Сообщество «Информационная война» 09:05 23 августа 2021

Четыре страшных сна «коллективной Веры Павловны»

Россия и Сирия
2

От автора:

Иногда тексты сами напоминают о себе. Например, как этот, в интернете отстутствующий, написанный "по горячим следам" начала операции росийских ВКС в Сирии осенью 2015 года. Нынешний американский "не-Сайгон" в Афганистане после 20-летнего пребывания там войск США и их союзников по НАТО заставил многих адептов "коллективного Запада" пророчествовать о повторении чего-то подобного в Сирии — уже с российскими войсками. Может быть, интересно будет сопоставить эти нынешние пророчества с теми, что давались почти шесть лет тому назад?

Начало российской военной операции в Сирии вызвало буквально взрывную реакцию не только за пределами нашей страны, но и внутри неё. Спектр недоброжелателей и критиков оказался широчайшим: от записных «либерал-оппозиционеров», для которых любой шаг «путинского» Кремля — преступен по определению, до записных «националистов», которые ставят под сомнение соответствие действующего руководства РФ интересам российского государства и русского народа.

Ниже приведены тексты нескольких — возможно, не самых ярких, но весьма показательных — публикаций подобного рода, авторы которых, каждый по-своему, предрекают России различные потрясения, на их взгляд, совершенно неизбежные после 30 сентября 2015 года. Эти четыре страшных сна «коллективной Веры Павловны» (см. роман Николая Чернышевского «Что делать?»), на мой взгляд, являются весьма наглядной иллюстрацией известной стратагемы «Двигаться порознь, бить вместе» (Хельмут фон Мольтке-старший) применительно к современным информационным войнам. Однако это становится понятным только при семантическом анализе и сопоставлении между собой указанных выше текстов.

«Сон разума рождает чудовищ...» — гласит испанская поговорка, известная всему миру по знаменитому офорту Франсиско Гойи. В данном случае мы, похоже, имеем дело со специально созданными «страшными снами», которые их авторы — видимо, по разным причинам — считают реальностью или выдают за реальность.

Сон Первый, онейроидный

Вместо предисловия

«Что бы ни говорилось о «расцвете» или, «напротив», о застое отечественной культуры 80-х годов, подобные разговоры, на мой взгляд, будут бессмысленными без учета главного обстоятельства, о котором сказал еще Ю.Андропов в 1983 году: «Мы не знаем общества, в котором живём». У того образа СССР, который всячески рисовала, лепила, изображала перед советскими гражданами официальная пропаганда, не то чтобы не было ничего общего с реальностью — общего-то как раз было немало — но у бредового состояния сознания, онейроида, тоже существует множество «точек опоры» на абсолютно бесспорные факты. И когда, скажем, сегодня кто-то изумляется «потере разума» у российской интеллигенции, особенно гуманитарной, фиксируя полное неумение и нежелание вполне образованных людей мыслить логически связно, он просто забывает, что в таком состоянии онейроида большинство представителей оной интеллигенции пребывало на протяжении всей своей социальной жизни — только сегодня «коммунистический» (специально здесь подчеркну — не коммунистический, а «коммунистический») онейроид сменился в их устах онейроидом либерально-рыночным. И если произнесение бредовых заклинаний из соответствующего краткого лексикона почему-то не приносит социальных дивидендов нужного объёма и качества — значит, нужно повторять их еще исступленнее, изощреннее и чаще: тогда тебя обязаны заметить и вознаградить, — ведь так было всегда. На их памяти. И по-другому быть просто не может.

Иными словами, и «коммунистический», и либерально-рыночный онейроид — это не болезнь в узкомедицинском смысле, а, скорее, привычная модель, матрица социального поведения, «карго-культ» нашей интеллигенции, прежде всего — гуманитарной, и без того живущей в мире образов, символов, мифов. Интернет и телевидение, кстати, весьма способствуют его поддержанию и развитию — особенно видеоклипы, вплоть до того, что «мозаичное» восприятие мира теперь именуется «клиповым». А ведь «ящик» регулярно смотрит 95% населения РФ, интернетом пользуется уже три четверти. Такой вот всем привычный, родной даже, а для многих ставший почти собственной сущностью ежевечерний или даже непрерывный онейроид с доставкой на дом…

Кстати, носители онейроидных комплексов весьма агрессивно реагируют на любые попытки разрушить их бредовый мир. Такую цензуру в ответ устраивают — куда там советскому Главлиту и рыночному «Формату», вместе взятым!»

Справка: Онейроидный синдром (онейроид) (др.-греч. Ὄνειρος — сновидение, εἶδος — вид) — психопатологический синдром, характеризующийся особым видом качественного нарушения сознания (онейроидная, грезоподобная дезориентировка) с наличием развёрнутых картин фантастических сновидных и псевдогаллюцинаторных переживаний, переплетающихся с реальностью... При онейроиде больной является участником переживаемой псевдогаллюцинаторной ситуации. Окружающие люди могут включаться больным в виде участников в переживаемую ситуацию. Фантастически-иллюзорный онейроид — фрагменты реального мира смешаны с фантастическими представлениями.

8 ноября 2015 года

Андрей ПИОНТКОВСКИЙ

СПАСТИ РЯДОВОГО ПУТИНА

«Теракт 31 октября, кто бы его ни организовал, захлопнул для Путина сирийскую ловушку.

После того, как авантюра «Русского мира» и «Новороссии» провалилась, ему было необходимо срочно менять телевизионную повестку дня. Он хату оставил, пошел воевать, чтоб землю в Алеппо шиитам отдать. Но теперь всем стало ясно, что цена его бессмысленного заморского похода будет огромной.

На сегодня, 8 ноября, он еще не прервал своего оглушительного молчания. И не удивительно. У него только два очень плохих решения. Первое — признать ошибку и свернуть операцию. Второе драматическое внешнеполитическое поражение подряд для любого диктатора означает потерю личной власти. Он довольно быстро устраняется своим окружением. Примеров тьма. В том числе и из отечественной истории.

Второй вариант — вспрыснуть телевизионной иглой в вены общества огромную дозу обезболивающего имперского наркотика, резко увеличить экспедиционный корпус и обещать замочить в песчаных сортирах тьмы и тьмы неразумных суннитов назло надменным пиндосам.

Через два-три месяца наступит неизбежная ломка с очень неприятными последствиями уже не только для диктатора, но и для режима и для страны в целом.

Несколько часов назад я обсуждал эту дилемму с известным военным историком и экспертом. Он справедливо заметил, что если из ситуационной ловушки нет выхода, то тот, кто владеет информационным потоком, может устранить саму ловушку. Стереть её ластиком из оперативной памяти отечественных телепузиков.

Ведь весь сирийский сюжет взболтали в телевизионной пробирке именно для того, чтобы стереть украинский провал. А теперь стираем сирийский. Следствие закончено, забудьте. Не было никакого Асада, шиитов, суннитов, игиловцев на дальних рубежах, 244-х погибших в авиакатастрофе, солдата, повешенного в казарме, комического дылды-генерала в очках. Это была информационная хитрость, если хотите, отвлекающий маневр в гибридной войне.

А теперь, внимание!!! Возвращаемся на Центральный фронт 4-ой мировой войны с англо-саксонским миром. Жидобендеровцы, захватившие Мариуполь, жестоко издеваются над русским населением, лишают его избирательного права, снова распяли русского мальчика в трусиках на доске объявлений. Вставай страна огромная!!!

Триумфальный проход по улицам «освобожденного Мариуполя» бронетанковой колонны с двойником (муляжом) вождя Русского Мира в открытом люке головной машины вытеснит из памяти русского обывателя всё неприятное и продлит политическую жизнь самого вождя или другого его двойника на некоторое время.

Запад, конечно, выразит глубокую озабоченность и, возможно, даже выйдет из Минского процесса. Но и строгая училка Меркель, и заносчивый афроамериканец покажутся кремлевским почти родными после непонятных бородатых людей с кинжалами и противотанковыми ракетами «BGM-71 TOW» (http://www2.kasparov.ru/material.php?id=563F385EEB888).

Оригинальная орфография публикации сохранена, в противном случае, наверное, вариант «жидобендеровцы» следовало бы рассматривать не как попытку иронизировать над «тупой кремлёвской пропагандой», а как банальную неграмотность и/или невнимательность автора и редакции: всё-таки украинские ультранационалисты считают своим героем не «турецкоподданного» Остапа Ибрагимовича Бендера из романов Ильфа и Петрова, а грекокатолика Степана Андреевича Бандеру из ОУН (ОУН — организация, деятельность которой запрещена на территории России. — Ред.).

Что тут сказать? Сказать тут особо нечего. Разве кое-что напомнить.

Например, 4 июля 2014 года тот же автор, Андрей Пионтковский опубликовал текст под названием «Спасти полковника Путина» (http://echo.msk.ru/blog/piontkovsky_a/1353596-echo/). А 23 июля 2014 года — «Подполковник Путин повторяется». Теперь Путин уже – рядовой? Ну, если уж сам Андрей Пионтковский, который, как мы видим, ни разу не повторяется, действующего президента РФ за неполные полтора года так «разжаловал в рядовые», то дела у «хозяина Кремля» и на самом деле, видать, хуже некуда.

Впрочем, текст насчёт «подполковника», написанный сразу после гибели малайзийского «Боинга», интересно сравнить с приведенным выше. Кстати, Путина признали самым влиятельным политиком мира уже дважды подряд после публикации Андрея Пионтковского, в 2014 и 2015 годах. И это не повод считать российского президента «ангелом с крыльями» — просто иллюстрация того, что бред с галлюцинациями остаётся бредом с галлюцинациями, кто бы его, с какой яркостью и убедительностью, ни продуцировал.

«Параллельная реальность», она такая…

23 июля 2014 года

Андрей ПИОНТКОВСКИЙ

Подполковник Путин повторяется

«Всё поведение еще недавно самого влиятельного политика мира в течение двух с половиной последних месяцев (начиная с совместной с Президентом Швейцарии пресс-конференции) – это отчаянное маневрирование между двумя неумолимо сближающимися красными линиями, обозначающими его политическую смерть:

а) не нарваться на сокрушительные экономические санкции Запада и

б) не нарваться в глазах зомбированного ТВ населения на репутацию национал-предателя.

Трагедия малазийского «Боинга» используется им для той же цели. Полковник Путин повторяется так же как полковник Щукин из «Адъютанта его Превосходительства». Год назад они с Асадом полностью подменили сирийскую повестку дня химической атакой на гражданское население и мгновенным появлением рояля из кустов — предложением химического разоружения. В результате Асад из палача, виновного в геноциде суннитской общины, превратился в респектабельного государственного деятеля, с которым мировое сообщество конструктивно обсуждает проблемы разоружения.

Сегодня план Путина — подменить повестку дня реакции Запада на российскую агрессию в Украине обсуждением причин авиакатастрофы и конструктивными шагами его превосходительства премьер-министра Бородая по прекращению на третий день мародерства и надругательства над телами погибших.

Расследование может длиться месяцы. В Москве генералы Генштаба будут продолжать дисциплинированно изображать из себя идиотов. В Нью-Йорке Чуркин постепенно отступать на заранее заготовленные позиции. Вчера, например, он впервые на пресс-конференции после официального заседания СБ осторожненько вбросил версию «трагической ошибки повстанцев, не имеющей ничего общего с терроризмом»

Естественно, все прикремленные политики , действующие и в отставке, на Западе (киссинджеры, клаусы, меркели) будут препятствовать введению серьезных санкций, пока продолжается расследование.

Так Путин надеется решить проблему первой красной линии.

Катастрофа помогает Путину и резко активизировать свою миротворческую риторику — давайте жить мирно, решать все вопросы на переговорах, чтобы ни в коем случае не повторилась бы подобная трагедия.

На практике это означало бы международную легитимизацию всего того сброда (абверы, лешие, бесы, бабаи, стрелки, мотороллы, бородаи) «доведенных до отчаяния жителей Донбасса», которых он сам же туда забросил и продолжает снабжать современным вооружением. Тем самым он ушел бы от обвинений в национал-предательстве и решил проблему второй красной линии.

Оба этих мотива явно звучали в его вчерашнем выступлении на, казалось бы, нелепом заседании СБ РФ по вопросам суверенитета и территориальной целостности РФ.

Второй раз за год в разгар серьезнейшего международного кризиса используется один и тот же прием – полностью изменить нежелательно складывающуюся повестку дня совершением оглушительного отвлекающего преступления, порождающего совершенно иной дискурс.

Сработает ли он снова? И да, и нет. Ценой 298 человеческих жизней, может быть, удастся оттянуть роковой выбор на месяц-полтора. Но рано или поздно Путину всё равно придется пересечь одну из двух красных черт…» (http://echo.msk.ru/blog/piontkovsky_a/1365456-echo/).

P.S.

Что касается «трагической ошибки повстанцев», то это, по определению, такая же сознательная ложь, как и всё, что артикулируется г-ном Чуркиным. Москва никогда не доверила бы на территории иностранного государства, в разгар острейшего политического кризиса, зенитный комплекс, способный поражать цели на высоте 10 000 метров, кому-либо кроме подготовленного экипажа своих военнослужащих, подчиненного Генштабу РФ».

То есть для Пионтковского уже тогда всё было очевидно: малайзийский «боинг» сбил Путин, больше некому и незачем…

А чуть позже, в материале «Какая ночь, партайгеноссе Гиркин!», опубликованном Андреем Пионтковским 6 августа 2014 года, можно было прочитать следующее обращение к президенту РФ: «Всё цивилизованное человечество знает Ваше доброе сердце и рыцарское благородство и понимает, что Царство Божие Русского Мира, за торжество которого Вы неустанно боретесь, не стоит для Вас и слезинки даже одного голландского младенца, тем более ужасной гибели 80 младенцев» (http://echo.msk.ru/blog/piontkovsky_a/1374326-echo/).

Как видим, «слезинка младенца» интересовала г-на Пионтковского только тогда, когда это была «слезинка голландского младенца», да еще если в ней можно обвинить Путина. А вот слезинки российских младенцев его абсолютно не интересуют — тем более, если в них Путина обвинить напрямую нельзя: «Теракт 31 октября, кто бы его ни организовал….» — и далее в том духе, что «непонятные бородатые люди с кинжалами и противотанковыми ракетами «BGM-71 TOW» (кстати, за какие деньги, от контрабанды нефти или античных артефактов, купленные, или даже «подаренные» добрыми заокеанскими дядями, которые эти ракеты, собственно, и производят? — В.В.)», — делают доброе дело, спасая мир и Россию от «кровавого режима»… Младенцы вместе с их слезинками — побоку!

Видимо, содержание письма «Путин должен уйти!», написанного еще в 2010 году, стало сверхценной идеей Андрея Андреевича и полностью «вырубило» всё остальное… Наверное, «Свободе» (организация, признанная иноагентом. — Ред.) и «Эху Москвы», а также Гарри Каспарову и Ко, а также конгениальным представителям «креативного меньшинства» в России как раз этот «пунктик» автора и нужен, и важен, заслоняя любые «ляпы»: от мировоззренческих до орфографических. Но это уже — очень низкая планка.

Впрочем, онейроид, как отмечено выше, не является достоянием одного только Андрея Пионтковского — это массовое социально-психологическое явление, характерное практически для всей отечественной интеллигенции. Вот мнение, например, некоего Александра Правдина (правду, только правду должен изрекать человек с такой фамилией, ничего, кроме правды, — но не всю правду?). Опять же, оригинальная орфография (например, слово «кремль» с маленькой буквы и весьма показательное выделение автором отдельных «сверхценных» слов своего текста прописными буквами) сохранена.

«А почему Вы считаете, что боевики ИГИЛ (здесь и далее ИГИЛ, ИГ, ДАИШ, Исламское Государство — террористическая организация, запрещенная в Российской Федерации. — Ред.) проникнут на территорию РФ если РФ не будет воевать в Сирии, а если будет, то не проникнут? А может всё наоборот? Начав боевые действия, РФ прямо объявляет себя врагом ИГИЛ и, соответственно, провоцирует теракты на своей территории.

К несчастью, мои слова оказались пророческими. Неважно, что первый, но очень масштабный теракт произошёл не на территории России, он произошёл против граждан России. Кто-то в упор будет отрицать, что это теракт, требовать каких-то доказательств, но хоть мало-мальски думающим людям и так всё ясно. Что нам известно?

1. 30 сентября РФ начала военную операцию против ИГ и других группировок. Через месяц, в Египте, где сильны позиции исламистов, не так далеко от Сирии, упал самолёт. Мог самолёт упасть по другим, не террористическим причинам? С большим трудом, но в это чудовищное совпадение можно поверить, самолёты всё-таки иногда падают и из-за технических неполадок и из-за человеческого фактора.

2. Самолёт разрушился в воздухе. Мог ли самолёт разрушиться в воздухе, если на его борту не было взрыва? Знаете... никогда не слышал о таких случаях. Самолёт много лет летал, а потом не просто упал из-за каких-то неполадок, а развалился на куски в воздухе. Но, я готов допустить, что это первый такой случай в истории авиации и с огромным трудом в это всё-таки поверить.

Я готов, хоть и с трудом, поверить в каждый из этих пунктов по отдельности. Но, поверить в эти два пункта ОДНОВРЕМЕННО, поверить в то, что самолёт упал из-за технических неполадок, а не теракта, развалившись при этом на куски в воздухе, и произошло это ровно через месяц, после начала российской операции против террористических группировок в Сирии – нет, извините, я всё-таки не идиот.

То, что что-то подобное произойдёт, было ясно ЗАРАНЕЕ и, следовательно, кремль, начав войну, сознательно подставил свой народ под удар. Подставили под удар именно простой народ, тех, кто летает не на президентских лайнерах, а на обычных рейсовых самолётах, тех, кто спускается в метро, тех, кто живёт не в охраняемых ФСО резиденциях, а в обычных панельных многоэтажках. Подставили под удар, не спрашивая, что вам важнее, собственная жизнь и жизнь ваших близких или сохранность режима Асада.

Начав войну в Сирии, кремль совершил ПРЕСТУПЛЕНИЕ против собственного населения, подло и намеренно подставив его под удар террористов и это должно стать одним из пунктов обвинений против режима на будущем суде».

К сожалению, автор так сильно акцентируется на дате катастрофы: мол, прошёл «ровно месяц» с начала операции ВКС РФ в Сирии, и на «ответственности Кремля» — что, получается, ему неизвестны либо им игнорируются следующие подробности.

Военно-воздушные силы США почти год «бомбили» позиции Исламского государства, однако никаких ответных терактов против граждан США боевики ИГ почему-то не устраивали. То есть или бомбили как-то иначе, или к их бомбардировкам было совсем другое отношение со стороны «террористов»? Ответа нет.

Катастрофа над Синаем произошла не столько через месяц после начала операции ВКС в Сирии, сколько через неделю после соответствующих угроз США, что теперь Россия будет находиться под угрозой «ответного удара» со стороны Исламского государства (которое, кстати, объявило Путину «джихад» еще два года назад, но никакой видимой активности в этом направлении до сих пор не проявляло). Всё вышесказанное приводит только к двум непротиворечивым версиям катастрофы: либо это месть России и Кремлю со стороны ИГ (но тогда нужен ответ на первый вопрос, которого, стоит повторить еще раз, нет), либо это месть России и Кремлю со стороны США, которые только прикрываются черным флагом ИГ на Ближнем Востоке (а это, учитывая историю создания и функционирования данной террористической структуры, практически неоспоримая истина). Тогда кого надо сажать на скамью подсудимых рядом с непосредственными исполнителями теракта?

То, что онейроид может быть массовым и «заразным», свидетельствуют события на Украине, где онейроидным лозунгом «Україна — це Європа!» были поражены миллионы людей, которые скакали за него на Майдане и приветствовали гражданскую войну в собственной стране. Так что их реакция на гибель 224 россиян в авиакатастрофе оказалась более чем массовой и вполне предсказуемой.

Десять тысяч украинцев выразили радость по поводу гибели российского самолета.

«Киев, 31 октября. Тысячи украинцев восприняли новость о крушении российского самолета в Египте как огромную радость и плотоядно обсуждают случившееся на форумах. Так, украинскому порталу «Цензор.нет» даже пришлось удалить несколько тысяч комментариев, в которых украинская радость зашла за все мыслимые границы.

Десять тысяч комментариев было удалено с «Цензор.нет», однако в комментариях к новостям о российском самолете продолжают появляться всё новые, возможно, даже более жесткие по содержанию. Частота появления — до восьми-десяти штук в минуту. Текстовый поток ненависти часто прерывается техническими сообщениями «Комментарий удален» или «Комментарий отмечен как спам» — это беснующихся украинцев пытались образумить русские или же более лояльные собратья. (Ниже приводятся цитаты со ссылкой на источник. — Ред.)

«Гори в аду, кацапский биомусор!» — пишет пользователь под ником Pablo Ramirez 0bd421b7.

«Путинозависимый кацап — человекообразное мутирующее в обратную от эволюции сторону существо, опасное для окружающей среды, поэтому должно быть уничтожено совместными усилиями человечества», — провозглашает Vitaly Blake.

«Если во время 2-й мировой войны в фашистской Германии разбивался гражданский самолёт, как вы думаете, сильно жалели его пассажиров жители СССР?» — риторически вопрошает alom70.

Украинцы припомнили русским их якобы радость по поводу сбитого малайзийского Boeing, украинского Ил-76, а также военную компанию в Сирии, из-за которой якобы гибнет мирное население.

«А шо там по Гебельс ТВ говорят? Погода благоприятна ли для сбора кусков кацапского мяса? Видимость хорошая, всех козломордых по кускам соберут или ну его на фиг их собирать, лучше айда в Сирию женщин и детей бомбить?» — пишет Олег Тихонов 055f40a1.

«А на Донбассе гибнут не люди? Для нас кацапы уже год как не люди. Они подлые, наглые, бездушные враги. И гореть им всем в аду. ВСЕМ!!! Мои кенты там воюют с этими тварями, и чем меньше их будет в кацапии — тем лучше моей стране», — пишет кацо.

Русских или же более благоразумных украинцев, призывающих своих собратьев проявить человеческое сострадание, записывают в «кацапы», покрывают матом, пытаются забанить и т.д. «Лучше язычок в ж*** засунь и жди, когда народ пар спустит!» — рекомендуют тем, кто не разделяет украинского ликования по поводу трагедии, а также поясняют, что такая, весьма агрессивная (а на наш взгляд — стоящая за гранью гуманности и здравого смысла) реакция совершенно естественна: «У наших людей много злобы на них за содеянное, и это их защитная реакция», — пишет Яукр.

«Скоторылые, а вы еще больше народ Сирии бомбите, вам еще больше «соболезновать» будут. Русня, вы — самая больная, рабская мразь на земном шаре», — заявляет Northrop Grumman.

«Кацики, не переживайте, следующий ваш самолет наберет меньше комментов, как-то всё больше пофиг, чё там у вас, г*******, происходит», — успокаивает буков.

«Мы не должны уподобляться этим российским живым выкидышам. Там и дети, скорее всего, были. Хотя бы из-за этого», — призывает Yuriy Bilyy.

«Людям и их близким я искренне сочувствую… срусскому биомусору — нет», — реагирует Топ Ган». (http://riafan.ru/461917-desyat-tyisyach-ukraintsev-vyirazili-radost-po-povodu-gibeli-rossiyskogo-samoleta/).

Как видим, случай Андрея Андреевича Пионтковского — типичный, но далеко не самый тяжёлый.

Сон второй, «День сурка»

Вместо предисловия.

«Жизнь — она как зебра: черная полоса—белая полоса, черная—белая, черная—белая, а в конце — полная задница» (Виктор Черномырдин).

«Ну хорошо, ты пробил своим лбом стену... И что ты будешь делать в
соседней камере?» (Станислав Ежи Лец).

Справка: Дежавю — вариант психического расстройства, который заключается в том, что человек воспринимает новую для него ситуацию, как уже пережитую или длящуюся. Вызывается пониженным содержанием серого вещества в головном мозге и патологической активизацией гиппокампа. Как правило, длится несколько секунд, однако в тяжёлых случаях, чаще всего связанных с эпилепсией, может проявляться часто и длительно.

2 октября 2015 года

Глеб ПАВЛОВСКИЙ

СИРИЙСКИЙ ШУТЕР КАК ЛОВУШКА ДЛЯ РОССИИ

Разменять украинскую гражданскую войну на сирийскую легко в российском телеэфире, но не в реальности

"Что риторически точнее — речь Владимира Путина в ООН или мандат Совета Федерации на использование Вооруженных сил России за рубежом «на основе общепризнанных принципов и норм международного права», не ограниченный ни Сирией, ни сроками?

Все, кто воспевал или осуждал риторику речей Путина и Обамы в ООН, оставлены в дураках. Риторика так мало значит, что Путин с Обамой могли бы поменяться речами при замене имен врагов на друзей. Обе речи взывают к победе во Второй мировой войне — а их авторы уже застряли в новых войнах.

В Сирии у России не было серьезных ставок. Но Система РФ — миксер. Ее войны именуют гибридными, а для гибрида нужно более одного компонента. Россия не создала, а смикшировала — вызов ИГ, катастрофу политики убежища в ЕС и американскую избирательную кампанию. Выход на это новое мировое поле выглядел кратчайшим путем к раскупориванию режима антироссийских санкций.

Берлин с Вашингтоном соорудили из санкций айсберг, склонный к опрокидыванию.

Глобально демонизированного Путина разжаловали в правители «региональной державы» и, добиваясь глобальной изоляции, сами вытолкнули его в центр мировой сцены. После чего в западной политике санкций образовался тупик, и российская сторона выжидала удобного для себя форс-мажора. Едва натиск ИГ в Сирии породил поток беженцев в ЕС, сцена царского выхода была готова. Цель — изоляция путинской России — изначально неосуществимый стратегический парадокс. Стране, растянувшейся на десять часовых поясов, незачем было опровергать заявления американского президента о ней как о «региональной державе». Те, кто делал ставки на «выдавливание Путина из Кремля», сегодня проиграли. Но выиграл ли Путин?

Он элегантно выскользнул из западни, расставленной Западом. Соблазн сирийского выхода из украинского стратегического капкана сценически превосходен, но ведёт в новый капкан.

Сегодня Украина почти испарилась. В «глобальной повестке» всё, что опускается ниже пятого-седьмого пунктов, исчезает в роли значимого фактора, — но в реальности нет. И то, что цели американской политики санкций против России стратегически опрокинуты, не означает, что Россией достигнута хотя бы одна цель. А многосторонняя дисперсная гражданская война в Сирии реальна и российскими силами неразрешима.

Говорят о намерении «спасти Асада», но это лишь возможный бонус, а не стратегическая цель.

Ближневосточная сцена присутствия — вот главная цель. Оттого, едва на неё ступив, Россия уже не может уйти. Ловушка захлопнулась.

Выбранная опора сцены, неудачливый доктор Башар Асад, — политическая некондиция. Чем застрахован российский анклав интересов в Сирии, кроме уходящей натуры Асада (как на Украине — Януковичем)? В случае его падения алавитский анклав нельзя защитить одной авиацией, а кубанским казакам с ополченцами НБП* (запрещённая в РФ оргнизация- Ред.) путь в Сирию закрыт.

Система РФ повышает ставки, считая, что выигрывает в игре — но лишь увеличивает число игр, которые ведет, и этого не замечает. Симметрию двух гражданских войн, в Сирии и на Украине, легко инсценировать в российском телевизионном поле, но в реальном — никак. Размен заштатного Мариуполя на звучную христианскую Пальмиру дизайнерски элегантное, но не боевое решение.

Американские президенты могли бы рассказать российскому, как горько вести чужими руками гражданские «войны порученцев» при поддержке с воздуха. Такие войны интеллектуально сложней сухопутного столкновения — поле действий политически дробно. Даже в Донбассе картина оказалась куда сложней, чем «русские против бандер». В сирийской войне воюют меньшинства, которых некому защищать, кроме них самих. Даже для защиты алавитов Асада с его алавитской армией мало. А Россия «подавляющего большинства» не терпит меньшинств, не умеет с ними договариваться и их защищать.

Война с «Исламским государством» будет долгой и трудной безо всяких параллелей с Афганистаном. Война трудна потому, что не будет войной с ИГ — Россия просто не сможет воевать с ИГ при таком союзнике, как Асад.

А война будет, она уже идёт, но это война за нечто другое.

Мы ввязались в нечто худшее, чем Сирия, даже чем Ближний Восток. Не оценив себя, Россия вошла в игру на нескольких столах. Для Рособоронэкспорта, конечно, соблазнительно передвинуть ярмарочные стенды Russia Arms Expo-2015 из Нижнего Тагила в сирийскую Латакию: сильный маркетинговый ход! Тем временем мировая игра втянула в себя жизни и смерти сирийских беженцев, русских волонтеров Донбасса, саудовских принцев и т. п. Многоуровневые 3D-шахматы, ведь мы и в обычных под шахом. Игры в шашки «по-стрелковски» явно недостаточно.

У России мало шансов выпутаться из сирийской глобальной переделки — высокая цена за опровержение тезиса о «региональной державе». Поле рисков раздвинуто, и остается не дать сбить себя с толку разговорами о «выиграл-проиграл», «набрал очки» и «резко усилил позиции». То, что составляет верткость Системы РФ, — её инстинкт гибридизации разнородных ресурсов — это и способ наращивания ее мировых рисков. Когда ставки повышаются до катастрофических.

Играя в несколько разных игр сразу, в каждую с несколькими равными или более сильными противниками, нельзя думать, будто играешь c одним в одну игру. Иначе легко проигрыш на одной из досок принять за Апокалипсис — поле которого, кстати, холм Мегиддо (Армагеддон), буквально в паре минут подлёта от базы в Латакии».

(http://www.forbes.ru/mneniya-column/vertikal/301803-siriiskii-shuter-kak-lovushka-dlya-rossii)

Вот так, оказывается: Россия «наращивает риски», всякий раз попадая в «новый Афганистан», что является катастрофической стратегией, «это мы уже видели...» Дежавю, «день сурка» в чистом виде. Ну, и Армагеддон в перспективе, как же без него?

Впрочем, и уже упомянутый выше «Александр Правдин», «пророк правды» и любитель игры с малыми и большими буквами, на тему «сирийского Армагеддона» высказаться успел:

«Введя войска в Сирию, режим так и не удосужился дать народу нормальное объяснение, зачем российские войска направлены в эту далёкую и, что бы там пропагандисты не глаголили, совершенно чужую для русских страну. Борьба с терроризмом (почему тогда в Нигерию и Сомали войска не ввели?), помощь союзнику (у СССР было полмира таких "союзников", где они сейчас?) защита нашей средиземноморской "базы" с одним вахтёром и тремя механиками, всё это конечно бред. О защите христиан чего-то говорят и при этом ни слова о христианах Индии, которых фанатики-индуисты яростно вырезают. Конечно, все эти объяснения, это просто детский лепет. Реальные причины совсем другие и носят оккультный характер.

Сирия располагается на территории древнего ВаВИЛона, и именно оттуда был привезён гранит для зиккурата с ВИЛом. Вил — это древневавилонский идол, за которым стоял бесовской князь веельзевул. Упырь не случайно взял себе кличку Ленин, чтобы получились именно эти инициалы, не случайно и зиккурат с его трупом, кстати, надёжно охраняемым ФСО, всё ещё находится на красной площади. Также не случайно огромные силы брошены на спасение режима Асада, не говоря уже о том, что вступив в войну, режим создал угрозу масштабного террора, который может даже превзойти террор времён чеченских войн. По любой нормальной логике, кремлёвскому режиму не должно быть никакого дела до сохрнности режима Асада, но по всем их действиям ясно, что этот режим ОЧЕНЬ ВАЖЕН для кремлёвских обитателей.

Эта война не имеет никаких благих целей. Более того, согласно библейским пророчествам, именно на Ближнем Востоке, в районе реки Ефрат, разразится апокалиптическая бойня в которой погибнет треть живущих на земле людей.Откровение Иоанна Богослова. Апокалипсис

Глава 9

13 Шестой Ангел вострубил, и я услышал один голос от четырех рогов золотого жертвенника, стоящего пред Богом,

14 говоривший шестому Ангелу, имевшему трубу: освободи четырех Ангелов, связанных при великой реке Евфрате.

15 И освобождены были четыре Ангела, приготовленные на час и день, и месяц и год, для того, чтобы умертвить третью часть людей.

О том, что эта война близка, говорит описание апокалиптической саранчи и конного войска — современных боевых истребителей и танков.

В 16-й главе 3-й книги Ездры также говорится о Великих бедствиях — войнах, голоде, эпидемиях, природных катастрофах. Там подчёркивается, что особенно страшные бедствия ждут ближневосточный регион и Египет.

Третья книга Ездры, Глава 16.

1. Горе тебе, Вавилон и Асия, горе тебе, Египет и Сирия!

2. Препояшьтесь вретищем и власяницами, оплакивайте сыновей ваших, и болезнуйте, потому что приблизилась ваша погибель.

Почитайте внимательно строки Писания. Ни о каких победах и успехах там не говорится. Там говорится о массовой гибели людей от невиданных ранее скорбей и прежде всего в том самом регионе, куда русских всеми силами втягивают.

И ещё один момент: Война, которая уже там разгорается, это вовсе не война добра со злом, это война на уничтожение, это война, где нет хороших сторон и всеми сторонами этой бойни руководит преисподняя.

Откровение Иоанна Богослова. Апокалипсис

Глава 9

11. Царем над собою она имела ангела бездны; имя ему по-еврейски Аваддон, а по-гречески Аполлион.

Это указание на то, что несмотря на то, что самолеты враждующих сторон будут воевать между собою, все они подчиняются власти одного князя бесовского, ангела бездны и главного помошника сатаны, имя которого означает: «губитель», как в переводе с еврейского, так и с греческого.

Вот куда нас втягивают, вот чем это закончится — Имеющий уши да услышит. Имеющий глаза да увидит! Конечно, остановить это бойню никто не в силах, но в наших силах НЕ участвовать в ней и не поддерживать её морально».

Все эти «указание на то, что несмотря на то, что» — не простые «огрехи стиля», а отражение внутреннего состояния автора, при всей его эрудиции, почему-то начисто «забывшего» про то, что Армагеддон, он же «битва последних времён», — предвестник конца света и Страшного Суда, «О дне же том и часе никто не знает, ни Ангелы небесные, а только Отец Мой один» (Мф. 24:36). Но, Правдин, видимо, или исключение, или — страшно даже подумать, не то что сказать — явление Бога-Отца на земле?

Павловский же трактует сирийскую операцию России как «побег в соседнюю камеру с отягчающими обстоятельствами», — акцию, которая не меняет, а только усугубляет наше положение на международной арене и ситуацию внутри страны. Непрерывный «день сурка», где «поле рисков» постоянно расширяется: на Украину, на Сирию и так далее, пока не наступит катастрофический «момент истины».

Сон третий, паранойяльный

Вместо предисловия

«Размышляя о социально-политических процессах в современной России, ни эксперты, ни операторы почему-то совершенно не берут в расчет простейшее, казалось бы, обстоятельство: субъектами этих процессов всё-таки выступают люди. Причем «люди» не как простая совокупность индивидуумов, а как «большая система», обладающая своими «аттракторами». «Аттракторы» в теории систем — это фигуры, описывающие вроде бы хаотическое движение значительного (но не бесконечного) числа частиц в ограниченном пространстве, как бы «притягивающие» к себе подавляющее большинство их траекторий. Применительно к «системам людей» аттракторы в просторечии именуются «национальными особенностями» или даже напрямую «особенностями национального характера».

Наверное, никто не будет спорить, что эти особенности носят ярко выраженный психологический характер. Если исходить из тезиса, что психология имеет дело с душевной нормой, и контртезиса, что норма — всего лишь наиболее распространенная патология, уже отсюда следует принципиальная применимость сугубо психиатрической «сетки координат» для описания особенностей той или иной национальной психологии.
Взять, например, психологическое описание такого генетического заболевания, как синдром Дауна (трисомия по 21-й паре хромосом): неспособность к последовательному логическому мышлению, богатство эмоциональной жизни (другое восприятие окружающего мира), любовь к музыке и танцам. Сопоставив эти психологические черты с теорией "негритюда" Леопольда Седара Сенгора: «Коллективная негро-африканская личность, совокупность ценностей черного мира (первичность интуиции, эмоции и ритма, чувства группы и диалога)..., некое аффективное отношение к миру, незападное его видение», — мы обнаружим в данных характеристиках весьма отчетливое и даже системное сходство. Разумеется, это не значит, будто все или даже некоторые «негро-африканские» этнические сообщества страдают на социально-психологическом уровне аналогом «болезни Дауна», являясь тем самым отсталыми или неполноценными. Против такого «социально-психологического расизма» необходимо высказаться сразу же и категорически. Но речь идет о том, что особенности их национального или расового характера вполне сопоставимы с психологическими особенностями людей, родившихся с синдромом Дауна. В этом отношении они — просто «другие», вот и всё.

В той же системе координат следует признать, что и русские — «другие». Особенности нашего национального характера сопоставимы с психологическими особенностями людей, которым, как правило, ставится диагноз маниакально-депрессивного психоза (МДП) с биполярным течением (циклическая смена депрессивных и маниакальных, эйфорических фаз).

Периоды невероятных взлётов и побед сменяются в отечественной истории столь же невероятными падениями и поражениями. Взять хотя бы название древнего «Слова о погибели Русской земли». Или известные слова Василия Розанова о Феврале 1917 года: «Русь слиняла в два дня. Самое большее — в три… Поразительно, что она разом рассыпалась вся, до подробностей, до частностей… Не осталось Царства, не осталось Церкви, не осталось войска, и не осталось рабочего класса. Чтo же осталось-то? Странным образом — буквально ничего». «Россия — самая катастрофическая страна в мире, — почти через сто лет говорил по этому поводу Вадим Кожинов. — Она пережила несколько таких невероятных катаклизмов, когда очень многим людям, даже большинству людей казалось, что Россия кончилась. Так было и в Смутное время, так было и в 1917 году. Очень многие думают так и сейчас».

В данной связи важно не только установление самого факта, условно, «МДП-следа» в «русском национальном характере», но и выяснение его политической феноменологии, т. е. того, как этот феномен проявляется в соответствующей сфере общественной жизни. Задавшись этим вопросом, мы обнаружим, что наряду с маниакально-депрессивными трендами (не сливаясь, но четко коррелируя с ними) в отечественной истории присутствуют и тренды паранойяльно-шизоидные, когда увлеченность какой-то одной идеей, зацикленность на ней (паранойяльный тренд) сменяется «плюрализмом в отдельно взятых головах» и типичным «мозаичным сознанием» (шизоидный тренд). В период шизоидного тренда наше общество склонно к формам собственного устройства, которые принято именовать «демократическими» (такой весьма распространенный в «патриотической» политфразеологии термин, как «демшиза», вряд ли можно считать случайным), а в период паранойяльного тренда — к «тоталитарным». И, разумеется, на пике того или иного социально-психологического тренда как-то противостоять ему — занятие совершенно безнадежное…»

Справка: Хронический паранойяльный синдром проявляется первичным систематизированным монотематическим бредом с последовательным развитием и расширением его фабулы, систематизацией и нередко ярко выраженной «не социальной логикой». Развёрнутый синдром сочетается с повышенной активностью (открытой борьбой за свои идеи) и лёгкими аффективными расстройствами при неизменённом состоянии сознания.

Павел РЯБОВ (Spydell)

Каковы реальные цели России в сирийской войне?

Не стоит считать, что Кремлю есть хоть какое-то дело до Асада, Сирии и будущего сирийского народа. Говоря откровенно, им плевать на всех их. В иерархии приоритетов Сирия стоит далеко не первых местах. Более того, официально провозглашенная цель – борьба с терроризмом имеет мало общего с ключевыми целями. Так что же Кремль забыл в Сирии и зачем все это нужно? Статья очень большая, так как тема обширная и важная.

Вот и подошли к главному вопросу. Какие реальные цели России в сирийской войне?

Прежде всего, хотел бы сказать, что чисто военными средствами победить терроризм невозможно. Я не ради забавы последний месяц копошился во всей этой террористической грязи, сводил в единое целое общее принципы организации террористических структур, типичные схемы финансирования, их методы действий и приводил профиль основных террористических организаций планеты. Задача состояла в том, чтобы в общих чертах (предельно кратко) и доходчиво объяснить базовые принципы зарождения и функционирования подобных структур с тем, чтобы понимать объект нашей атаки и возможную обратную связь.

Терроризм, как явление непобедим. Можно уничтожить главарей, полевых командиров, нарушить линии снабжения, разрушить командные центры, склады с боеприпасами и фортификационные сооружения, но в лучшем случае удастся дезорганизовать террористов и временно остановить, но не победить.

Как только боевой кулак ослабнет, интенсивность обстрелов и наступления снизится, то выдающийся регенерационный и репродукционный потенциал террористического явления позволит быстро восстановить потери, выровняв баланс сил с последующей неизбежной контратакой. Пока уничтожаем первую тысячу голов террористов, наплывает 2 тысячи. Этот процесс бесконечный, так как мобилизационный и репродукционный потенциал террористов не имеет ограничений. Закончатся боевики в Сирии и Ираке? Не проблема, США и Саудиты будут поставлять из Ливии, Судана и Сомали. Африка большая, на всех хватит, тут боеприпасов может не хватить.

Для победы необходимо закрепление результата в виде создания среды, блокирующей условия для зарождения террористического явления.

Это не только укрепление силовых структур, таких как армия, полицейские службы, разведка, силы специального назначения и т. д., но и создание социальных и правовых институтов, которые бы исключали возможность массового вовлечения людей в террористические организации. Все это в нынешней конфигурации конфликта выглядит утопией и абсурдом.

Фашизм имеет общие черты с радикальным исламским фундаментализмом. Вспоминая историю… После капитуляции фашисткой Германии 8 мая 1945 вскоре был создан совместный проект о денацификации Германии (по-немецки — Entnazifizierung). Это комплексный проект между союзниками антигитлеровской коалиции (СССР, США, Великобритания и в меньшей степени Франция), который включал в себя не только демилитаризацию Германии, поиск и осуждения виновных в военных преступлениях, но главным образом политические и идеологические преобразования.

Следует понимать, что в момент оккупации Германии речь шла об ущемлении национальной гордости немцев в моменте их резервации и принудительном перевоспитании, в определенном смысле об унижении и оскорблении, учитывая прочно привитую идеологию этнического превосходства немцев над остальными народами. Это идеальная почва под зарождение нового лидера-революционера (подобного Гитлеру), тем более основа и предпосылки имелись. Этот же проект был нацелен на поиск и нейтрализацию любых сил, который тогда или в будущем могут эксплуатировать задетое самолюбие немцев в заданном русле, как в свое время удалось Гитлеру на волне экономической депрессии начала 30-х и позорного поражения в Первую Мировую.

Идеологическое перевоспитание немцев было всеобъемлющим, начиная от детских садов, заканчивая ВУЗами, СМИ и профильными структурами для работы со взрослым контингентом. Конечная цель — паралич воли и способности сопротивляться внешнему управлению с гарантированным исключением зарождения неподконтрольной подпольной партизанской или легальной политической структуры. Ну и результат этой программы отлично виден по последним событиям, когда американцы такую мощную экономическую державу, как Германию ставят враскоряку.

Это я к тому, что даже в условиях гипотетического разгрома террористов на поле боя недостаточно укрепления силовых структур и реконструкции социальных институтов. Необходима целенаправленная идеологическая обработка населения с целью блокирования реакционных элементов и полный контроль над политической системой. Но и этого недостаточно!

Как уже говорил, терроризм не является фантомом. Организованный терроризм очень затратная штука, а в силу специфики они не могут выйти на самоокупаемость законными методами. Необходимы налаженные нелегальные схемы финансирования, материально-техническое и военное снабжение, не считая тылового обеспечения и политического прикрытия. Работу на масштабе в десятки тысяч голов невозможно достичь за счет частных организаций, необходимо государственное содействие. Терроризм возникает тогда, когда есть внутренняя или внешняя организующая и заинтересованная структура.

Вышеописанные концепты — укрепление силовых структур, реконструкция социальных институтов, политический контроль и идеологическая обработка могут гарантировать отсутствие условий и факторов зарождения терроризма изнутри, но не могут гарантировать внешнего содействия (заброски террористов из вне). Здесь необходимы рычаги влияния на международной арене.

Конфигурация сирийского конфликта столь сложна, что в том регионе переплетены интересы огромного количества участников. Как минимум среди наиболее влиятельных и активных на стороне террористов выступают: США и их сателлиты, Израиль, Турция, Саудовская Аравия, более мелких не рассматриваю. На стороне Асада выступают: Россия, Иран с молчаливого одобрения Китая + ливанское подразделение «Хезболлы».

Если бы целью США и их вассалов было создание сильной и процветающей Сирии, то они бы не террористов создавали, а строили бы медицинские, культурные, образовательные учреждения, научно-исследовательские центры, объекты индустриальной и транспортной инфраструктуры. Но они не ставили перед собой цель улучшения условий жизни в Сирии. То, что решают США я рассмотрю в другой раз.

Но вот ведь парадокс, целью России также не является создание сильной и процветающей Сирии. Тут бы как бы самим штаны удержать. На Сирию всем плевать. О какой Сирии вообще идет речь, когда в России проблем навалом, особенно финансово-экономических проблем.

Таким образом, резюмируя вводную часть, подчеркиваю, что официально провозглашенная цель борьбы с терроризмом не имеет ничего общего с реальностью, принимая во внимание специфику и формат сирийского конфликта. Борьба с терроризмом не то что невозможна, но с тем вовлечением, которое имеет по факту, — это, мягко говоря, нереалистично. Для борьбы требуется другой подход и совершенно другой масштаб вовлечения. Как минимум, необходимо вести боевые действия (причем наземные) в четырех странах (Ливия, Сирия, Ирак, Афганистан) — в среде обитания террористических структур с последующими намерениями переформатирования политической и экономической системы в этих странах для блокирования условий под зарождение террористических организаций. Такая задача непосильная не то, что для России, но даже для союза Китая, Ирана и России. Т. к. речь идет о прямом вторжении в зону американских интересов с известными последствиями. Выйти сухими из воды они не дадут.

Итак, предпосылки сирийской операции.

Власти и олигархи России оказались в такой ситуации, что исключение из политического клуба избранных, блокирование участия в западной финансовой и бизнес-среде на фоне перекрытия валютного притока средств в Россию вынуждает их (власть и олигархов) либо искать альтернативу, либо мириться.

Первый вариант. Что такое искать альтернативу?

Это принципиально другая структура экономики с совершенно иными приоритетами. Это, прежде всего, национал ориентированная элита, целью и задачами которой будет самозабвенное вложение сил и ресурсов в развитие страны. Это неизбежно сопряжено с рисками и потерями.

Создать высокотехнологичные экспорто-ориентированные отрасли с высокой добавленной стоимостью, которые бы заменили нефтегаз и металлы хотя бы на 15-20% невозможно в перспективе 5 лет. Конкурентоспособное производство не создается за год-два или 5 лет. Это работа десятилетий, напряженная работа без гарантий результата.

Сколько лет ушло на развитие и экспансию, например, Daimler, Intel, Sony или Samsung и тысячи других аналогичных международных корпораций? Десятилетия. Но они были первопроходцами, создавали индустрию с нуля, захватывали рынок сбыта тогда, когда рынка сбыта еще не существовало, т.е. задавали тренды в индустрии. Нам же придется конкурировать в условиях поделенного рынка сбыта между ключевыми участниками. Просто так туда никто не пустит. Это высоко конкурентная и агрессивная среда.

Тогда необходимо создавать отрасли, которые не заняты (не обработаны) крупнейшими транснациональными корпорациями (ТНК), но и это невозможно без создания фундамента. Это итерационный процесс. Здесь не получится, например, освоить квантовые технологии без освоения полупроводниковых. На все это нужны технологии, а технологии невозможны без развития науки и образования. Данный процесс очень длительный, требует огромных вложений, а результат не гарантирован.

Реальность такова, что правительство ввело запрет, «расстрельную статью» на любые упоминания экономических реформ. Попросту, это запрещено говорить на высоких уровнях. Логика понятна. Времени на раскачку нет. В нынешних обстоятельствах подушка в виде резервного фонда (75 млрд. долл.) и фонда национального благосостояния (также 75 млрд. долл.) может полностью исчерпаться к первой половине 2018 года, как раз к окончанию третьего срока Путина. Внешний рынок заимствования для государства перекрыт благодаря США и вассалам, а внутренний закрыт ЦБ РФ + скудные финансовые резервы российских структур.

150 млрд. долл. на 2,5 года хватит, если жить в условиях жесткой экономии, а дальше непонятно как. Любые экономические реформы предполагают с одной стороны естественный риск провала, а с другой стороны появление новых участников на политической арене по мере развития новых отраслей. Новые участники – это другие интересы, лоббисты и возможности. Тоже фактор неопределенности. Нынешний круг политической и бизнес олигархии понятен и предсказуем, поэтому власти ввели запрет на упоминание каких либо экономических реформ, опасаясь раскачивать лодку и рисковать. Задача в том, что заморозить ситуацию.

Поэтому второй вариант — мириться.

Наладить отношения с Западом, как единственная возможность удержаться в седле. 25 лет предательства, воровства, экономического распада и научно-технологической деградации не прошли бесследно. Несмотря на браваду в СМИ и ура-патриотической блогосфере о галактических успехах российской власти на всех фронтах, реальность другая.

Это едва ли не полный паралич инвестиций, причем в отличие от 2009-2010 годов парализуются не только частные инвестиции, но и государственные, это и сильнейший кризис потребительского спроса с 1998 года. Существуют структурные проблемы, как крайне высокая зависимость от импортных комплектующих и оборудования, моноэкспорт, критически низкий удельный вес наукоемких отраслей и практически полное отсутствие отраслей с высокой добавленной стоимостью в сравнении с размером сырьевого сектора. Убери сырьевой сектор и практически ничего не будет. К сожалению, атомная энергетика и оборонно-промышленный комплекс не настолько емкие, чтобы компенсировать выпадающие доходы от нефтегаза.

Последовательная сдача своих национальных интересов на международной арене в течение 25 лет привели к тому, что у России не осталось важнейших стратегических союзников первого уровня. Т. е. союзников, которые были бы готовы вступить в бой и жертвовать своими интересами ради России. Сравните это с тем, как США подминают под себя всю Европу, даже если это противоречит интересам Европы?

Значимость и вес России в экономическом, финансовом плане и на международной арене относительно США и сателлитов ничтожны.

Далее США и союзники будут именовать кратко – США & Ко.

· 2% населения у России (145 млн. из 7120 млн. мирового населения) против 29% у США и сателлитов.

· 1,5% ВВП в долларах (1.17 трлн. из 74.55 трлн. за 2015) против 68,5% у США & Ко.

· Чуть меньше 3% ВВП по ППС против 56-57% у США & Ко.

· Около 0.65% от рублевых финансовых активов в долларовом выражении от глобальных фин.активов против 75-77% у США & Ко. У России около 1,8 трлн. долл. против 190-200 трлн. долл. у США и компании. Под финансовыми активами понимается денежные активы и наличность, акции и паи, все виды долговых инструментов, но без учета кредитов и деривативов.

· Около 0.6% глобальных патентов и владения технологиями против 80% у США & Ко.

· Меньше 0.45% высокотехнологического глобального экспорта против 78% у США & Ко.

· Ну и примерно ноль союзников первого уровня у России против огромной политической мощи США.

Т. е. по науке и технологиям США и компания превосходят Россию в 150 раз, по высокотехнологической торговле США & Ко превосходят Россию в 170 раз, по финансам в 120+ раз, по долларовому ВВП в 45 раз, по ВВП ППС примерно в 20 раз.

Учитывая такие разрывы, мышь не может формировать движения слона. Говоря откровенно, пигмей в экономическом, политическом и технологическом плане не может диктовать условия на мировой арене и формировать повестку дня, а пытается. США не ищут справедливости, а руководствуются интересами в обеспечении глобального лидерства, что прямо противоречит нормам морали, международного права, нарушая региональную и глобальную стабильность. Все ради лидерства и победы. Говорить США о том, как плохо быть лидером и давайте станем равными можно, но это ничего не даст. США доводы такого уровня не интересуют. Для них имеет значение только сила.

Вот и подходим к целям войны в Сирии.

Еще раз подчеркиваю, Кремль плевать хотел на Сирию и Асада. Если ради сохранения власти и доходов потребуется сдать Асада, то сдадут в один миг, даже глазом не моргнув. В этом я ничуть не сомневаюсь, и вам не стоит питать иллюзий. Никто за Асада не держится. Сейчас это лишь удобная фигура для торга и внедрения, решения собственных задач.

Скажу даже больше. Если для сохранения власти и доходов потребуется вести переговоры с Аль-Каидой, талибами и ИГ, то будут вести с ними переговоры, жамкаться, тискаться, целоваться и выплясывать, крепко держась за плечо. В этом отношении российская власть предельно цинична, безжалостна, бескомпромиссна и лишена каких либо идеологических установок и моральных тормозов. Ну, ок, вспомним Петра Алексеевича Порошенко. Весной и летом 2014 года в российских СМИ и для власти он был фашисткой гнидой, которую неплохо было бы уничтожить. Уже осенью 2014 стал добропорядочным партнером, практически верным другом и лучшим выбором украинского народа. От былой агрессии не осталось и следа. Так что не стоит думать, что террористы всея галактики (ИГ и Аль-Каида) останутся террористами. Если будет нужно – начнут с ними дружить, целоваться, плясать и так далее.

Кремль не руководствуется симпатиями или антипатиями, он руководствуются своими интересами. Они (интересы) лежат в плоскости:

· удержания власти,

· деблокады политической изоляции российской власти и олигархии,

· финансово-экономической стабилизации России,

· обеспечения приемлемого валютного притока в Россию и карманы олигархов.

У нас свыше 80% экспорта — это сырье, которое кстати упало в цене и находится на уровнях 10-летней давности, в дополнение к этому есть риск частичной потери рынка сбыта в перспективе нескольких лет, поэтому учитывая 150 млрд долл фонда нац. благосостояния + резервного фонда при заблокированном рынке капитала и слабой экономики, этих денег хватит в лучшем случае до 2018 года.

Мобилизационная экономика несет для Кремля массу неприемлемых издержек, главным образом — это риски и неопределенность олигархической и политической трансформации, которые всегда происходят в условиях мобилизационной экономики, т.к. неизбежно возникают новые участники на политической арене, новые параметры и неизвестные. «Раскачивать лодку» для Кремля неприемлемо, поэтому пытаются заморозить ситуацию и вернуть все назад. Да и плюс времени нет на развитие науки, технологий и хайтек отраслей, ну и денег немного. Именно поэтому отказались от экономических и финансовых реформ России, оставив все, как есть. Вся антикризисная политика правительства заключается в простом выражении «ждать и надеяться, когда само все как нибудь развиднеется».

Кстати, вы обратили внимание на визит Путина в Австралию в ноябре 2014 года на G20 и визит Путина в США в сентябре 2015 года на 70-летие ООН?
Тогда США делали всё, чтобы показать Путину тотальную изоляцию, вплоть до демонстративного игнора, а в Нью-Йорке всё было наоборот. Тут и тёплые посиделки с Обамой, рукопожатия со всеми ключевыми главами государств, даже премьер министр Японии вел себя, как школьник.

Зачем США это делали, я рассказывал ранее.

Российская пресса и ура-патриотическая блогосфера буквально оргазмировали НЕДЕЛЮ, бились в экстазе, подробно разбирая каждое рукопожатие, жест, тональность и подмигивание. Сказать, что для них это был триумф — это не сказать ничего. Выйти из предбанника в клуб избранных было целью номер один и стояло в иерархии приоритетов на первых местах. Радости было столько, как будто выиграли Мировую войну! Для Путина и для власти очень важно быть рукопожатными на Западе, несмотря на всю эту риторику про то, что США распоясались.

Первая цель войны. Сирия для России — это создание площадки для торга с США, поле для политического диалога с возможностью вновь подружиться, стать если не своим, то хотя бы не врагом номер один для США. Это попытка игры на равных, если можно так сказать, попытка войти в клуб избранных из предбанника. Деблокировать политическую изоляцию.

Именно для этого бомбят с воздуха, чтобы с одной стороны поддержать наземные силы Асада, а с другой взойти на геополитическую арену наравне с США. Почему бомбят с воздуха понятно. Эта операция несет наименьшие издержки при максимальном положительном эффекте. Во-первых, это как бы расширенные военные учения в реальном театре боевых действий с реальным противником. Это тренировка для летчиков, разведчиков, связистов, генштаба. Это все полезно. Во-вторых, потенциальный ущерб сведен к минимуму в условиях прогрессивной РЭБ у авиации РФ на фоне практически полного отсутствия систем ПВО и ПРО у террористов.

Всё это, как заявление о себе, поигрывание мускулами. Запуск ракет из каспийской флотилии имеет не военное значение, а пропагандисткое. Это было «театральным» представлением, нацеленным на западного потребителя. Демонстрация российской военной мощи и потенциала, готовность действовать с разных фронтов и применять военную силу для достижения поставленных задач, что, в общем то, считаю правильным и оправданным. Такой формат военной пропаганды я поддерживаю.

Спасти Сирию и восстановить её невозможно теми средствами, которые применяются, т. к. слишком много сторон конфликта, заинтересованных в хаосе. Именно поэтому они спонсируют терроризм. Тут необходимо либо масштабное вовлечение с войной на многих фронтах (Сирия, Ирак, Ливия, Афганистан) с рисками континентальной войны и прямой конфронтации с США и их союзниками, либо не добиться результатов в устранении терроризма.

Вторая цель. Создать информационное прикрытие украинского конфликта.

Во-первых, это перекоммутирует взор США от Украины на Ближний Восток, снизив интенсивность давления на Донбасс и Россию.

Во-вторых, это позволит более незаметно слить, сдать или предать Донбасс. По моим расчетам, стоимость содержания Донбасса для России обходится примерно от 130 млрд. рублей в год (нижняя граница, самые скромные оценки).

Сюда включается гуманитарная помощь, социальное обеспечение, восстановление ключевой коммунальной, энергетической и транспортной инфраструктуры, военное снабжение и администрирование. В расчете на душу населения приходится не менее 37 тыс руб в год. Внутренние источники в ДНР и ЛНР покрывают не больше 20-25% от потребностей, остальное из России. Регион в блокаде и разрушен войной.

Но это прямые расходы. Косвенные расходы от противостояния с США многократно выше. Проблема ДНР и ЛНР в том, что они встали в прямое противостояние с интересами олигархов в России, для которых Донбасс, как собаке пятая нога, комок в горле, он им объективно мешает вести бизнес. Т. е. бизнес-интересы никак не пересекаются с интересами поддержки Донбасса. Но есть государственные или если так можно сказать национальные интересы. Одно дело закрыть положительно финансовый квартал в компании, порадовать инвесторов и выплатить дивиденды, поделить между своими, а другое дело — обеспечение долгосрочных интересов страны. На всё это накладывается тот факт, что поддержка русских на Донбассе в России невероятно высока и прямой слив невозможен.

Жесткая форма капитуляции — это передача границы Киеву и закрытие «военторга». Именно на таком варианте настаивает Киев и США. Мягкая форма капитуляции или, как модно сейчас называть, «тактическое отступление» — это попытка передачи Донбасса на баланс Киеву или тому, кто его курирует с внедренной кремлевской агентурой в Донбасс, чтобы как-то держать регион и влиять на украинский политический климат с попыткой переформатирования Украины по лекалам Кремля. Но это утопия. США этого не допустят. Неразрешимый тупик? Да.

Вот здесь Сирия теоретически может пригодиться. Достигнув военного разгрома наиболее боеспособных отрядов террористов, деблокируя большую часть оккупированных территорий в руки Асаду, можно создать условия для переговоров в рамках послевоенного раздела Сирии, где США бы гарантировали соблюдение российских интересов на Украине в обмен на определенные уступки по Сирии. Например, участие людей США в политическом переустройстве Сирии и постепенное отстранение Асада и его клана от власти. Пойдёт ли США на такие уступки? Нет, конечно!

Однако, именно в таком разрезе сейчас зондируется обстановка в Сирии со стороны Кремля. Прощупывание почвы на предмет политического урегулирования и поиска субъекта для переговоров. Т. е. действие силой и затем дипломатией — то, что понимают США.

Но в Вашингтоне все-таки не форменные кретины сидят и видят намерения Кремля, поэтому со своей стороны сделают всё возможное, чтобы блицкриг Кремля не удался. По последним сводкам с полей, продвижения армии Сирии за последние две недели практически не было, не считая незначительных тактических побед и очень умеренного продвижения на несколько километров. Легкой прогулки предсказуемо не получилось.

Еще кратко по некоторым моментам.

Что касается информационного прикрытия слива Донбасса. О полном сливе говорить еще рано. Есть намерения к предательству, это видно, но слив будет тогда, когда в Донбассе будет орудовать Киев, граница под контролем ЦРУ, а «военторг» перекрыт. Пока конфигурация донбасской проблемы такова, что необратимых тенденций еще не достигли, есть пока возможность при необходимости развернуть ситуацию в сторону силового решения конфликта. Созданная инфраструктура и потенциал имеются. Окончательное решение пока не принято, но существует очень отчетливые намерения в Кремле реинтегрировать Донбасс на Украину, что де-факто означает предательство всех идей, заложенных в этот проект и предательство русских на Донбассе.

Как я могу судить, постепенное вытеснение новостей из Донбасса новостями из Сирии позволит приглушить украинское направление в головах обывателя в расчете на краткосрочную память. Чтобы передача Донбасса Киеву проходила не столь громко. Типа из расчета, что никому нет никакого дела, кроме того, что происходит в его желудке и его доме. Погундели и забыли, а пропаганда доходчиво объяснит, что так надо и именно для этого все и затеяли. Мол, как-нибудь забудется, как нелепость и страшный сон. Это крайне ошибочное и опасное мнение.

Насчет охоты за свирепыми российскими беглецами в ИГ. Да, потенциальная угроза безусловно имеется, что рано или поздно США развернут их против России. Концепцию ликвидации проблемы на стадии зарождения полностью поддерживаю. Но охота (с помощью штурмовиков и бомбардировщиков) за свирепыми и опасными беглецами на тачанках по пустоши выглядит несколько нелепо. Много ли уже уничтожили? Контроль за спящими ячейками, вывоз и ввоз боевиков — это работа больше для СВР и ФСБ. Всех в Сирии всё равно не уничтожишь, а работа с воздуха мало, что даст в решении конкретно этой задачи.

Считаю ли я, что необходимо поддерживать и спасать Асада? Однозначно да, ни малейшего сомнения. Но четыре года войны привели к необратимым последствиям и это тоже нужно понимать. Задержка военной помощи на четыре года привела к диспозиции, сравнимой с абсолютной катастрофой, где издержки на разрешение проблем возрастают многократно.

Выбранную тактику дистанционной войны считаю единственной правильной в нынешнем формате войны, но одновременно не считаю, что Россия достигнет заявленных целей в Сирии. Во-первых, не дадут, а во-вторых, текущего масштаба вовлечения недостаточно для решения поставленных целей и задач».

Пожалуй, самой главной и фундаментальной ошибкой подавляющего большинства комментаторов не только сирийской операции, но и всех действий нашей «властной вертикали»: как «прокремлёвских», так и «антикремлёвских», — является то, что современную Россию они воспринимают как некую закрытую систему в форме Российской Федерации. Хотя она закрытой системой не является по определению. Только вот понять и принять это сложно, поскольку 90% её объёма, как у айсберга, находятся «под водой», причем этот айсберг, в отличие от обычного, ничуть не «тает», а, напротив, «растёт». Каким является этот рост: направленным или стихийным, и если он направлен, то в какую сторону, — лично у меня ответа нет, но без учёта этой «тяготеющей массы» все вычисления и прогнозы априори не могут быть точными, что, собственно, и происходит.

Всё это — следствие того, что факт «распада Советского Союза» в 1991 году выглядит абсолютно очевидным и достоверным. Точно так же ежедневные восходы и заходы солнца долго считались неопровержимым доказательством того, что это светило движется вокруг Земли, и «сменить точку отсчёта» было невероятно долгим, трудным и даже трагическим делом. То же самое происходит и в истории с Советским Союзом. Система такого внутреннего уровня организации и такого гигантского внешнего объёма просто не могла в одночасье «исчезнуть бесследно».

Следовательно, она и не исчезла, присутствуя в качестве этой самой «тяготеющей массы», чего Павел Рябов, сравнивая потенциал современной РФ с потенциалом «США и их союзников», не видит и видеть не хочет. Точно так же, как его не интересуют потенциалы хотя бы Ирана и Китая. Точно так же, как он полагает отношения США со своими союзниками отношениями внутри единого целого, хотя и это далеко не так. Точно так же, как он не принимает во внимание «дутый» характер множества показателей американской статистики, который для специалистов вполне очевиден. Точно так же, как он сравнивает только «общие», а не «свободные» потенциалы противостояших сторон, которые, собственно, только и могут быть задействованы в ходе конфликта. Его не интересуют ни долги федерального правительства США, ни автозаправки в Афганистане за 43 млн. долл., ни 5 сирийских боевиков за 500 млн. долл. Но для паранойяльного мышления свойственно выпячивать «нужное» и в упор не замечать «ненужного».

Кстати, за неполные 7 лет правления Барака Обамы американский долг вырос уже на 8,6 трлн. долл., с 10,2 до 18,8 трлн. И это, судя по всему, далеко еще не предел — впереди еще весь 2016 год с разрешенным конгрессом США отсутствием «потолка» по размеру федерального долга.

В данной связи приведу еще одну самоцитату из публикации семилетней давности — даже не в качестве сбывшегося прогноза, а в качестве того, что для адекватного понимания ситуации и вариантов её дальнейшего развития необходимо учитывать доступный максимум значимых факторов.

«Буш поймал и казнил не того Хусейна», — горько шутят сегодня белые консерваторы Америки, намекая на идентичность личных имен Саддама Хусейна и 44-го президента США, «афроамериканца» Барака Хусейна Обамы. И делают вывод: «У нас украли страну, созданную нашими предками».

Разумеется, пришествие в Белый дом «молодого, красивого и всегда загорелого» (по словам Сильвио Берлускони) человека еще не означает полной смены пейзажа в истеблишменте Соединенных Штатов. Однако Обама там далеко не «первая ласточка» — фигуры Кондолизы Райс и Колина Пауэлла, с одной стороны, а Опры Уинфри и Джесси Джексона — с другой, давно и прочно интегрированы в американскую систему власти. Более того, образы темнокожих «хороших парней»: от простых полицейских до президентов США, — с начала 80-х годов непрерывно транслируются всеми масс-медиа, они превратились в один из голливудских штампов. А то, что продукция «фабрики грёз» всерьёз программирует реальность Америки, ни для кого не секрет. Равно как не секрет, кем именно она создается, и кто именно протащил единственного темнокожего сенатора страны в президенты.

При этом практически все «афроамериканцы» США, независимо от формальной партийной принадлежности и политических взглядов, голосовали за Обаму именно как за «своего» кандидата. Но только на «чёрных» голосах он въехать в Белый дом не мог. И, похоже, дело здесь не только в эффективной пропаганде расовой толерантности.
«Правило одной капли крови» («One drop rule»), согласно которому человек с малейшей негритянской наследственностью должен считаться чёрным во всех отношениях, родилось в Америке не на пустом месте. Новейшие генетические исследования установили поразительный факт: у белых англосаксонских протестантов (WASP) процент специфически «негритянских» генов колеблется на уровне 15-30%. Единственное непротиворечивое объяснение этого парадоксального факта даёт гипотеза, согласно которой обмен наследственной информацией происходит не только на уровне самого генома, но и на уровне специфически активирующих те или иные участки генома белков, способных, однажды попав в организм, не только самовоспроизводиться там неопределенно долгое время, но и включаться в дальнейшую передачу наследственной информации или, при «нетрадиционном» месте внедрения, вызывать существенные сбои в жизнедеятельности соответствующих органов и тканей (например, злокачественные новообразования и т. п.).
Иными словами, если любой половой контакт «записывается» в организме и «транслируется» в последующие поколения, то результаты указанного исследования могут означать, что каждый шестой-каждый третий половой партнер всех предков нынешнего «белого» населения США был «афроамериканцем» («афроамериканкой»). Что, в общем-то, может объяснять и страсть матери 44-го президента США к представителям формально иных рас (её вторым мужем, как известно, был индонезиец), и раннюю смерть (в 53 года) от рака яичников.

Избрание главой сильнейшей державы современного мира «человека из ниоткуда» (или, что то же самое, «человека отовсюду») Барака Обамы нельзя представлять в качестве некоего «зова негритянских предков», наконец-то получившего политическую актуализацию, но надо признать, что соответственный сдвиг результирующего вектора американской этнопсихологии произошёл. Многие особенности психологии массового американского обывателя (например, приобретенная готовность и даже привычка тратить намного больше, чем зарабатывать, жить в кредит, не задумываясь об источниках покрытия задолженности) прямо противоречат пресловутой «протестантской этике». Зато очень хорошо соотносятся с «афроамериканской» этнопсихологией. Остаётся только пронаблюдать за тем, как будет действовать и выживать американское общество в условиях глобального экономического кризиса и политического лидерства Барака Обамы» (http://zavtra.ru/content/view/2008-12-0363/).

Так что тезис о безусловной и непреодолимой слабости России относительно «коллективного Запада» во главе с США можно и нужно рассматривать в качестве паранойяльной «страшилки».

Сон четвёртый, панический

Справка: Паническая атака (ПА) или вегетативный криз представляет собой необъяснимый, мучительный для больного, приступ тяжёлой тревоги, сопровождаемый страхом, в сочетании с различными вегетативными (соматическими) симптомами. Достаточно часто происходит во сне или в момент пробуждения.

4 ноября 2015 года

Александр Севастьянов

«Дивиденды» Сирии: восемь сомнений

С того момента, как Россия ввязалась в очередной ближневосточный конфликт и начала бомбить высокоточными дальнобойными ракетами Сирию, чтобы разгромить Исламское государство (ИГ), объявленное у нас террористической организацией, прошло не так уж много времени: месяц. А политические дивиденды, видимые в краткосрочной перспективе, уже всем очевидны.

Во-первых, рейтинг президента Путина взлетел в России до небывалой отметки 90%. Даже наиболее непримиримые его критики из либерального лагеря притихли, потому что понимают: пойти сегодня против Путина значит пойти против народа, а это страшно.

Во-вторых, Россия утерла нос Америке, показав, как надо воевать и побеждать. И поставила клизму лично Обаме, выставив его напоказ как беспомощного демагога.

В-третьих, мы показали всему миру великолепие наших вооружений, заставив многих задуматься о том, что с нами лучше дружить, чем ссориться. Особенно всех впечатлил запуск ракет с Каспия, поразивших цели на расстоянии 1500 км с точностью попадания до двух метров.

В-четвертых, мы «легким движением руки» убрали с мировой повестки дня вопрос о принадлежности Крыма, а во многом и украинский вопрос, эту неприятную для нас занозу. Европа быстро сообразила, кто есть кто в мире реальной политики: известная французская энциклопедия «Ларусс» уже разместила Крым в составе России, а итальянский политический лидер Берлускони посетил полуостров, наплевав на протесты Украины, политическая изоляция России сорвалась, европейцы заговорили об отмене санкций, Кэмерон возмечтал о встрече с Путиным в формате G-20, ничтожество Порошенко со всеми его претензиями воссияло во всей красе…

В-пятых, внутри России усилился контроль над мигрантами из числа «этнических мусульман» (как выражается Гейдар Джемаль). Казачьи патрули на улицах Москвы и изменение тона СМИ – только видимая часть айсберга: на деле, конечно, у Патрушева и Бортникова забот очень сильно прибавилось, а у простых граждан появилась надежда на более осмысленную миграционную политику властей. Избави бог нам повторить самоубийственный опыт Европы.

В-шестых… Впрочем, не стану подробно перечислять все, что нам и так твердят со всех экранов и страниц СМИ. Я искренне рад за Путина и за Россию и горжусь всем, чем только можно гордиться в сложившихся обстоятельствах.

Однако взяться за перо меня заставила не радость с гордостью. Поговорю-ка я лучше о тех тревогах и сомнениях, которые вызывает у меня не блестящая краткосрочная, а туманная отдаленная перспектива. Ведь не тот друг, кто медом мажет, а тот, кто правду скажет.

Итак: что вызывает мои тревоги и сомнения?

Первое. Прежде всего, я уверен, что у нас в целом неправильно трактуют то, что происходит сегодня на Ближнем Востоке и в Северной Африке. Официоз пишет об Исламском государстве как какой-то «террористической организации». Это просто смешно!

Если упереться носом в карту, оно, может, и так, но стоит только посмотреть на дело с высоты птичьего полёта в больших масштабах времени и места, то сразу станет ясно, что перед нами очередная фаза полуторатысячелетнего конфликта трех мегацивилизаций: западноевропейской, китайской и исламской[1]. Исламское государство, оно же новый халифат, — это, в отличие от, скажем, Аль-Каиды, не какая-то «организация», а попросту мечта о глобальном реванше всего исламского мира, задвинутого с XVIII века на историческую обочину. Возвращаясь мыслью к временам, когда халифы стремительно покоряли мир, создавая исламскую империю, а исламская наука и искусство (в том числе искусство жить) поражали свет своими достижениями, до которых диковатой Европе было очень далеко, мусульмане всего мира завидуют собственным восхитительным предкам и мечтают вернуть эти времена. А наблюдая бросающееся всем в глаза моральное падение европейской цивилизации и вырождение христианской демократии в диктатуру меньшинств, они надеются дать миру нравственную альтернативу, которую несут с собой учение Пророка и законы шариата. Выступив, тем самым, в роли спасителя и благодетеля, очищающего мир от скверны. И в этом их трудно оспорить, ибо всё это слишком самоочевидно.

Мы, русские, и сами видим всё нынешнее нравственное недостоинство и самопредательство Запада. Все истинно европейские ценности, в которые влюблялись, с которыми отождествляли себя русские люди XVIII-XIX веков, сегодня преданы и извращены до собственной противоположности: послевоенная Европа, забывшая Бога, за последние семьдесят лет вся вывернулась наизнанку, как перчатка…

ИГ, таким образом, есть еще и глобальный моральный проект, притягательный и порождающий надежду не только для мусульман, но и для многих разочарованных Западом европейцев (и не только европейцев).

Именно в этом секрет того молниеносного и цепкого успеха, с которым ИГ за считанные месяцы отхватило себе огромные территории и ресурсы, мобилизовало под свои знамена миллионы мужчин и женщин из разных стран, подвесило на тонком волоске судьбу марионеточных режимов в Сирии и Ираке. Это триумфальное шествие вполне объяснимо той бескорыстной и безоглядной поддержкой, которую исламский мир готов оказывать ИГ, исходя не из материальных, а из идеальных, мировоззренческих побуждений.

Война между цивилизацией Ислама и цивилизацией Запада – это ни в каком смысле не наша, не русская война. Вступление в нее не имеет для нас морального оправдания. Ни у той, ни у другой стороны я не вижу ценностей, за которые мы должны сражаться и умирать, жертвовать своими детьми.

Но дело не только в этом. Войну стоит начинать, только если есть полная уверенность в победе. А есть ли она, а может ли она быть в данном случае?

Можно победить террористическую организацию, перебив ее личный состав и лишив материальной базы. Но помогут ли бомбы и ракеты справиться с мечтой и надеждой, которые питают в мире примерно 1,75 млрд человек (если считать только мусульман)? Это первое из моих сомнений.

Второе. Кстати, о личном составе ИГ.

Примерно каждый четвертый житель Земли — мусульманин. Больше всего их проживает в Азии (1 млрд. 179 млн.), далее идут Африка (более 518 млн.) и Европа (около 50 млн.). Важно отметить, что удельный вес мусульман в мире неуклонно растет год от года.

Особенно ярким примером демографического роста является Ближний Восток и Северная Африка, как раз те территории, где вспыхнула «арабская весна», плавно переходящая в истребительные войны. Конечно, нам не скинуть со счёта провоцирующую роль США, развязавших войну в Ираке и вдохновивших переворот в Ливии и бойню в Сирии. Но они сыграли лишь роль детонатора, поднесли, так сказать, спичку к костру, который сложился без их участия, сам собой. Судите сами.

Взять хоть те четыре страны, которые забурлили кровавым ключом весною 2013 года. В Египте среднегодовой прирост населения — 1,3 млн человек, в настоящее время плотность в долине Нила (остальное — пустыня) достигла 1700 чел/км2. За годы правления Мубарака численность египтян возросла почти вдвое. В Тунисе с 1997 по 2010 гг. численность населения выросла с 9,218 до 10,6 млн человек (цифра кажется небольшой из-за огромной трудовой эмиграции, но молодежи в преизбытке). В Ливии население выросло с 1961 года в четыре раза: с 1,4 до 5,7 млн. человек. В Йемене ежегодный прирост — 3,8%, один из самых высоких в мире! Только за десять лет с 1986 по 1996 население там выросло с 9,27 до 16 млн человек.

Сегодня на одну женщину в Марокко приходится 2,55 ребенка, в Тунисе — 2,45, примерно столько же в Ливии и Мавритании, в Иране — 3,5, в Кувейте и ОАЭ рождаемость еще выше, поскольку это поощряется правительством. Население исламских стран продолжает расти.

Весь секрет ближневосточного взрыва, новой арабской пассионарности — в этих цифрах, что уж тут говорить! Перед нами — типичный диалектический скачок, переход количества в качество.

Что происходит в любой биологической популяции от саранчи и леммингов до человека, когда их плотность перешагивает через некую критическую величину? Когда все особи начинают ощущать своей шкурой: что-то нас стало слишком много на этой территории?

Тогда природа включает механизмы демографической регуляции, среди которых два основных: война и миграция. Это простой закон биологии. В очередной раз его действие мы видим на примере стран Ближнего Востока и Северной Африки. Но это вовсе не внутреннее дело названных стран: мы свидетельствуем только самое начало процесса. Если открыть перед этими людьми границы, они заселят весь белый мир, вытеснив и маргинализировав хозяев, как некогда турки греков в Константинополе/Стамбуле. А вот если наглухо закрыть границы, запереть мусульман в их естественном ареале размножения, — они начнут жестоко воевать друг с другом, начнется война всех против всех.

Но второй вариант уже упущен, неосуществим. У европейцев не хватило ни ума, ни воли, ни силы, чтобы жестко пресечь миграцию на территорию белой Европы. Поэтому, хоть Ближний Восток и лихорадит от междоусобиц, но главная война — война Запада с Исламом — впереди. Она выпала на наш век не случайно. Иного просто не дано. Я предсказал её еще лет двадцать тому назад. Да она, собственно уже и идёт.

В этой войне будет трудно победить, не прибегая к самому обычному геноциду, осуждаемому мировым сообществом. Потому что на место очередной сотни тысяч убитых сторонников ИГ тут же встанет новая сотня тысяч бойцов, воодушевленных надеждой и мечтой. А то и две сотни тысяч. Перед нашими глазами пример Афганистана (я еще не раз о нем вспомню): он непрерывно воюет уже около полувека, а население всё растёт! И пока оно растёт, пока афганцам есть кем воевать, кого заправить в топку войны, они будут это делать, и война не прекратится. Победить Афганистан в такой ситуации нельзя. Это испытала Англия, испытал СССР, теперь испытывает Америка…

Но Афганистан — лишь показательная модель того мира (мiра) и той войны, в которую втянулся Запад, а теперь вперлись и мы.

Третье. Если бы мир Ислама был единым, сплоченным, имел бы общепризнанного лидера (в лице вождя или организации, безразлично), у Запада не было бы вовсе шансов в этой войне. Или, в лучшем случае, с учетом его технических достижений, включая атомную бомбу, мог бы быть шанс на пиррову победу. В результате абсолютным лидером мира стал бы Китай, у России был бы шанс более или менее сохранить себя под китайским крылом в силу своей необходимости Китаю, а мир пошел бы далее своей дорогой, но уже практически без участия европеоидов, которые почти исчезли бы как раса, если не спаслись бы в России.

Но мир Ислама показательно разрознен, политически и религиозно. И все попытки тех или иных субъектов истории взять на себя роль общеисламского лидера до сих пор проваливались одна за другой. С это ролью не справился ни аятолла Хомейни, ни Саддам Хусейн, ни Муаммар Каддафи, ни Хосни Мубарак, ни саудиты… Но теперь появилось Исламское государство — неубиенный призрак, привлекательный не как личность (всегда исполненная недостатков), а как идеальный «светлый образ» безотносительный к личности лидеров (недаром их много, а не кто-то один). И этот призрак стал влёгкую брать препону за препоной, во всех смыслах подминая под себя всё окрест.

Одна из причин этого в том, что проект ИГ ориентирован в основном на суннитов, а сунниты – это 83% всех мусульман, абсолютное большинство в мире. И это большинство, что вполне естественно, хочет воскрешения и триумфа халифата.

Это значит, что не только убийство рядовых солдатских масс противника ничего не даст в смысле победы, но даже и уничтожение лидеров, на место которых тут же встанут другие, как это было с полевыми командирами в Чечне. Это значит также, что тайные и явные сторонники ИГ будут расти, как грибы после дождя, везде, где проживают сунниты: в Европе, Америке, в черной Африке. И, разумеется, в России, где сунниты в абсолютном большинстве среди местных мусульман.

Кто скажет сегодня, где и как эти сторонники проявятся, если конфликт примет затяжной характер (а на иное надеяться нельзя)? Если у меня есть сомнения в том, что США или Россия осмелятся применить атомное оружие на Ближнем Востоке или в Северной Африке, то сомнений в том, что сторонники ИГ рванут в Америке, Европе или России «грязную бомбу», как только она у них появится, у меня нет. Или нанесут удар по атомным электростанциям и тому подобным объектам. Двумя миллиардами «неверных» станет меньше – подумаешь, проблема! А сгоревшие в атомном костре «верные» попадут к Аллаху в рай — тоже не беда!

Появление у мусульман «грязной бомбы» это только вопрос времени[2]. Если, конечно, в конфликт не втянется Пакистан, уже имеющий обычную, «чистую» атомную бомбу и тоже претендующий на роль всеисламского лидера.

Мне бы не хотелось, честно говоря, чтобы моя семья, дети, внуки попали под атомный удар. Никакие дивиденды из вышеперечисленных того не стоит.

Четвертое. Мы по своей воле вошли в глобальную схватку между Исламом и Западом. Но выйти по своей воле из этой схватки мы не сможем. Как в том анекдоте: «— Ванька, я медведя поймал! — Ну, так тащи его сюда! — Дак он не пущает!».

«Маленькая победоносная война» не получится. Мы не сможем лихо отбомбиться, а потом встать в сторонке, ручки в брючки, и смотреть, чем там все закончится. Даже если мы объявим мир и уйдем из Сирии, нам уже ни мира, ни прощения от исламского сообщества, чье большинство мы восстановили и ожесточили против себя, я полагаю, в обозримом будущем не видать. Это прискорбно; для меня — вдвойне, поскольку я еще с середины 1990-х опасался подобного развития событий и предостерегал против него. В тексте под названием «Живой щит, или Уловки Четвертого Рима» (1996) я писал:

«Периодически над человечеством возвышается некое супергосударство, претендент на мировое господство. И столь же периодически находятся гигантские контингенты относительно обездоленных, низко стоящих по развитию людских масс, жаждущих «всё отнять и поделить». Ирония истории состоит в неизбежности конечной победы тех, кому нечего терять, и которые могут приобрести весь мир, что они и делают. «Гунны» – условное понятие; это, по мне, может быть национальное явление, а может и социальное. Именно «социальные гунны» разрушили некогда «Pax Moscoviana», в то время как «Pax Romana» разрушили гунны национальные.

Сегодня на очереди «Pax Americana» – Западный мир, «золотой миллиард», потребляющий 30% мировых ресурсов и выделяющий 40% мировых отходов. Эти ничтожные 5% населения Земли сегодня очень боятся новых гуннов. Полвека (и даже еще лет десять) тому назад таких гуннов видели в нас. Сегодня ясно, что это уже не так: мусульманский мир и Китай — вот от кого трепещут нынешние лоцманы и штурманы Западного мира. Особенно много страха и неприятностей доставляют мусульмане уже давно — евреям, причем не только в Израиле, но и в их американской цитадели… Отсюда главная стратегическая задача Западного мира вообще, а еврейского Генштаба в особенности: не жалея средств, сделать всё возможное, чтобы отвести исламскую угрозу, перебросить её на другой объект. Поддерживая одной рукой христиан, а другой мусульман в отдельных регионах мира (желательно подалее от Израиля и Америки), всеми силами добиваться того, чтобы конфликт между ними принял затяжной, а лучше — нескончаемый характер. Ливан, Афганистан, Югославия, Ирак, Карабах, Абхазия, Чечня, Таджикистан: вот те подмостки, на которых с успехом разыгрывается адский сценарий. В большую часть этих конфликтов Россия уже имела дурость втянуться. Ее роль как антиисламского (а в будущем — антикитайского) щита Запада вырисовалась яснее некуда…».

Предостерегая против союза России с США и Израилем против мусульман, я вполне четко представлял себе: «Контуры такого стратегического союза предельно ясны: «мы» будем умирать в боях с мусульманами, а «они» будут давать за то нашим правителям деньги и следить, чтобы мы не уклонялись от боя. <...>

Однажды мы, «как послушные холопы», уже держали щит «меж двух враждебных рас: монголов и Европы». Не так давно мы еще раз спасли Европу — от Гитлера. Не хватит ли? У нас больше нет людских ресурсов для выполнения подобных задач. Да и не наша это задача! «Четвертый Рим» сам вытолкнул нас в разряд «третьего мира». Сегодня наше место никак не в телохранителях Запада… Все наши распри с мусульманами должны быть покончены, всё, что усугубляет наши разногласия, — приглушено, оставлено».

В те годы я пребывал в отчаянии: я видел, что Запад и Сион всеми силами и способами втягивают нас в войну с миром Ислама, а мы послушно идем у них на поводу прямиком на бойню, начиная с безумной авантюры в Афганистане. Но при Советской власти мы, по крайней мере, занимали правильную позицию в ключевой точке мира: на Ближнем Востоке, где мы стояли спиной к Израилю (с которым у нас не было даже дипломатических отношений) и лицом к арабскому миру[3]. За это нам прощали, по большому счету, даже Афган. Но в ельцинской России приоритеты поменялись на прямо противоположные, мы развернулись от арабов лицом к евреям, и тут же получили букет моджахедов в Чечне из различных исламских стран. Всё развивалось по самому скверному сценарию, наполняя меня мрачными предчувствиями.

Но тут произошло чудо: вмешался Джордж Буш-младший, да живет он вечно. Он вверг Америку в войну с Ираком, а потом еще и с Афганистаном, переведя все стрелки мусульманской ненависти, ярости и мести на Запад, на США. Я был просто счастлив, я вздохнул спокойно! Россия была буквально спасена американским президентом, неумным и прекрасным.

Нам был подарен шанс на выживание. Мы, слава богу, получили возможность, пользуясь древнекитайской стратагемой, занять позицию мудрой обезьяны, которая с высокой горы наблюдает схватку двух тигров в долине.

Боюсь, этот шанс мы сегодня безвозвратно потеряли под фанфары. И теперь уже поздно рассуждать о том, как хорошо было бы нам оставаться над схваткой, нам не вернуться в счастливое вчера.

Запад и Сион запрягли-таки нас в свою боевую колесницу, сбылась их голубая мечта. Потирают довольно ручки и доморощенные либералы, которые, как, например, Григорий Явлинский, настоятельно требовали от России (и лично Путина) взять на себя основные усилия по борьбе с ИГ. Эти наши внешние и внутренние «заклятые друзья» сегодня торжествуют: достаточно видеть на телеэкранах светящиеся довольством лики Евгения Сатановского или Авигдора Эскина.

Ввязавшись в войну с ИГ, мы оказали Западу такую же огромную услугу, переведя стрелки на себя, какую нам в свое время оказал Буш, переведя их на Америку. Но значит ли это, что мы с Западом и Сионом в одной лодке? Я так не думаю. С какой стати?

Не надеюсь я и на благодарность Запада за его спасение. У нас достаточно исторического опыта, чтобы не ожидать ее, мы ведь не раз уже выступали в роли спасителя. Но что получили мы за то, что заслонили Европу от татар? Киевскую Русь, пользуясь ее ослаблением, немедленно стали дербанить наши западные соседи. Что получили мы за разгром Наполеона? Крымскую войну, унизившую нас, поставившую на колени. За разгром Гитлера? Холодную войну, кончившуюся развалом СССР. Не хватит ли спасать неблагодарных?

Увы… Мудрая обезьяна из нас не получилась, а что бывает с глупыми – об этом даже думать не хочется. И отчаяние вновь стоит на пороге моего сознания.

Пятое. Америка уже попробовала сама создать коалицию из стран Запада для разгрома Исламского государства. Успеха она не имела, преграду на пути ИГ создать не смогла.

Можно думать, что без вмешательства России война Запада с Исламом приняла бы затяжной характер, вплоть до полной безысходности или взаимоуничтожения. Одна из главных причин тому – этнодемографический дисбаланс между противоборствующими сторонами. Об избыточном демографическом давлении в странах Ближнего Востока и Африки уже говорилось выше. Но надо помнить и о недостаточном демографическом давлении у европейских белых народов, в том числе у русских.

Дисбаланс – перепад демографического давления – ярко проявляется, в частности, в том, что мигранты-мусульмане заливают сегодня Европу потоком, все сметающим на своем пути. При этом европейцы не могут и, к стыду своему, даже и не очень-то хотят выставить жесткие заслоны этому потоку, развернуть его вспять. Они уже не сопротивляются своей гибели. У европейских народов произошло явное истощение витальных сил, атрофировался, под воздействием разлагающей псевдодемократической и псевдогуманистической пропаганды, здоровый инстинкт самосохранения и продолжения рода, они заживо сгнивают, как пораженные проказой. В результате арабское население Франции приближается к 20%, турецкое Германии к 10%, в Голландии действует параллельная мусульманская полиция, в Англии — свыше четырехсот (!) мусульманских организаций, и международный исламский центр находится в Лондоне. И это все не говоря уж о нелегальных мигрантах…

Перед нами — невоенное решение вполне военных задач. То, что мы видим, — это никакая не «миграция». Это вторжение, нашествие, оккупация. Европа давно стала данником третьего мира, с которым весь ХХ век так неосмотрительно заигрывала. И, что хуже всего, вся эта ситуация ежедневно давит на сознание европейцев, приближая их экзистенциальный крах.

Какие уж теперь из них вояки… Между тем, пассивность европейцев, их неспособность к сопротивлению объясняется без труда. Ведь пассионарность, подмеченная в народах Львом Гумилевым, по поводу которой столько копий было сломано, – ларчик, который открывается просто. Это историческое свойство гиперактивности народа, возникающее и исчезающее «таинственным» образом (Гумилев с отчаяния выдвигал гипотезу внеземного его происхождения), имеет полную разгадку в демографическом факторе. Пассионарность возникает у этноса исключительно в периоды демографического подъёма и затухает в ходе демографического упадка. И никогда наоборот. Понятно в свете данного факта, почему мусульмане побеждают даже без войны, а европейцы проигрывают, уступают и отступают.

В итоге мусульмане давно стали фактором, серьезно влияющим не только на внешнюю, но и на внутреннюю политику европейских стран. Еще не начав войны, Европа уже капитулировала, так что надеяться на скорую и убедительную победу ей не приходится.

Дело к тому же движется и в России. Чтобы спасти свое будущее, ей бы следовало запереть границу на крепкий замок, чтобы и мышь не прошмыгнула, и, во-первых, всемерно наращивать абсолютную и, главное, относительную численность русского народа — единственной скрепы и единственной надежной защиты России, а во-вторых, планомерно снижать численность и удельный вес мусульманских диаспор. И уж ни в коем случае не давить и не душить своих сторожевых псов — русских националистов, как это до сих пор делал Кремль.

А что мы видим вместо этого? По данным Международной организации мигрантов (МОМ) Россия вышла на второе место в мире, после США, по приему гастарбайтеров, среди которых абсолютное большинство принадлежит этническим мусульманам…

Чем это все может закончиться? Я напомню читателю, что Россия занимает одну шестую часть суши и располагает несметными богатствами, как ископаемыми, так и вполне обычными, но всем жизненно необходимыми: воздухом, водой, землей, лесом. А защищает все это великолепие, все эти ценности первой необходимости всего лишь два процента населения земного шара. Вдумайтесь: два процента — против девяноста восьми, которые жаждали бы все наше достояние «взять и поделить»! Из них более 25% – мусульмане, которым мы сегодня бросили непростительно дерзкий вызов…

Вновь напомню: мусульмане – не инопланетяне, они не только вокруг, но и внутри России. И вся беда в том, что мы попросту не сможем применить наши прекрасные и убедительные дальнобойные высокоточные ракеты по Нижнему Новгороду, Казани, Уфе, Грозному или Махачкале, или, не дай бог, Москве. Как не могут применить их англичане по Лондону, немцы по Берлину или французы по Парижу. В результате чего эти мировые столицы уже оккупированы этническими мусульманами так, что внутренняя политика Англии, Франции, Германии и т. д. во многом зависит от приезжих. А скоро будет зависеть во всём…

Я не хотел бы, чтобы Россия повторила их путь.

Шестое. У братьев Гримм есть всем известная сказка про волшебный горшочек, который, если его попросить, начинал варить кашу. И вот уже полон кашей горшочек, за ним вся кухня, дом, улица… А чтобы прекратить это безобразие, надо было, оказывается, чтобы кто-то крикнул: «Горшочек, больше не вари!»

Горшочек сегодня варит на Ближнем Востоке и в Африке, где рождаемость такова, что человеческая каша уже переполнила родной дом и вывалилась на мировую улицу, заполняя области низкого демографического давления, как оно всегда в природе и бывает.

Однако демография, как сказано выше, есть фактор не только миграции, но и войны. И до тех пор, пока в странах Ислама будет такая рождаемость, как сегодня, надеяться и рассчитывать на прекращение войны нельзя, этот костер будет гореть, покуда вокруг достанет топлива.

Если правители народов Европы рассчитывают, что они снизят это давление, распахнув перед мигрантами ворота своих стран, они заблуждаются. Более того, своим милым, «человечным» (по отношению к приезжим, но бесчеловечным по отношению к своим народам) поведением они лишь провоцируют мусульман рожать еще больше, ведь у детей будет шанс прилично устроиться в благополучных странах!

Европейцы не имеют возможности приказать горшочку больше не варить, это могут сделать только сами арабы (и др.). Но они этого, конечно же, делать не будут, поскольку давно осознали универсальность и действенность самого современного оружия массового поражения — половых органов человека, его репродуктивной системы. Нет, милости и пощады европейцам ждать не следует. Встав на путь капитуляции, они выпьют до дна чашу побежденного.

А нам, коль скоро мы вступили в войну, надо понимать, что это не просто надолго, а едва ли не навсегда. На протяжении жизни пары поколений, как минимум, нам ее завершения не видать. И что теперь надо сделать, чтобы выйти всерьез из войны и отвратить её бесконечное продолжение для нас, я лично ума не приложу.

Единственный надежный выход, который подсказывает логика, представляется неприемлемым с точки зрения современных правил политики. У нас связаны руки.

Интересно, знает ли Путин, как разгадать этот секрет?

Седьмое. Исламское государство, как уже сказано, — глобальный мусульманский проект. Поэтому надеяться на то, что мы-де сейчас разбомбим «террористическую организацию», а всё остальное доделает армия Башара Асада, который восстановит в Сирии мир и порядок, — призрачна. Потому что основная опора Асада, алавиты, суть ничтожное меньшинство Сирии, которая, в своем большинстве, суннитская страна, и к алавитам относится как к изгоям и неверным. Так что даже если за каждого убитого алавита противник расплатится тремя своими убитыми, этот баланс приведет к исчезновению алавитов не только как правящего этнокласса, но и вообще как этногруппы, как субэтноса арабского мира. Ибо их человеческий ресурс ограничен и не может полноценно возобновляться. В то время как сирийские сунниты все время получают человеческую подпитку из других стран и не рискуют даже превратиться в меньшинство.

Мы заявляем, что наше военное присутствие в Сирии оправдано-де приглашением со стороны сирийского правительства. И что после скоротечной военной фазы настанет время для политики национального примирения и создания коалиционного правительства. Мне эти отговорки до боли напомнили о нашем былом так называемом «интернациональном долге» перед народом Афганистана, чье официальное правительство во главе с Наджибуллой мы, якобы, не могли не поддержать, хотя его сторонники тоже были в явном меньшинстве. Но всем известно, чем там всё кончилось.

А чем все кончится в Сирии? Сможем ли мы уйти оттуда, как ушли из Афгана, и чем такой уход для нас чреват? Я не верю, что в случае нашего ухода правительство Асада устоит. Скорее всего, его постигнет участь правительства Наджибуллы.

Справка из Википедии об имярек: «Придя к власти и пытаясь расширить поддержку режима среди населения Афганистана, инициировал политику «национального примирения», заявив о готовности создания коалиционного правительства с представителями моджахедов и отказа НДПА от монополии на власть. Принятая в 1987 году конституция провозгласила ислам государственной религией, допускала применение шариата… Эти меры имели ограниченный успех, и режим ДРА продолжал восприниматься населением как навязанный извне, в то время как моджахеды отвергли предложение о мирных переговорах. Осознавая своё шаткое положение, Наджибулла выступал против вывода советских войск из страны, который, однако, был завершён в 1989 году, а гражданская война продолжилась с ещё большей интенсивностью. Спустя год после распада СССР, лишившийся внешней поддержки и оказавшийся в международной изоляции, режим ДРА был свергнут моджахедами. Наджибулла укрылся в здании миссии ООН в Кабуле, где пребывал до 1996 года, пока не был захвачен и казнён захватившими власть талибами».

Читатель, у вас нет ощущения, что приведенные строки – некое «воспоминание о будущем»? У меня лично есть. Неужели горький опыт ничему нас не учит? Было бы грустно в этом убедиться.

Восьмое. Итак, союзник из Запада, как из собачьего хвоста сито. Ясно, что им без нас было не победить; но это не значит, что мы победим с ними. На армию Башара Асада, в случае нашего выхода из войны, тоже надежда плоха.

Так что же ждет нас в долгосрочной перспективе?

В СМИ на этот счет есть разные мнения. Я не стану цитировать непримиримых противников Путина типа Максима Калашникова или авторов «Новой газеты». Но вот пишет вполне лояльный главред «Русской народной линии» Анатолий Степанов: «Путин стремится не допустить втягивания России в войну в невыгодных условиях или, как минимум, максимально оттянуть начало мировой войны».

Увы, в реальности, как мы видим воочию, всё дело обстоит прямо наоборот. И начало мировой войны, в которой могли бы вовсе не участвовать, мы приблизили по мере своих сил, и выгодными для нас назвать условия, в которых её придется вести, не назовешь никак. Если, конечно, не питать иллюзий насчет её скоротечности.

Поэтому мне в данном случае ближе позиция Степана Сулакшина, несмотря на большие расхождения по иным вопросам. А он пишет: «Втягивание по примеру Афганистана для нашей страны очень чревато и опасно, а для американцев — очень выгодно, потому что это будет ещё одна точка, наряду с конфликтом на Донбассе и санкциями, истощающая Россию — репутационно, геополитически, физически, экономически, человечески, психологически»[4].

Но этими тактическими соображениями дело, конечно, не ограничивается. Все дело-то как раз в том и состоит, что даже кратковременные тактические выгоды от войны в Сирии, о которых я сказал в самом начале, не перекрывают риски и угрозы в долгосрочной стратегической перспективе с учетом основных тенденций развития земного мира.

В моей жизни не раз случались вещие сны, начиная с четырнадцатилетнего возраста и до сего дня. Их особенность еще и в том, что они помнятся всю жизнь в деталях, в подробностях.

Так вот, однажды, лет тридцать или более тому назад, я увидел очень странный сон. Будто бы я стою на балконе восьмого этажа сталинского дома на площади Белорусского вокзала, на углу улицы Горького (теперь Тверской) и Лесной. Я в этой квартире родился, рос, вновь жил в 1972-1988 гг. и имел обыкновение с этого самого балкона наблюдать шествие колонн военных парадов по советским праздникам, а колонны шли с Ленинградского проспекта через мост – к нам, на улицу Горького, и проходили всегда под нашими окнами.

И вот стою я на балконе и вижу вдалеке, по Ленинградке, приближающуюся в облачке пыли колонну. Только странное дело: площадь и улицы все пусты, нет праздничных флагов, шариков и прочего антуража, не звучит оглушающая радостная музыка… Между тем колонна все ближе, идут танки, и постепенно я начинаю различать, что на головном танке водружено зеленое знамя Ислама, а на броне сидят бородатые люди в камуфляже и с автоматами Калашникова в руках.

Много лет я не могу забыть этот сон. Мне очень хочется, чтобы он не оказался вещим, чтобы он не сбылся. Ради этого я и взялся писать настоящую статью».

[1] Подробности в книге: Александр Севастьянов. Битва цивилизаций: секрет победы. – М., Книжный мир, 2013.

[2] Как мы знаем, недавно удалось пресечь попытку транзита обогащенного урана на Ближний Восток через Молдавию – хвала молдавской сигуранце. Но ведь это явно не последняя попытка…

[3] Подробнее см. в моей статье «Ближневосточный конфликт – ключ к внешней политике России». – В кн.: Севастьянов А.Н. Время быть русским. – М., 2004.

[4] http://ruskline.ru/opp/2015/sentyabr/26/pryzhok_rossii_v_siriyu/

http://www.apn.ru/publications/article34283.htm

Эту статью Александра Никитича Севастьянова, известного и заслуженного идеолога «русской национал-демократии», с полным правом можно включать в учебники по информационной войне. Правда, как пример не слишком удачный и не слишком высокого уровня исполнения — так сказать, «для массовки», но по-своему хрестоматийный.

Сначала даётся тезис о том, что «Россия ввязалась в очередной ближневосточный конфликт и начала бомбить высокоточными дальнобойными ракетами Сирию». То есть а) конфликт, в который «ввязалась Россия» является ближневосточным, и б) Россия «начала бомбить... Сирию». То, что Россия Сирию «бомбит ракетами», — это приём, известный из анекдота: «Расстрелять всю оппозицию и покрасить мавзолей Ленина в зелёный цвет», — для отвлечения внимания от главного.

Но главное — заставить массового читателя «напрячься» и заподозрить неладное. Неладное потому что операцию российских ВКС в Сирии, согласно данным социологических агентств, одобрило свыше 70% опрошенных, а, оказывается, «здесь не всё так однозначно»: Россия ввязалась в какой-то чужой для неё конфликт и бомбит другое государство — Сирию.

Не будем пока выяснять, насколько эти утверждения соответствуют или не соответствуют действительности, — проследим логику автора.

Внутреннее напряжение читателя-сторонника операции российских ВКС Александр Севастьянов сразу же пытается расслабить: «мол, политические дивиденды, видимые в краткосрочной перспективе, уже всем очевидны», — и далее следует их перечисление.

— "Рейтинг президента Путина взлетел в России до небывалой отметки 90%... пойти сегодня против Путина значит пойти против народа, а это страшно.

— Россия утерла нос Америке и поставила клизму лично Обаме, показав, как надо воевать и побеждать.

— Мы показали всему миру великолепие наших вооружений.

— Мы «легким движением руки» убрали с мировой повестки дня вопрос о принадлежности Крыма, а во многом и украинский вопрос.

— Мы взяли под контроль «этнических мусульман».

В общем, автор заявляет: я — свой, «я искренне рад за Путина и за Россию и горжусь всем, чем только можно гордиться в сложившихся обстоятельствах»...

Есть вопросы к этому перечню?

Разумеется, есть. Оставим на совести Александра Никитича связь визита Сильвио Берлускони в Крым с началом российской военной операции в Сирии, экс-премьер Италии посетил полуостров 11 сентября 2015 года, почти за три недели до первых ударов ВКС РФ по объектам на территориях, контролируемых Исламским государством. Но то, что «Россия утёрла нос Америке» и «лёгким движением руки» убрала с мировой повестки дня вопрос о принадлежности Крыма, а во многом и украинский вопрос», — совершенно неоправданное преувеличение. Впрочем, как и «контроль над «этническими мусульманами», который вообще не соответствует действительности, но зато «кровь из носу» необходим автору для дальнейшего развития его концепции.

А эта концепция проста: нанося удары по Исламскому государству, Россия обрекает себя на конфронтацию со всем суннитским и, более того, всем исламским миром, который сегодня переживает небывалый демографический, политический и идеологический подъём, грезя восстановлением средневекового Халифата. «Именно в этом секрет того молниеносного и цепкого успеха, с которым ИГ за считанные месяцы отхватило себе огромные территории и ресурсы, мобилизовало под свои знамена миллионы мужчин и женщин из разных стран, подвесило на тонком волоске судьбу марионеточных режимов в Сирии и Ираке». Интересно, по отношению к кому, по мнению Александра Севастьянова, правительство Башара Асада выступает в качестве «марионеточного режима, висящего на волоске»? По отношению к Ирану? К России? К Китаю? К кому? И не слишком ли долго оно «висело на волоске» без существенной внешней военной поддержки?

То есть все дивиденды, которые получит Россия в краткосрочной перспективе, ничего не стоят по сравнению с убытками и потерями, грозящими русскому народу в перспективе долгосрочной. Разумеется, тут же сам собой вспоминается «Афган» («В этой войне будет трудно победить, не прибегая к самому обычному геноциду, осуждаемому мировым сообществом. Потому что на место очередной сотни тысяч убитых сторонников ИГ тут же встанет новая сотня тысяч бойцов, воодушевленных надеждой и мечтой. А то и две сотни тысяч. Перед нашими глазами пример Афганистана») и страшный сон автора, где колонна танков под зелёным знаменем Ислама, с бородачами в камуфляже и с автоматами Калашникова на броне, движется по Ленинградскому шоссе к Кремлю в опустевшей, замершей от ужаса Москве (тут для пущей убедительности Севастьянов даже уточняет: «я в этой квартире родился и рос...»).

Но, если верить «страшному сну» Александра Никитича, то российскую столицу будут «брать» с севера, и вовсе не боевики Исламского государства, чьи флаги, как известно, совсем другого — чёрного — цвета. Но, правда, со снов — какой спрос? Даже с таких, «вещих» и суперполитических?

«Маленькая победоносная война» не получится. Мы не сможем лихо отбомбиться, а потом встать в сторонке, ручки в брючки, и смотреть, чем там всё закончится. Даже если мы объявим мир и уйдем из Сирии, нам уже ни мира, ни прощения от исламского сообщества, чьё большинство мы восстановили и ожесточили против себя», — пишет Александр Севастьянов, говоря чуть ли не от имени всех мусульман, «которым мы сегодня бросили непростительно дерзкий вызов…»

Итак, в результате, по мнению автора, 1) мы «влезли в очередной ближневосточный конфликт», 2) этот конфликт является «глобальной схваткой между Исламом и Западом»; 3) «война между цивилизацией Ислама и цивилизацией Запада — это ни в каком смысле не наша, не русская война»; 4) «Запад и Сион запрягли-таки нас [русских. — В.В.] в свою боевую колесницу, сбылась их голубая мечта»...

Ещё раз: если верить Севастьянову, сегодня Россия в Сирии воюет против мусульманского мира на стороне «коллективного Запада», включая США и Израиль, и это плохо. «Однажды мы, «как послушные холопы», уже держали щит «меж двух враждебных рас: монголов и Европы». Не так давно мы еще раз спасли Европу — от Гитлера. Не хватит ли?»

Что, уважаемый Александр Никитич искренне считает, будто русские не себя спасали от монгольского нашествия, а Европу? И что русские спасали не себя, а Европу в ходе Великой Отечественной войны? Под Москвой, Сталинградом и на Курской дуге, в ленинградской блокаде, в Одессе и Севастополе, принося миллионы жертв, — думали исключительно о будущих членах Евросоюза? И такое на всю страну, на весь мир «на полном серьёзе» не просто «ляпает», а «ляпает» повторно, цитируя сам себя, вроде бы взрослый, вполне адекватный человек, кандидат филологических наук и автор, кажется, более чем двух десятков книг? Это что, внезапное сумасшествие или автор просто участвует в каком-то спектакле и находится «в роли»?

Нет, концепция, согласно которой российская элита не выдержала давления и санкций со стороны «коллективного Запада», утомлена конфликтом на Украине, а потому согласилась в добровольно-принудительном порядке выполнять роль «ландскнехта» и «пушечного мяса» для США и их союзников на Ближнем Востоке, вполне имеет право на существование. Но где Александр Никитич увидел «войну между цивилизацией Ислама и цивилизацией Запада»? В книжках Сэмюэла Хантингтона? Или в вопле «вау!» госсекретаря США Хиллари Клинтон, когда та увидела расправу над Муаммаром Каддафи? Или он и вправду считает, что 11 сентября 2001 года Америку атаковала «Аль-Каида» (террористическая организация, запрещенная в Российской Федерации. — Ред.)), Саддам Хусейн был салафитом, а в нынешнем Афганистане героин и другие наркотики для всего мира, включая Россию, производят талибы (Движение Талибан — террористическая организация, запрещенная в Российской Федерации. — Ред.)?

Что, США в событиях «арабской весны» и вправду сыграли только «роль детонатора, поднесли, так сказать, спичку к костру, который сложился без их участия, сам собой»? И не заявляла в 2007 году Кондолиза Райс, предшественница Хиллари Клинтон на посту госсекретаря США о необходимости смены нелояльных или недостаточно лояльных Америке правителей «Большого Ближнего Востока» путём «цветных революций»? И не было обеспеченного американцами «свободного интернета» как одного из каналов управления «арабской весной»? И не было десятилетнего периода высоких цен на нефть, позволившего странам региона реализовывать масштабные социальные программы, приведшие к росту народонаселения?

И вот, Александр Никитич Севастьянов, говоря о том, что, мол, 98% человечества спят и видят, как бы отнять у 2% (россиян) гигантские богатства нашей страны, а "Pax Americana", "коллективный Запад", "золотой миллиард", потребляет 30% мировых ресурсов и выделяет 40% мировых отходов, параллельно утверждает: «Начало мировой войны, в которой могли бы вовсе не участвовать, мы приблизили по мере своих сил, и выгодными для нас назвать условия, в которых её придется вести, не назовешь никак»?

Где тут логика? Может ли главная «кладовая» мировых ресурсов «вовсе не участвовать» в мировой войне? Может ли «золотой миллиард» представлять интересы всех «98% человечества»?

Вопросы риторические. Впрочем, нынешние единомышленники Александра Никитича, на чьих медиа-ресурсах он активно публикует свои работы и на которых с уважением ссылается, вовсе не скрывают, что хотели бы видеть на территории современной Российской Федерации несколько небольших государств, в том числе — и «чисто русских», но не имеющих при этом ни богатой ресурсной базы, ни самодостаточного промышленного комплекса, ни мощного военного потенциала, которым, по причине их невинности и слабости, видимо, не будут больше угрожать ни «нацмены», ни «глобальные хищники»...

Что и говорить, достойная перспектива для русской цивилизации, да и для русского народа, которому его самые большие на словах «друзья» и «защитники» (по Севастьянову — «сторожевые псы» российского государства) заранее готовят резервации с бантустанами где-нибудь поближе к Полярному кругу. Видимо, не сомневаясь, что и сами они, и их дети и внуки в этом будущем не будут испытывать никаких проблем...

Ваши иллюзии, право, куда страшнее ваших панических снов, Александр Никитич!

Вместо заключения. Так зачем нам Сирия?

В официальной оценке российской военной операции в Сирии преобладают два сюжета.

Первый — необходимость уничтожения «Исламского государства», несущего угрозу не только Ближнему Востоку, но и всему миру, в том числе — непосредственно России. Именно эти мотивы постоянно звучат в официальных выступлениях руководителей нашей страны. Соответствуют ли они действительности? Да, несомненно, и недавняя волна терактов, прокатившихся по разным странам: от Египта и Франции до Мали и США, — это подтверждает. И не стоит говорить о том, что если бы Россия не вмешалась в Сирии, то многих жертв можно было бы избежать. Кто выступал и продолжает выступать в качестве «хозяев» ИГ — уже не секрет. Причем «главным акционером» среди них были и остаются вовсе не отдельные саудовские и турецкие политики, а весьма влиятельные силы внутри США. Те самые силы, которые уже давно и упрямо реализуют стратегию «управляемого хаоса»: якобы в целях сохранения «глобального лидерства» США, а на деле — в целях расширения и укрепления сферы собственного информационно-финансового господства. Те самые силы, которые организуют «цветные революции» по всему миру, включая «арабскую весну» и украинский «евромайдан». Те самые силы, которые контролируют мировой рынок энергоносителей и глобальный наркотрафик. Те самые силы, которые много лет ведут против России необъявленную «гибридную войну», в том числе — вводя режим санкций и устроив кратное снижение цен на нефть и газ. Операция российских ВКС в Сирии, несомненно, является одновременно и демонстрацией, и предупреждением в адрес этих сил, что пожар, который они хотят устроить на границах нашей страны и внутри неё, неминуемо перекинется и на их «дом». Это второй сюжет, который постоянно, хотя и в менее явной форме, присутствует в ответах на вопрос: «Зачем нам понадобилась Сирия?»

Однако, на мой взгляд, существует и третий сюжет, о котором, как правило, не говорится вообще ничего. Это — «образ будущего», который может предложить и желает достичь Россия как результат своих действий в Сирии и на Большом Ближнем Востоке в целом. Стремится ли она восстановить на Ближнем Востоке прежний «порядок» коррумпированных и жестко авторитарных режимов, запустив процесс по новому кругу, или же цель её — создание некоей принципиально новой ситуации в данном регионе? Грубо говоря, зачем нам нужна Сирия, нужна ли она вообще, или Россия решает там какие-то свои текущие проблемы типа террористов и санкций?

Исчерпывающе точного ответа на этот вопрос, как отмечено выше, нет. Но если переформулировать его так: «Возможен ли в принципе некий «русский проект» для Сирии и Ближнего Востока?» — то ответ будет исчерпывающе точным: «Да, возможен». Речь идёт прежде всего о том, что, закрепившись в Сирии, Россия решает множество важнейших уже в ближайшей перспективе проблем — не только для себя, но и для всего мира.

Сирия — Ирак — Иран — Пакистан (возможно, вместе с Афганистаном) —Китай — это один из кратчайших маршрутов нового «Великого Шёлкового пути», который должен связать Китай с Европой (остальные два, Северный морской путь и Транссиб, находятся под контролем России). Пока этот маршрут «закрыт» конфликтами на Ближнем Востоке, которые поддерживает и раздувает «коллективный Запад» во главе с США. Но и Китай, и Иран, и (пока частично) Пакистан уже объективно заинтересованы в том, чтобы данный маршрут заработал (недавно состоялась передача Пакистаном КНР глубоководного морского порта Гвадар, построенного еще в 2007 году для перевалки китайских грузов по пути в Европу, минуя «южные моря»). Проблема — только в Ираке и Сирии. Не эту ли проблему решают сегодня российские ВКС, фактически определяя ключевое участие нашей страны и в третьем маршруте "Великого Шелкового пути", переформатирующем всё лицо нынешней мировой экономики, а значит — и мировой политики?

Что касается следствий такой трансформации: политических, экономических, технологических, энергетических, логистических и т.д., — говорить об этом можно бесконечно, но все подобные разговоры будут иметь смысл только после того, как окончательно решится ближневосточная проблема в её сирийско-иракском варианте. И совершенно понятно, что без боя, без отчаянной «последней схватки», известной нам по тысячам голливудских фильмов, нынешние «хозяева» «Исламского государства» Сирию не сдадут, они будут цепляться за неё "мёртвой хваткой", используя для этого все средства: от угроз масштабного военного конфликта до кампании «невинных» вопросов: «Что мы забыли в Сирии?»

Фото: mid.ru. На российской авиабазе Хмеймим в Сирии.

Опубликовано в книге: Сирийский Армагеддон. — М.: Книжный мир, 2016, с. 173-261

Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен!

Нажмите «Подписаться на канал», чтобы читать «Завтра» в ленте «Яндекса»

10 октября 2021
Cообщество
«Информационная война»
2
Cообщество
«Информационная война»
12
Cообщество
«Информационная война»
24
Комментарии Написать свой комментарий
24 августа 2021 в 11:31

Объединить всех мусульман? Ну-ну...
В каждой исламской стране свои светские руководители, и свои духовные руководители, и у всех - свои собственные интересы.
Севастьянов сам пишет, что объединить, например, арабов, не удалось никому.
И хозяева ИГ живут не на Ближнем Востоке, а скорее, в ВБ,США и Израиле.
Но статья интереснейшая.
Особенно - о причинах пассионарности.

24 августа 2021 в 12:34

Совершенно невозможно уловить смысл в действиях редакции "Завтра". Зачем реанимировать и рекламировать болезненный бред никому не нужных людей? Операция в Сирии была нам жизненно необходима, это прочувствовали наши верхи и сделали то, что сделать было необходимо. Что тут еще перетирать из пустого в порожнее:

1.0x