Авторский блог Александр Проханов 03:00 12 сентября 2006

«Я В ПОТЁМКАХ НАЙДУ...»

0
№37 (669) от 12 сентября 2006 г. Web zavtra.ru Выпускается с 1993 года.
Редактор — А. Проханов.
Обновляется по средам.
Александр Проханов
«Я В ПОТЁМКАХ НАЙДУ...»
Отрывок из романа «Теплоход «Иосиф Бродский»
…Монастырская стена мучнисто белела. Посреди луговины в сумерках находилось место, освобожденное от дерна, — обширная остроконечная пентаграмма, в каждом углу которой высился могильный холм. "Могила пяти братьев" была без крестов, без надгробий, — вырезанная в дерне звезда, упокоившая в своих лучах основателей утопической красной империи. В стороне от звезды был сложен сруб, навалены смолистые ветки, — жертвенник всесожжения. Монахи обступили одну из могил, повторяя кромки звезды, освещая фонарями могильное возвышение. Чуть поодаль на лугу стоял грузовичок с открытым кузовом. Под брезентом скрывалось какое-то оборудование, напоминавшее прожектор.
— Братие и сестры, — возгласил игумен, — да свершится реченное от пророка Ицхака, сына Иерувима, рожденного от Муэрлоха в земле Ханаанской, отпавшего от сынов Израиля в колене Изохвы, ушедшего к горе Евсон, что по правому берегу Чермного моря в пустыне Сидим, и там, в долине Арваль, получившего скрижали, отличные от Моисеевых, где тайна истинного завета, сбереженного сынами Ицхаковыми. Завета воскрешения из праха мертвых. Да свершится таинство отпадения с преумножением плоти и воскрешением мертвых костей на остриях мира звезды полуночи, красной и негасимой, багряной и неусыпной, цвета рубин...
В ночи послышался металлический свист. Небо над поляной перечеркнула неясная тень. На могилу тяжело плюхнулось, хрустя мышцами, складывая перепончатые крылья, костлявое мускулистое существо — голенастое, горбатое, с лысой головой огромного птенца, с клювом пеликана. То был дух Безарх, явившийся по заклинанию из Северной Сахары.
Колокол бил, и на его удары из-за деревьев выносились тени, делали круг над поляной. Существа, похожие на птеродактилей, опускались в звезду. То были дух Оврахим, явившийся из болот Полинезии. Дух Иезол, покинувший пристанище в топях Амазонки. Дух Иерель, обитавший в мрачных скалах острова Елены. И дух Аргодон, царивший в студеных фьордах Исландии. Все они расселись по концам звезды на могильных холмах.
— Да сбудется реченное во втором завете, с возложением угля неопалимого из пламени содомова, в грехе очистительном, яко в трубе иерихонской звук сцепляющий, сочетающий, соединяющий пыль пустынь, ил морей, буквы в слог, слог слагающий в слово воскресающее. А-у-а-э-э-и-вен!.. — С этим возгласом игумен сдернул с потира покров…
Игумен простер руки в черных рукавах в сторону леса, и на его вопль из тьмы возникли два монаха. Вели на ременных поводах кенийского козла с блеющей башкой, которую увенчивали громадные витые рога. Рога были позолочены, с серебряными бубенцами. В шерстяные космы были вплетены шелковые нити и ленты. На шее зверя помещался портрет Лейбы Троцкого в момент, когда тот со ступенек литерного вагона произносил речь перед бойцами Первой Конной, посылая их на разгром Деникина. Козла ввели внутрь пылающей пентаграммы, и духи с надгробий воззрились на жертвенного зверя розовыми глазами.
Козел взревел, вываливая изо рта дрожащий язык. Его рога сияли позолотой, звенели бубенцы, Троцкий на козлиной шее казался живым. Словозайцев распахнул балахон, выхватил жертвенный нож и сильно полоснул по горлу козла. Блеяние смолкло, в горле животного открылся второй черный зев, откуда излетел сиплый хрип трубы и бурно хлынула кровь. Упала черной струей на могилу, где сидел дух африканской пустыни Безарх. Тот отпрыгнул, освобождая земляное надгробие, в которое била черная кровь. Впитывалась, просачивалась в землю, оживляя холодные мертвенные пласты магической силой.
Словозайцев высекал из зверя внутренние органы, кидал на землю. Едкая желчь и ядовитая моча всасывались в могилу, проникали в сокровенную глубину, где лежали мертвые кости и набитый землей череп с треугольной, оставленной ледорубом дырой.
Монахи на ремнях оттащили козла за пределы пентаграммы, водрузили на смоляной сруб жертвенника и подожгли…, стали притоптывать, пританцовывали, странно подпрыгивали, сомкнув пятки и разведя носки, при этом скрестив большие и указательные пальцы рук. Их удары погружались в глубину, будили мертвые кости, трамбовали прах, сцепляли распавшиеся частицы, лепили скелеты, соединяли расчлененные суставы. Могила дрожала, ходила ходуном.
Два монаха подбежали к грузовичку, сдернули чехол с установки, и открылся лазерный проектор, нацеленный на белые монастырские стены. Лазеры вспыхнули.
Все гремело, сверкало, переливалось шелками, вспыхивало радугами. Выкликало великое Божество, что ведает жизнью и смертью, испепеляет и воскрешает, предает забвению и вырывает из беспамятства.
И оно явилось. На огромной монастырской колокольне, под золотой главой, возник бог древних инков, чудовищный великан. Многоглазая башка с четырьмя рогами. Смоляная борода, ниспадавшая на женские груди. Беременный пухлый живот. Великан величиной с колокольню шагал в ночной черноте, сжимая в кулаках свое огнедышащее жерло.
Действо достигало апогея. Колокол неустанно бил. Ему вторили трещотки, бубны, гребешки и губные гармошки. Такое не мог выдержать ни один покойник. Лежащие в глубине кости начали срастаться. Сползались позвонки, скреплялись растертые в муку суставы. Еще лишенный плоти, скелет оживал, тянулся вверх, прорывал костяной рукой могильный холм, махал из-под земли костлявыми пальцами.…Но скелету не хватало сил. Он был лишен витальных энергий, необходимых для оживления. Рука, помахав, провалилась в глубь могилы.
— А-у-а-э-э-и-вен!.. — возопил Словозайцев, он же великий генетик и биореволюционер Савл Зайсман. Подбежал к грузовичку, схватил молекулярный генератор. Включил и направил на могилу. Из чаши генератора хлынули потоки разноцветных лучей. Словозайцев покачивал генератор, словно лейку. Поливал могилу, как клумбу. Живые молекулы, плодоносные клетки вторгались в черную землю, пропитывали. Могила взбухала.
Внезапно в земляном надгробии открылась ноздря, из которой ударил пар, прянул багровый дым, полетели брызги земли. Било белое пламя, словно взлетала космическая ракета, и в раскаленном облаке, выдавливаемый из-под земли, возникал человек. Окруженный огнем, с черной бородкой, в пенсне, в военной фуражке, Лев Троцкий после долгого сна выходил на поверхность. Оживляемый Троцкий всплывал из-под земли сначала по шею, затем по пояс. Показались облаченные в галифе ноги, удобные хромовые сапожки. Они зависли над землей, как и сам великий революционер. Троцкий силился изойти из могилы, но его затягивало обратно. Чувствовался недостаток адской тяги.
— Лейба, выходи! — взывал Словозайцев к воскрешаемому Троцкому.
— Не могу! Нет сил! — жалобно отзывался председатель Реввоенсовета, поблескивая пенсне.
— Что мешает?
— Схимник Евлампий!
— Каким образом?
— Святой молитвой и силой бескорыстной любви, которая ослабляет действие генератора!
— Держись, Лев Давыдович! — кричал Словозайцев, видя, как Троцкого вновь утягивает в глубину могилы. Уже скрылись нарядные сапожки и галифе, стала погружаться щегольская, перетянутая портупеей кожанка. — Скажи тайну генома!
— Не могу! — простонал Троцкий и ахнул в могилу. Открывшийся было кратер сомкнулся, оставив на поверхности кучу рыхлой земли, какую оставляет проползший крот.

Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен!

Нажмите «Подписаться на канал», чтобы читать «Завтра» в ленте «Яндекса»

Комментарии Написать свой комментарий

К этой статье пока нет комментариев, но вы можете оставить свой

1.0x