьи многие люди, знающие меня лично или по делам общественным, просили объяснить, что от меня, практически не общавшегося с «ЕНОТами» с начала 2017 года, следствию понадобилось? Что ж, попробую разъяснить.

Насчёт «поэта» уважаемый «Коммерсантъ», конечно, ошибается: все написанные мною 5 книг – исключительно по политической и идеологической тематике. Но в остальном всё верно. Обосновавшийся в помещении СКР Юго-запада Москвы г-н Шутенко действительно четыре часа кряду (а перед этим почти два часа продержали в коридоре – чтобы «дошёл до нужной кондиции») упорно пытался обвинить меня в «воспрепятствовании следствию» (статья 294 УК РФ). Что, по его мнению, выражалось… в написанных мною статьях, вскрывающих противозаконные (по моему мнению) действия следствия и абсурдность ситуации, когда по заявлению «отмазанных» от тюремного срока преступников (таковыми их признал суд) по прошествии двух лет(!) вдруг возбуждают дело против тех, кто хотел их посадить.

Кто не знаком с этой историей, напомню своё её видение словами из той же статьи в «Коммерсанте»: «Сотрудники ФСБ, привлекавшие для своих мероприятий «ЕНОТов», раскрыли крупный контрабандный канал, действующий в столичном регионе, но его организаторы, якобы, действовавшие под «крышей» спецслужбы, сумели развалить дело, закончившееся вместо сроков штрафными санкциями. Затем его фигуранты перешли в контрнаступление. В результате их признали потерпевшими, а под следствием оказались все те, кто с ними боролся».

Всё так. Возглавлявшему расследование майору ФСБ Александру Мрищуку вменили создание из членов общественной организации донбасских добровольцев «Е.Н.О.Т.» организованного преступного сообщества (ОПС), а их совместные оперативные действия, изъятие контрабанды на огромные суммы и жёстких дисков с «чёрной бухгалтерией» обозвали «разбоями и грабежами».

Как и какими именно средствами добывались «признательные показания» у людей, вывезенных из Москвы в Краснодар и полтора-два года обрабатываемых в тамошнем СИЗО – отдельная тема. Но куда интереснее то, что приезжий краснодарский «важняк» (которому, как видно, совершенно нечем заняться в Краснодарском крае, где всякая преступность уже побеждена) пытается создать крайне опасный прецедент, подавая любое высказывание журналистом в СМИ своей версии уголовного дела как «воспрепятствование следствию», за которое могут посадить. А также и любое общение журналиста с адвокатами и родственниками подследственных (что мой телефон прослушивался, а электронная почта отслеживалась, Шутенко сказал мне сам).

Вы понимаете, что это значит? Если подобный фортель проскочит безнаказанно, то это значит, что уже завтра любой из нас, журналистов, осмелившихся не то что журналистское расследование уголовного дела проводить, а и мнение своё по нему высказывать, может быть обвинён в «воспрепятствовании следствию». А в качестве доказательств совершённого им «преступления» будут приводиться его статьи, прослушанные телефонные разговоры и переписка в соцсетях!

«Я – не я, и лошадь не моя»

Самое любопытное - это то, как Шутенко отвечает на вопрос, почему «воспрепятствованием следствию» он не считает другие статьи, транслирующие точку зрения следствия (заметьте – я не говорю «запущенные в СМИ самим следствием»!) и явно настраивающие общественное мнение против подследственных.

Процитирую РБК, цитирующее тот же «Коммерсантъ» (Что известно о деятельности частной военной компании «Е.Н.О.Т.» на Кубани:: Краснодар :: РБК (rbc.ru)), неоднократно именующее «Е.Н.О.Т.» то «частной военной компанией» (что не соответствует действительности, ибо «ЕНОТы никогда не воевали за деньги), то «ОПС» (что может определить только суд). Читаем: «Согласно уставу, РОО «Е.Н.О.Т.» создана для содействия военно-патриотическому воспитанию молодёжи… По данным «Коммерсанта», в октябре 2019 года следователь… Анатолий Шутенко назвал преступной деятельность организации (заметим – всей организации, а не её отдельных членов!)… «Фактической целью данной организации являлась маскировка преступной деятельности… - говорилось в материалах уголовного дела». Внимание! То, что РОО «Е.Н.О.Т.», собрала и доставила 14 гуманитарных конвоев на Донбасс и несколько лет без единого рубля госпомощи занималась военно-патриотическим воспитанием молодёжи – это, оказывается, была всего лишь маскировка для её «преступной деятельности» - об этом говорилось в материалах уголовного дела! И передавалось в СМИ, причём – до всякого суда и приговора!

Очень сомневаюсь, чтобы такие солидные источники, как РБК и «Коммерсантъ» писали подобное, не получив данную информацию непосредственно от следствия. Однако, сегодня Шутенко утверждает, что ничего такого следствие никогда в СМИ не выносило. Что «продажные журналисты врут», а «Коммерсантъ» - вообще чуть ли не «жёлтая пресса». Причём, не он один: ТАСС и «Рен-тв», в ноябре 2018 г. обвинявшие «Е.Н.О.Т.» в экстремизме и подготовке в военно-патриотических лагерях малолетних террористов, всё это - тоже сами придумали! И всё прочее - в таком ключе: кругом «продажные журналисты», и только г-н Шутенко со товарищи – «в белой шляпе». А не опровергает краснодарский СКР все распространяемые со ссылкой на него недостоверные сведения лишь потому, что не хочет и противно.

Но как быть с никем не опровергнутыми свидетельствами адвокатов по поводу методов получения «признательных показаний» по этому делу? По материалам газеты «Коммерсантъ», Максима Пашкова и Николая Фомина - адвокатов первых двух арестованных «ЕНОТов» - с 22 января по 7 февраля к подзащитным вообще не допускали. Вероятно, («хайли-лайкли»!) те были не в том физическом состоянии, чтобы их можно было показывать адвокатам. По истечении этого времени один из подзащитных, Василий Минчик, вдруг отказался от услуг своего адвоката, взяв местного адвоката, предложенного следствием. После чего тут же «пошёл на сотрудничество со следствием», начав подписывать всё про всех, на основании чего и были арестованы и вывезены в Краснодар все остальные.

Или вот ещё одно свидетельство, также никем не опровергавшееся. Пишет «Коммерсантъ» со ссылкой на свидетельство другого адвоката Роберта Зиновьева: «Получив от Молокоедова отказ от показаний, оперативные работники начали угрожать ему, а затем угрозы были реализованы — с 15 ноября 2019 года (т.е. до 27.01.2020 – чуть более 2-х месяцев!) Андрей Молокоедов провел в карцере 33 дня(!), в том числе и новогодние праздники. Во время очередной встречи с подзащитным я узнал, что за время пребывания в СИЗО он похудел на 20 кг». Во время пребывания в карцере арестованному большую часть суток не разрешается ни сидеть, ни лежать, что является пыткой для человека, имеющего хронические заболевания.

Ничего не напоминаете? Например – из недоброй памяти 1937-1938 годов? А ведь это происходит в наши дни! И не в глуши где-нибудь, а в СИЗО вполне цивилизованного краевого центра Краснодара! И стоит за этим всё тот же следователь Шутенко. Которому жутко мешают вести следствие любые наши статьи, не совпадающие с его версией…

С точки зрения Закона…

Поскольку со знанием Законодательства у краснодарских следователей дело, как видно, обстоит неважно, напомню им некоторые законы, которых они явно не знают. Например, Закон РФ №2124-1 «О средствах массовой информации», 1 статья которого гласит, что «В Российской Федерации поиск, получение, производство и распространение массовой информации… не подлежат ограничениям, за исключением предусмотренных законодательством Российской Федерации о средствах массовой информации». Журналист при этом (статья 47-пп.1,9,12) имеет право искать, запрашивать, получать и распространять информацию; излагать свои личные суждения и оценки в сообщениях и материалах, предназначенных для распространения за его подписью; распространять подготовленные им сообщения и материалы за своей подписью, под псевдонимом или без подписи.

Причём, имеется ещё и соответствующая 144 статья в УК.РФ с характерным названием «Воспрепятствование законной профессиональной деятельности журналистов», карающая за подобные проделки в том числе лишением свободы на срок до двух лет с лишением права занимать определенные должности.

Ну, и, чтобы поставить точку, Конституция РФ, Статья 29-пп.1,4: Каждому гарантируется свобода мысли и слова... Каждый имеет право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом. Перечень сведений, составляющих государственную тайну, определяется федеральным законом.

Вот как-то так… Если, конечно, в Краснодарском крае Конституция и Законодательство РФ пока ещё действуют.

Мне же вскоре предстоит новая встреча с г-ном Шутенко. Чтобы было понятие о характере ведения им допроса, приведу лишь одну его фразу из нашей прошлой беседы: «Вы считаете, что суд, назначивший символическое наказание фигурантам дела, которое вёл Мрищук, был несправедливым? Тогда могу я записать в протокол, что вы обвиняете суд в том, что он коррумпирован?» Ну, и далее в том же духе.

При подобных подходах к делу, сами понимаете, мой следующий допрос может закончиться чем угодно. Не зря же газета «Президент», в редакции которой такие достойные люди, как Сергей Глазьев, Александр Крутов, Николай Бурляев, Анатолий Карпов и другие, даёт нынешнему краснодарскому следствию такую характеристику: «Отличительной особенностью деятельности сотрудников… генерала юстиции Бугаенко (бывший начальник Шутенко, ныне отправленный в отставку) всегда было использование своего служебного положения для решения всех наиболее сложных задач вышестоящего начальства. Причём, независимо от того, виновны те люди, которых это самое начальство просит «прижать», или за ними вообще нет никакой вины».

Так что – всё возможно. Поэтому будем бдительны, солидарны, и не будем молчать. Ибо крысы, как известно, боятся света и шума.

1.0x