Авторский блог Герман Садулаев 03:00 22 апреля 2008

БЛОКАДА

0
НОМЕР 17 (753) ОТ 23 АПРЕЛЯ 2008 г. Введите условия поиска Отправить форму поиска zavtra.ru Web
Герман Садулаев
БЛОКАДА

Гул тяжёлых бомбардировщиков не стихал уже ни днём, ни ночью. Иногда слышался визг и скрежет железа, крики и ругань, потом выли сирены пожарных и милицейских машин – стало быть, сбили паразита!
Маленькая девочка до вечера сидела у мутного окна, крест-накрест заклеенного жёлтой бумагой: светомаскировка. Однако свет и вечером не включался. Лампочка в комнате давно перегорела. Зато и счёт за электричество платить не приходилось.
Собрав на сморщенной ладони крошки чёрного хлеба, девочка отправила их в беззубый рот и долго жевала дёснами, смачивая тугой и бедной слюной. В сумерки, пересчитав в который раз деньги – несколько мятых бумажек и горсть железных монет, она упрятала кошелёк в облезлую сумку, натянула на себя пальто фабрики "Большевичка" с разодранной подкладкой, шерстяную шапку, обула резиновые сапоги и вышла в коридор.
За соседней дверью пел и плясал телевизор, муж с женой разговаривали матом. Другой жилец только зашёл в коммунальную квартиру и, проходя на кухню, неловко задел девочку плечом. Она отшатнулась к стенке и, кажется, услышала бормотание:
– Когда ты уже сдохнешь, старая ведьма!
Девочка боком, по стеночке, прошла к выходу и долго возилась с замками двери. Наконец, на лестничной площадке она вызвала лифт, скрипящую клетку, и спустилась на первый этаж.
Дверь подъезда выходила прямо на улицу, к дороге, по которой неслись сплошным потоком машины. Легковые авто, длинные фуры, грохочущие самосвалы, катки и бульдозеры. Почти на всех машинах было написано что-то по-немецки.
Девочка подумала сначала – трофейные. Но люди в машинах не были похожи на русских солдат. Все были злые и страшные. И девочка опустила голову: стало быть, фашисты всё же прорвали оборону.
Девочка пошла по улице, оглядывая вывески и в который раз удивляясь: как быстро оккупанты поменяли все названия! Вот здесь, кажется, ещё вчера была "Булочная". Теперь "Coffee shop" и из-за зеркальной витрины слышна иностранная музыка. А тут, где недавно висело вырезанное из жести тёплое "Молоко", мерцает ядовито-синим люминисцентом написанное по-русски незнакомое и страшное слово: "Супермаркет". Девочка шла дальше, туда, где на углу улицы была аптека. Аптека осталась. Над входом было обозначено крупными буквами – "Drug Store", а ниже, мелкими буковками, для населения захваченного города – "Аптека". И часы работы.
За прилавком стояла девушка, по виду русская. Ох, как много наших согласилось сотрудничать с оккупантами! – подумала девочка. С другой стороны, как их винить? Каждому жить хочется.
Она подошла к прилавку и, вытащив из кармана пальто много раз мятый и сложенный рецепт, протянула продавщице:
– Милая, вот тут мне доктор прописал, от сердца…
– Сколько вам говорить, бабушка, мы бесплатные рецепты не отовариваем! У нас коммерческое предприятие. Вам надо в государственную аптеку, она в четырёх кварталах отсюда. Да и там бесплатных лекарств почти никогда нет. Город средства не выделяет.
Девочка поняла только, что лекарства ей не дадут. Вздохнула и засеменила к выходу. Понятно, станут ещё фрицы нас врачевать? Им своих солдат надо латать и штопать, потому что Красная Армия воюет без продыху и наносит большой урон врагу. Ничего, вот придут наши и подлечат. Надо дотерпеть только, дождаться.
Голова кружилась от голода, в глазах темнело и ныло в желудке. А что, всем сейчас тяжело, такое время. Уже неделю не была в продуктовом, можно бы и купить еды, должны завезти норму по карточкам.
В магазине великолепие било в глаза и в ноздри. Сыры, колбасы, да всё коробки какие-то. Бутыли разноцветные. Весело закупались оккупанты и их пособники. Везли тележки горой нагруженные. Девочка положила в плетёную проволочную корзину половинку хлеба и молоко, подошла к кассе. Нашарила в сумке кошелёчек, раскрыла и высыпала деньги на железную миску.
За кассой сидела тётка толстая, холёная. Эх, разъелась-то как, на распределении!
– Женщина, что вы мне тут опять кладёте? Это старые деньги, такие больше не ходят! И где вы их берёте только? Вам что, пенсию не выдают?..
Пенсия… как же не выдают, вот почтальон приходит, каждый месяц. И сразу следом заходит сосед – "Мамаша, на сто грамм, фронтовых, выдай!"
Разве жалко? Всё для фронта, всё для победы. А я уж как-нибудь. Главное, чтобы нашим бойцам в траншеях согреться, поддержать боевой дух.
Кассирша повела головой на крупной шее и, собрав деньги, засунула их в руку девочке:
– Берите свой хлеб с молоком и идите, идите уже! Вот, в пакет сложите. Да идите вы, не задерживайте мне очередь!
И, повернувшись к соседней кассе:
– Старушка тутошняя, блаженная. Каждую неделю ходит. Жалко её! Я доложу денег в кассу, как закроемся.
Девочка взяла пакет и вышла из магазина.
Однако есть же и добрые люди, даже которые на фашистов работают. Когда наши вернутся, их оправдают! Девочка сама пойдёт и напишет об этой тётеньке заявление куда следует, чтобы её не наказывали за пособничество.
Так она подумала, но тут же укорила себя и тихо заулыбалась:
Ах, я глупая, глупая! Спасительница нашлась! Да это наша тётенька, она же на нашу разведку работает! Вот вернётся советская власть – ей орден дадут.
Девочка пошла по улице, хитро и мечтательно щурясь на блёклое солнышко.
А как оно будет, когда Красная Армия город освободит!? Вот будет праздник! Потому что мы победим, обязательно! Снова красные знамёна вывесят, в парках будут оркестры играть, и паёк увеличат, и лекарства привезут! Надо только дожить, вытерпеть!
Навстречу по тротуару шли двое мужчин в синей форме и с дубинками на поясе.
Полицаи!
Девочка испуганно прижала к себе сумку и пакет с продуктами, прислонилась к стене и застыла.
Отберут еду! Лишь бы тётеньку эту нашу не раскрыли, а то узнают ведь, что она своим помогала, расстреляют!
Полицаи поравнялись с девочкой и остановились.
– Гляди, бомжиха! Проверим документы?
– Охота тебе с этой дрянью возиться? Что с неё взять? Пошли лучше…
Они ушли, и девочка, оторвавшись от стены, сделала пару шагов.
Но тут тисками сдавило сердце, широко раскрылся, хватая последние глотки морозного воздуха, сведённый судорогой рот и тело сползло, осело на тротуар.
Холодно, холодно, Господи, как же холодно!.. и темно.
...А в город со всех сторон, и от Весёлого Посёлка, и от Ржевки с Пороховыми, и с берегов Финского залива, заходили войска. Гремели гусеницами по асфальту советские танки, на броне сидели весёлые красноармейцы и ветер трепал их волосы, выбивающиеся из-под пилоток и касок.

Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен!

Нажмите «Подписаться на канал», чтобы читать «Завтра» в ленте «Яндекса»

Комментарии Написать свой комментарий

К этой статье пока нет комментариев, но вы можете оставить свой