Сообщество «Посольский приказ» 00:15 18 марта 2022

Британские стратегии

Чисто английское партнёрство в Арктике и не только

«ЗАВТРА». Наталья Валерьевна, известно, что во многих исторических событиях можно обнаружить британский след. А какова сегодня роль Великобритании в мире и, в частности, в Европе?

Наталья ЕРЁМИНА, доктор политических наук, профессор кафедры европейских исследований факультета международных отношений Санкт-Петербургского государственного университета. Европа для британцев — регион, через который проходят их важнейшие военные, политические, экономические коммуникации, это мост в Азию, на Ближний Восток, Балканы и в Восточное Средиземноморье. Черчилль писал, что у британской политики есть три пересекающихся круга интересов, а в центре их пересечения и находится сама Британия. Это Содружество наций, США и Европа.

Первый круг — самый важный. Содружество наций, образованное после заключения Вестминстерского статута 1931 года, постоянно меняется (какие-то страны уходят, вновь входят и так далее), но это работающий организм, сохраняющий культурные связи, «мягкую силу», которые были наработаны ещё в рамках империи.

«ЗАВТРА». Британия по-прежнему старается поддерживать свой привлекательный образ для членов Содружества.

Наталья ЕРЁМИНА. Да! И благодаря этим связям Лондон выстраивает отношения с Евросоюзом, то есть позиционирует себя посредником между Африкой, Азией и Брюсселем. В переговорах, как правило, британская сторона больше связана с интересами своих бывших доминионов и колоний, чем с интересами Брюсселя, что позволяло Британии влиять на ЕС и европейскую политику в целом.

«ЗАВТРА». А как выстраиваются отношения с США?

Наталья ЕРЁМИНА. США являются основным партнёром для Великобритании. В свою очередь, Соединённые Штаты используют это партнёрство как инструмент влияния на Европу. После Второй мировой войны именно британцы, в отличие от французов и итальянцев, лоббировали многие американские устремления во внешней политике, в том числе План Маршалла. Англичане поддержали программу НАТО, вступили в этот альянс.

После войны европейские страны, в том числе Великобритания, потеряли свои золотые авуары и оказались в финансовой зависимости от США. Но у британцев к США и НАТО подход весьма неоднозначный. В отношении НАТО британцы в годы холодной войны определились примерно так: «Альянс этот нужен, чтобы держать США в Европе, а СССР — вне её». В этом была логика решения собственных задач.

«ЗАВТРА». То есть Британия проводит самостоятельную внешнюю политику?

Наталья ЕРЁМИНА. В некоторых аспектах они совершенно не согласны с США, но по большей части вопросов склонны поддерживать американцев (Ирак, Сирия, Ливия, Косово). В Косово британцам был дан карт-бланш — большая территория в зоне деятельности их миротворческого контингента. И как британские генералы там себя проявили, мы знаем: они поддержали силовой вариант решения проблемы, сыграли на руку США и сделали ставку на НАТО, вопреки позиции Совбеза ООН. Они, вообще, всегда берут сторону НАТО в случае разногласий позиций НАТО и Брюсселя.

Вопрос подобного выбора остро встал и перед так называемыми «молодыми европейцами» (бывшими странами Варшавского договора, прибалтийскими государствами): ближе к политике ЕС или НАТО держаться? На мой взгляд, они тоже делают выбор в сторону НАТО. И поэтому сейчас, в постбрэкзите, британцы через НАТО гораздо больше присутствуют в этих странах, особенно в Эстонии и Польше.

«ЗАВТРА». Мы уже перешли к рассмотрению третьего круга — Европы.

Наталья ЕРЁМИНА. Да, и в целом Европа воспринимается британцами как контекст и плацдарм. В этом смысле чётко выстроенной стратегии в отношении Европы у них нет.

«ЗАВТРА». Странно звучит...

Наталья ЕРЁМИНА. Больше того, я скажу, что недавно, когда рассматривался вопрос взаимодействия с Брюсселем в условиях постбрэкзита, они признали, что у них уже не будет возможностей, как прежде, наладить отношения с ЕС. Да и находясь в ЕС, они не особо эти отношения налаживали. Например, британцы торпедировали все военные инициативы Франции, военное сотрудничество которой с Германией ощутимо крепнет. Они в этот проект не включены и, скорее всего, не будут включены, так как предпочитают развивать отношения с США, в том числе в англосаксонском блоке AUKUS.

Европа рассматривается британцами как шарнир, передаточное звено в цепи британской политики, одна из целей которой — быть равными партнёрами для США на основных флангах развёртывания НАТО: Арктика, Балтика, Чёрное море, Восточное Средиземноморье.

И вообще, Европа воспринимается и контролируется британцами именно через призму флангов. Отсюда политика Британии в отношении Украины, отсюда бесконечные заявления Эстонии, Латвии, Литвы и Польши о российской угрозе. Появился даже такой термин — «Черноморско-Балтийский регион». Британцы, например, совместно с НАТО создали на территории Эстонии Центр кибербезопасности и поддерживали все украинские инициативы типа Крымской платформы. В 2020 году Великобритания подписала самостоятельное соглашение с Украиной и предоставила ей 40 миллионов фунтов стерлингов на поддержание украинского суверенитета, в том числе на вооружение.

«ЗАВТРА». Чем объясняются столь широкие жесты?

Наталья ЕРЁМИНА. Британская политическая элита уже похоронила проект Евросоюза (неслучайно даже лейбористов обвиняли в недостаточно активной агитации за ЕС), отсюда активность в странах, которые получили в ЕС «от ворот поворот»: кроме Украины, это Турция, которая понимает, что никогда не станет членом Европейского союза. Неудачная попытка турецкого государственного переворота в 2016 году сыграла на руку англичанам. Они тогда поддержали Эрдогана, и впоследствии бывший посол Британии в Турции Ричард Мур был назначен главой МИ-6. Ясно, что британцами сделана ставка не столько на Европу, сколько на продвижение на Ближний Восток.

На Балканах, как я уже сказала, позиция Великобритании близка к позиции США. Конфликт на Балканах – это конфликт в Европе, и для Европы он невыгоден, но он выгоден для США, и британцы его поддержали. То есть британцы видят себя вне Европы и общих европейских проблем.

Вообще, их участие в европейской интеграции было выборочным: давние противники углубления интеграции, они не вступили в Шенгенскую зону и не приветствовали введение евро. В связи с этим уместно вспомнить давнее очень громкое заявление Маргарет Тэтчер, смысл которого: Европейское экономическое сообщество (ЕЭС) будет хуже, чем Третий рейх в смысле тоталитаризма и бюрократического давления.

«ЗАВТРА». Брюссель хочет лишить суверенитета всех членов Евросоюза, и многие страны ощущают это на себе, некоторые даже пытались сопротивляться. Если вычесть «безвиз», туризм и внутриевропейскую свободную торговлю, то окажется, что единственной «скрепой» для европейцев является вопрос безопасности. И НАТО — это их «всё» в вопросах безопасности. Если выкинуть этот военный альянс из «общеевропейского дома», ЕС просто развалится. Ибо что там может остаться, кроме вялого двустороннего сотрудничества? На этом фоне страны Восточной Европы, лишившиеся общеевропейских иллюзий, тяготеют, очевидно, к Британии.

Наталья ЕРЁМИНА. Да и сотрудничество по вопросам безопасности в ЕС было очень слабым, судя по провальным антитеррористическим акциям. Террористы спокойно перемещаются из одной «шенгенской» страны в другую, данные о них обычно не передаются. А британцы себя из общеевропейского пространства контроля в вопросах безопасности изначально исключили и никаких данных о подозрительных людях партнёрам по ЕС не предоставляли, хотя сами копировали всю нужную информацию из Европы для собственных нужд. Эта «игра в одни ворота» вскрылась два года назад.

Таким образом, Евросоюз сам не обеспечивает безопасности, это прерогатива НАТО, и британцы стремятся через НАТО играть ключевую роль в Европе.

«ЗАВТРА». А какова сегодняшняя военная доктрина Великобритании?

Наталья ЕРЁМИНА. Эта доктрина была обновлена в 2020 году. Это, наверное, самый пафосный документ из всего изданного в Туманном Альбионе, что я видела.

«ЗАВТРА». А подробнее?

Наталья ЕРЁМИНА. Громкие фразы типа: «…благодаря позиции Великобритании, правильной, рассчитанной на мир во всём мире и демократию во всей демократии, прогресс и справедливость, будет осуществлено следующее: миллиарды душ по всему миру получат шанс на лучшие условия жизни».

В целом в военной доктрине произошёл определённый сдвиг: если раньше рассматривались вопросы вооружений, обороны, инфраструктуры, то теперь больше внимания уделяется защите образа жизни британцев, британских ценностей. Указано, что распространение британских ценностей – это важный инструмент для прогресса внутри самой Британии, то есть внешняя политика должна способствовать экономическому процветанию страны.

«ЗАВТРА». А перечислили они свои ценности?

Наталья ЕРЁМИНА. Нет! Britishness — это очень сложный концепт, но в центре его баланс между «мягкой и жёсткой силами». Британцы — одни из немногих, кто не говорит, что будут использовать только «мягкую силу». Они не стесняются и прямо говорят о том, что вооружённые силы Великобритании — «силы прогресса, роста и справедливости». Тут они идут по стопам американцев, любимая тактика которых — прийти, «отбомбиться» и уйти. Отсюда и британский «принцип непропорционального ответа». То есть ответ должен быть намного бо́льшим, нежели риск и вызов.

В последней военной доктрине Великобритании ещё указано, что в течение пяти лет будет сформирован «корпус быстрого реагирования», абсолютно новый.

«ЗАВТРА». А в чём новизна этого корпуса?

Наталья ЕРЁМИНА. Он будет быстро перемещаться по миру и идти впереди обычных экспедиционных сил. Значимыми в нём будут новые вооружения и технологии, связанные с искусственным интеллектом.

В стратегии говорится о развитии орбитальной группировки Skynet 6A. На решение этой задачи выделяют около пяти миллиардов фунтов стерлингов.

«ЗАВТРА». Каковы функции Skynet?

Наталья ЕРЁМИНА. Это комплексная орбитальная многополосная спутниковая система, управляемая с помощью искусственного интеллекта, которая призвана связывать и координировать действия всех видов британских вооружённых сил.

«ЗАВТРА». Всю систему они своими силами сделают?

Наталья ЕРЁМИНА. Заявлено, что да. Но я думаю, тут не обойтись без взаимодействия с аналогичными проектами в других странах НАТО. Уже сейчас европейцы приглашают британцев в качестве консультантов по развитию новых военных технологий.

«ЗАВТРА». Кого сейчас британцы назначили главным врагом?

Наталья ЕРЁМИНА. Россию. К Китаю у них куда более мягкое отношение, и китайская военная угроза практически не рассматривается. Но и российскую прямую военную угрозу собственно Великобритании они, на самом деле, не прописывают в доктрине. Тем не менее, сейчас британцы обновляют вооружение: появляются вертолётоносцы, атомные подводные лодки типа «Астьют», новые танковые подразделения.

«ЗАВТРА». Среди флангов, интересующих Британию, вы упомянули Арктику. На чём британцы основывают свои права на продвижение в этот регион?

Наталья ЕРЁМИНА. Они полагают себя одними из первооткрывателей морских арктических путей. Поскольку ещё в далёком 1553 году их парусное судно «Эдвард Бонавентура» преодолело Баренцево море и вошло в Белое. Англичане, пленённые перспективами рыбной ловли и добычи пушнины, стали сотрудничать с Московским царством. Московская торговая компания англичан имела свои причалы и склады в Архангельске и Холмогорах.

Но историей они не ограничиваются и ставят на службу географический фактор, а именно: Шетландские острова, расположенные близ приарктической зоны. Соединённое Королевство подчёркивает, что является «ближайшим неарктическим соседом арктических государств». Мол, «рядом мы». Эту же терминологию приняли те из шотландских политических элит, которые жаждут выхода из состава Королевства — их арктическая повестка документально закрепилась в 2019 году. Они заявили, что шотландцы едва ли не арктическая нация, ментально близкая больше скандинавам, чем англичанам. Такие тезисы выдвигает, к примеру, Шотландская национальная партия.

«ЗАВТРА». А каковы британские научные достижения в исследовании Арктики?

Наталья ЕРЁМИНА. Если говорить о полярных исследованиях, то здесь у них преимущества не в Арктике, а в Антарктике. В прошлом году как раз отмечалось столетие присутствия Британии в Антарктиде: в 1901 году стартовала знаменитая экспедиция на барке «Дискавери». Антарктическое направление в стратегиях Соединённого Королевства развивалось и развивается благодаря захваченным Фолклендским островам. Накопленный багаж знаний у них тут колоссальный. И антарктический опыт британцы решили применить в Арктике. Достаточно сказать, что Департамент полярных регионов, образованный внутри Форин-офиса в 2014 году, занимается и Арктикой, и Антарктикой.

«ЗАВТРА». Однако дрейфовавших северных станций британских мир не знал.

Наталья ЕРЁМИНА. Да, их не было. Они в этом отношении всегда предпочитали сотрудничество. На Шпицбергене, например, у них научная лаборатория совместно с норвежцами. А так, около пятисот британских учёных занимаются арктическими вопросами на постоянной основе. Они сотрудничают, конечно, не только с Норвегией, но и с другими странами Арктического региона. А для изучения природы Арктики было создано особое исследовательское бюро, которое проводит международные конференции в рамках многостороннего соглашения о сотрудничестве в научной сфере, к которому британцы примкнули в 2017 году. Они сотрудничали, например, с нашим Северным (Арктическим) федеральным университетом имени Ломоносова, Томским политехническим университетом, Росгидрометом.

«ЗАВТРА». А почему британцы там резко активизировались с 2017 года? «Глобальное потепление» повлияло?

Наталья ЕРЁМИНА. И это тоже. Но больше — активизация неарктических игроков, в первую очередь, Китая. Также британцев беспокоит концепция Северного морского пути, разрабатываемая Россией. Более того, они предлагали свои восточные и северные порты в качестве конечных пунктов этого пути. Естественно, под это они подводят мировоззренческую базу: мол, Арктика должна принадлежать всем нациям…

«ЗАВТРА». То есть в первую очередь Великобритании.

Наталья ЕРЁМИНА. Они пока считают себя одними из тех, кому она должна принадлежать. Но это риторика. Для них Арктика — важнейшая площадка. Выйдя из ЕС, Британия продолжает позиционировать себя как страну, отвечающую за безопасность в Европе, в том числе в Арктическом регионе. Безопасность тут следует понимать в расширенном смысле: военном, геополитическом, эколого-климатическом.

«ЗАВТРА». Но это всё лежит на поверхности. А каковы их тайные интересы, по вашему мнению?

Наталья ЕРЁМИНА. Энергетика. У британцев большие проблемы с традиционными энергоносителями. А Арктика воспринимается как уникальная кладовая нефти и газа. И в настоящий момент британская сторона ищет партнёров для решения вопросов собственной энергетической безопасности.

«ЗАВТРА». У них есть конкретные проекты?

Наталья ЕРЁМИНА. Да, в основном с Норвегией. Но интересно, что и с Россией Британия в Арктике тоже сотрудничала по вопросам энергетики. Были прямые контракты (например, между Роснефтью и «Бритиш Петролеум» или «Шелл»), и опосредованные, обходные схемы, к которым прибегали англичане.

«ЗАВТРА». С «Ямал СПГ» тоже?

Наталья ЕРЁМИНА. Конечно. Причём осваивались очень большие территории. Для «Бритиш Петролеум» более интересен север Восточной Сибири, а англо-голландскую компанию «Шелл» привлекали приполярные территории Западной Сибири. Из наиболее перспективных для разработок регионов у англичан значилась обширная территория между низовьями Енисея и Хатанги, и уже начиналась реализация совместных проектов по освоению недр в этом бассейне. Есть территории исследованные, а есть намеченные к исследованию.

Британцы понимают, что Россия — единственная из стран Северного полушария, обладающая столь гигантскими запасами энергоносителей. Поэтому транснациональные корпорации настойчиво прощупывали возможности взаимодействия с Россией. И у них это получалось. Но при этом официально Лондон заявлял о том, что не получает энергоносителей от России. Это ложь. К ним исправно поступал тот же наш газ, что продаётся на спотовых рынках. То есть Россия заключала соглашение с Норвегией, а та, конечно, свободно продавала наш газ в Великобританию. Поэтому фразы, порой доносившиеся на официальном уровне от англичан, что только 1% энергоносителей поступает в Соединённое Королевство из России, не соответствуют действительности.

«ЗАВТРА». Предлагая свои морские порты в качестве крайней западной точки Севморпути, возможно, англичане имеют виды на дополнительные контакты с Китаем, влияние на него?

Наталья ЕРЁМИНА. С Китаем в Арктике официально у англичан никакого сотрудничества не предполагается. Я не видела ни одного документа, касающегося такой возможности.

«ЗАВТРА». Это зависит от воли Великобритании? Или сам Китай не рассматривает их как партнёра?

Наталья ЕРЁМИНА. Китай довольно открыт в данном вопросе. Он привык торговать со всеми. В данном случае всё зависит от инфраструктуры партнёра и его реальной готовности сотрудничать.

«ЗАВТРА». Китай, как известно, строит мощный арктический флот.

Наталья ЕРЁМИНА. КНР использует все открывающиеся возможности. И коль скоро Северный морской путь проходит по арктическим морским владениям России, то нельзя обсуждать этот вопрос, игнорируя нас. Поэтому, даже если британцы захотели бы войти в диалог с Китаем применительно к Арктике, им будет невозможно не общаться с Россией.

В британских стратегиях Россию воспринимают как потенциального агрессивного конкурента, как непредсказуемого игрока. Поэтому, если Британия вступает во взаимодействие с РФ по конкретным вопросам, это лишь ситуативный выбор, не меняющий общего отношения к нашей стране.

Члены палаты лордов, между прочим, часто выказывают недовольство чересчур осторожной позицией по Арктике, ведь Британия имеет с 1998 года статус наблюдателя в Арктическом совете, который был сформирован двумя годами ранее. У неё есть тесные контакты со всеми арктическими государствами.

«ЗАВТРА». Но роли наблюдателя ей в этом Совете недостаточно.

Наталья ЕРЁМИНА. Она не является арктическим государством, поэтому не может претендовать на членство. Да и страны Арктического совета с настороженностью относятся к повышенным арктическим амбициям Британии. В Арктическом совете сложился свой круг.

А США до 2020 года вообще очень мало интересовались Арктикой, но сейчас американцы чрезвычайно озаботились Арктикой, в том числе из-за нашего сближения с Китаем. Хотя у нас с Китаем в плане Арктики не так активно развито сотрудничество. Северный морской путь — это путь со многими вопросами. Он, скорее, важен для нас, для внутрироссийского развития, а не для сугубо международных нужд. Но уже сам факт существования такого проекта заставляет других игроков, в первую очередь США, более активно включаться в «арктический вопрос». Кстати, у британцев есть конфликты с Данией, с Канадой в арктическом вопросе.

«ЗАВТРА». А в чём эти конфликты?

Наталья ЕРЁМИНА. Например, по энергоразделу — возможностям работы энергетических компаний. И в целом не всё гладко между всеми этими странами в понимании того, что такое Арктика и как её развивать!

«ЗАВТРА». А на кого опираются британцы в Арктическом регионе?

Наталья ЕРЁМИНА. После 2014 года основная ставка была сделана на Норвегию и Данию. Надо отметить, что даже модернизация вооружений осуществляется с прицелом на Арктику. Это касается противолодочных самолётов, подводных лодок и так далее. К совместному патрулированию Арктики на подлодках приглашены теперь и японцы, таким образом, идёт расширение круга неарктических стан, присутствующих в Арктике.

А с 2018 года военно-морские силы всех этих стран стали проводить ежегодные совместные ледовые учения (Ice Exercises, или ICEX). Опять же, британцы здесь сделали ставку на сотрудничество с конкретными арктическими игроками, чтобы усилить своё присутствие. Они даже подписали меморандум о понимании с норвежской стороной, по условиям которого на 10 лет отправили 800 морских пехотинцев для совместной работы. Их будут время от времени менять.

«ЗАВТРА». А такое наращивание британской военной силы в Арктике не беспокоит соседние страны?

Наталья ЕРЁМИНА. Беспокоит, конечно, и в первую очередь Финляндию и Швецию. Их при этом активно зазывают в НАТО под предлогом «российской угрозы». Британцы настаивают, что только вступление этих стран в НАТО может позволить решить вопрос их безопасности. Всё это политическая спекуляция. Финны, кстати, клюют на натовскую приманку меньше, поскольку у них стабильные отношения с нами, и британцы это хорошо понимают.

Примечательна позиция одного из ведущих британских политических экспертов по вопросам Арктики. Его зовут Клаус Доддс, и он сделал специальное заявление в палате общин на слушаниях по Арктической стратегии Британии. Доддс предложил рассматривать Россию как неконструктивного игрока и призвал другие страны не выстраивать с ней продуктивные отношения.

«ЗАВТРА». Ведущие эксперты всегда политически ангажированы. А какими ещё методами, кроме военных, британцы собираются доминировать в Арктике?

Наталья ЕРЁМИНА. Они развивают образовательные программы, общественные организации, бизнес-партнёрство, делая ставку на разноплановое сотрудничество, в рамках которого они выстраивают «группы влияния».

Но что бы британцы ни говорили, Арктика — это Арктика, и она принадлежит арктическим государствам, а не всему миру!

Илл. Ефим Яковлев. Нападение англичан на Соловецкий монастырь (1854 г.)

Cообщество
«Посольский приказ»
1 февраля 2024
Cообщество
«Посольский приказ»
25 февраля 2024
Cообщество
«Посольский приказ»
1.0x